Проклятие

В полуоткрытое окно светила полная луна, её бледное лицо сегодня было особенно ярким и выразительным. На дворе стояло жаркое лето. Ночной ветерок нежно колыхал легкую занавеску на окне. Где-то пела цикада свою вечную песню, шумела листва. Город спит. Морфей накрыл своим крылом его жителей. Только иногда можно было услышать уханье филина или шум деревьев, когда ветер осмеливался нарушить благословенную тишину. Лунный свет лился в окно, разливался по комнате, задевал постель и нежно освещал лицо того, кто сейчас безмятежно спал под легким покрывалом, и чья грудь вздымалась от едва слышного дыхания. Луна серебрила его длинные волосы, которые алыми потоками раскинулись по подушке и постели… Но такими ли безмятежными были его сны? Приподнимем же синюю вуаль и попробуем одним глазком заглянуть под нее. Грелль шагал по цветущей тропинке, пролегшей между деревьями рощи. Светило солнце, ветер играл с листвой, было слышно пение птиц. Он улыбался, любовался алыми маками, которых здесь росло в изобилии, и вдыхал пьянящий аромат леса. Но, внезапно, небо затянули тяжелые тучи, и на землю упало несколько капель. Начался дождь. Грелль поднял взгляд вверх и с сожалением посмотрел на тучи, собравшиеся серой толщей над ним. Дождь все усиливался. Вдруг Сатклифф начал недоуменно оглядываться вокруг – цветущее лето превратилось в глубокую осень! Стена деревьев вдруг оказалась обычной кирпичной стеной какого-то полуразрушенного здания, недалеко высилось несколько крючковатых голых деревьев. Это место показалось ему до боли знакомым… Вдруг подул пронизывающий ледяной ветер. Лицо спящего жнеца нахмурилось, и он свернулся калачиком, закутываясь в покрывало. Вдруг он услышал сдавленное рычание и обернулся… Шинигами застыл от ужаса - над ним нависал тот самый демон! Бежать… Бежать! Только бы не догнал, только бы спастись, убежать отсюда и больше никогда не возвращаться!.. Но исчадие ада с каждой секундой настигало его. Нет! Прошу!.. Красноволосый заметался в постели и вскрикнул. Но внезапно картинка снова сменилась. Вот он стоит, демона нет, и откуда-то Грелль знает, что тот ему больше не угрожает. Жнец посмотрел под ноги и содрогнулся – алые маки превратились в потоки крови, которой было вокруг очень много. Она смешивалась с дождем и текла рубиновыми ручейками по мостовой. Вдруг издалека донесся чей-то тихий печальный зов: - Грелль… Грелль! Вернись, не уходи… Внезапно аловолосый нашел себя лежащим в этом самом море крови в объятиях Спирса, голос которого был полон такой тоски, что не выдержало бы даже каменное сердце. - Прости меня… Если сможешь… Я не достоин прощения… Прости… - Уильям что-то говорил, но Грелль мог слышать лишь обрывки фраз. И тут картинка стала затягиваться туманной дымкой и лицо Уильяма, равно как и голос, стали исчезать. - Уилли!.. – и красноволосый жнец проснулся от собственного крика. Со времени тех событий прошло больше пяти лет. И все эти годы Грелль Сатклифф каждое полнолуние видел один и тот же сон. Без изменений. И после каждого своего пробуждения в холодном поту он больше не мог спать. Вот и сейчас парень встал с постели, натянул легкие домашние штаны и отправился на кухню пить кофе. Он невольно задумался… Сколько прошло времени с той достопамятной ночи? Сколько они с Уильямом уже не виделись? Интересно, как он там… Жнец встряхнул лохматой головой, отгоняя воспоминания, которые с новой силой накатывали вместе с именем Т. Спирса. Ему тогда слишком долго пришлось оправляться после всего, что он с ним сделал. Хотя эта рана напоминает ему о себе по сию пору, и, наверное, никогда до конца не затянется. Пережитый ужас никогда не даст о себе забыть. Из глубоких раздумий Грелля Сатклиффа вернуло шипение – сбежал кофе. - Ах ты ж твою дивизию! Вот блин, как всегда… - прошипел он сквозь зубы. Но благо, сбежало немного, и ароматный темно-коричневый напиток вскоре был налит в чашку. Грелль взял ее в руки, выключил свет, и отправился на балкон. Часы в коридоре пробили три раза. Все также сияла луна. Парень накинул на плечи плед, сел в плетенное кресло, которое в теплое время года всегда стояло на балконе, и стал потягивать любимый напиток, размышляя о своем очередном сне. Все они были так похожи на тот, который он вспомнил когда очнулся в лавке Гробовщика… Это тревожило алого шинигами на протяжении уже нескольких лет. Стояла прекрасная летняя погода. Не слишком жарко, может даже немного прохладно, весь воздух пропитан ароматом лета, деревьев и цветов, небо усеяно звездами… Город спит.