Плацебо

      У меня нещадно раскалывалась голова, и нервные клетки доживали последние минуты своей эмоциональной жизни, когда пухленькая блондинка наконец-то объявила, что на сегодня хватит.        Сочувственно посмотрев на её бледноватого спутника, который стоял со скорбным выражением на лице, и на его сутулые плечи, я всё-таки порадовался тому факту, что мне пришлось перетерпеть всего какие-то три часа, а ему с ЭТИМ возможно всю жизнь придётся мучиться.       Вообще-то, такие случаи, когда клиенты нагло командовали процессом съёмки, были крайне редки. Можно сказать, единичны. Да и сам я старался не допускать подобного, потому что как фотографу мне всё-таки было виднее: где кому стать, как улыбнуться и куда посмотреть. Это экономило моё время и время клиента, уменьшало количество неважных снимков, и в итоге выливалось в искреннюю благодарность заказчика и в словесной и в денежной форме.       В случае с этой стервозной и самовлюблённой личностью, которая слегка не помещалась в пошлое обтягивающее платье, из которого грозили вывалиться все её формы, кадров было сделано раз в пять больше нужного. Моих драгоценных нервов ушло как на десятерых, а толку, скорей всего, не будет никакого. Подозреваю, что в конечном итоге, она выберет именно самые неудачные кадры. Например, тот, где низкое декольте безвкусно обтягивает, ( а скорее вываливает) её грудь четвёртого размера. А ещё, наверное, тот, где её заторможенный спутник мрачно сидит у её полноватых ног, едва прикрытых коротким платьем, и пытается выдавить из себя подобие улыбки.       Больше всего я не любил именно таких клиентов, но студия сама себя не оплатит, и новый мотоцикл, недавно взятый в кредит, сам себя не выкупит. Хорошо хоть квартира требовала только оплату коммунальных услуг.

***

      Закуриваю, когда за парочкой закрывается дверь, и устало прислоняюсь лбом к холодному стеклу. На улице уже ночь, и город вовсю пестрит неоновыми вывесками и бегущей рекламой.       Наверное нужно отложить просмотр отснятого на завтра и ехать домой в уютную, пока ещё не полностью обставленную двухкомнатную квартиру, на втором этаже старенькой пятиэтажки. С таким настроением всё равно уже не поработаешь, а дома меня ждёт Сатана.       Прикрываю глаза и улыбаюсь своим мыслям. Этого стрёмного, абсолютно чёрного и довольно потрёпанного котёнка мне притащил Эмиль. Человек, значащий в моей жизни гораздо больше, чем кто-либо другой, хотя, наверное, он об этом и сам догадывался. Но, несмотря на мои чувства, я всегда был для него только другом, а он некоторое время был для меня смыслом жизни.       Но время прошло, и мы оба выросли. Он нашёл свою судьбу у себя под боком, в лице красивого блондина с непростым характером. А я пошёл своей дорогой, почти перегорев той подростковой любовью, которая, наверное, бывает у каждого из нас, но оставив в своём сердце нежность к этому странному пареньку.       До недавнего момента мы с ним виделись не так часто, как того хотелось бы нам обоим, всего несколько раз в год, но всё изменилось три месяца назад, когда я решил переехать в город окончательно.       Теперь Эмиль почти каждую субботу наведывался ко мне на стакан виски и спокойно выкуренную сигарету, как он это называл. На самом деле он просто любил поболтать ни о чём и обо всём одновременно. Обычно наши разговоры крутились вокруг его парня, с цветочным именем Май, с которым они вместе жили. Сколько я их знаю, они всё время находили повод поспорить, часто цапались и изредка даже мяли друг друга, правда, такие случаи были скорее исключением. В то же время, их отношения были настолько тесными, что раздельные командировки они переживали с трудом.       Помимо личной жизни Эмиля мы разговаривали и обсуждали мою работу, которой я жил и дышал, и меня такой расклад вполне устраивал. Только изредка я позволял себе вырваться в наш любимый клуб, чтобы снять мальчика на ночь. Одноразовый секс без обязательств — именно то, что мне было нужно.       Так вот, в один из субботних вечеров, когда в холодильнике уже покрывалась испариной бутылка дорогого виски, а в телефоне висело смс: «Буду через пять минут», Эмиль и притащил этого котёнка: грязного, с ободранным хвостом и заплывшими глазами.       На пороге моей квартиры они смотрелись просто идеально: красивый черноволосый парень в деловом костюме (видимо, прямо с работы) и мяукающее чудище в его руках.  — Что за чёрт? — меня даже на смех пробрало от увиденного.  — Это не Чёрт, это Сатана! — Эмиль отпускает орущее недоразумение на пол и снимает туфли. — Май сказал, что выкинет меня вместе с ним, если я притащу ЭТО домой.  — А я, значит, не выкину? — Смотрю, как четвероногий ужастик с опаской обнюхивает мои кроссовки.  — Ну, ты же не Май! — говорит таким тоном, как будто это самый весомый аргумент.  — Ага… Ну тогда всё понятно. — Беру за шкирку мяукающего задохлика с грозным именем Сатана, и тащу в ванную комнату.       Пока мою орущего и безумно царапающегося кошака своим шампунем и укутываю в своё же полотенце, слышу, как Эмиль звенит стаканами на кухне и что-то там нарезает.       Блин, лишь бы не готовил! Дома его за версту к плите не подпускают, а с этим гораздо лучше справляется его ненаглядный Май. А вот у меня он иногда любит поэкспериментировать.       Захожу на кухню и вижу в высокой тарелке крупно нарезанные овощи, видимо на салат. Опять дорвался до моей кухни.       Вот гадёныш, и, главное, никакого чувства вины от того, что у меня прибавилось забот, благодаря его «подарку».       То, что Сатана (блять, и придумал же имечко!) останется у меня, похоже, даже обсуждаться не будет.       Вздрагиваю от резкого звука автомобиля, проехавшего прямо под окнами студии, и вспоминаю, что давно пора домой. Потому что уже полтора месяца, как меня там ждут, особенно мой рюкзак, в котором всегда находятся вкусняшки для четвероногого сожителя.

***

      На улице прохладно после недавно прошедшего дождя, и мне приходится возвращаться в студию за курткой.       В неярком свете фонаря высматриваю на парковке своего зверя, сверкающего жёлтыми боками.       Охранник приветливо улыбается и кивает мне, когда я не спеша выезжаю за ворота. Буквально на прошлой неделе я сделал отличную фотосессию его годовалым внукам-близнецам, всего за полцены.       Не доезжая каких-то три квартала до дома, вспоминаю, что у нас, кажется, закончился кошачий корм, и на следующем светофоре сворачиваю в сторону круглосуточного мини супермаркета.       Машин на мокрой после дождя площадке, идущей вдоль светящегося здания с красноречивой надписью: «24 ЧАСА», немного, значит очереди не предвидится, что уже радует.       Паркуюсь на углу, у самой клумбы с непонятными бледными цветами, и уже почти делаю шаг к двери магазина, когда замечаю в зарослях (кажется, ромашек) лежащую фигуру человека.       И возможно это глупо, но просто пройти мимо не могу.  — Эй! — склоняюсь ниже над недвижимым телом и свечу перед собой телефоном. — Ты в порядке?  — Отвали… — из под грязного, тёмно-серого капюшона раздаётся хрипловатый голос, совсем молодой, почти детский.  — Может в больницу? — выпрямляюсь и выхватываю синеватым светом скрюченную фигуру в промокшей кенгурухе и заляпанных, когда-то светлых, джинсах.  — Мужик… — лежащий втягивает воздух и сжимается сильнее. — Съебись.       Ну что же, раз моя помощь не нужна…       На покупку банки корма для кота и двух бутылок пива для себя, уходит минут десять.       Когда уже укладываю всё в багажник, опять натыкаюсь взглядом на ту же фигуру, лежащую в том же месте, и кажется мне, что в той же позе.  — Парень! — я всё же делаю несколько шагов от мотоцикла и пробую перевернуть лежачего за плечо.  — Убери, на хуй! — тут же закрывает лицо замызганными и поцарапанными руками, отворачиваясь от фонарика в телефоне.  — Прости, — прячу телефон в карман. — Давай хоть домой тебя подкину?  — Это куда? — смеётся как-то жутко и хрипло и поглубже закапывается в помятые цветы.  — К тебе, — пытаюсь его поднять, чувствуя под пальцами костлявые очертания плеч. — Адрес только скажи.  — Чей? — вяло отмахивается, явно собираясь ночевать прямо тут на клумбе.  — Ну не мой же! — начинаю злиться, застёгивая куртку на молнию, кажется ночью опять будет дождь.       В ответ мне только тишина. Опять достаю телефон и свечу, наплевав на то, что ему не нравится, и понимаю, что пацан просто отключился. Хотя это свёрнутое в грязный клубок тело вполне может оказаться девчонкой, судя по длинноватым, засаленным патлам, выглядывающим из-под капюшона.       Вздыхаю и обречённо смотрю на свой сверкающий чистотой мотоцикл, потом на светлые, недавно купленные, брюки.       Кажется, я наконец-то начинаю понимать, почему Эмиль притащил котёнка именно мне.       Надеюсь, и Сатана меня поймёт, если в нашей квартире внезапно появится такой необычный гость. Или всё же гостья?