Ваш мальчик потерян и не найден.

Холодно.        Руслан сидит на корточках и вонзает свой взгляд в невысокую гранитную плиту. Везде лежит снег и появляется ощущение, будто бы все накрыто белой простыней; на парня тоже сыпется много ледяных хлопьев. Он сидит здесь достаточно долго и мысленно представляет, что отец здесь, слышит его и поддерживает. Но его пессимистичный настрой не дает ему этого делать. Руслан давно понял, что отца нет, но почему бы не прийти на кладбище и говорить с воображаемым папой? Ему просто некому выговориться, парень говорит о всякой чуши, которая только приходит в голову.       Вокруг ни души. Какой дебил в минус пять в будний день поедет на кладбище? Тушенцов.       Он немного расчистил вокруг могилы снег и смахнул его с верхушки плиты. И дальше сидит. Продолжает болтать сам с собой. Все еще очень холодно.

***

      Юлий ходил по большому супермаркету в центре. Скидывал в корзину все, что видит и что не видит. Сегодня он хотел провести этот вечер с кучей еды и ненавязчивым кинцом. Ведь единственный выходной никто не хочет проебать.       Онешко шел к кассе с полной корзиной всякого и предчувствовал, как его вечер наполняется спокойствием, безмятежностью и уютом. Единственное, что его немного волнует, это то, как чувствует себя Тушенцов, после того, как Юлий на него так накричал на вчерашнем сеансе.       Юлий забирает два больших пакета с продуктами и направляется в сторону своего дома, вспоминая, что забыл купить корм для Ра.

***

      Остановка лишь через километра два, но Руслан не против пройтись и освежить голову. Хотя скорее отморозить, чем освежить. Но ему порой хочется это сделать, ведь тогда он перестанет заморачиваться на счет всякой херни.       Парень шел с апатичным и немного меланхоличным выражением лица. Впрочем, оно у него всегда такое, но сейчас ему будто бы стало легче. И не нужны ему какие-то там психологи. Он просто придет и выскажется человеку, столь родному, но мертвому человеку. Это звучит довольно аморально, но мертвецы умеют слушать.

В Книге Судеб ни слова нельзя изменить. Тех, кто вечно страдает, нельзя извинить. Можешь пить свою желчь до скончания жизни: Жизнь нельзя сократить и нельзя удлинить. Омар Хайям.        Руслан ехал в автобусе и задумчиво смотрел на проходящих людей, ежесекундно пролетающих из-за быстрого движения транспорта. В наушниках играла грустная американская песня, под которую классно пиздострадать, как бы это не было странно, но у парня настроение не такое грустное, как могло бы быть. Все обычно.       Не считая того, что пальцы на ногах давно отмерзли нахуй, ведь на улице все так же ужасно холодно.        Тушенцов тихо открывает входную дверь квартиры, только собираясь насладиться столь любимой тишиной, как слышит из комнаты матери тихий смех. Ему это напоминает детство, как тогда с самого утра слышал тоже самое, но тогда это был отец, которым Руслан дорожил, а сейчас он уже давно не ребенок и в случае с матерью ему абсолютно наплевать, что там происходит.       Он проходит мимо комнаты, в которой слышит мужской голос и идет по направлению в свою. Открывает дверь и с первых же секунд заваливается в кровать, падая лицом в подушку. Лежит так минут десять все обдумывая и решая, но так ничего и не надумав встает с кровати. Подходит к шкафу и открывает подертую дверь. Взгляд падает на нужный ему предмет, который он с трудом достает из шкафа.       Гитара. Старая, поцарапанная, со слоем пыли в сантиметр. Это было три года назад. Шестнадцатилетний парень купил гитару у бородатого мужика на барахолке за пару рублей. Она была, мягко сказать, отвратной. Да и мужик сразу сказал, что гитара ужас. Но Руслан не ищет легких путей, вместо того, чтобы пройти мимо расстроенного инструмента, решил купить её и попробовать починить. Получилось.       Он купил новые струны, настроил лад и все заиграло будто новое. Вид был все равно дико потрепанный, но исправлять ничего не стал, решил оставить так. Конечно маялся он с ней неделю, но результатом был доволен безумно. Такой сияющей она не была никогда. Играл парень сначала отвратительно, но благо сейчас есть интернет и через год он мог спокойно сам писать музыку, свободно зажимая нужные аккорды.       Сейчас Тушенцову в голову пришло осознание того, что он разучился играть на этой штуке, но через минут так двадцать пальцы смело водили по струнам. На Руслана снизошла некая ностальгия, но настроение она не испортила.       Весь вечер парень играл на давно забывшемся инструменте, сделав себе его любимый горький кофе, о котором забыл через минут пять, вновь погружаясь в его собственное музыкальное царство.