Тебе без меня не идёт

Это когда-то должно было произойти. Потому что больше года изводил Криса, рано или поздно, у него бы всё равно тормоза стёрлись. Мужчина смотрит жадно, дышит глубоко и руки до белых костяшек сжимает. От Криса пахнет властью, испорченностью, возбуждением и совсем немного нежностью. А мальчик ничего с собой поделать не может, просто беспардонно снимает домашнюю футболку и кидает её на пол. Сохрани немного нежности для меня. Джесс совершенно не страшно, если только совсем чуть-чуть. Ведь знает, знает, что мужчина ему ничего плохого не сделает. Ты меня не тронешь. Крис в полной власти голубоглазого мальчишки. И он это прекрасно осознаёт и принимает. Вот только порой, внутри что-то больно сжимается и дышать становится трудно. В конце концов это не останется незамеченным. Губительно для обоих. — Тебе было приятно? — тихо спрашивает Крис, в два шага уничтожая расстояние и насильно вздергивает острый подбородок, — было приятно причинять мне боль? Заставлять по-звериному ревновать, скажи. — Прости. И всё моментально проходит. Мужчина смотрит на искренне-влажные от наступающих слёз глаза и всё моментально сходит на «нет» Пиздец. Одно слово. Мимолётный взгляд, короткий отрывистый выдох. И Крис сдаётся. Я не могу на тебя злиться. А себя с каждым днём ненавижу всё сильнее. — Где ты был? Я ужасно волновался. — Мы играли с приставку, а потом уснули, — и это звучит настолько по-детски, что не злит и не раздражает совершенно. Мужчина только молча кивает и припадает к искусанным губам. У него во рту вкус чужих поцелуев. Шершавая рука плавно скользит по обнажённой, покрытой мурашками, спине и притягивает так, что ни черта не остается. Очень близко, что жарко. А тело пахнет молоком и чистой. Всё ещё ребёнок. Я не буду тебя портить. — Надевай футболку и иди спать. Тебе завтра рано вставать, — Крис отрывается неохотно, тяжело дышит в поцелуй и смотрит на расширенные зрачки напротив. Не сегодня.

***

Мальчик старается, он и правда старается сконцентрироваться на уроке и хотя бы постараться услышать нудную болтовню учителя, который шаркая туда-сюда, мусолит какую-то никому неинтересную и занудную вещь. Точные науки никогда не были ему интересны. Джесс то и дело украдкой поглядывает на стрелки циферблата и находится на низком старте. Ему хочется к Крису. Пацану хочется домой. — Может сходим сегодня погуляем? — ненавязчиво предлагает Ник, прокручивая между указательным пальцем черную ручку. — Я думаю… не стоит, — он глаза к полу опускает. Вдруг вспоминает ночь неделю назад и неприятное чувство вырывается наружу вновь. Он никогда тот разговор не забудет. Я никогда твои глаза такими видеть не желаю. Приятель на его ответ только понятливо кивает и сильно-сильно хмурится. Ведь знает, что добром это дело не закончится. Понимает, что когда-то эта бомба замедленного действия должна рвануть. — Как-нибудь в другой раз, — Ник улыбается через силу, кладёт ладонь на хрупкое плечо и приободряюще сжимает. Джесс улыбается тоже. Спасибо, что понял. Мне это важно, правда. И дальнейшие разговоры теряют весь смысл.

***

Мужчина сидит за рабочим столом и не спеша перебивает только что прибывшие ему документы. — Может, сходим погулять? — решает прервать уже пугающую тишину Джесс. Мальчику, сидящему в просторном пустом кабинете уже больше часа, ужасно скучно. Крис же, словно этого не замечает — постоянно тащит пацана за собой ни на шаг не отступая и ни на секунду не выпуская теплой ладони. Впредь их пальцы всегда переплетены. — Не сейчас, — отрезает мужчина, но тут же смягчаясь, отрывается от документов и всматривается в недовольное лицо. — У меня… Я… понимаешь… — Много работы? Занят? — заканчивает за него Джесс и резко встает с глубокого кожаного кресла, со спины подходя к мужчине. — У меня плохое предчувствие. Я не хочу тебя отпускать. — и это вырывается совершенно случается, как и стон из полуоткрытых губ, когда мальчишка пытается давить со всей силы, разминая мускулистые плечи. — Понимаешь же, да? Подожди ещё совсем чуть-чуть, хорошо? Ты же умный мальчик. — Ладно, — Джесс хмурится, пытается осознать всю важность ответа и старается не думать о плохом. Ты же меня защитишь? — Я тебя защищу, будь уверен. Крис словно мысли читает, ещё с минуту всматривается в голубые глаза, а после силой возвращается к работе. И в воздухе витает непонятный запах чего-то странного. Словно кто-то взяв сосуд с чем-то важным в руки, побежал очень быстро, разбив его на мелкие осколки и пролив всё до последней капли. Так всегда происходит только тогда, когда кто-то сделал что-то неправильно. Оступился и не понял этого совершенно. Не заметил ошибки и пошёл дальше. Так исчезают души. Так разрушаются Вселенные.

***

— Простите? — мальчик несколько раз глупо моргает большими глазами и глубоко выдыхает, — То есть как нельзя выходить? — Сегодня утром босс дал указание никого не впускать и не выпускать из здания. — Ну вообще-то мне нужно на занятия, — противится Джесс, пытается отойти в сторону и проскочить через маленькую щелочку, но его только аккуратно оттягивают назад, ставя на безопасное расстояние. — Если вы думаете, что я — шпион, то я тут живу, — он думает, что охрана его не знает совершенно, пытается как-то оправдаться и наконец выйти из дома, но те только головой мотают и руки на груди скрещивают. — Мы прекрасно знаем кто ты, пацан. Так что не делай нам проблем, иди на второй этаж и занимайся своими другими делами, — на это хочется возразить, сказать что-то грубое или как минимум уговорить, но слова в горле застревают. Так что, он обиженно разворачивается и идёт обратно. А после тут же берёт телефон в руки и пытается дозвониться до мужчины, но получает лишь раздражающий голос автоответчика с просьбой перезвонить позже или оставить сообщение после длинного гудка. Ник. (08:03 am): «Я тебя прошу не опаздывай, ты же не забыл, что у нас сегодня проходной экзамен?» А Джесс готов головой приложиться об угол, потому что он и правда забыл. — Да плевать! — мальчишка рывком поднимается с кровати и подхватывая портфель идёт в сторону ещё одной двери. Запасные выходы ведь созданы для крайних случаев? Мальчик думает, что этот самый подходящий из тех.

***

Мужчина сидит в своём кабинете и подперев одной рукой голову, второй пытается массировать виски. Он сохраняет полное спокойствие, вот только отчего-то всё в разы сжалось, а во всем доме — напряженная тишина. Двое мужчин стоят возле деревянного стола, то и дело воровато косясь на пистолет, находящиеся по левую руку от Криса. — Ещё раз, — мужчина проходит по лицу смазанным жестом и устремляет тёмные глаза на подчинённых. — Я не понял. Повтори ещё раз. А в глазах чёрный, как смоль, огонь. И двум взрослым сильным мужикам становится по-настоящему страшно. — Босс, я два раза сказал: нельзя сегодня никуда выходить. Кто бы этот человек ни был… — Ну так почему его нет? — мужчина убирает руки с головы и скрещивает их на груди, отбрасывая тяжелое тело на высокое кожаное кресло. — Почему, когда я пришёл домой полчаса назад, не обнаружил его на месте? И где мне сейчас его искать? — Крис правда старается держаться, пытается ухватиться за тонкие нити своей нервной системы, но влажная от страха ладонь уже намеривает выскользнуть и утянуть его в бездну. — Где мне сейчас его искать?! Пистолет летит прямо в стену, хлопая чуть тише настоящего выстрела, а терпение разрывается, кажется, на куски. Они все попадут в Ад. — Если через час моего ребёнка не будет на месте, — речь звучит до безобразия тихо, — каждый из присутствующих сегодня в этом проклятом доме лишится головы, — и кажется, что даже ветер успокаивается, а привычная прохлада в комнате, превращается в нестерпимую жару. Всем страшно до безумия. Никто не хочет сегодня лишиться жизни. А Крис не хочет лишиться своего мальчика. У каждого свои планы, но их кто-то нещадно и целенаправленно рушит. Оставляя после себя только горькие воспоминания, о том, что похоже, никто своего желанного, увы, не получит. И всё превратиться в пыль, смешанный с горьким пеплом. Лучше бы я тебя не встречал. Мужчина про себя горько смеётся, думает, что с удовольствием перемотал бы время на полгода назад и добавил всего одну минуту в их судьбы. Чертову минуту, которая никогда бы не переплела две совершенно противоположные жизни. Нити, которые никогда не должны были сплестись априори. Вот только все знают, что в этой Вселенной, такой сценарий, увы, не возможен. Ведь всё до банальной точки записано, предугадано, проиграно. Будь уверен, Она и не такие судьбы сплетала и это уж точно не_ошибка. Ведь так должно было быть всегда. И не смей в этом сомневаться. Во всём доме воздух напряжен, наэлектризован до крайней точки так, что тяжело дышать. А потом открывается дверь. Открывается очень тихо, но кажется, что её со всей силы бьют об стену. Джесс запыхавшийся, с красными щеками и очевидно мальчику нужно отдышаться. Он слегка нервно оглядывается по сторонам и замечая единственную приоткрытую дверь направляется прямиком туда. А потом болезненно стонет, когда того с силой припечатывают к стене и смотрят тем самым взглядом. Он забыл. Совершенно забыл, что ушёл тогда, когда было недозволенно. — Я… — Заткнись! — мужчина дышит часто и глубоко, руки подобные тискам, припечатав хрупкое тело к белой стене, ни на секунду не ослабляют свой натиск, — заткнись! Просто, блять, заткнись! — Крис кричит так, что у самого закладывает уши, он понимает, подсознанием понимает, что так нельзя, вот только страх, завидев совершенно невредимого пацана, вырывается наружу. И нет никакого облегчения. Он всё ещё боится. — Все вышли из кабинета и покинули здание, — он взгляда не отводя от Джесс, говорит очень грубо, выплевывая слова и, наверное, готов убивать, — живо! А потом в двухэтажном доме становится ещё тише, остаются только два в разнобой дышащих человека и смотрящие друг на друга разными эмоциями. Джесс — со страхом. Крис — злость. — Прости… — мальчик не успевает договорить, правую щеку опаляет сильная пощечина, а потом его снова встряхивают, приводя в сознания. — Ненавижу, — громко шепчет Крис и рывком притягивает пацана к себе, заключая в грубые объятия, — как же, блять, я ненавижу себя за то, что нашёл в себе это чертово чувство. Ты сам сделал его своей слабостью. — Как я боялся, что не смогу больше тебя обнять. Думал, что больше не увижу, больше не… — Крис жмурит глаза до боли, он силится не заплакать, вот только в уголках глаз начинает несильно щипать. Мужчина чуть отодвигается и поднимает голову Джесс за подбородок, оглядывая зардевшуюся щеку, на которой уже через несколько минут выступит небольшой синяк. — Не бойся, мальчик мой, — просит он, чувствуя как вздрогнул подросток, чувствуя сухие губы и жесткую щетину у себя на щеке. — Сегодня был очень важный тест и я не мог его пропустить, — шепчет Джесс, поддаваясь ласковым объятиям, забывая о ноющей боли. И ему совсем не обидно. Он с этим согласен. Заслужил. — Никогда, слышишь, никогда так не делай больше, хорошо? — мужчина берет маленькую голову в мощные ладони и внимательно осматривает юношеское лицо, — а то я поседею из-за тебя. — Только из-за меня? — А из-за кого ещё? — удивляется Крис, большим пальцем поглаживая раздраженную кожу. — С твоей работой, ты вообще должен был уже давно поседеть. Скажи честно, ты подкрашиваешься? — А в ответ слышит заразительный, слегка грубый смех. Мужчина улыбается мягко, а вокруг глаз — собираются солнечные морщинки. Тебе идёт смеяться над его шутками. Тебе идёт быть с ним. — О, каждый день! — притворно восклицает он, соприкасаясь их лбы так, что губы находятся непростительно близко, а дыхание безобразно смешивается. А потом Джесс тянется за так не хватающим сейчас поцелуем сам, пытается перехватить инициативу, вот только чувствует понимающий смешок в губы и подаётся, кладёт длинные руки на плечи мужчине и расслабляется полностью. Они не замечают, как всё выходит из негласного самоконтроля. Находят себя только тогда, когда Крис, подхватив Джесс под бёдра, несёт того на узкий диван и кожа неприятно начинает гореть, соприкасаясь с обивкой мебели. — Стой, Крис… — мальчик легко отталкивает запыхавшегося мужчину и сам силится отдышаться, — стой. О, Господи, он чертовски не готов. Крис лишь согласно кивает, опуская голову и беззвучно чертыхаясь. — Прости, Джесс, у меня всегда… — Всё хорошо. Только мне нужно в душ. Ты подождешь меня? — Что? — мужчина внимательно всматривается в красное от стыда и смущения лицо подростка и встряхивает головой. — Малыш, тебе не обязательно, ты же знаешь… А сердце как-будто вот-вот выпрыгнет из груди. А потом Крис припадает к зацелованным губам вновь. — Крис… — Ты и так потрясающий. — Мне правда нужно в душ, — стонет Джесс, когда чувствует легкие покусывания в районе шеи, а потом чувствует чужое возбуждение, весомо упирающееся ему в бедро и отталкивает вовсе. — Я быстро, — смущенно лепечет парень, вылетая из кабинета и быстро направляясь на второй этаж. Ему правда становится страшно. Мальчик думает, что поторопился и, наверное, ещё не поздно включить заднюю, вот только что-то ментально подталкивает его этого не делать. Ты многое потеряешь, упустив такую возможность. И он подаётся.

***

В ванной комнате ужасно душно. Джесс встает на такой прохладный кафель и смотрит в запотевшее зеркало. Что он, твою мать, делает? Мальчишка про себя смеётся: поверить только. Всего несколько месяцев назад он и знать не знал, что будет сейчас развращать мужчину чуть ли не в два раза старше себя. Он думает, что такое может случиться только в дешевых романах, пылящихся на полках в забытом книжном магазине. Такого быть не должно. Ведь так не бывает. А потом сам себе кивает, опровергая свои же мысли — кто-то уже давно всё за нас продумал. И где-то уже пылиться давно дописанная книга с их сумасшедшей историей. И терять нечего. Потому что уже потерял и из ничего тут же обрел всё. В доме — полнейшая тишина. Мальчик выходит из ванной и несмелыми шагами идет по направлению к единственному источнику света — кабинету. Джесс ступает мягко, ему, на самом деле, страшно до безумия, вот только деваться уже некуда, а полуоткрытая дверь находится в метре от него. — Ты и правда быстро, — мужчина слышит шаги пацана со второго этажа. Он напрягается уже тогда, когда понимает, что дверь где-то наверху тихо хлопает и он предвкушает, правда ждет чего-то необычного, ведь прекрасно знает — его мальчик очень непредсказуемый. А потом воздухом давится, когда видит смущающегося подростка в одном лишь полотенце, хлипко повязанное на худых бёдрах. И крышу срывает мгновенно. Зачем ты такой? — Можно я выпью? — его плечи нервно подрагивают и кажется, что вот-вот случится истерика. А потом пацан голову поднимает и смотрит своими голубыми глазами прямо в черные омуты. — Можно, — Крис в пригласительном жесте кивает на только что наполненным стакан с виски, но с места не сдвигается. Просто смотрит, смотрит, смотрит. Словно пытается запомнить каждую деталь, каждый чертов изгиб на молодом теле. Смотрит так, как будто что-то ждет. Словно выбирает место, с чего ему начать. И не выдерживает. Чувствует пряный запах своего геля для душа на своём мальчике и разрушается. Медленно, но верно засасывает себя в собственную бездну. Тянет несопротивляющееся тело на себя и резко садит на колени, тут же начиная выцеловывать шею. Бокал с виски вылетел из руки, нещадно падает на паркет, громко разбиваясь. И почему-то становится так плевать. Джесс вспоминает все невинные касания, осторожные слова и страх, поглощающая пацана всецело. Мальчишка слишком ярко помнит все грубые, случайно брошенные предложения, жаркую пощечину и с ума сводящие поцелуи. — Ты меня испортил, — стонет Джесс, поддаваясь умелым ласкам. — Ты меня с ума свёл, — жаркое дыхание опаляет в районе солнечного сплетение. Никто в долгу не остаётся. Мужчина не любит разговаривать во время секса. Ему не нравится нежничать с партнерами, вот только от этого слишком сладкого пацана, желудок приятной истомой сводит. У меня от тебя скрипит сахар на зубах. Крису пацана хочется беречь. Его хочется по-настоящему любить. И он правда готов выть от такого долгого ожидания, чувствуя, как стройные ноги обхватывают его торс, разрешая поднять себя и переместить на другое, более удобное место. — Ты в порядке? — спрашивает мужчина, убирая длинную прядь со лба. А мальчик находит в себе силы только тихо промычать что-то неразборчивое и кивнуть головой. Он ощупывает материал на котором лежит и понимает, что его перенесли на пол. — Ковер? — удивляется Джесс. — Что-то не так? Крис получает только отрицательное покачивание головой. Все прекрасно. Его устраивает абсолютно всё. Парень наблюдает за мужчиной тщательно, следит за каждым движением, видит как тот слегка отстраняется, а потом вовсе встает с пола, подходит к одному и шкафов и открыв его, что-то быстро-быстро ищет. А потом с пошлой ухмылкой поворачивается и крутя это что-то в руках, медленно подходит к мальчику. О Господи. Всё мысли разом путаются. Ещё немного и я просто задохнусь. Руки нежно гладят стройные худые ноги, касаются там, где никто-никогда не трогал, вгоняют в яркую краску Джесс. Это с ума сойти как неловко. Не смотри, блять, так на меня. — Не смей смущаться, — Крис почти невесомо хлопает ладонью по бедру, заставляя пацана вздрогнуть и обратить на себя внимание, — ты не представляешь, какой ты сейчас прекрасный. Мужчина открывает бутылек с лубрикантом не сразу. Он слегка пододвигается к партнеру, кладёт подушку чуть выше бёдер и сильно раздвигает ноги, срывая с губ Джесс лёгкий стон испуга. А потом долго-долго смазывает каждый свой палец и это, блять, просто невыносимо. Мальчишка ёрзает от предвкушения, слегка подается бёдрами вверх, вызывая у мужчины довольную улыбку. Знает, ведь знает что он тоже хочет и делает это специально, Джесс уверен. — Давай быстрее, — стонет пацан, поднимая глаза на старшего и чувствует, как краснеет его лицо ещё больше. — Придётся потерпеть, ты же не хочешь, чтобы тебе было больно, правда? — спрашивает Крис и выдавливает ещё немного смазки себе на пальцы, тут же начиная размазывать её, — или ты уже себя растянул? И младший просто давится воздухом, он сильно-сильно зажмуривается и силится не закрыть руками слишком горячее лицо. — Ты трогал себя? — настаивает Крис, пододвигаясь ещё ближе и дотрагивается до щиколотки мальчика, кладя её себе на плечо, — малыш, на вопросы принято отвечать. — Нет, — стонет Джесс и сильно дергается, когда чувствует нечто холодное у входа. — Я уже знаю, — и эта ситуация чертовски забавляет Криса. Он смотрит на смущающегося пацана, на то как тот силится лишний раз не застонать, на аккуратные черные брови, что тот хмурит и это медленно становится его фетишом. Это ненормально, что меня так от тебя ведёт. Такого быть не должно. Он явно пропустил тот поворот и целенаправленно летит в бездну. Я заберу тебя с собой. Мужчина следит за каждым мускулом на лице его мальчика. Он делает это как можно нежнее, прокручивает длинный указательный палец, медленно вставляя его до основания. А потом всё же видит неприятное выражение на мальчишечьем лице, понимая, что всё равно будет больно. Слишком нежный. — Продолжай, — хрипит он, чувствуя, что рука остановила свои движения, — я правда нормально, — и сам тянется за невинным поцелуем, вымучено улыбаясь. — Расслабься, — Крис растягивает долго. Мучительно для них двоих. Делает это тщательно и он уверен, что не делал так никогда и никому в своей жизни. И ему, блять, чертовски приятно. Мужчина осознает, что первый у этого золотого мальчика и член в уже давно мокрых и тесных боксёрах ощутимо дергается. Джесс чуть жмурится, когда чувствует что пальцы, которые так долго и бережно массировали и разминали его пропадают, оставляя после себя неприятную пустоту. Он поднимается на локтях, в ожидании и безумном желании смотрит на мужчину. Тот взмокший полностью голый, снимает с себя последний элемент одежды, берет упаковку с презервативом и нещадно ее рвет. — Ты можешь одеть его на меня, — Крис замечает, как глаза мальчишки начинают бегать по кабинету, но руки всё-таки тянутся за латексным колечком и чуть прокручивают между пальцев. — Я… Я не знаю как… — Господи, просто раскатай презерватив по моему члену, — хрипит мужчина, понимая, что больше держаться не в силах. А потом громко стонет, когда худые пальцы касаются его так нежно и неуверенно. Мужчина следит за каждым движением и видя как мальчик заканчивает, резко подается и сильно сжимая оба запястья над его головой начинает целенаправленно входить. — Расслабься, — рычит Крис, чуть ли не вгрызаясь с тонкую шею. И оба полностью утопают. Крис старается двигаться равномерно, вот только терпение у обоих давно уже кончилось. Хочется большебольшебольше. А потом слышится первый громкий стон со стороны Джесс. И Криса срывает с тормозов. Лучше бы ты так не стонал. Мужчина думает, что этот пацан просто запрещен для этого мира. Потому что слишком идеальный. Потому что его. Он своего добился. Дыхание смешивается в одно безобразное, пошлое, с мокрыми горячими поцелуями. Слишком громкими стонами и просьбами никогда не останавливаться. У Джесс на теле — целая Вселенная. Крис собственник, он вгрызается в него, как в последний раз, целует так, как будто без его поцелуев дышать не получается, вбиваясь до хриплых вскриков и звезд перед глазами. И они оба безумно, что во всём доме никого, кроме них, нет. — Сильнее, ах! — Тонкие руки обхватывают крепкую шею и прижимают непростительно близко. Между ними нет и миллиметра. Я жажду слиться с тобой. Зачем ты такой, Господи. Крис кончает первым, глубоко входя и изливаясь в презерватив. А после, берет напряженный член Джесс, через пару секунд доводя своего мальчика до разрядки. Он смотрит на пацана завороженно. Словно тот восьмое чудо света. Как-будто тот вот-вот должен испариться. Я просто не выдержу, если это чертов сон. Джесс такой красивый, красный, запыхавшийся. Разложился на белом мягком ковре и тяжело дышит, совершенно без сил. — Ты в норме? — участливо спрашивает Крис, пытаясь как можно быстрее отдышаться и найти хоть что-то, чем можно вытереть последствия бурного секса. — Ч-что? — Ты нормально? — переспрашивает он, одним легким движением убирая челку с мокрого лба. — Выглядишь заебано. — Придурок, — смеется пацан, закрывая глаза на чуть больше, чем нужно и совершенно не возражает, когда его бережно поднимают и куда-то несут. Джесс только благодарно улыбается и тянется к крепкой груди, сразу же устраиваясь на ней. А потом блаженно стонет, когда чувствует нежные проглаживания в районе спины. — Пожалуйста, не выходи никуда без меня больше, хорошо? Сможешь посидеть недельку дома? — шепчет Крис, понимая, что Джесс сейчас согласиться на любую просьбу. Он смотрит на пацана долго. Тянется к его лицу, разглаживая складку между бровей и всё же добавляя то, что не решался сказать уже долго. — Три дня назад тело Дина нашли на одной из моих баз. Не знаю, кто это сделал… Но я не хочу тебя потерять.

***

— Возможно, нам стоит уехать ненадолго, — говорит Крис однажды, поглаживая влажные волосы. Он долго думал, что теперь им делать, проигрывал каждое сказанное слово у себя в голове, но ничего лучшего, мужчина так придумать не смог. — Ладно, — а Джесс соглашается мгновенно. Абсолютно точно понимает, что спорить бесполезно и уверен — причину ему уж точно никто не скажет. Ты не должен этого знать. Зря я втащил тебя в этот мир. Так проходит ещё одна неделя. — На завтра, ого… — и мальчик правда думает, чертовски надеется, что это что-то изменит, — Я даже не смогу попрощаться? — Джесси, слушай… — мужчина крепко зажмуривается и трет переносицу, — мы же не навсегда, я надеюсь. Ты сюда ещё вернёшься, я тебе слово даю. Только давай просто на некоторое время просто уйдём под воду, хорошо? А младший только заторможено кивает на это, получая благодарный поцелуй в макушку. — Вот и молодец. Собери всё самое необходимое.

***

В одном из главных аэропортов Нью-Йорка по-странному тихо. Джесс старается успевать за быстрыми шагами мужчины, прокручивает руку, силясь хоть на немного ослабить железную хватку, но получает только быстрые и серьезные взгляды. Не стоит этого делать сейчас. Джесс смотрит по сторонам и становится, кажется, в разы меньше. — Я не понимаю, зачем столько охраны, — тихо возражает мальчишка, чуть ли не врезаясь в крепкую спину, не успевая затормозить. Только внимание этим привлекает. Они стоят у трапа достаточно долго. Крис не спешит идти на борт, почему-то осматривается, периодически заостряя на ком-то внимание и скользит взглядом дальше. — Всё в порядке? — спрашивает Джесс, чувствуя как в одно мгновение рука мужчины, держащая его ладонь сильно напрягается, сжимая сильнее, — эй, больно! — Ты чего тут делаешь? Но Крису, кажется, сейчас не до этого. Он говорит громко и его слова разносятся эхом по всему пространству. Всё не в порядке. Всё ни черта не в порядке. — Вы сами меня поставили сюда, — слышится ответ, а сердце Джесс пропускает удар. Питер. — Я помню каждого человека, который должен был сегодня тут находится. Но тебя я не ставил, ты держишь меня за дурака? Мужчина смотрит на парня хищно, словно знает, что должно произойти в следующий момент, а потом отдёргивает Джесс за руку, заставляя встать за свою спину полностью. Чтобы пацану, кроме кожаной куртки вообще ничего не было видно. — Осмотреть его. Быстро. А Питер от этого только смеется, но всё же кивает, поднимая руки над головой. — Ты полнейший паникер, — заключает пацан, даже не дергаясь под сильными руками, — я не думаю, чт… Три выстрела в самую грудь и трое мужчин падают замертво. Крис почти незаметно, но ощутимо для Джесс дергается, мальчишка руками уши прикрывает, сильно испугавшись такого шума, чувствуя, как его моментально обходит оставшаяся охрана. — Молодец, потрясающе, — заключает Крис, — и давно ты стал предателем? — С того момента, как ты привел Джесс в этот чертов Ад, — в голосе — явная усмешка. — И теперь ты хочешь убить меня? — вопрошает Крис, освобождая запястье мальчика и кладя руки в карманы. — Я хочу забрать его обратно. Отдай мне Джесс и не будет никаких проблем. — С какой стати, я должен это делать? — удивляется тот, — Джесс не игрушка, Джесс — мой мальчик и тебе я его не отдам. — И ради своего мальчика, — выплевывает фразу Питер, — ты пожертвовал другом? Ты же знаешь, что его убили, правда? Тебе его совсем не жаль? — Это ведь твоих рук дело? — и вопрос Криса звучит громче самого громкого грома. — Ты прекрасно знаешь, что если бы его «случайно» не обнаружили на твоей базе, Джесс был бы уже мёртв. Я, блять, его спас! — Спасибо, — кивает мужчина головой, — только сути дело не меняет. Ты его, блять, не получишь. — Ты даже не дал попрощаться ему со своим лучшим другом, с игнорируя ответ Криса, продолжает он, — а ведь сегодня день его похорон… — Ч-что? — мальчик силой отталкивает одного из охранников и выходит на одну линию с Крисом, — что это значит?! — Ты даже не набрался смелости рассказать, что наделал? — Это не моих рук дело! — рычит мужчина, вытаскивая руки и тянется к кобуре, — никто, блять, не мог этого предвидеть. — Предвидеть что? — через секунду переспрашивает Джесс, стараясь соблюдать спокойствие. Страшно, холодно, мерзко. От бессилия хочется кричать. — Я расскажу… — Не смей! — а потом тушуется и с силой опускает оружие, когда видит на Джесс красную точку неизвестного ему лазера. Всё пропало. Им отсюда не выбраться. — Ты когда ушел на тест, — после злостной улыбки начинает Питер, — кто-то проник в школу и заложил бомбу в твоем классе. Вот только просчитался со временем, поставив его на день позже и когда произошел взрыв, ты уже был дома под прекрасной охраной, счастливый и затраханный, — а потом красная точка переходит на тело Криса. — Никто не выжил в тот день. Тебе повезло, малыш. — Но Крис же к этому никакого дела не имеет! — кричит мальчик, делая шаг в сторону Пита, — он не виноват! — Конечно не виноват, — соглашается парень, радуясь, что смог вывести этого мальчишку на слезы, — виноват ты. Кто-то злорадно смеётся. Такую смену ролей уж точно никто не ждал. Потрясающий сценарий с изумительно подобранными ролями. — Отдай мне пацана. Думаешь, вы долетите? Как-будто, вас никто там не ждёт. Всё уже давно проиграно, подстроено и очевидно. Не будь дураком! — Я не отдам тебе Джесс! — уже кричит мужчина, снова поднимая оружие и нацеливаясь на парня, — тебе придется убить меня. Рискнешь? — Вот видишь, солнышко, — и это звучит до безумия приторно, — и в этой смерти виноват будешь ты. А потом, происходит что-то странное, немыслимое и глупое. Ведь так считают все. Все идет не по плану, разрушая сценарий до полного основания. Мужчина чувствует, как хрупкое тело резко припечатывается к сильному телу Криса, а худые руки обнимают со всей имеющейся силой. — Что ты делаешь, дурак! — и мужчина срывается на крик, бросает пистолет на пол и пытается отбросить пацана от себя. Вот только времени мало, курок нажат, а пуля вылетает из дула. Три. Нам не дано знать, что уже записано и заранее обговорено в тайне от нас. Два Что случилось однажды, никогда может больше не произойти. Они оба, друг друга встретив и полюбив, ни за что не хотят отматывать время назад. Спасибо Тебе за тебя. Я люблю тебя до безумия. Один. У этой истории поистине счастливый конец. Они любят друг друга до дрожи пальцев и несвязанных слов. Любят просто так, не признавая ничего больше. Любят, потому что любят. На еще мокрый асфальт от ночного дождя, падает первая капля. Если я — часть твоей жизни, то когда-нибудь, ты вернешься ко мне, ведь так? И я думаю, Вселенная нам, а этом обязательно поможет.