Лабиринт

Ни звука. Лишь свежий воздух, высокие травы и бесчисленное множество деревьев, словно замкнутый лабиринт, простирающийся на необозримое расстояние. Будто аккуратно сотканное полотно, исчезала вдали "дорога из жёлтого кирпича". Впрочем, жёлтый здесь не только "кирпич". Лишь высокая трава, что росла по обе стороны от дороги, казалось, шевелилась сама по себе, без какого-либо ветра. Шёпот наполовину желтоватых травинок беззвучно разносился на неизмеримые расстояния во все концы этого лабиринта подобно току по линиям электропередачи. И, возможно, это срабатывало: вибрации отчётливо проносились через нервы, распространяясь подобно вирусным клеткам, угрожающим одержать верх над силами иммунитета. Юное сердце едва ли билось в груди: всё внутри буквально остановилось, боясь сделать лишнее движение. Даже туловище со всеми остальными частями тела замерли в неясном холодке. Лишь ярко-зелёные глаза спокойно "сканировали" пространство вокруг. Приглушённые тона царствовали даже в небе: сероватые облака мирно плавали по лазурному "океану", позволяя лишь небольшим бледно-жёлтым просветам поприветствовать незнакомца. Казалось, даже его глаза блёкли при любом взгляде на небо, обретая если не травяной, то точно болотный оттенок. Оттенок, напоминавший перелив зелёного в кронах деревьев, хоть те и разбавляются неким желтоватым, чуть ли не осенним отливом.       Незнакомец осторожно опустил взгляд на дуэльный диск. Такой же чистый, но потрёпанный и видавший виды. Впрочем, как и всегда, сколько юноша помнил с тех пор, как стал дуэлянтом. Однако остро заточенные "изумруды" быстро обнаружили проблему: тишина распространилась и на устройство. Губы, что так долго держались в сомкнутом положении, разомкнулись, позволив пройти лишь шёпоту, передавшему только тихое, чуть хрипловатое "Эй, Глаз". Безответно. Новая попытка - тот же "ответ". Зрачки резко уменьшились и задрожали. На сей раз лёгкие позволили пройти большему числу звуков. Дрожь в теле исчезла. Кровь словно забурлила в венах всего тела, тем самым дав добро хаотичным движениям всех частей. Никакого облегающего тёмно-зелёного костюма. Лишь школьная форма, с которой он нечасто расстаётся после занятий. Несколько оборотов вокруг своей оси. Лишь стены растительности, серо-голубое небо с всё так же плывущими облаками и непонятная дорожка под ногами, ведущая в совершенно неведомое юноше место. И снова взгляд упал на дуэльный диск. Абсолютно. Пустой. Ни одной карты - не то, что болтливого и самодовольного ИИ. "Какого чёрта?.. - вытекло с нескрываемым оттенком недовольства с губ юноши. - Что это за место"?.. Нити мыслей перепутались в единый клубок. Клубок, за которым лишь оставалось следовать. Вперёд и только вперёд.       Неизвестность тянула за собой прочными цепями, не позволяя сделать и шагу назад, не говоря о том, чтобы хоть на секунду остановиться. Непрекращающиеся однообразные, словно постепенно темнеющие стены из растительности вскоре начали давить на настороженность незваного гостя. Теперь же его встречал лёгкий, но при этом слегка завывающий прохладный бриз. Шёпот травы постепенно прибавлял в громкости в унисон кронам деревьев. Неизменно ярко-зелёные глаза время от время заостряли внимание на дуэльном диске, надеясь обнаружить ещё проблемы или же, если возможно, хоть какие-то ответы. Хотя бы на самые элементарные вопросы. Так или иначе, теперь его новая спутница, Пустота, всегда была рядом с ним. Неважно, в голове или устройстве.       Со временем звуки стали разнообразнее: то ли шёпот, то ли смех, то ли гул, то ли шаги отдавались эхом в ушах Юсаку, несмотря на крайне невысокую громкость этих шумов.       Несколько метров - и взору предстали небольшие скромные, но не обделённые прелестной резьбой деревянные домики. Выполненные в той же манере лавочки и скамейки отражались через "изумрудную призму" не столь ярко. Если бы они ещё были заполнены... Эхо голосов по-прежнему отдавалось весьма отдалённо. Юсаку замер. Лишь глаза имели право пользоваться свободой движения. Смесь голосов, топот, посторонние звуки сыграли хорошее барабанное соло по ушам парня, едва не опустошив то, что находилось после ушной раковины.       Юсаку резко подался вперёд - какофония покинула его голову. Парень, по-прежнему держась одной рукой за голову, припал коленями не то к песку, не то к мельчайшим, не причинявших никаких неудобств камешкам. Пальцы зарылись в мягко-твердоватую смесь, и парень закрыл глаза, сопроводив это глубоким выдохом. То смыкаясь, то размыкаясь, пальцы бродили по почве, собирая под ногти её мельчайшие частички.       Мгновение - и парень резко одёрнул руку. Замерев на долю секунды, он охватил взглядом ближайшее пространство. Один поворот головы, другой. Юсаку снова глубоко выдохнул, прижав одну руку к груди. Опустив голову, парень снова замер: крупные, изгвазданные в земле руки охристого оттенка кожи также прижимались к коленям, закрытым тёмными джинсами. Ноги резко дали толчок - руки быстро пробежались по всему телу, а глаза передали весть: синяя джинсовка и тёмная футболка плотно облегали укрупнённый торс, а стопы скрывались в потёртых кедах.