Доказательство жизни или игрушка из плоти

      Он точно не помнил как и когда очнулся. Резко сев, он сразу же приложил пальцы к шейной артерии, замирая. Каким же облегчением было ощутить легкую пульсацию под теплой кожей. Кай тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли и глуповато улыбнулся, радуясь своему везению и необычайной живучести.  — Проснулся? — раздалось сбоку. Он повернулся на знакомый голос, не сразу сумев сфокусироваться на её хрупком профиле, стоящем вполоборота к нему. Сложив руки на груди, она наблюдала за огнем, весело пляшущим в камине. Взгляд её алых глаз был необычайно спокойным, скорее даже грустным…  — Сколько я тут пролежал? — спросил он, явно смутившись своей болезни.  — Достаточно, — ответила она уклончиво, на секунду глянув на него.  — Несколько дней, я так подозреваю… — Кай печально опустил голову, рассматривая свои подрагивающие руки.  — Какая разница? — Сильвана, наконец, повернулась в его сторону, — Или ты не рад, что все еще смертный? Он поморщился и недовольно фыркнул, легкая улыбка тронула лицо Королевы. Кай закрыл глаза, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, но все его воспоминания были мутными и далекими, словно ты смотрел на них сквозь толстое мутное стекло… его вывело из раздумий легкое прикосновение к его голове, он резко поднял голову и удивленно замер, увидев возле себя Сильвану, которая задумчиво смотрела на него, нежно путаясь пальцами в его волосах.  — Скажи мне, милый Кай, — начала она приторно милым голосом, — насколько ты хороший алхимик?  — Ну я, — он взволнованно сглотнул, наблюдая за ней, — знаю довольно много…  — Насколько? — спросила она с вызовом, склонившись ниже и замерев напротив него. Он честно пожал плечами, не зная, как сильно он углубился в изучение этой науки. Однако её требовательный взгляд и серьезное лицо хотели бы, видимо, получить немного другой ответ. Её глаза блеснули в полумраке комнаты: «Тогда у меня есть к тебе просьба…» Мужчина удивленно вскинул бровь и хотел было уже что-то сказать, но она прервала его, приложив свой изящный палец к его губам, острым коготком царапнув верхнюю губу. «Не торопись, — прошептала она, — моя просьба заинтересует тебя…» Он вздохнул, приготовившись выслушать очередное фирменное ужасное задание от Королевы отрекшихся. Сильвана проигнорировала его пессимистичный взгляд и тяжелый вздох.  — Я хочу, чтобы ты изготовил зелье, которое… — она прикусила губу, медля продолжать, — усилит мои чувства и ощущения.  — А? — нотка интереса блеснула в его глазах.  — Ты сможешь? — внимательно следя за его лицом, спросила она.  — Попробовать стоит, — ответил Кай, задумчиво почесав затылок, — есть парочка идей…  — Отлично, — Сильвана хитро улыбнулась, — в таком случае, ты получишь всё необходимое. Любая прихоть.  — Ого, — он опешил от такой щедрости.  — И в конце, — выгнувшись дугой, она положила руку на его ногу и оказалась еще ближе, — я исполню любое твое желание. Он нервно поперхнулся, наблюдая за тем, как смущенно она опускает ресницы, говоря эти слова. Поначалу он не сообразил что к чему, но затем увидел, как её взгляд спускается ниже по его телу, а рука королевы медленно движется вверх, оказываясь до неприличия близко к чувствительной зоне.  — Ну хорошо, — резко ответил он, прерывая этот аттракцион сладких издевательств. Сильвана и вида не подала, что разозлилась, но в душе Королевы пылал огонь злости: «Как смеет он так нагло и дерзко прерывать меня?! А может быть…» Она хитро улыбнулась, радуясь своим догадкам: «Возможно, маленький милый Кай слишком разволновался в этой ситуации… занятно».       После этого разговора Кай почти сразу же принялся за работу. Потравив первые несколько дней на обустройство своей комнаты в алхимическую лабораторию. Теперь у одной из стены стоял широкий стол во всю длину, на котором расположились различные мензурки, баночки и прочие принадлежности алхимика. Кроме того у него появилась нормальная кровать, с мягкой периной, приличный стол для трапезы, несколько книжных шкафов, а также неограниченный доступ к ресурсам целого народа и покровительство самой Королевы мертвых.       Занятие любимым ремеслом полностью поглотило молодого алхимика, который трудился над созданием первичных зелий. Эти зелья в последствии станут составляющими компонентами более сложного рецепта, который и будет испытывать Сильвана… Кай, наконец-то, смог испытать и проверить все свои домыслы и теории, попутно занимаясь основным делом, это было просто великолепно. Он почти безвылазно находился у себя, лишь иногда принося новый список необходимых ингредиентов Седрику и все трудился и трудился, развив сумасшедший темп.       Входная дверь тихонько скрипнула, выдавая неожиданный визит Королевы, которая нерешительно замерла на входе, внимательно осматривая заигравшее по-новому убежище человека. Кай в это время склонился за столом, окруженный целой горой книг, которая скрывала вход.  — Седрик, это ты? — спросил он, она промолчала, — ну ладно, оставь всё у входа. Сильвана быстро проскочила внутрь и медленно, но громко, чтобы он услышал, закрыла дверь. Мужчина все также продолжал заниматься своими делами, кажется, неспособный оторваться ни на минуту. Королева мертвых поморщилась, пораженная своим наиглупейшим действиям и мыслям, которые сподвигли её на это. Глупо и бессмысленно проникать в одну из комнат собственного города, когда ты могущественная властительница, но видимо, эти аргументы не пришли ей в голову вовремя. Двигаясь бесшумно и грациозно она подошла ближе, любопытным взглядом изучая книги, которые так усердно штудировал Кай. Её поразил тот факт, что алхимик занимался переводом большого сборника алхимических рецептов одного из ученых Сильваны на человеческий язык. Он усердно переводил незнакомую речь и аккуратным почерком записывал новые рецепты в тетрадь, которая была уже довольно толстой и увесистой.       Удивленно округлив глаза, королева двинулась дальше изучать комнату в поисках новых открытий. Подойдя к алхимическому столу, она восхитилась количеству баночек и скляночек, некоторые из которых даже были подписаны. Она наклонилась ниже с интересом изучая надписи: вытяжка из кровь-камня, настойка из мандрагоры, кровь утопца, эликсир «сердце оазиса», эликсир «выверт»… но больше всего её заинтересовала баночка с надписью «чёрная любовь». Не выдержав, она подняла любопытный образец и откупорив пробку поднесла к лицу. Она очень отдаленно почувствовала странный запах, напоминающий запах не то спелой земляники, не то запах высушенного сена… Хотя и жидкость внутри была абсолютно черной Сильвана, не отдавая себе отчета о своих действиях, сделала небольшой глоток…       Кай удивленно поднял голову, почуяв посторонний аромат в комнате. Еще мгновение назад этого странного запаха не было, и тут он едва не упал со стула, увидев, как Сильвана хозяйничает у его рабочего места, да еще и пробует какой-то из образцов на вкус. Он вскочил, в миг оказавшись около королевы и быстро глянул на баночку: черная любовь… ну конечно, не знающего человека запросто привлечет такая надпись.  — Проклятье, черт, черт, — Кай засуетился, начав лихорадочно рыскать по столу.  — Что такое? — невозмутимо спросила Сильвана.  — Как что?! — он ошарашено продолжал искать нужную мензурку, — ты еще и спрашиваешь… так, так, сейчас…  — Да успокойся ты, дурак, — сказала она насупившись полному игнорированию её персоны.  — Вот! Нашел! — он победно поднял перед собой нужный флакон, — пей!  — Зачем? — она удивилась его приказу, — я уже попробовала другой…  — Это же противодействие тому яду… — он тут же осекся, — а, ну да… Она гневно посмотрела на него, начиная закипать. Кай виновато опустил голову и поставил флакон на место.  — Ты что, совсем? — она сжала кулаки от злости, — шутить вздумал со мной, мерзавец?  — Я… нет, совсем нет, просто, — он совсем растерялся.  — Зачем мне твое чертово противоядие, — она повысила голос до крика, — если это яд на меня не подействует!  — Я понял, понял, извините… — Кай обреченно схватился за голову и отошел к своему столу.  — Идиот! — шипя и скалясь, продолжала она, — Я мертва, мать твою, ясно тебе, жалкий смертный! Он не пытался уже что-то сказать, а просто стоял и молчал, ожидая когда она успокоится или же наоборот придет в еще большую ярость. Сильвана же продолжала злобно сверлить его взглядом, проклиная его тупую выходку.  — Работай лучше над нужным рецептом, — наконец сказала она, после долгого молчания.  — Да, конечно, — промямлил он, — просто я так увлекся работой, я немного рассеянный, забылся, точнее забыл, что ты… необычная.       «Мерзавец, насколько же правильно он описал её состояние, — Сильвану бросало в дрожь от его последних слов, — не мертвая и не нежить, а именно НЕОБЫЧНАЯ!» Стиснув кулаки она подошла к нему вплотную, схватив его руки, она силой положила их на свою стройную талию, а сама обвила его шею руками. Прижавшись к нему максимально близко она положила голову на его плечо и зашептала: «Что ты чувствуешь? Правильно, ничего… Ты не чувствуешь моего дыхания на своей шее, не слышишь как бьется мое сердце, не можешь ощутить тепла моего тела, только обжигающий холод…» Она замолчала, едва сдерживая так не вовремя подступившие слезы. Ну почему, почему она так жаждала услышать эти слова хоть от кого-нибудь, а теперь она рьяно ненавидела человека, сказавшего такое. Ей хотелось бы и самой верить в свою уникальность, в возможности, отличающиеся от остальных отрекшихся. Возможность как раньше ощутить жизнь… «Я едва чувствую твою горячую кожу на своем теле и с трудом различаю биение твоего сердца, я едва ощущаю реальность… поэтому прошу тебя помочь хотя бы на мгновение ощутить вкус прошлой жизни». Она подняла голову, заглянув в его удивленные глаза:  — Скажи честно, кто я на самом деле, — умоляюще попросила она, — без обмана. Он молчал, нервно сжимая её талию еще крепче, Кай сделал глубокий вдох:  — Ты другая, — прошептал он, не отрывая от неё глаз. Сильвана внимательно смотрела на него, пытаясь высмотреть в его красивых чертах лица хоть каплю лжи или притворства, но он был спокоен и сосредоточен. Она совершенно растерялась, не зная, как реагировать на его по-настоящему искренние слова. Эльфийка медленно отстранилась, в недоумении уставившись в никуда, буря эмоций кипела внутри.  — Я… пойду, — рассеяно сказала она и быстро покинула Кая.       Личные покои Сильваны были и остаются, наверное, самым роскошным местом во всем Азероте, правда знают об этом совсем немногие. Белый мраморный пол, высокий потолок, украшенный вставками драгоценных металлов, резная изящная деревянная мебель и огромное количество красного бархата на мебели, предметах интерьера и везде, где возможно. В центре имеется большая кровать, которая используется только как украшение и дань традициям, не более…       Королева уже несколько минут стояла не двигаясь, погрузившись в свои мысли. Она едва не открылась ему, чуть не выдала все свои страхи и переживания. Но даже если бы захотела, смогла бы? Она выработала для себя одно единственное правило: не верить никому. Но он был так искренен и открыт…       Она медленно потянулась к застежкам плаща, который покорно и тихо упал к её ногам. Затем тяжелые латные перчатки отправились на прикроватный круглый столик. Штаны, обувь — все прочь… и наконец, нагрудник с недовольным лязгом упал к её ногам. Она подошла к большому зеркалу на стене, внимательно вглядываясь в отражение. Как давно она не снимала брони, ставшей, казалось, второй кожей: чувствовалась уязвимость и беззащитность. Миниатюрная ладонь легла на ключицу и медленно двинулась вниз спустившись по упругой груди, скользнув ниже по плоскому животу, к сокровенному… её рука застыла меж стройных бедер, она закрыла глаза внимательно прислушиваясь к ощущениям и реакции тела. «Другая» — прошептала она, закусывая губу. Тонкие пальцы начали неуверенно и медленно двигаться, пробуждая в ней, как казалось ранее, несуществующих чувств и желаний. Легкий вздох сорвался с её губ, она остановилась, резко отдернув руку, чтобы не соблазниться повторить эксперимент. Это был отголосок, жалкое подобие прежних эмоций и ярких ощущений, но все же она вполне ощущала томительную и тягучую тяжесть внизу живота, которая сладким импульсами растекалась по телу, заставляя все тело подрагивать от давно забытых ощущений…