Тебе без меня не идёт

— Отпустите? — мальчик такого ответа точно не ожидает. Он уже приготовился говорить что-то другое, но теперь, всё буквально из головы вылетает — Отпущу, — минутой спустя мужчина кивает снова, поворачивает голову к окну и тяжело вздыхает, закрыв глаза. От этого слова начинает резать глаза. Весь воздух заполняется запахом чего-то неприятного и Крис понимает: отчаяние. Попробуй сбежать — догонит. Из-под земли достанет, как и его, эти небесно-голубые глаза когда-то. Поглотили тебя целиком. — Но при одном условии, — мужчина на мальчика не смотрит. Не может. — Ты всегда будешь у меня на глазах. Брать трубки с первого раза, где бы ты не находился и принимать всё, что я тебе предложу. Мне нужно, что бы ты это делал. Пожалуйста, согласись. Не вынуждай меня применять силу. — Что Вы имеете ввиду? — Джесс силится приподняться, но слабая рука несчастно соскальзывает и мальчик падает обратно, по инерции хватаясь за первое попавшееся — за плечо мужчины. У Криса моментальная реакция, но это никак пацана не спасает. Боль в ноге, на самом деле ужасная и он пытается от неё не заскулить, но выходит плохо. Актёр из тебя отвратительный. — Что тебе на месте не сидится?! — мужчина таким поведением мальчика озабочен очень сильно. Он смотрит на голубые глаза и видит… Слёзы? Неужели тебе настолько больно? — У меня шея затекла. Парень зажмуривает веки так, что ресницы начинают подрагивает от напряжения, а потом чувствует, как его мягко сажают и подминают под спину подушку. — Спасибо… — это всё что Джесси сказать успевает, потом в дверь резко стучат и они синхронно головы поворачивают. Лица у обоих озадачены. Только у парня слегка напуганное, а у Криса наоборот — сильно раздраженное. Полные противоположности, которые сука, притягиваются не хуже магнитов. Они экстремально друг другу не подходят. Словно две параллельные, что по всем известному закону, сойтись никогда не должны, но пересекаются прямо в центре. Из крайности в крайность. И каждая крайность сходится, в итоге, со своим концом. Так образуется кольцо. Кольцо времени, что всегда вращается по кругу. Им уже друг от друга не убежать. За них давно всё решили. — Я тебе входить не разрешал, — рычит он на мужчину и рефлекторно спиной заслоняет своего мальчика. Ты даже смотреть на него права не имеешь. — Я просто хотел узнать, что делать с телами?.. — Выметайся! Дверь громко хлопает, а в помещении повисает давящая тишина. Очень неприятная. Та, от которой уши закладывают и что-то внутри пищать начинает. И оправдаться не получится, даже если очень этого хочется. Мужчина на мальчика смотрит и понимает: боится. Ещё больше чем раньше. — Те люди… Они все мертвы?.. — мужчина чему-то своему ухмыляется и заторможено кивает несколько раз. — Все. — И меня Вы тоже скоро убьёте? — первый предательский всхлип вырывается наружу. Крис голову скидывает и всматривается в затуманенные слезами глаза. От, сука, от страха плачет, а ты ещё хочешь как-то его доверие завоевать? Сумасшедший. И мужчина только безапелляционно соглашается: да. Словно умалишённый, потому что давно уже безрассудно любит. — Нет. Что ты… — а сил сказать что-то кроме уже не хватает. Весь этот каламбур затеян только ради тебя, как ты вообще можешь такое говорить? — Я тебе никогда ничего плохого не причиню. Я обещаю. И никого к тебе не подпущу, я обещаю это тоже. — Что вы преследуете? — Прости? — Какая у Вас финальная цель? Зачем Вам я? — Это личное. Ты правда хочешь это знать? Испугаешься же. — Я сейчас нахожусь в кровати неизвестного мне мужчины, который завалил человек двадцать несколько часов назад, как вы думаете, мне может ещё что-то смутить? — он ухмыляется. Крис ухмыляется тоже. Сам не знает, на что нарывается, но упрямо к этому идёт. — Зачем ты мне? Наверное, ещё интересно, почему это всё произошло именно с тобой? — тяжёлый воздух наполняет комнату. Крис курил десять минут назад, но почему-то хочется ещё, — наверное, потому что ты мне очень сильно нравишься? Нет, потому что я тобой до предела одержим? — мужчина видит немой вопрос в таких полюбившихся ему синих омутах, — я жить тебе спокойно не дам. Отпущу — да, но впредь всегда буду рядом. — Это угроза? — Это теперь твоя жизнь.

***

Они тот разговор не заканчивают. Закидывают на полку антресоли и оставляют пылиться до следующего раза. Мальчик на признание ничего не отвечает, а мужчине в ответе, в принципе, не нуждается. Он сам всё прекрасно понимает, понимает, что пацану не нужен тридцатилетний старик.И этого только больно неимоверно становится. Ты ломаешь ему жизнь! Угомонись! Но он не может. Крис спускается на первый этаж и осматривает полупустое помещение. Уже поздний вечер. Время, когда кроме него и пары охранников никого в доме не остаётся. Сегодня же, всё идёт не по правилам. Кто-то отчаянно пытается изменить ход сегодняшнего дня. Мужчина проходит на кухню и устремляет взор на двух людей, что до появления главы спокойно сидели на диване и что-то яростно друг с другом обсуждали. Или кого-то. — Докладывайте, — Крис только рукой машет и подходит к бару, вынимая из него самый первый, попавшийся под руку, виски. — На складе в общем счете двадцать семь трупов. Мы их в наш морг отвезли. Мужчина выжидающе кивает. — Все свидетели убраны тоже. А парень… — А что парень? — он хмурится. Ему эта тема про его мальчика уже не нравится совершенно. — Выкуп? Что с ним делать? Есть какие-нибудь приказы? — Есть приказ его и пальцем не трогать, — злится Крис, — вылечим и отпустим. И больше никто ничего говорить не смеет. Но мужчина этот разговор обдумывает долго. Для него это очень щепетильная тема. — Выкуп… Конечно — же… — мужчина проходит в свой кабинет и падает на диван, взглядом скользя по белоснежному ковру, — только если своей девственностью. В доме постепенно начинает стихать голоса, а стрелки часов неуклонно стремятся к трем часам ночи, но им не спится. Ни одному, ни второму. Мальчик всё встать пытается, потому что хочет умыться, да и спину размять, он ещё не до конца восстановился после прошлой травмы и поэтому находиться в одном положении больше трёх часов, пагубно сказывается на больной спине, а мужчина сидит всё на том же месте и подперев кулаком подбородок, в свободной руке вертит чёрный телефон. Каждый из них думает о своём. Но каждая мысль, какой бы она не была, касается кого-то из них. Интересно, на каком именно моменте, они проебались? На какой ступеньки, судьба им подножку поставила, сталкивая друг с другом? — Что ещё? — Крис резко дёргается от неприятного стука, он недовольно смотрит на девушку, что секундой ранее побеспокоила его и сейчас топчется в проёме, вероятнее, силясь что-то сказать. — Вы приказали принести ему ужин, но он даже не притронулся к нему. Что делать? — Он выпил таблетки? — Нет. всё осталось нетронутым… Дурачок. 212-985-3651. (03.24): «Сохрани этот номер. Выучи его наизусть. Я проверю»

Дж. (03.25): «Вы опять мне угрожаете?»

212-985-3651. (03.24): «Я никогда тебе не угрожал, Джесс. Это ради твоей же безопасности и моего спокойствия. Почему ты не поужинал?»

Дж. (03.25): «Не хочу.»

212-985-3651. (03.24): «Выключи свой юношеский максимализм. Ты болеешь и тебе нужно есть. Или ты хочешь, чтобы я поднялся?» Ответа не последовало не через десять, не через полчаса. Сизый дым окутывает кабинет мафиози до самого потолка. Выходить на импровизированный балкон совсем сил не было и поэтому мужчина курит прямо в помещении. Сил нет ни на что, в том числе на сон. Крис поднимается на второй этаж и ленивой походкой устремляется к своей двери, а потом на секунду задерживает шаг, потому что… А где ему спать? Он своего мальчика к себе в кровать положил и даже не подумал, что у него на такие редкие случаи есть комната для гостей. Уже подсознательно тащишь ребёнка в постель. Мужчина всё-таки заходит в тёмную комнату. Она озаряется только тусклым светом настольной лампы, немного освещая волосы мальчика. И он не подсознательно гортанно стонет, когда юноша, немного повернувшись, отбрасывает одеяло, а вместе с ним рукав футболки, обнажая худое плечо и ключицу. Ты весь, сука, мой фетиш. Я хочу каждый миллиметр твоего тела. Кровать прогибается под тяжелым телом. Мужчина очень боится, боится, что прямо сейчас его мальчик откроет свои глазки. Он страх своего мальчика видеть не может. Своего ли? — Нет. Он ни на песчинку тебе не принадлежит. Хватит за него так держаться. Перестань на него так смотреть. Ты его душу своим взглядом съедаешь. Прекрати. Ты смотришь на этого парня, но не получаешь никакой отдачи. Потому что он на тебя не смотрит. Потому что не нужен совершенно. Ты его не запугаешь. Просто не сможешь сделать этого. Потому что чрезмерно любишь. Счастье имеет своего человека, но ты этого счастья не имеешь априори. Мальчишка не твой. Ты его не заслужил. Он согласиться, чтобы ты стал его тенью, но не за что не согласиться чтобы твои губы когда-то касались его. Заигрался. Люди не меняются. Ты этого сделать не сможешь тоже. Крис, закругляйся, тебе любить запрещено. Таково веление света.