Любишь кататься — катись к чертям!

POV Юн Соми. — Чонин, ё-п-р-с-т, что, черт возьми, сейчас творится?! Куда мы бежим, а?! — истерила я, выдвигая ожидаемые для «Кая» претензии, когда мы достаточно оторвались от «Чондэ и его команды». Но Ким лишь показушно прошипел через указательный палец левой руки. Его взгляд так и кричал мол «если ты не заткнёшься, то я самолично заткну тебя». — Чонин, — я не унималась, а парень шёл вглубь леса, придерживая напуганную меня за руку, — признайся уже во всём! Кто ты? Кто этот чёртов Чондэ, которого ты уж точно знаешь? И почему какие-то неизвестные мне люди хотят меня убить?! Что я им такого сделала?! — Что ты сделала? Ты просто родилась, а из-за этого страдает очень много людей, так что заткнись и дай мне найти нужный дом! Я благополучно заткнулась, ведь ругаться со своим единственным спасителем как рыть себе могилу. Топали мы так ещё минут десять, когда вышли на узкую тропинку, что вывела нас в загородный посёлок, полный огромных и дорогих домов богатеньких дядечек и их разукрашенных фиф с третьими размерами груди, успешно сделанных у пластического хирурга. — Чонин, я вот тут подумала… — Надо же, ты умеешь думать? — Айщ! — стукнула его кулаком в плечо, после чего тот разразился смехом; обстановка стабилизировалась. — Идиот! Я хотела сказать, что, когда мы только познакомились, в день нашей с Ифанем ссорой, ты втирал мне, что ты величайшее существо с безграничной силой, но где всё это, умник? Почему ты, там в лесу, не нафурычил нам хотя бы велик или не телепортнул нас просто домой? — Больше нет, — парень был сдержан как никогда. — В каком слысле «больше нет»? Ты можешь человеческим языком объяснить, кто ты, а? — Меня временно отстранили от дела, сказали, что в наказание должен побыть человеком. Мне не известно, на какой срок, но силы не вернуться ко мне ещё долго. Так что помни, когда сильно побьёшь меня в плечо, — это больно, знаешь ли! Хоть это и неприятно, но это заставляет меня чувствовать себя живым. — Человеком? Ты теперь со мной на равных? Это же отлично! Спасибо тем, кто сделали тебя человеком! Теперь-то я точно отыграюсь: помоешь мне полы, вымоешь горы посуды, почистишь туалет, ванную и раковину, и… — с каждым перечислением я загибала палец один за другим, придумывая парню дела по дому. — Достаточно! Ничего я делать не буду! Хоть мне и придётся жить у тебя, сейчас нам нужно найти моего старого приятеля. — КимКа, я тут, — услыхали мы низкий бархатный голос, который я бы хотела слышать каждое утро, а этот парень приносил бы мне кофе в паст… — Эй! Харе фантазировать о Чанёле! Я и без своих суперсил могу понять, о чём ты думаешь, идиотка тупая! — огрел мою бедную головушку подзатыльником, которая заныла не по-детски. Но больше всего меня волновали события, что случились со мной за последние пол часа, а безумный особняк друг Чонина даже пугал своими размерами; трёхэтажное тёмное здание со страннной крышей можно было бы увидеть даже из моего дома, который находился очень далеко отсюда. — Не стой как истукан, — шикнул мой сопровождающий, не выпуская мою руку из своей, ведущим меня в сторону дома прямо по-собственнически. — Чанёль уже заждался нас. — Привет, — улыбнулся мне парень с ярко красными волосами, обнажая ряд ровных белоснежных зубов, когда мы дошагали до крыльца загородного дома.

***

Единственное, что я могла делать, так это в открытую пялиться и пускать обильно слюни изо рта, ведь когда мне удалось снять с себя обувь и удобно сесть за кухонный стол, до сих пор не могла поверить в происходящее: судя по всему, хозяин дома по имени Пак Чанёль, любитель «прохлады», а всё потому, что тот был в одном лишь нижнем бельё красного цвета прям под цвет волос, что не скрывали «богатый урожай» парня. У каждой сейчас струились бы ручьи естественной смазки по внутренней части бедра при виде ровных кубиков пресса, мощной мужской спины, широких плеч и мускулистых рук, с выступающими под кожей венами. В купе с этим молодой человек по-ребячески улыбался и заваривал гостям горячий зелёный чай, что наполнил своим приятным ароматом весь первый этаж. А Ким же, как чёрная тучка, сидел со мной поодаль, сложив руки в позе а-ля «да я в миллион раз лучше», временами шёпотом обругивая своего знакомого двухэтажным матом, и, конечно же, я всё слышала; скорее это и было адресовано мне. — Вау, Чанёль, у тебя такие сексуальные губы! — громко воскликнула я, но сразу же стукнула себя по губам два раза, ведь не ожидала, что скажу такую чушь вслух. В мыслях можно, но не вслух же! После моих слов оба парня расширили глаза до удивительных размеров, явно не ожидая услышать от меня такие откровенные слова. Когда в их мозгах наконец начали крутиться болтики и шпунтики, юноши изменились в лице: Чанёль хитро усмехнулся, пошло облизывая губы, на что я уж точно обратила внимание, а Чонин же резко на меня повернулся и готовился ругаться. — Женщина, какого хрена? Что с тобой не так? Что с твоим лицом? Какого хрена ты минут пять пялишься на толстовку Пака, твою мать, или… — Ким замолчал, приложив ладонь к своим не менее пухлым губам в изумлении. — Пак Чан, чёрт возьми, в такое лицо и плюнуть жалко! Ахринел старые приёмы использовать?! А ну верни всё в нормальное положение и вылей этот чёртов чай! У нас нет времени!!! — Да ладно, Кай, я просто побаловался, — непринуждённо пролепетал Пак, похлопав озлобленного друга по плечу. Каким-то волшебным образом красные трусы Чанёля были прикрыты спортивными серыми штанами, а рельефный пресс был упрятан под массивную толстовку цвета фукси, из-за чего, честно говоря, расстроилась. — А ты, Соми, спасибо за комплимент, может когда-нибудь, дашь проверить и свои губки. — Я УБЬЮ ТЕБЯ, ПАК! — закричал Чонин, собираясь смачно вмазать хозяину дома по лицу, но я вмешалась в стычку, вставая между оппонентами. — Так, пока вы не поубивали друг друга, прошу Вас рассказать мне всё! Я безумно устала, так что прошу у вас краткости! А теперь, — я толкнула их на пустые кресла, — расскажите всё прямо сейчас, чёрт возьми, иначе я не знаю, как буду сдерживать свой гнев! — Ох, Кай, а ты не рассказал ей о том, что её хотят убить? — радостным тоном воскликнул Пак, наблюдая за нашей реакцией и хлопая в ладоши как ребёнок. — Так, во-первых, Чанёль, ты кто вообще? Ты такой же как Чонин? Если да, то колись прямо сейчас! — Ох, детка, я ужаснее, чем он. Он так, букашка, во всём этом, милая. — За букашку ответишь! Я всемогущественный демон, что очень даже в состоянии лишить тебя причиндалов! — прошипел как питон Ким, показывая «другу» кулак. — А ты, сволочь, никак не расскажешь, что видел вчера ночью. Я привел её сюда, чтобы наконец узнать всё. Не спроста я бросил близкого мне человека в лапах этого импотента! Я готов услышать правду, мы тебя слушаем. — Кай, ты же знаешь, что это невозможно. Время не пришло. Главное, что она должна знать, так это то, почему ангелы хотят убить её. Сам же твердишь, что это всё благодаря твоей привлекательности, а потом приводишь эту девушку в место, о котором знает только наша компашка. — Чанёль, я же не виноват, что она влюбилась в меня, а не в него! И я не могу действовать, пока не буду знать истинного исхода всех событий. — Так, стоп, стоп, стоп!!! Я ничего не могу разобрать кроме вашего «бла-бла-бла»! Говорите медленней и конкретнее! — я взорвалась словно вулкан, ведь игнорирование со стороны, как оказалось, демонов, бесило сильнее воспоминаний об Ифане. Но волшебным чудикам было побоку на её мнение в этот момент. — Вот чёртов Бог, Пак, ты меня вообще понимаешь? Если я в ближайшее время не узнаю правду, то тогда дам заднюю и верну то, что принадлежит мне. Ты же понимаешь, почему я делаю это? — Ты сначала добейся результата, а потом начнешь свои права жужжать, понял, губошлёп? — Вы вообще слушаете меня, а?! Я что, со стеной разговариваю?! Ну, а потом я уже ничего не помнила, ибо по щелчку чанёлевских пальцев меня поманило в сон, и я рухнула магическим образом прямо на кровать в комнате, в которой, видимо, я должна была ночевать.

***

POV автор. Время 2:34, а Чонин никак не может заснуть. Быть человеком как-то не айс. Смотрит в потолок битый час, вымотался ужасно за день. Спина ныла от боли, так что тот отправился искать ванную комнату, чтобы облегчить боль. Сегодня его очень сильно мучили, но он терпел 300 раз избиения розгами не просто так. Ему удалось выбить немного времени для выполнения его задачи, чтобы заполучить свободу и счастливый остаток человеческой жизни вместе с Джесс. Он правда мечтал об этом больше 20 лет, но стал недавно сомневаться, каким он хочет быть и с кем. Пока Чонин шастал по дому в поисках аптечки, а так как он уже не демон, лечиться приходилось народными способами, парень прошел на второй этаж мимо приоткрытой белой двери, за которой находилась его подопечная. Но ему не было известно, что чары рассеялись, и та уже «восстала» из сонного царства, так что Чонин на цыпочках, держащий в руках тёплую кофту с принтом, разглядел личную ванную в комнате Юн и прошмыгнул мимо её кровати, но ночной искатель приключений оказался пойманным. Та же, увидев стоящую фигуру Кима, резко вскочила с кровати и подошла к Каю вплотную, аккуратно касаясь его мягкой кожи. Кожа парня была изодрана чуть ли не до мяса, так что Соми ужаснулась при виде подобной картины. — Совсем из ума выжил, молчун хренов? Нужно срочно обработать раны! Сядь на кровать живо и не рыпайся, а то сейчас будет больно. Девушка впопыхах кинулась за аптечкой, что лежала на самой верхней полке, и, схватив ту за ручки, быстро прибежала к Чонину, не успевающему за её действиями. Тот как-то безразлично пялился на дорогой бежевый ковёр с длинными ворсинками, вовсе не обращая на панику девушки никакого внимания. Та суетливо, с трясущимися ручками, достала с самого дна коробочки перекись водорода, лечебные мази и бинты с ватными дисками. Ким ссутулившись уселся на самый край кровати, из-за чего взвинченная девушка была вынуждена заползти на неё и сесть сзади него, ведь ей нужен был отличный вид на спину. Соми обильно смочила кусок ваты перекисью и аккуратно прикоснулась материалом к самой огромной ране, сантиметров так семь, — с правой стороны низа шеи; левую свободную руку девушка расположила на единственном «пустом» месте — на левом плече парня, временами поглаживая мягкую кожу. При соприкосновении материй спина Чонина была усыпана мурашками, и это было не от боли, а из-за её прикосновений; для правдоподобия он шикнул, ведь некая тупая боль всё же присутствовала. — Прости, — неловко прошептала та, протирая уже другие ранки — на левой лопатке, — потерпи немного, пожалуйста. Её слова не звучали грубо или с повелением, а, наоборот, с бережностью; сил говорить не было вовсе: во-первых, девушка только-только очнулась ото сна, а во-вторых, тяжелый день и события давили на бедный журналистский женский мозг. — Всё нормально, — монотонно выдал Кай, погладив легонько левой свободную руку Юн, что было чем-то таким личным и интимным для них. Пока Юн выполняла роль медсестры, оказывая мученику медицинскую помощь, Чонин думал, думал и ещё раз думал. Он не знал, как поступить, ведь теперь он был простым смертным, что не мог залезть в мозг жертвы, прочесть мысли, чтобы всё знать. Теперь он был не в состоянии услышать её мысли. Теперь всё, что с ней связанно, было для него загадкой. Смазав наконец все раны мазью, Юн не стала торопиться выгонять непрошеного гостя из своей комнаты (так бы должна была поступить адекватная девушка), а наоборот сидела и пялилась молча на его позвоночник, запечатлев в своей больной-прибольной головушке каждый позвонок, каждую родинку и маленький шрам. Молчание давило на обоих, но, кажется, Юн это ничуть не беспокоило, ведь та медленно коснулась левой лопатки Кима, медленно проводя кончиками пальцев по загорелой коже. Бывший демон аж напрягся и вздрогнул, но всё же не попросил её прекратить. В девушке магическим образом проснулась уверенность, так что та продолжила свои манипуляции; стала поглаживать спину Чонина уже двумя руками, доставляя ему, даже такой мелочью, несоизмеримое удовольствие. Парень тихо поскуливал от каждого касания, а девушка всё понимала. Кто знает, что на неё нашло, но Юн медленно и робко прикоснулась своими губами к четвертому позвонку сверху, отчего парень резко изменился в лице — он всё пытался оттянуть момент «икс». — Спокойной ночи! — неловко крикнул Чонин, вскакивая с мебели. Вот только он хотел скрыться за дверью, как Юн озлобленно вскочила с кровати и развернула парня к себе лицом на сто восемьдесят градусов. Тот уж точно не ожидал от неё такого, да и вообще нынешнее поведение никогда не было свойственно самому Ким Чонину! — Что не так? — с некой обидой бросила Соми, смотря в глубокие карие глаза Кима. Тот не знал как себя вести — человеком он мечтал стать вновь уж очень давно, но как-то для него в новинку такие эмоции. — Я уродина, да? Или может я слишком тупая для тебя? Ой, может у меня грудь и попа слишком маленькие, а? Объясни мне, чёрт возьми! Что не так?! Я правда тебе настолько противна, что ты от меня бежишь, да? — Это не так… — Чонин пытался оправдываться, но он и буквы вставить не мог в этот женский словесный понос. — Что же?! Что я должна сделать, чтобы ты обратил на меня хоть чуточку внимания, ёбаное чудо в перьях, а?! Я уже восемь часов требую от тебя объяснений во всём, а тебе просто наплевать! — Да не плевать мне! Тебе же лучше… — Чонин, — девушка будто и не слышала вставленных Кимом фраз, — ты можешь уйти к себе прямо сейчас, но ответь мне на мой главный вопрос: зачем ты сделал это тогда в машине? Зачем поцеловал меня? Для чего всё это было нужно? Да я втюрилась в тебя как наивная школьница, а ты смотришь на меня с таким надменным ви… Договорить ей не удалось, ведь Ким резко сократил расстояние между ними и, воспользовавшись случаем, примкнул своими идеальными губами к её, отчего та стала пятиться от шока назад; прозорливый Кай лишь шёл за ней, грубо и страстно целуя любимую; по наитию ответила на поцелуй, обняла парня за шею обеими руками. Чонин не из тех, кто нежен со своими партнершами, так что юркий и мокрый язычок сразу же проник в женскую ротовую полость, сотворяя «мельницу» внутри. Любовники стонали в унисон, даря умопомрачительные ощущения друг другу. Казалось бы, Ким осмелел и решил наконец довести дело до ума, но, чёрт возьми, у демона проснулась наконец совесть, так не вовремя! Человеческий спектр эмоций и чувств толкали его на жестокие и несправедливые поступки. Юн оказалась поваленной на мягкую постель, но, когда Ким забрался своими шаловливыми ручками под женскую короткую юбочку, ему будто вновь включили мозг, после чего парень вынул руку и завис. — Ты девственница, а я не тот, кто имеет права посягать на… — шепчет с сожалением, смотря в большие глаза цвета мёда, что делают за городом. — О чём ты? Я не девственница, идиот! — Нет, ты всё ещё девственница… 3 года назад. — Ну как тебе идея поехать ко мне? — играл бровями парень лет восемнадцати. — Я на сто процентов уверен, что смогу скрасить твою ночь. — Прости, паренёк, но сегодня явно не твой день, — Юн утешительно похлопала по плечу незнакомца, отчего тот наоборот. Та не была уж прям в стельку, но сознание правда было забито бесполезной информацией; проще говоря, ее мозг поплыл в дальние страны. Настырный парень притянул ту за талию, прижимаясь не сильно уже привставшим органом. Девушка была на веселе, так что нахальные действия не стали ее волновать. Та продолжала двигаться в такт музыке, плавно покачивая бёдрами под клубный ремикс. Уже через секунду незнакомец повёл пьяную Соми прочь из грязного заведения к себе домой. Та еле стояла на ногах, пытаясь связать хоть слово. Юн усадили в просторное такси, а та в свою очередь смеялась без остановки как психопатка. — Я кстати… хахаха… девственница… ахахах! — ту понесло не на шутку. — Не переживай, ты запомнишь свой первый раз надолго, — хитро хмыкнул юноша, чем разозлил молодого Ким Чонина, что наблюдал за этой «парочкой» на протяжении всего вечера. У Кима зачесались руки, отчего тот не выдержал и проявился, ударив обидчика его подопечной прямо в нос, когда тот нагло полез под подол короткого платьица. От таких страстей на заднем сидении аж таксист остановился прямо посреди дороги. Сказать, что извращуга был обескуражен — ничего не сказать. Ким бережно подхватил заснувшую Соми на руки и вылез вместе с ее вялой тушкой из средства передвижения. Ну, а пострадавший пытался остановить кровотечение из носа. Впервые, думаю, ему удаётся переходить дорогу могущественным демонам. Время было позднее, так что естественно то, что Чонин понёс девушку домой. Естественно даже то, что ту вырвало по дороге пару раз, ведь Юн накидалась текилой так сильно, что умереть, не встать. Но Ким джентльмен, ее он в таком состоянии не бросил бы. — А ты кто? — в бреду твердила девушка, прильнув к горячему мужскому телу. — У меня новая подушка, вау! Такая классная! — Идиотка ж ты, — выделил каждую букву НиНи, понимая, что ему досталась проблемная и странная бабёха. — Ну, зачем ты так накидалась, а? Тебе ж потом плохо будет, а голова начнет раскалываться от малейших вопросов в твой адрес; хватит быть алкоголичкой! Тебе ещё к послезавтрашней сессии готовиться надо. — А у меня праздник! Парень, которого я люблю, признался, что любит меня в ответ! Девушка в край разоткровенничалась. — Да что ты говоришь, а что ответила ты? — Ким подыгрывал, в этот спектакль ни один трезвый бы не поверил. — Что мне нужно подумать! Это же нормальное желание человека. — Раз этот парень так нравиться, то чего ты шляешься с посторонними мужчинами? — А что такого в том, что со мной все хотят играть? — по-ребячьи смеялась Юн Соми. — Мда уж, с тобой не соскучишься. Ладно, я отвезу тебя в отель, потом сама оклемаешься. Когда девушка распахнула глаза, то почувствовала приятный запах одеколона, отчего хотелось сладко нежиться в мягкой постели. Но то, что та ощутила именно мужской парфюм, заставил ее мозг адекватно работать: Соми резко, с неким испугом, распахнула веки и огляделась. Юн находилась уж точно не дома, а, скорее всего, в отеле или хостеле; девушка медленно приподняла одеяло и заглянула вниз — та была в нижнем белье, после пожалев о вещах, что та вытворяла прошлым вечером. Вывод таков: всё, девственный цветок сорвали, а оторванное обратно не приклеишь. Так что единственное, что могла сделать Соми, услышав мужские напевания в душе, так это одеваться быстрее пули и валить.