Плацебо

— Уйди, исчадие ада! — пытаюсь одной ногой столкнуть кота с дивана, неуверенно балансируя на второй и прижимая к себе мокрый, воняющий и грязный свёрток из непомерно просторной одежды, внутри которой почти бесшумно дышит человек. Спит. Я проверял.       Сатана только лениво открывает один глаз и сильнее цепляется когтями в обивку дивана.  — Чтоб тебя… — перехватываю свою ношу поудобнее и несу в другую комнату, туда, где стоит огромное, мягкое, кожаное кресло — в свою спальню.       Обморочное тело всё же оказывается парнем. На вид лет пятнадцать, не больше. Худющий, с отросшими до плеч и свалявшимися волосами тёмного цвета и большущим синяком на скуле.       Под кенгурухой на нём чёрная кофта с длинными рукавами, в грязных пятнах и тоже почти насквозь промокшая. Немного подумав, стягиваю и её. И тут же замечаю то, что скрывалось от моих глаз раньше. На руках у парня, в локтевых сгибах, следы от уколов. Вот тебе, Егор, и бездомный котёнок…  — Только этого мне не хватало, — оборачиваюсь на вошедшего в комнату Сатану. — И что мне с ним делать?       Кошак не спеша подходит ближе и трётся о мои ноги, явно напоминая о том, что его забыли покормить. Малолетний наркоман бледным пятном валяющийся на моём чёрном кресле его мало волнует.       Покормив кота и скурив две сигареты подряд, решаюсь позвонить единственному человеку, который, возможно, не посчитает меня последним идиотом. Эмилю.  — Привет. Не спишь? — заглядываю в спальню, отмечая, что парень всё ещё дышит.  — Уже нет… — слышу какой-то шум. — Погоди, а то тут некоторые дрыхнут.       Звук открываемой двери и далее фоном — шум улицы. Значит, вышел на балкон.  — У тебя что-то случилось? — Эмиль знает, что я не позвоню просто так почти в полночь.  — Не совсем у меня… — думаю, как сказать ему о своей находке.  — То есть? А у кого тогда? — слышу, как чиркает зажигалкой.  — В общем… Я тут подобрал кое-кого… — прикрываю дверь в спальню и плетусь на кухню.  — Да ладно? У Сатаны будет подружка? Или он будет гейским котом и заимеет друга? — слышу, как тихо ржёт в трубку, видимо не желая разбудить Мая.  — Мне твоего Сатаны и одного вполне достаточно! — шиплю в телефон, как будто и я могу кого-то разбудить и тоже улыбаюсь.  — Он твой, между прочим, — вздыхает. — Так что там у тебя, собака?  — Человек…       Закатываю глаза, когда на том конце давятся дымом и закашливаются.  — Кто?! — хрипло переспрашивает почти через минуту.  — Парень.  — Я, блять, бесконечно рад, что не девушка! — делает голос потише. — Что за парень?  — Ну… Лет пятнадцать. Он тут без сознания… Или спит.  — Егор, вот скажи мне, ты больной?! — срывается на громкие звуки, и я слышу, как рядом с ним начинает говорить ещё один голос. — Ты что, в обезьянник хочешь?!  — Я же его не…  — Да не хватало ещё, чтобы ты его трахал! Бессознательного! — уже не стесняясь, кричит на меня и потом куда-то в сторону. — Ангел, отвали! Я разговариваю! Этот придурок в дом малолетку притащил! — слышу приглушенные голоса, (наверное, спорят) не разобрать слов и потом уже громче: — Да какое, на хуй всё равно! Если тебе это с рук сошло, то это не значит, что все такие хитрожопые!       Убираю телефон от уха, ожидая пока Эмиль проорётся на своего любимого и ненаглядного и наконец-то вспомнит обо мне.  — Егор! Ты слушаешь?! Егор?!  — Да не ори ты так, — открываю форточку и с тоской смотрю на пустую пачку от сигарет.  — Где он? Этот твой парень.  — Он не мой. И он в кресле, в моей спальне.  — Кто он? Где ты его взял?  — А мне откуда знать, он в клумбе валялся… — начинаю понимать, что только усугубляю ситуацию.  — Я хуею! — дальше идёт грохот, кажется, кто-то не слишком нежно прикрыл за собой дверь балкона. — Чем ты думал?!  — Как раз и не тем, чем ты себе там представил. Просто… Вот как котов ко мне таскать ободранных, так нормально, а как я…  — Пиздец… Егор, ты себя слышишь? То кот, а то человек! — и опять в сторону. — Ангел! Ты там оделся уже?! Или я сам сейчас поеду!  — А Май тут зачем? — спрашиваю уныло, уже частично жалея, что позвонил. Мы с Маем всегда недолюбливали друг друга, хотя в последнее время он сдерживает свою тягу к тому, чтобы меня придушить. Скорей всего, Эмиль постарался.  — Я немного текилы навернул вечером, довели некоторые… Так что теперь пусть везёт, — слышу, как сбегает по ступенькам. — А тебе советую выставить этого непонятного, обморочного бомжа до нашего приезда. Тогда, так и быть, я забуду похеренную сегодняшнюю ночь и от всей души поржу над ситуацией.  — Ага… Приезжай, обхохочешься. Кстати, у меня виски остался с прошлого раза.  — Смерти моей хочешь? Ангел и так на меня смотрит, как змей на тушканчика. Хотя… готовь лёд.  — На кролика…  — Да какая на хрен разница… — хлопок дверцы авто. — В общем, мы выехали.  — Жду… — нажимаю отбой и тащусь обратно в комнату.       За время нашего разговора с Эмилем ничего не изменилось, разве что Сатана теперь раскинулся прямо на моей подушке и сладко спал. * * *  — Ты хоть бы штаны ему снял… — не в тему шутит заспанный Май и криво косится на настенные часы.  — Иди лучше кофе сделай, советчик! — Эмиль выталкивает своего блондинчика в сторону кухни и поворачивает ко мне злобное лицо. — Это что? — тычет пальцем прямо в следы от иголки на прозрачной бледной коже.  — Ну, я не могу по дырке в руке определить, чем балуется её хозяин, — глупо улыбаясь, отвожу глаза, сам прекрасно понимая, в какую жопу влез. Жаль, понимание пришло поздновато.  — Тебе смешно, что ли?! — Эмиль, кажется, не верит в то, что слышит и видит. — Это статья! У тебя в доме обдолбанная малолетка без признаков жизни!  — Он дышит… Возможно просто спит, — пытаюсь вставить хоть слово.  — Дышит, блять?! Да он синий весь! — тянет меня поближе к креслу, видимо думая, что я плохо вижу.  — Может ему врача вызвать?  — А может тебе врача?! Психиатра! Иначе я просто не пойму, как ты объяснишь приехавшему доктору, что ЭТО делает в твоей квартире и почему ОНО всё в дырочку!  — Вы ещё не подрались тут? — спрашивает входящий Май, протягивая мне и Эмилю большие чашки с горячим напитком.  — Не дождёшься, — Эмиль садится на край кровати и делает осторожный глоток, немного успокаивается. — Что делать будем?  — Зачем ты его вообще приволок? Вызвал бы ему скорую прямо там. — Май наклоняется над худым телом и кривит нос. Да, пахнет парень отвратно. — Может его положить там, где ты его нашёл и всё же вызвать скорую?  — Конечно. А кто-нибудь мимо проходящий увидит и решит, что Егор труп там скидывает, ещё и ментов вызовет. Докажи им потом, что это там уже лежало раньше. — Эмиль убирает с лица растрёпанные волосы и чешет спящего Сатану за ухом. — Но доктора всё же стоит вызвать.  — Игнатычу звонить? — Май уже достаёт из кармана джинсов телефон.  — Ага… А мы пока попробуем отмыть его немного.  — Ты не будешь трогать его руками! — голос Мая звенит сталью.  — Да что мне будет?! — Эмиль тут же вскидывается, явно недовольный тем, что Май командует при мне. — Открытых ран на нём нет, вроде бы, и трахать я его не собираюсь, а другими путями подхватить СПИД сложновато.  — Кроме СПИДа… — Май начинает закипать.  — Всё остальное лечится, — и тут же Эмиль меняет выражение лица и улыбается своему синеглазому так нежно и ласково, что мне становится неуютно, как будто я подсматриваю чужую жизнь.  — Да ну тебя на хрен! — Май выскакивает в коридор, по пути набирая номер врача.  — Я тебя тоже люблю, Ангел! — кричит ему вслед Эмиль и подмигивает мне, как раньше, когда мы были ещё подростками. Снимает с себя тонкий кашемировый свитер, оставаясь только в джинсах. — Ну что, пошли принимать ванну?       На парне действительно не оказалось ран, не считая следов от иглы, причём следы эти были довольно аккуратными, без кровоподтёков и воспалений.       После трёхразового мытья шампунем, блеклые волосы приобрели приятный тёмно- каштановый оттенок, а довольно горячая вода совсем немного добавила красноты синюшным губам. Правда болезненная худоба никуда не делась, и сознание к парню так и не вернулось.        Мы с Эмилем логично решили, раз парень всё же дышит и не пускает пену изо рта — до приезда доктора должен протянуть.

***

 — А он ничего так… — это голос Эмиля, который развалился на моей кровати рядом с чистеньким и пахнущим гелем для душа найдёнышем. — Как думаешь, Ангел?  — Я думаю, что лимит моего терпения подходит к концу, и тебе вскоре даже Егор не поможет.        Май только минуту назад выпроводил доктора за дверь и стоял, подпирая косяк спиной.  — Спасибо, — киваю Маю, стараясь не заржать от того, как лежащий на постели Эмиль корчит ему рожи. Ей Богу, иногда, как маленький ребёнок.  — Игнатыч всё нужное для анализов взял, сказал результаты послезавтра. — Май, не оборачиваясь к кровати, показывает своему любимому фак. — Что дальше будешь делать? Пацана реально бы в больницу, вдруг ломка начнётся.  — Которого из них? — улыбаюсь.       Голубые глаза напротив вначале смотрят недоумённо, а потом тоже зажигаются смехом.  — Обоих. Только по разным палатам. — Май замолкает и переводит взгляд на парней: одного без сознания, а второго почти засыпающего.       Тоже смотрю туда, на свою кровать, и поражаюсь сходству, которое раньше не заметил. У обоих длинноватые волосы до плеч, худощавое телосложение и россыпь родинок на коже. Эмиль крупнее конечно, но и годами гораздо старше, да и жизнь у него другая. Но чем-то всё же они похожи.  — Ничего, если мы у тебя останемся? Тут до утра всего ничего. — Май устало трёт глаза.  — Конечно. Я сейчас диван разложу в соседней комнате. Своего перенесёшь? — киваю на уже уснувшего друга.  — Пусть на своих двоих валит. — Май разворачивается и идёт в другую комнату впереди меня, а я думаю о том, что, скорее всего, Эмиль достал его чем-то ещё задолго до моего звонка.       Когда недовольный Эмиль всё же поднимает свою пятую точку с моей кровати и уходит делить диван со своим блондином, я беспокойно думаю о том, что буду делать, если эти двое в соседней комнате решат вспомнить несколько глав из Камасутры? А ещё о том, что мой гость может неожиданно проснуться среди ночи.        Но волновался я напрасно, как только моя голова коснулась подушки, я отрубился моментально, отодвинув на завтрашний день и этих двоих, и парня, лежащего рядом.