Пролог. Билет в один конец
29 октября 2017 г., 04:05
Когда ты сумасшедший — это не так мешает. Ужасно, когда ты сходишь с ума. Джеймс Хедли Чейз
Шаги отдавались гулким эхом. Жидкий туман стелился по пустынным улицам. Слабо отсвечивающие фонари едва разгоняли ночной сумрак. Моросил мелкий холодный дождь, взвесь капель словно зависала в воздухе. Пахло гнилью и сырой землёй. Из-за тумана с улицы было не рассмотреть, но Чуя точно знал, что за парковой аллеей есть затянутый ряской небольшой пруд. — Этот дом, — нарушил тишину Крис, сверившись с картой на дисплее своего телефона. Чуя кивнул и окинул взглядом здание, перед которым они стояли. Пятиэтажка была старой: краска облупилась, кое-где вместе с ней отвалилась и грунтовка. Маленькие балкончики были обиты отстающими по краям железными листами, местами и вовсе торчали гнутые решётки. В подъезд вела разрисованная деревянная дверь. Чуя открыл ту и первым шагнул внутрь. Лампочка на первом этаже слабо освещала лестничную площадку. Под ногами тихо шуршали обрывки газет и рекламные брошюры. Лифт отсутствовал. У дальней стены стоял велосипед без колеса. — Куда дальше? — поинтересовался Чуя, обернувшись к напарнику, Крис сосредоточенно всматривался в текст на дисплее своего телефона. — Третий этаж, левая дверь. Чуя окинул взглядом утопающую во мраке лестницу, достал из кармана маленький фонарик, включил и начал подниматься. Лампочки на втором и третьем этажах отсутствовали, лишь торчали из стены обрывки провода. Сквозь разбитые окна врывался холодный ветер и со свистом блуждал по лестничному пролёту. — Эта? — поинтересовался Чуя, кивнув на деревянную дверь с железными цифрами, закреплёнными над глазком. — Да, тринадцатая квартира. — Чёртова дюжина, а? — усмехнулся он, ухватился за круглую ручку и потянул дверь на себя. Тихо скрипнув петлями, та открылась. За небольшим тёмным коридором в комнате горел яркий свет. Пропустив Криса вперёд, Чуя погасил фонарик и убрал обратно в карман. Прежде чем переступить порог, он сдвинул перчатку вверх. Запястье обвивала татуировка: чёрная змея обнимала руку кольцом, пристроив голову у просвечивающей через кожу вены. Поправив перчатку, Чуя прошёл в квартиру и нагнал напарника. У незанавешенного окна в кресле-качалке спиной к ним сидела женщина. Длинные русые волосы спадали по плечам и на спинку. — Вы сломали замок, или я забыла запереть дверь? — поинтересовалась та, обернувшись. Лицо той оставалось спокойным, разного цвета глаза внимательно наблюдали за ними. — А она жуткая, — заметил Крис, подойдя ближе. — Глаза разноцветные, никогда такого не видел. — Бывает и такое, — сказал Чуя и, опустившись на корточки рядом с расположенной у самого пола розеткой, подключил планшет через переходник. — Она и должна быть пугающей, это её задача. — Я приму это за комплимент, — вновь заговорила женщина. — А теперь не потрудитесь ли объяснить, что вы делаете в моём доме? Крис обошёл кресло-качалку по кругу. Женщина продолжала внимательно следить за ним взглядом, но с места не трогалась. Её тонкие руки лежали на укрытых клетчатым пледом ногах. Чуя тем временем запустил программу-анализатор и поднял взгляд на ровно горящую яркую лампочку в люстре под потолком: — Свет горит. — А не должен? Протянув руку, тот коснулся длинных русых волос, женщина отшатнулась и подняла на него полный недовольства взгляд: — Если вы пришли обокрасть меня, то уверяю вас, здесь взять нечего. — По описанию не должен, максимум моргать, — ответил Чуя, сверившись с данными на экране. — В неверном свете она казалась бы совсем жуткой. — Вы и сами, знаете ли, отнюдь не красавчик. — Отруби её уже, — взъелся Крис. Он оттянул и отпустил кресло так, что той пришлось вцепиться руками в подлокотники, чтобы не упасть. — Чего это? — рассмеялся Чуя. — Она дело говорит. А если серьёзно, — добавил он, взглянув на недовольного напарника, — если я отключу её, мы не выявим наличие сбоя. Так что развлекай её дальше, — велел он и продолжил проверять настройки. — Я что, на клоуна похож? — буркнул Крис. — Скорее на шута, — недовольно произнесла женщина, недобро прищурившись. Моргнул свет. Раз, другой, третий. Наконец, лампочка потухла, комната погрузилась в полумрак. Лунный свет слабо освещал ту. — Быстро ты. Что там было? Вероятно со скуки, тот несильно толкал кресло-качалку. Имитация притихла, перестав реагировать на их действия и слова. — В том-то и дело, что ничего, — нахмурился Чуя. — Я не нашёл никакой ошибки и перезапустил приложение. — Заблудшие овцы идут на шум воды, жаждут напиться, — тихо произнесла женщина и снова умолкла, уставившись на бледный лунный диск за окном. — Слушай, Чуя, — вдруг сменил тему Крис, — я давно хотел тебя спросить: что у вас с доктором Ёсано? — С Акико? — Чуя даже поднял на него взгляд. — А что у меня может быть с Акико? — поинтересовался он, адресовав Крису его же вопрос. — Знаешь, у нас многие считают, что вы спите, — неохотно сообщил тот. — Потому что я неформально к ней обращаюсь? — усмехнулся Чуя, вернувшись к строчкам анализа, что выдавала программа. — Заблудшие овцы идут на шум воды, жаждут напиться, — повторила женщина чуть громче. — Так что, нет? — Она только что снова повторила одну и ту же фразу. — Вроде. Ты знаешь, тут такое дело, мы поспорили, и мне поручили узнать, — признался он. — Действительно о таких глупостях спорите? — покачал головой Чуя. — Вот вам заняться нечем. Уж не знаю, на что ты там ставил, и обрадую я тебя или разочарую, но нет. Мы знакомы с детства, учились в одной школе. — Ууу, скука, — протянул Крис. — Заблудшие овцы идут на шум воды, жаждут напиться, — женщина вдруг запрокинула голову и протянула тонкую руку. — Она явно сбоит, — заявил Крис и отошёл чуть в сторону. Вновь моргнула пару раз лампочка. Женщина поднялась на ноги, уронив на пол плед, обняла себя за плечи и развернулась к Крису. — Сегодня вы умрёте, — ласково произнесла она, наклонив голову к плечу. — Ага, щаз, — протянул тот, — пошла ты. — Ты в курсе, что споришь с программой-имитацией? — Ну а хрен ли она мне угрожает? — огрызнулся Крис. Комментировать Чуя не стал: его напарник на эту смену редко работал в сети и реагировал соответствующе. Программа-анализатор внезапно выдала ошибку и свернулась. Хаотично заморгал свет, люстра закачалась под потолком, по стенам заплясали тени. Раздался шум воды из соседней комнаты. — Заблудшие овцы идут на шум воды, жаждут напиться, — рассмеялась женщина и, неожиданно проворно кинувшись к Крису, схватила за горло. — Чуя, отключи эту сучку! — выкрикнул тот, попятился и перехватил тонкие запястья. — Пытаюсь, — Чуя вновь запустил программу. — Хреново пытаешься, — прохрипел Крис. Все его попытки оттолкнуть от себя женщину были тщетны: — Давай быстрее! Лампочка погасла с тихим хлопком, видимо, перегорела. Комната вновь погрузилась в полумрак, и экран планшета слабо замерцал. Шум воды, доносящийся из соседней комнаты, стал громче. — Потерпи, — равнодушно заявил Чуя. — Что тебе будет? В ответ до него донеслись лишь невнятное мычание и возня. Наконец, программа-анализатор вновь заработала, Чуя ввёл необходимые данные и перезапустил приложение. Шум воды в соседней комнате смолк. Имитация выпустила Криса и спокойно вернулась в кресло-качалку. Сев и накрыв ноги пледом, та подпёрла голову рукой и стала рассматривать едва различимую за сгустившимися тучами луну. — Чуть богу душу не отдал, — просипел Крис. — Ты нарочно там так долго возился? — Ты же знаешь, что нет, — Чуя вытянул переходник из розетки. — Пора возвращаться, тут любопытные данные. — С тебя выпивка, — заявил Крис и первым вышел из квартиры. — Пешком что ль? До точки перехода далеко идти. Крис не ответил. Когда Чуя вышел из квартиры, прикрыв за собой дверь, шаги напарника уже доносились откуда-то снизу. Пожав плечами, он достал из кобуры пистолет, снял с предохранителя и, приставив дуло к виску, спустил курок. Подъезд затопил непроглядный мрак. Через пару секунд темнота поблёкла и расцвела перламутровыми разводами. Те веером расходились из тонкой линии, вытягивались и извивались. Чуя глубоко вдохнул пересушенный воздух и открыл глаза. Ровный свет заливал комнату, тихо жужжали приборы у стены. Сев ровно, он потянулся и снял с рук браслеты. — Успешно? — раздался женский голос. — Да, — ответил Чуя, подняв глаза. У кресла стояла Акико с папкой в руках. Крис неподвижно лежал на соседнем, прибор рядом фиксировал и отображал жизненные показатели. — Пешком пошёл, — ответил Чуя на незаданный вопрос Акико и надел перчатки. — Что это? — Заходил замдиректора, — она протянула ему документы. — Вы были в сети, он не стал ждать, велел мне передать. Тебя, похоже, командируют. Здесь все документы и билет на корабль. Карл собрал разложенные на столе листы с заметками для лекции и, потушив свет, вышел из аудитории. Студенты сновали по коридору и негромко переговаривались между собой, хлопали двери. У самой лестницы его нагнал мужчина в деловом костюме. — Профессор Пассед, можно вас на пару слов? — позвал тот, коснувшись его локтя. — Простите, а вы? — Харт, — представился мужчина, протянув руку, — Честер Харт, я... — Заместитель директора западного филиала организации «Эфор», — пожав тому руку, произнёс Карл. — Читал о вас в новостях пару дней назад, — пояснил он, заметив удивление во взгляде собеседника. — Ах, вот оно что, — рассмеялся тот, — а вы наблюдательны. Мы можем поговорить за чашкой кофе? Я видел тут кафе поблизости, когда подъезжал. Обещаю, что не займу у вас много времени. — Почему бы и нет, — мягко улыбнулся Карл, умолчав о том, что это будет уже пятая чашка, а ведь ещё даже не полдень. Один только запах свежесваренного кофе уже бодрил. Карл грел кончики пальцев о чашку, от которой поднимался пар, и внимательно слушал. Мистер Харт выдавал информацию очередями слов между вдохами так быстро, словно боялся, что он встанет и уйдёт посреди разговора. — Как вы уже, наверное, знаете из новостей, я возглавляю один из новых проектов. Научно-исследовательский центр, куратором которого я нынче являюсь, расположен на острове. Сама лаборатория, рабочий посёлок, магазины, кофейня, ресторан, клиника — всё находится на закрытой территории с высоким уровнем охраны. Полная изоляция от внешнего вмешательства и конфиденциальность исследований. Мы в первую очередь занимаемся отладкой и настройкой сетевых уровней. Исследований проводим мало, по большей части тестируем части программного продукта и их воздействие на субъекты. Заключённых немного, и это не опасные маньяки, прославившиеся на весь мир, безобидные взломщики... — Безобидных преступников не бывает, — Карл сделал глоток горячего кофе. — Само собой. Я имел в виду, что вы не будете подвергаться опасности, так как заключённые находятся под круглосуточной охраной. — Вы упомянули клинику, — Карл опустил чашку обратно на блюдечко. — Имеется в виду психиатрическая клиника? — Совершенно верно, — ответил мистер Харт и даже кивнул, подтвердив свои слова. — Видите ли, наш филиал специализируется на изучении психологической активности психически нездоровых людей. Ваша статья о коллективном безумии очень меня заинтересовала. Эта теория, эта поразительная теория... — Была подвергнута большим сомнениям со стороны научного сообщества, — перебил Карл, — а некоторыми учёными высмеяна. — Да, я слышал, что вы не получили финансирования. И это ещё одна причина, по которой я решил предложить вам принять участие в проекте. Я намерен спонсировать ваши дальнейшее исследования. Я организую перевозку ваших пациентов в клинику. Поверьте, у нас лучшее из возможного оборудование, отличные условия содержания, нет нехватки средств. Вы не будете ни в чём нуждаться. Если потребуется, я организую перевод других пациентов, которых вы наблюдали или хотите наблюдать. — И взамен? — Мне бы хотелось, чтобы помимо вашего основного научного изыскания вы провели небольшое исследование, — мистер Харт достал из внутреннего кармана и выложил на стол перед собой две фотографии. — Вот этот молодой мужчина страдает от диссоциального расстройства личности. Несмотря на это, он рекомендован к работе на должности тестера. — В чём проявляется болезнь, можете сказать? — Карл поднял фотографию со стола. На той был запечатлён молодой белый мужчина с тёмными волосами, отсутствующим выражением лица и мрачным взглядом. Шея того была забинтована, что сразу бросалось в глаза. — Тяга к суициду. Этот мужчина проявляет повышенную тягу к суициду. Раньше не проходило и дня, чтобы он ни предпринимал попыток покончить с собой. Он содержался в одной из частных клиник, но нынешний опекун настоял на том, чтобы мы задействовали его в новом проекте. И как сотрудника, и как любопытный субъект наблюдений. Само собой, он прошёл медицинское обследование и курс обучения, но мне бы хотелось, чтобы заключение было написано вами, если вы возьмётесь за это дело. — А второй? — опустив фото обратно на стол, спросил Карл. — Техник-наладчик. Сотрудник, откомандированный к нам из другого филиала. Карл перевёл взгляд на фото. Запечатлённый на нём молодой мужчина явно не знал, что его снимают. Камера захватила того в пол-оборота: он, похоже, с кем-то беседовал и смеялся. Вьющиеся рыжие волосы были стянуты в хвост и доставали до лопаток, светлые голубые глаза — чуть прищурены. В руках он держал стопку заполненных бланков. Заметив на том перчатки в жаркий летний день, судя по яркому солнцу на фоне, Карл вновь поднял взгляд на собеседника: — Этот человек тоже страдает каким-то расстройством психики? — Неярко выраженная мизофобия. Но причина, по которой мы выбрали его для проведения эксперимента, заключается отнюдь не в этом. — А в чём же? — уточнил Карл. — Наш первый, и основной, испытуемый сам указал на него и отказался работать в паре с кем-либо другим. Карл отложил фото и допил остывающий кофе. Потом перевёл взгляд на двери университета, где ему предстояло сегодня прочесть ещё одну лекцию. — Эксперименты над людьми в закрытой зоне, мне нужно хорошо обдумать ваше предложение, — помолчав, наконец, произнёс он. — Я не могу вот так сразу ответить вам. Конечно, предложение весьма заманчивое: своя клиника, спонсируемые исследования, но эта личного характера просьба, настораживает, если позволите. Организация «Эфор» и исследовательский проект «Шорох» не вызывают симпатий у общественности. — Я понимаю ваши опасения. Так много обличительных статей, громких лозунгов и обвинений в адрес проекта и в мой адрес, но, позвольте, уж вы-то, как никто другой, должны меня понимать. Проект «Шорох» создан не как лаборатория безумных учёных, прихоти ради играющих с человеческим сознанием, не как средство контроля и запугивания масс, — мистер Харт чуть повысил голос, глаза его заблестели. — Все денежные средства, человеческие ресурсы, усилия ведущих научных деятелей во всех отраслях — всё ради единственной цели. Помочь людям победить безумие, всем в целом и каждому в частности, совладать со своими демонами, страхами, фобиями, с тем, что день ото дня отравляет жизнь каждого и социума. Искоренить насилие, избавить от бессилия, уничтожить страх, — выдохнув, тот коснулся пальцем своего виска и чуть тише добавил, — ведь всё здесь, в нашей голове. Не спешите, подумайте, взвесьте все «за» и «против», а потом позвоните мне, и я вышлю вам все необходимые документы и билет на корабль, — мистер Харт протянул Карлу визитную карточку, махнул официанту и достал бумажник. — Прошу, позвоните, даже если решите не соглашаться. В таком случае мне необходимо будет подыскать другого кандидата, — расплатившись, тот попрощался и оставил Карла наедине с размышлениями и фотографиями двух незнакомых людей. Спустя неделю после разговора с мистером Хартом Карл стоял на пирсе. Из вещей у него была с собой лишь небольшая спортивная сумка с предметами первой необходимости и парой комплектов одежды: весь остальной багаж должны были доставить на следующий день после прибытия на остров. В порту было довольно людно, и всё подъезжали сотрудники. Они собирались группами, переговаривались друг с другом в ожидании корабля. Заметив мелькнувшие в толпе рыжие волосы, Карл сделал пару шагов в сторону. Он не ошибся в предположениях: у самого края пирса стоял мужчина с фотографии. Тот оказался ниже ростом, чем Карл предполагал. Одет он был в строгие тёмные брюки, рубашку и жилетку. На руках — чёрные перчатки, чокер на шее. Карл обогнул группу беседующих сотрудников и неторопливо направился к мужчине. — Карл Пассед, — представился он, встав рядом, и протянул руку. — Чуя Накахара, — ответил тот, пожав протянутую ладонь.
