Let me in

— Я подкрашиваю верхнюю губу, еще думаю, надо было помаду Мэри брать, — стоя на перроне, повествовала Софи, разглядывая себя в экране телефона — Гога, не беси. Ты опять от темы ушла, — слегка ударив шатенку по предплечью, прикрикнула Маха, ей очень хотелось выяснить, что же произошло между её подругами. — Да что все сегодня такие нервные?! — возмущенно крикнула Беридзе, но, увидев серьезный взгляд Костыля, сразу продолжила, — Так вот, слышу про какие-то фото разговаривают, а потом притихли, и вздохи-ахи всякие начались, сперва подумала, что показалось. Ну и резко открываю дверь, а они стоят там, я ж слепая, поэтому увидела только спину Кати, сначала не поняла, слышала же голос Тани, а в комнате одна Шаманка, а потом они как выпрыгнут, — жестикулируя из-за эмоций, сумбурно рассказывала Софи, вспоминая тот вечер до мелких подробностей, на сколько это было возможно, с учетом того, что она много выпила. — Подожди, так они сосались или что? — сводя брови, тем самым показывая, что не совсем понимает, переспросила Кузьмина. — Жопой что ли слушаешь? Говорю же, нихера не разглядела, — быстро проговорила шатенка, желая скорее продолжить свое повествование, — ну вот, а потом Таня прям такая агрессивная стала, знаешь, говорит, мол, мне плевать, что ты думаешь, оправдываться не буду, — пародируя голос Попозже, продолжала Софи. — Исусья девка, я знала, что что-то происходит, — прикусив нижнюю губу, и смотря в сторону, куда побежала Катя, сказала Костыль. *** Две пацанки шли по перрону и глазами искали подругу, вглядываясь в каждого похожего человека. — Вот она, — крикнула Софи, щурясь и указывая пальцем на девушку с короткими пепельными волосами. На её крики эта дама обернулась и окинула Беридзе и Кузьмину полным непонимания и прeзрения взглядом. — Чё орешь-то, не она это, — хватая шатенку за вытянутую руку, сказала Маша, — Гога, окуляры свои наведи и не пугай людей воплем, — улыбаясь, продолжила девушка. Однако, повернув голову, улыбка с ее лица спала — она увидела идущую им на встречу Катю, которая смотрела прямо, но сквозь людей, сквозь предметы. Кузьмина никогда раньше не видела такой взгляд, какой-то пустой и ко всему равнодушный. Поэтому, схватив Беридзе под руку, Маша быстро направилась к блондинке. — Куда поскакали? — волочась чуть позади Костыля, шатенка оглядывалась по сторонам до тех пор, пока они вплотную не приблизились к Хорошенко. Софи в любой ситуации могла, что-нибудь, да сказать, но не в этой: девушка была достаточно шокирована видом Шаманки для того, чтобы суметь смолчать и не ляпнуть того, от чего подруге станет еще хуже. Отпустив руку Беридзе, Маша схватила Катю за плечи, тем самым останавливая девушку и привлекая ее внимание. — Ты как? — единственное, что смогла из себя выдавить Костыль, заглядывая прямо в глаза блондинке. — Нормально, — ответила блондинка, глядя сквозь Машу, что действительно пугало. — А чего рожа тогда красная и глаза опухшие? — съязвила девушка, но тут же начала мысленно ругать себя за это, понимая, как тяжело Хорошенко. — Поехали домой, — словно не слыша вопрос, отрезала Катя, начиная просто идти вперед. *** Девушки ехали на такси к Мэри домой в полном молчании. Шаманка была на заднем сидении, рядом с Машей, а Гога сидела впереди. Разговоры казались лишними, тем более, разговоры ни о чем никак бы не спасли ситуации. Внезапно Софи почувствовала вибрацию уведомления и посмотрела на экран телефона: Мария Кузьмина: походу все слишком не камильфо Софи Беридзе: все хуево? Что она делает? Мария Кузьмина: в окно втупляет. Гога повернулась назад и посмотрела на блондинку, которая и вправду смотрела в окно. Софи Беридзе: Может завести разговор? Мария Кузьмина: Ты ее видела? Она явно не настроена языком сейчас чесать! Софи Беридзе: значит дома поговорим! *** Зайдя в квартиру к Мэри, Маша и Гога сразу закачали головой, давай понять Джа, что вопросы излишни. Блондинка сняла верхнюю одежду и молча направилась в комнату, даже не посмотрев на хозяйку квартиры. — Что случилось? — шепотом спросила немного ошарашенная девушка, удивляясь поведению Хорошенко. — Сами не знаем, — ответила Маха, после чего повесила свою куртку в гардеробный шкаф. Три девушки сидели на кухне и ждали, пока заварится чайник. — Может, объясните, что происходит, и почему мы должны говорить шепотом? — немного с наездом спросила Мэри, наклоняясь ближе к подругам. — В общем, если в двух словах, то, — Софи не успела договорить, как в следующую секунду Костыль наступила ей на ногу, и девушке пришлось замолчать, корчась от боли. — Ну? — ожидая продолжения, протянула розововолосая, с раздражением поднимая бровь. — В общем, Катя скучает по дому! — выпалила Костыль и сразу словила непонимающий взгляд Беридзе, — да, Гога? — пристально смотря на шатенку, спросила Маша. — Да? Да-а, так скучает, так скучает, — как можно увереннее ответила Софи. На это Мэри удивленно переводила взгляд с одной пацанки на другую, но пытать девушек вопросами не стала, тем более у нее зазвонил телефон, и она ушла в другую комнату. — Ты мне всю ногу отдавила! — прошипела Гога, — к чему мы все это устроили, почему не сказали, как есть? — Да ты воду в жопе не удержишь! Не надо никому ничего говорить, сперва сами выясним, что вообще происходит, — разъяснила Маха. На протяжении всего вечера девушки пытались заговорить с Катей, однако, все их попытки терпели фиаско, когда девушка отвечала однословными предложениями, не желая продолжать разговоры.Переписываясь в вк и переглядываясь, Софи и Маша сошлись на том, что блондинку сейчас лучше не трогать. *** Кузьмина проснулась посреди ночи от дикой жажды. «Здорово, великолепно» — пропела у себя в голове сонная пацанка, пытаясь не разбудить девушек, минуя их сонные тела.Пройдя на кухню и включив свет, девушка взвизгнула, совсем не ожидая увидеть в такое время сидящую за столом блондинку.  — Блять, я сейчас так обкекалась, — выругалась Маша, после чего Катя повернулась и посмотрела на нее. «Ничего себе, прогресс на лицо» — подумала Кузьмина  — Извини, — безэмоционально сказала Хорошенко.  — Ого, ты и разговаривать умеешь, — выпалила девушка, после чего мысленно дала себе затрещену, -Кать, что произошло между вами с Таней? — спросила Костыль, решив не ходить вокруг да около, к тому же, так она хотя бы будет знать, какие темы вообще нельзя поднимать.  — Ничего. Между мной и Таней ничего, — ответила девушка, после чего тихо выдохнула.  — Ты же знаешь, что я никому не расскажу. Посмотри на себя, такое впечатление, что кто-то умер, — Налив воду в стакан и садясь рядом с Шаманкой, начала девушка, -Ну иди сюда, — сказала Маша, после чего обняла Катю, прижимая к себе, показывая не только моральную, но и физическую поддержку. Девушка гладила блондинку по спине и чувствовала, как футболка в области плеча становится влажной. — Кать, я с тобой, все хорошо, что случилось? — аккуратно еще раз попыталась спросить Маха. После этого блондинка отстранилась и посмотрела Кузьминой в глаза, будто бы пытаясь убедиться, что она может ей доверять, затем вздохнула и начала свою исповедь. Маша не была в особом шоке, ведь даже на проекте девушка допускала подобные мысли о Тане с Катей, к тому же девушка была в состоянии отличить простую дружбу от химии и тяги друг к другу, однако, глядя на блондинку сейчас, по щеке девушки потекли слезы. Кузьмина была очень сопереживающим и эмоциональным человеком, поэтому каждое слово блондинки пропускала через себя, лишь изредка переспрашивая непонятные для себя моменты. — Мда, вот тебе и бурошенко, — вытирая глаза тыльной стороной ладони, произнесла Маша, — я даже не знаю, что тебе и посоветовать, — грустно произнесла девушка, после чего в который раз обняла блондинку, — просто скажу тебе, что время всё расставит по местам. ***  — Точно останешься еще на несколько дней в Москве? — заходя в здание вокзала, спросила Кузьмина.  — Да, я уже пообещала несколько фотосессий, — слегка улыбнувшись, ответила Катя, пожимая плечами. Дойдя до нужного вагона, Кузьмина начала прощаться с подругами, а именно с Софи, Джа и Хорошенко. — Держи хвост пистолетом, — прошептала на ухо Шаманке Костыль. — Спасибо, что выслушала, — тихо сказала Катя в ответ, кивнув словам подруги, на что Кузьмина мягко улыбнулась, и уже последний раз окидывала провожающих взглядом. — Так, последние наставления: Мэри, не реветь; Гога, не тупить; Шаманка, быстро завершать свои дела и возвращаться домой, — улыбаясь, продолжила Маша, но тут заметила за спинами девочек быстро бегущее нечто, которое кричало: — Стойте! — ЛПП, — улыбаясь уже во все свои тридцать два, закричала Костыль, после чего бросила чемодан и побежала к приближающейся девушке. На самом деле, увидеть Депутата для Махи было сравнимо с глотком воздуха: много дел, расстроенная Шаманка под боком, раздраженная Мэри и не замолкающая Софи — это, конечно, можно вытерпеть, но увидеть кого-то помимо них, а тем более ту, с которой связано больше всего моментов, было радостно. Обнимая подругу, Маха почувствовала спокойствие, и впервые позволила себе ни о чем и ни о ком не думать. После крепких объятий девушки подошли к остальным. Настя искренне улыбнулась всем девушкам, переводя взгляд конкретно на Шаманку. Заметив её состояние, она кивнула, видимо, подтверждая что-то у себя в голове. После того, как Кузьмина села в поезд, девушки направились к выходу из вокзала. Депутат была бы не депутат, если бы моментально не завела разговор о всякой всячине, который поддержали почти все девушки. Однако, она часто косилась на Шаманку, и всё же решила задать, казалось бы, очевидный вопрос: — Шаман, что-то случилось? — Да все нормально, просто устала немного, — на выдохе произнесла блондинка, отнекиваясь. Дойдя до такси, девушки сели в автомобиль, попросив водителя включить музыку. Им повезло, что у мужчины оказался неплохой вкус, поэтому все песни они знали наизусть. Депутат сразу начала снимать историю, где она и Софи качали головами в такт песне, подпевая. Единственная, кто сидела молча на переднем сидении, смотря в окно. Когда девушки вышли из автомобиля и увидели здание, на первом этаже которого располагался KFC, то дружно сошлись в мнении о том, что голодны и неплохо бы было перекусить. — Девочки, возьмите мне что-нибудь, я пойду пока столик займу, — сказала Катя, заприметив свободные места в глубине зала. Блондинка только сняла пальто и положила рюкзак на диван, как к ней подошла Настя и села напротив. — Кать, я все знаю, — тихо начала девушка, на что глаза Хорошенко сперва округлились, но затем она взяла себя в руки и как можно безэмоциональнее произнесла: — Ты о чем? — Я о тебе и Тане, — пожав плечами, будто бы это было самой очевидной вещью, ответила Кузнецова, после чего продолжила, — она позвонила мне вчера ночью, рассказала всё, сказала, что ты не отвечаешь на звонки и сообщения, — договорив, но не закончив мысль, девушка перевела взгляд на Катю, убеждаясь, что та ее внимательно слушает, — и попросила убедиться, что с тобой все хорошо. — Ну тогда, как в следующий раз ночью тебе позвонит, скажи ей, что у меня все хорошо, — начиная злиться, громко сказала Шаманка, из-за чего компания, сидящая за соседним столиком обернулась на них, но Депутат выглянула и своим серьезным взглядом дала понять, что им лучше продолжить свою трапезу и не пялиться, после чего вернулась в исходное положение и тихо продолжила: — Кать, не отталкивай ее, — Насте было не всё равно на эту ситуации, по крайней мере, её голос был обеспокоенным. — Слушай, не надо мне вот это сейчас говорить, если Таня тебе рассказала все, то ты должна понимать, почему я не хочу больше с ней контактировать, — раздраженно ответила Хорошенко, после чего разблокировала свой телефон, показывая этим, что беседовать на данную тему больше не собирается. — Просто дай ей все объяснить, — не унималась блондинка, — обещай, что хотя бы подумаешь над этим, — увидев Мэри и Софи, идущих с подносами, быстро закончила девушка, на что Шаманка бросила: — Подумаю, — при этом мысленно сказав себе «еще чего». Оставшееся время в Москве девушка провела на фотосессиях. Мысли о Бурой больно кололи в груди, поэтому каждый раз, когда она ненароком видела девушек с похожим цветом волос и таким любимым бардаком на голове или слышала смех, похожий на смех брюнетки, она моментально отметала все воспоминаний и не совсем оптимистические мысли, которые гложили душу. Ей правда хотелось написать, спросить «Как дела?», поговорить, рассказать о проблемах, но вместо этого она лишь изредка звонила Полине, говорив неправду, мол, всё нормально. «Чувства можно заглушить работой» — постоянно повторяла себя Катя, в очередной раз меняя позу в трехчасовой рекламной съемке. *** Когда наконец-то пришло время ехать домой, девушка будто ожила. Казалось, если она приедет к семье, увидит Полину, маму, братьев, то всё, что происходило последние дни окажется сном, и она просто проснется под теплым одеялом, под одной крышей с любимыми людьми, теми людьми, которые её не предадут. Блондинка зашла в вагон и заняла свое место. Перед тем, как начать расстилать постель, решила узнать, сколько времени осталось до отправления, однако включив телефон, девушка увидела сообщения: Tatyana Pavlovna: Дай мне все объяснить! Tatyana Pavlovna: Возьми трубку, можешь даже ничего не отвечать, просто выслушай.