Два процента

      После долгой рабочей недели так и хочется расслабиться, пропустив пару рюмок соджу. Сегодня праздник, весь отдел гуляет на корпоративе, но Чимину не до веселья, поэтому он ушел с работы на десять минут раньше и зашёл в ближайший небольшой бар, где его никто не найдёт.       Уже третий день подряд он избегает начальника, пропускает очень важное совещание и получает первый свой выговор. Если бы Чим знал, как стыдно и позорно ему будет после того, как он опустится на колени перед Чонгуком, он бы никогда в жизни не зашёл бы в тот день к нему в кабинет. И не то чтобы прям обидно, но все же неприятно. Парень уже становится параноиком, прислушиваясь к каждым сплетням в офисе. Он боится, что кто-нибудь может узнать об этом, рассказать другим, а после — гнобить этим Чимина до конца его дней.       Соглашаясь на это безумие, Пак прекрасно знал, что Чонгук его разводит. Но даже это не остановило его, наоборот, в нем горел огонёк азарта: было интересно, сможет ли Гук взять себя в руки и вовремя включить мозг или все же на эмоциях пообещает ему повышение. К сожалению, Чонгук никогда в жизни не расслаблялся так, чтобы забыться и ляпнуть первое попавшееся под язык, оттого эксперимент Чимина потерпел неудачу. И теперь, не в силах посмотреть на работе в глаза даже охраннику, он игнорирует указы Чона и не ведётся у него на поводу, избегая его в коридорах и во время обеда. Один раз даже пришлось залезть под стол, и это было самое унизительное. Никогда в жизни Пак не опускался до такого.       Наполненная прозрачной жидкостью рюмка приковывает взгляд, но желания выпить содержимое нет. Бутылка до сих пор почти полная, Чимин в расстроенных чувствах, однако запивать своё горе ему не хочется. Сейчас бы Тэхена рядом, как в старые, добрые времена, но Ким далеко и теперь больше не друг.       Все произошло так глупо и неправильно, в Чимине взыграла какая-то непонятная ему тогда ревность. И только сейчас он понимает, что ревновал он не друга к начальнику, а наоборот. За свою вспыльчивость все ещё стыдно, но даже этот стыд не перекроет тот, который Чим испытывает при мыслях о грёбаном минете за повышение. И самое тупое, что сделал это не ради хорошей должности, но Чонгук об этом не знает. Сейчас, наверное, он считает Пака продажным дураком, и правильно делает. Пак продался ради своей мечты, ради по-детски глупого интереса. — Пьёшь один? Не похоже на тебя, — криво усмехается присевший рядом парень, пододвигая бутылку Чимина себе. — Разве ты не в Японии? — безучастно бормочет Чим, боясь показать свои эмоции. Ему не верится, что Тэ сидит сейчас рядом и наливает себе рюмку его алкоголя. Чимин совсем незаметно (но так думает он) касается локтем Кима, на что тот слабо улыбается. — Прилетел сегодня утром, — отвечает коллега, тут же залпом выпивая рюмку. — Завтра ведь третий этап, — тут же хмурится Пак, непонимающе взглянув на парня. — Я провалился, — признается тот нехотя, боясь взглянуть на Чимина. — Надо было тебе ехать… — С кем не бывает, — после недолгого молчания отвечает Чим, переводя взгляд на огромное количество алкогольных напитков напротив них. Бармен подает Тэ самый дорогой коньяк и приветливо улыбается посетителям в лице двух расстроенных бывших друзей. — Почему ты не с остальными? — аккуратно спрашивает Тэхён, внимательно следя за действиями бармена, который ставит перед ним стакан и наливает янтарного цвета жидкость. — А ты? — вопросом на вопрос отвечает Чимин. — Нет настроения, — просто выдыхает Ким. — Вот и у меня, — слабо кивает в ответ Чим.       Он невольно вздрагивает, когда прямо перед ним Тэхён швыряет белый конверт с надписью, выведенной ровным почерком. — Заявление об увольнении? Серьёзно? — возмущается и негодует одновременно Тэ, отчего его голос немного повышается. — Какого черта, Чимин? Ты ведь мечтал работать в этой компании, мы через столько прошли! — Я устал, — даже не пытается оправдаться парень, не понимая, откуда у Тэхёна этот конверт. Но, взглянув на свой пиджак, что покоится на ногах коллеги, до него доходит. Ким увидел его случайно. — Это потому, что ты все ещё простой работник? — догадывается Тэ, поджав губы. — Я, конечно, знал, что ты толстокожий идиот, но не до такой же степени. — Что? — удивленно и немного обиженно смотрит на него Чим, надув губы. — Ты до сих пор не понял, почему Чонгук не даёт тебе повышение? — спрашивает Ким, получая в ответ отрицательное мотание головой. — Боже, да нравишься ты ему.       Чимин окончательно теряется от слов парня, не зная, как их расценивать и радоваться ли такой новости. Слышать подобное, конечно, приятно, но ему не верится. Хотя бы потому, что на тех, кто нравится, так грубо не орут и так зло не смотрят. А Чонгук именно так и делал, стоило Паку допустить хоть малейшую ошибку. Хорошо, что серьёзных и прилюдных выговоров не было, Чим легко их избегал до недавних пор (о которых он умалчивает). — Я не могу ему нравиться, — криво усмехается Чим, вновь пряча свой взгляд. — Все знают, что он не из этих… — Именно поэтому он так холоден с тобой, — Тэ поворачивается к Чимину всем корпусом, стараясь поймать его взгляд. — Ему очень сложно принять своё влечение к тебе, поэтому он старается редко контактировать с тобой. И продолжается это уже полтора года. — Откуда ты это знаешь? — Чимин нервно берет в руки лежащий на стойке чек, принимаясь его мять, и ждет ответа от Тэхёна.       Сердце парня сходит с ума точно так же, как и сам Пак. Ему все ещё не верится в происходящее, но щеки уже готовятся покрыться румянцем от одной только мысли, что в него влюблен тот, по которому он сам сохнет уже два года. Это так волнительно и чертовски приятно, что затыкать Тэхёна совсем не хочется. — Поскольку я часто работал с ним, то начал замечать его взгляды в твою сторону. Меня напрягало такое странное поведение, ведь ты все же мой друг, поэтому я спросил про его чувства прямо в лоб, — криво усмехается Ким, теперь с улыбкой вспоминая тот разговор. — Он испугался и попросил никому не рассказывать. Точнее, он просто откупился повышением. Все думают, что я заслужил его благодаря своему длинному языку, но это не так. — Разве твой болтливый рот никак к этому не причастен? — ухмыляется Чимин, недвусмысленно взглянув на нахмурившегося Тэхёна. Оба прекрасно понимают, о чём идёт речь, но Тэ не хочет оправдываться, а Чимину просто по гроб жизни важно знать, было у него с начальником или нет.       Тэхён молчит, непривычно долго молчит, и смотрит очень внимательно и тяжело, отчего Паку уже становится не по себе. Вскоре парень наклоняется ближе к Чимину и шепотом обжигает его ухо. — Чонгук девственник, — шокирует он Пака, кривя губы в улыбке. — У него даже отношений не было. — Ты что, всю его биографию знаешь? — возмущается смущенный подобными откровениями Чим, тут же дергаясь от друга. — Айщ, ну правда… Это сумасшествие. — Он рассказал как-то, когда напился с горя. Ныл, что впервые влюбился, как подросток, и что делать с тобой — не знает. Потому что ты никаких намёков ему не подавал и на гея мало смахивал. Ох, как же он течёт от твоих форм в этих обтягивающих брюках. — Хватит, — чуть ли не визгом затыкает его Чим, действительно смущаясь этого разговора. Они с Тэ говорили о многом и не раз обсуждали свои ночные развлечения, но слушать именно про начальника от Кима Чимину невыносимо. — Ему просто нужен такой опытный учитель, как ты, — подмигивает Тэ, замечая растерянность на лице Чимина. — Что? Я ведь знаю, какие парни тебе нравятся. Ты сразу же запал на Чонгука. — Мы все ещё друзья? — резко меняет тему Чим, и теперь чувствовать себя растерянным приходится Тэхёну. — Ты меня бросил, — напоминает Ким, опуская взгляд. Он сильно переживал после их ссоры, а сегодня просто подвернулся случай. До этого Тэ так и не решился подойти к парню и выяснить причины такого отчуждённого поведения Чимина в свою сторону. — Тогда начнём нашу дружбу заново с небольшого секрета, — мягко улыбается Чим, наклоняясь к уху Тэхёна. — Я отсосал Чонгуку, и ему понравилось.       Сказать, что Тэ ошарашен — ничего не сказать. Он глупо хлопает пышными ресницами, открывает рот, как выброшенная на сушу рыба, и хватается за сердце. В душе что-то обрывается от радости, и пока что Ким не может понять, отчего он счастлив больше: из-за возвращения блудного друга или из-за продвижения этих отношений, за которыми он следит с самого начала. — Как ты на это рискнул? — на эмоциях вскрикивает Тэ, но Чимину верит. Пак способен на всё. — Прости, не могу сейчас всё рассказать, мне срочно нужно увидеть Чонгука, — заторопился Пак, стараясь избежать неприятной темы, но его неожиданно осеняет совершенно логичная мысль, и он замирает, вопросительно взглянув на друга. — Кстати, а ты что здесь делаешь? — Разбитое сердце склеиваю, — с грустной улыбкой объясняет тот, показывая парню вновь наполненный стакан. — Когда успел уже? — Чим ерошит волосы Тэхена, понимающе улыбаясь. — В Японии встретились. А он переспал со мной и бросил, — бубнит Ким, залпом выпивая еще один стакан коньяка. — Не напивайся сильно, — вздыхает Чим, понимая, что парня лучше оставить в одиночестве.       К тому же, у него сейчас более важные дела. Страдающий от предательства Тэхён справится как-нибудь сам.       До заведения, где сейчас гуляет его отдел, Чимин добирается на такси. Мешать отдыхающему народу не хочется, поэтому Пак топчется у входа, подглядывая за ними через окно. Чонгук предсказуемо не пьёт, но в оживлённом разговоре участвует, поэтому Чим решает дождаться его у машины, что припаркована прямо у входа. Неприятный вечерний ветерок забирается под рубашку, и парень только сейчас вспоминает, что забыл забрать свой пиджак у Тэхёна.       В душе Чим всё равно сильно волнуется за друга, но тот никогда не был глупым и легко влипающим в проблемы, в отличие от него, Пака. Поэтому Чимин решает сейчас разобраться со своей двухлетней влюблённостью и нерешительностью начальника, который, к счастью, выходит из закусочной уже через полчаса. Чонгук немного уставший и взъерошенный, ему всегда тяжело давалось общение с коллегами, и Чимин очень ловко оказывается у него на пути, включая в себе актерские способности.       Пак очень пьяно улыбается, цепляясь за руку растерявшегося Чонгука, и виснет на нём так, чтобы младшему пришлось приобнять его за талию. — Ооо, начааальник, — пьяно тянет Чим, хихикая себе под нос. — А воот и Выыы. — Ты пьян? — удивляется парень, придерживая ослабевшее в руках тело. — Из-за Вааас, — Чимин тычет указательным пальцем куда-то в грудь парня, но промахивается, скользнув им вниз по торсу. — Мне тааак стыдно… Я не могу на рабоооту ход-ик-ть… — Боже, и двух слов связать не можешь, — фыркает Гук, пропуская слова старшего мимо ушей.       Он и сам без сопливых знает о своём промахе, ему стыдно не меньше чиминовского. Потому что поступил некрасиво и поставил хорошего парня на колени, даже если тот, по виду, был совсем не против этого. — Доомооой хочу, — тяжело вздыхает Чим, тут же указав на машину начальника. — Вези!       Поведение пьяного Чимина удивляет, он так ловко перескакивает с официального обращения на неформальное, что Чон невольно усмехается. Выбора у него нет, особенно после того, как Чим во всем произошедшем обвинил его. Бросить невменяемого работника прямо здесь рука не поднимется, поэтому Чонгук доводит его до машины и усаживает на пассажирское переднее сиденье, хотя стоило бы закинуть его назад. — Я сам, — буркает Чим, выдёргивая из рук парня ремень безопасности.       Чонгук смиренно поднимает ладони вверх, позволяя Чимину самостоятельно пристегнуться, и через несколько секунд садится за руль. — Куда везти? — спрашивает он, выруливая с парковки. — Я введу в навигаторе, — тихо выдыхает Чим, потянувшись к небольшому планшету на панели автомобиля.       Чонгук внимательно следит за пальцами Пака, медленно переводя взгляд выше, по рукам, плечам и волосам, до тех пор, пока не сталкивается взглядом с карими глазами парня. — Мы едем? Я хочу домооой, — канючит Чим, надув губы.       Растерявшись из-за собственной реакции на парня, Гук тихо прочищает горло и сворачивает на проезжую часть. Слишком неловко находиться с Чимином после того, как его пухлые губы так приятно касались в самых интимных местах.       Во время поездки оба молчат. Чонгук не знает, с чего начать разговор и стоит ли общаться с Чимином, пока тот под градусом. А Пак внутренне радуется тому, что он уже выполнил свой коварный план наполовину. — Ты здесь живешь? — хмуро интересуется Гук, когда они заезжают в темный двор.       Чимин осматривается, слабо кивая, и тычет пальцем в сторону одного из подъездов, безмолвно прося высадить его там. Когда машина плавно тормозит, а Гук ставит ее на ручник, старший отстегивает свой ремень безопасности и оборачивается к Чонгуку, который тоже освобождается от ремня, видимо, собираясь довести парня до дома. — Я тебе правда нравлюсь? — с ходу спрашивает Чим пьяным голосом, замечая, как Гук дергается и испуганно смотрит на него. — Как… Кхм… Как много ты выпил? — от волнения пересыхает в горле, поэтому Гук нервно касается шеи рукой, потирая ее. — Достаточно, чтобы перейти с тобой на «ты», — ухмыляется Чим, откровенно облизывая свои пухлые губы кончиком языка. — Тем более, после того, что между нами было. — Я по девушкам, — тихо отвечает Гук, и Чимин нутром чувствует эту неуверенность в его голосе. — А чем я хуже? — Пак приподнимается, потянувшись к Чонгуку.       Начальник от неожиданности вжимается в сиденье, пока Чим тянется дальше, а после он даже охает, когда его резко отодвигают до упора назад. Чимин ловко нащупывает нужную кнопку и вскоре слегка откидывает спину водительского сидения, освобождая себе больше места. Как хорошо, что у Гука большой, удобный автомобиль, иначе пришлось бы сейчас скрючиться. — Ч-что ты делаешь? — пугается младший, когда Чим скидывает с себя туфли и перелезает на водительское сидение, удобно устроившись на бедрах начальника. — Хочу убедиться, что я понял все правильно, — выдыхает тот, вполне осознанно глядя на Чонгука.       Видя всю серьезность и решимость в глазах работника, Гук шумно сглатывает и нервно облизывает губы. Круглые очки быстро исчезают с красивого лица, позволяя Чону утонуть в омуте чужих, красивых глаз, а вслед за ними Чим выбрасывает и галстук, спешно стянув его с себя.       То, как Чим сначала ослабляет удавку на шее, а после — бросает ее на заднее сиденье автомобиля, кружит голову. Чонгук не сводит глаз с Чимина, чувствуя, как он тяжело дышит, видимо, от предвкушения. Осознание того, что Пак совершенно трезв, бьет обухом по голове, стоит только Паку наклониться ниже и почти коснуться губ начальника. — Мне нужно еще два процента, — с томной хрипотцой в голосе шепчет Чим, расстегивая единственную пуговицу на пиджаке Чонгука. — Ч-Чимин, прекрати, — бормочет Гук, дергаясь от неожиданного поцелуя в уголок губ. — Ч-что ты делаешь? — После того, как я попробовал тебя, — Чим специально делает паузу и словно случайно с нажимом проходится ладонью по ширинке начальника для полноты ощущений. — Я не мог успокоиться. Вчера, трахая себя искусственной игрушкой, я представлял… твой член. — Чимин! — возмущенно вскрикивает смутившийся парень, пытаясь отдернуть руку Пака. — Разве тебе не интересно, какой я узкий и горячий внутри? — ухмыляется Чим, принимаясь расстегивать свою рубашку.       Он специально медлит, дает младшему возможность немного прийти в себя и обдумать все происходящее. Если Гук решит оттолкнуть — Чимин не будет настаивать. Но в таком случае ему придется все же передать тот конверт, оставшийся у Тэхена, директору, иначе он сгорит от стыда под взором этих пленительных глаз на работе. Сейчас или никогда. Чону нужен небольшой толчок, он уже почти во власти Пака. — Мне нравится, когда ты обращаешься уважительно, — вдруг выпаливает Гук, нехотя отрывая взгляд от постепенно обнажающегося тела Чимина, и заглядывает в его глаза. — Хочу чувствовать твое подчинение. — Ох, мне тоже нравится, когда ты властный и грубый, — жарко выдыхает Чим, буквально срывая с себя рубашку и бросая ее вслед за галстуком. — Но сегодня позволь мне быть сверху. — Я… должен извиниться за тот случай с… — Тшш, — указательный палец мягко касается тонких губ, заставляя младшего проглотить все свои слова, а после Чим подушечкой обводит нижнюю губу, соскользнув на подбородок и надавив на него, чтобы Чон приоткрыл рот. — У Вас будет еще возможность, мой Господин.       Чонгука прошибает током от пошлого, игривого взгляда, а низкий, томный голос пленит и заставляет дрожать. Внизу живота приятно тянет, Чонгук впервые не смущается своего возбуждения, причиной которого является Чимин. Этот искуситель слишком хорош, чтобы жалеть о смене своей ориентации, поэтому Гук отдается ему во власть, чувствуя теплые губы на своих, но все же перехватывает инициативу. Не из-за желания показать свое превосходство, а чисто по инерции — хочется вжимать и втрахивать, а не послушно выполнять и терпеть. Однако Чон не уверен, что и как здесь и сейчас делать, поэтому подчиняется, цепляясь за аппетитные бедра Чимина, и пододвигает его ближе. — Чувствую себя школьником рядом с Вами, — бормочет сквозь влажные поцелуи Чим, позволяя и себе, и начальнику глотнуть хоть каплю воздуха. — Возбуждаешься с полуоборота? — с ухмылкой выдыхает Чон, прежде чем Пак вновь заткнет его своими губами.       Чимин отмечает, что Чонгук очень дерзкий и наглый, но он скрывает это в себе чисто из-за неуверенности в своих действиях. Если верить Тэхену, то он и девушек-то никогда не трогал, а тут — точно такое же, как и у самого себя тело, и что с ним делать — без понятия. Поэтому Пак подталкивает, помогает раскрепоститься и прочувствовать все удовольствие от происходящего. — На Вас слишком много одежды, — вновь бормочет Пак, чувствуя, как уже горят губы из-за чувственных поцелуев и ощутимых укусов Чонгука. — Сегодня ты сверху, — напоминает ему ухмыльнувшийся Гук.       Его большие ладони уже во всю изучают тело Чимина, скользят по спине, спускаясь на бока, а после перемещаются на грудь и живот. Все это происходит как в замедленной съёмке, но так, наверное, кажется только сходящему с ума Паку. Он даже забывается на несколько секунд, шумно выдохнув, и с силой сжимает в руках ткань светлой рубашки начальника, жалея, что она все ещё на нём. — Два гребаных года я мечтал об этом моменте, — стонет Чим, стоит только Чону опустить ладони на его ягодицы и сжать сквозь ткань брюк. — Черт, хочу Вас.       Понимая все без лишних слов, Чонгук немного приподнимается, прижимаясь к Чимину грудью, и спешно стягивает с себя пиджак, кинув его на соседнее сидение. Пальцы Пака тут же цепляются за маленькие пуговицы, нервно расстёгивая одну за другой, а губы спускаются на шею. Но тело перестаёт слушаться в ту же секунду, когда Чонгук касается губами обнаженного плеча старшего, медленно, словно смакуя на вкус, перемещаясь к шее. Это слабое место Пака, оттого он буквально течёт и плавится, и Чонгуку нравится то, как парень в его руках напряженно замирает, то, как ощутимо вздрагивает от первого поцелуя в самое основание, то, как его губы нервно хватают накаляющийся воздух, и то, как Чим невольно откидывает голову на томном выдохе. — Много у тебя было… партнеров? — зачем-то спрашивает Гук, совсем не желая слышать ответ.       Ему неловко от того, что он такой неопытный. Судя по действиям Пака, он делает это не в первый раз, может, даже и не во второй, и от этого становится неприятно. Не потому, что Чим подарил свое тело кому-то другому до него, Чонгука, а потому, что он не может доставить парню то удовольствие, которое ему уже пришлось испытать с другими. — Вы единственный, кто возбуждает одним только взглядом, — улыбается Чимин, дернув края рубашки и обнажив тело Чонгука.       Младший в ответ расплывается в ухмылке и ощутимо прикусывает нежную кожу зубами, чувствуя дрожь в теле Чимина и цепляя слухом его рваный стон. Небольшие ладони оглаживают грудь и пресс, слегка царапая ноготками на особенно чувственных поцелуях в чувствительную шею, а после спускаются ниже, умело и достаточно быстро расстёгивая ремень и ширинку чужих брюк. — Мне помочь? — неловко интересуется стушевавшийся Гук, обдавая влажную от своих поцелуев кожу дыханием. — Делай все, что тебе хочется, — шепчет в ответ Чим, позволяя Чону приподнять бедра. Он тут же приспускает с него брюки вместе с боксерами и получает в ответ облегченный выдох Чонгука, которому уже было дискомфортно в одежде. — Здесь не обязательно иметь опыт, главное — чувствовать своего партнера.       Слабо кивнув на слова Чимина, младший очерчивает пальцами изящные очертания молодого тела, а после следует примеру парня и тоже стягивает с него штаны. Пак тихо смеется на неуверенность начальника, прекрасно понимая, как сейчас сложно Чону, и самостоятельно снимает с себя боксеры, немного повозившись с одеждой и скинув ее куда-то в ноги Чонгука. — Что ты задумал? — только сейчас догадывается спросить Чон, пока Чимин широко расставляет ноги (благо сидение позволяет) и с характерным чпоком открывает небольшую баночку, заранее достав ее из кармана брюк. — Внимательно смотри, — шепчет Чим, стараясь не смутиться.       Ему впервые приходится делать это на глазах у кого-то, поэтому он чувствует себя скованно и неправильно. Но взгляд Чонгука жадный и возбужденный, это позволяет немного расслабиться. Баночка оказывается впихнута в руку Чона, потому что Паку жутко неудобно. И вообще, сделать это в машине была глупая идея. — Зачем ты… О боже…       Чимин упирается свободной рукой в плечо Гука, нервно цепляясь за него пальцами и заводит руку за спину. Он слегка прогибается в спине, как кошка, прильнув ближе к груди Гука, и обдает его губы своим сбитым, тяжёлым дыханием, при этом прикрыв глаза. Смотреть сейчас на Чонгука нереально, тот выглядит слишком заинтересованным и сексуальным с закушенной губой и внимательным взглядом. — Ты уже ввел? — хрипло спрашивает Чон, внимательно наблюдая за лицом Чимина.       Учитель из Пака никудышный, как же Чонгук научится, если ничего не видит? Поэтому он быстро пачкает палец в ароматной смазке и скользит рукой по напряжённому бедру Чимина, поднимаясь выше и касаясь чистыми пальцами руки Пака. — Д-да, — с придыханием отвечает Чим.       Его брови слегка заломаны, а губы поджаты, но выглядит он не напряженно, а немного мило. Чонгуку нравится смущение Пака, которое тот испытывает перед ним, но сейчас ему хочется видеть на этом лице удовольствие, поэтому он ведет влажным пальцем по костяшкам аккуратной руки и нащупывает приоткрытую дырочку, в которой уже два пальца Чимина. Не желая медлить, но и боясь навредить, Гук вводит свой палец достаточно осторожно и медленно, отчего у Пака по позвоночнику мурашки, а внизу живота все пылает. Пальцы Чонгука длинные и изящные, Чим всегда представлял, как они будут смотреться на его теле, и сейчас, чувствуя, как Гук невольно задевает внутри самое чувствительное, Пак готов проклясть их, несмотря на то, что кисти Чона — это его личный фетиш. — Не наадо так, — умоляюще просит он, сильнее сжимая пальцами его плечо. — Почему? — ухмыляется Чон, замечая гримасу удовольствия на лице парня. — Слишком хорошо, — сдавленно стонет Пак. — Я кончу… — Мм, разве это плохо? — игриво спрашивает Чон и надавливает на комочек нервов внутри ощутимее, выбивая из Пака вскрик. — Только не сейчас, — сквозь тяжёлое дыхание шепчет Чим, взглянув на довольного Чона. — Хочу ощутить Вас полностью… В себе. — Удивительно, что ты готов так быстро, — шепчет Чонгук, вынимая палец и вновь пачкая их в смазке из баночки, которая вскоре летит куда-то назад. — Я же говорил… — немного смущённо отвечает Чим, понимая, что Гук счел его слова игрой. — Я… — Ты, вроде, хотел его, — перебивает его смущённую болтовню Чонгук, указывая взглядом на свой твёрдый и стоящий в боевой готовности член.       Чимин давится спёртым воздухом, опустив глаза и заметив ладонь Чона, скользящую по всему стволу: длинные пальцы полностью обхватывают его, игриво касаются чувствительной головки и изредка зажимают у основания, пока Пак заворожено наблюдает, чувствуя, как внутри что-то сжимается, норовя вот-вот взорваться. — Бери, — шепчет Чонгук, подталкивая Пака к действиям.       Больше не медля ни секунды, Чимин пододвигается ещё ближе и вжимается в горячее, крепкое тело начальника, при этом глядя прямо в его глаза. Аккуратный, небольшой член касается подтянутого живота Чонгука, принося Паку приятные ощущения. Медленно опускаясь, Чимин задерживает дыхание и чувствует, как Чонгук направляет свой член в него, касаясь головкой пульсирующей дырочки. У Чонгука это впервые, поэтому Чим хочет доставить как можно больше удовольствия, концентрируясь на его ощущениях, но и для Пака это первый секс за последние два года, особенно с тем, по кому он сходил с ума все это время. Поэтому он особо не церемонится и резко толкается бедрами вниз, насаживаясь до основания. С губ срывается громкий стон, а желание выгнуться становится жизненно необходимым — хочется чувствовать Чонгука полностью, всего, поэтому Чимин прогибается в пояснице и цепляется пальцами за плечи Чонгука, пока тот прикрывает глаза и чуть съезжает по сидению бедрами, чтобы было удобнее толкаться.       Движения быстрые, рваные и размашистые, крепкие мышцы бедер напрягаются при каждом новом толчке, а звонкие шлепки кожи о кожу наполняют собой салон автомобиля, смешиваясь с громкими вздохами Чонгука и красивыми, мелодичными стонами Чимина. Старший теряется в ощущениях, которые ему дарит Чон, и прижимается своим влажным телом к его, ощущая точно такую же дрожь и покрываясь мурашками. Впервые так хорошо и приятно, что хочется плакать: никогда в жизни Пак не кричал так громко, ему сносит все тормоза от немного грубых, резких толчков осмелевшего Гука. Прекращать этот кайф не хочется, но внутри все скручивается и напрягается, пока Чим при каждом подъёме трётся собственным возбуждением о пресс младшего. Внутри Чимина горячо и узко, Гук судорожно царапает ногтями его бедра, а после невольно сжимает попавшиеся под руки ягодицы, шире раздвигая половинки и покачивая бедрами навстречу движениям парня. Слишком приятно, что даже не верится в происходящее. Чонгуку не с чем сравнивать, но он почему-то уверен, что больше никто не сможет подарить ему такую массу удовольствия и возбуждающих, но в то же время нежных прикосновений.       Два тела жмутся друг к другу в поиске любви и защиты, Чонгук сильнее прижимает запыхавшегося Пака к себе, пока тот тычет кончиком носа в его плечо. Старший принимается двигаться плавно, скользя по члену Чона медленно и особо ощутимо, и от этого едет крыша у обоих. Пак сжимается слишком сильно, чувствует внутри каждый миллиметр Гука и наслаждается этим моментом. Их хватает ненадолго, Чим специально дразнит младшего, будит в нем дикого, опасного зверя, чтобы через несколько мгновений сорваться на бешенный темп, вновь наполняя салон пошлыми, громкими звуками.       Оргазм настигает их незаметно и молниеносно. После перенесённого экстаза, Чимин буквально обмякает на тяжело дышащем парне и прикрывает устало глаза, млея под мягкими поглаживаниями тёплых ладоней Чона. Младший тоже дрожит в истоме, лениво зарываясь кончиком носа во взмокшие волосы Пака и расслабляясь на сидении. — Только попробуй сказать, что я отработал не на все сто процентов, — бормочет Чимин, щекоча кожу рваным дыханием. — Я только что лишил тебя девственности, ты просто обязан дать мне повышение. — Если честно, я уже давно подготовил документы для твоего повышения. Еще до того, как ты так страстно выпрашивал его на коленях, — усмехается Чонгук, чувствуя, как Пак сначала замирает, а потом не больно кусает его в плечо. — Ты специально издевался?! — Я не думал, что ты реально сделаешь это! — оправдывается Чон сквозь тихий смех, и слегка отталкивает голову Пака от себя, чтобы больше не кусался. — Неужели я сделал это так плохо? — в лоб спрашивает Чим, слегка нахмурив брови и заглянув в глаза начальника. — Хотел бы я продолжения, если бы ты провалился? — вопросом на вопрос отвечает Чонгук, аккуратно убирая прилипшие к взмокшему лбу Чимина пряди светлых волос. — Значит, правда? — слегка смутившись, Пак прикусывает нижнюю губу и опускает взгляд вниз, от неловкости водя указательным пальцем по обнаженной груди Чона. — Ты мне нравишься, — утвердительно кивает младший, цепляя пальцами подбородок Чимина, и заставляет того вновь посмотреть в глаза. — С этих пор ты мой. — Увижу, что заглядываешься на свою секретаршу — трахну тебя у всего отдела на глазах, — угрожает Пак, наконец высказав Чону то, о чём так долго мечтал. — Ревнуешь? — довольно ухмыляется Чонгук, опуская ладони на упругие ягодицы парня. — Ты знаешь, сколько девушек сходят по тебе с ума? — бубнит недовольно Пак, надув губы. — Я совсем отчаялся, и если бы не Тэхен… — Так это он рассказал? — осознает Чонгук, хмуро глядя на Чимина. — Он сделал это, потому что нашёл моё заявление об увольнении, — выдыхает старший, вновь опуская взгляд из-за внимательных глаз Гука. — Я тебя не отпущу, — не раздумывая, отвечает Чон. — Мне нравится, что у нас будет служебный роман. — Что в этом хорошего? — бормочет светловолосый. — Ну, поцелуи украдкой, секс на рабочем столе или где-нибудь в комнате отдыха, пока никто не видит, минеты под столом и… — Боже, ты такой извращенец, — с улыбкой шепчет Чим, накрыв губы парня пальцем, чтобы он не продолжил этот развратный список. — Но мне чертовски нравятся твои мысли. — А я о чем, — подмигивает Гук, мягко прикусывая нежную подушечку пальца. — У тебя нет салфеток? — нервно сглотнув, Чим очень осторожно приподнимается с опавшего органа начальника, и с испугом смотрит на испачканное сидение и собственные перепачканные бёдра. — Ч-чёрт… — Ходи так, — ухмыляется младший, перехватывая запястья Чимина. — Хэй, мне нужно одеться! Не могу же я испортить новые брюки, — возмущается Чим, недовольно взглянув на Чона. — И не кажется ли тебе, что нас прекрасно видно через лобовое стекло? — Когда ты стонал и скакал на мне, тебя это не заботило, — подмечает с издевкой Гук, всё же сжалившись над старшим и отпустив его руки.       Чимин тут же перелезает на заднее сидение, нащупывая свои вещи, и принимается одеваться в не очень удобных условиях, даже пнув сидение Чонгука, чтобы тот отодвинулся и поднялся. Чону хватает всего минуты, чтобы привести себя в порядок, застегнуть рубашку и вернуть нижнее бельё со штанами на место. Пак же возится немного дольше, лишь через несколько минут запыхано сдувая мешающую челку со лба. — На чай не зайдёшь? — Пак наклоняется между двумя передними сидениями вперёд и ловит вопросительный взгляд Чонгука. — Уверен, что мы остановимся на чае? — аккуратно спрашивает он, не зная, как отреагирует Чим на его прозрачный намёк. — Возможно, мы до него даже не доберёмся, — коварно ухмыляется Чим, слегка оттопырив языком щеку изнутри в неприличном жесте. — Кажется, мне придется купить тебе новый костюм, — шумно выдыхает Чонгук, потянувшись к губам Чимина. Старший выглядит озадачено, и Чонгук спешит объясниться. — Думаю, на этот раз у меня не хватит терпения на раздевание. — Тшш, — Пак вовремя накрывает пальцами губы парня, не давая себя поцеловать. — Нам нужно добраться до квартиры. — Если поймаю раньше, чем ты откроешь дверь, то не ручаюсь за себя, — тихо рыкнув, возбужденно сверкает глазами Чон.       Чимин чувствует новый прилив мурашек, вздрагивая от тока по позвоночнику, и слишком резко дёргает ручку двери, буквально вываливаясь из машины. Он, не удосужившись закрыть дверцу и не оглядываясь, бежит в подъезд и не сдерживает довольную улыбку. Сзади слышатся два характерных хлопка, а после — звук сигнализации и пульта управления, и Чим затылком чувствует жадный взгляд Чонгука.       Возможно, все это странно и неправильно, но Чимин счастлив. Он впервые встретил того, кто полностью разделяет его сексуальные предпочтения и вкусы.