outcasts

Из сна Эдди выдергивает резкий толчок и громкие маты Стэна. Он открывает глаза и непонятливо озирается по сторонам. Его внутренние часы давно дали сбой, как и режим в принципе, так что Эдди ощущает себя в прострации. — Что сл... где мы? Сколько времени? — На выход, — говорит ему Беверли. — Фургон заглох. — Удивительно, не правда ли, — бормочет Эдди, но все же выходит на улицу. Конечности покалывает от долгого пребывания в одном и том же положении, так что он рад возможности хоть немного разомнуться. Все эти два дня они ехали в узком жестком фургоне, останавливаясь на какие-то жалкие пять минут, когда кому-нибудь надо было отлить, и Эдди надеется, что ремонт фургона займет как минимум полчаса, за которые он сможет насладиться свежим воздухом. Небо оранжевое, редко подмигивает тусклыми звездами и дает основание полагать, что время движется к ночи. Эдди осматривается, и замечает, что они находятся посреди пустой дороги, а по бокам расстелились длинные бескрайние поля, которые от лёгких дуновений ветра напоминают травяные моря. Стэн, Майк и Билл копаются во внутренностях фургона, Беверли залезла на его крышу, а Бен носит инструменты. Ричи нигде не видно, и Эдди вертит головой в поисках, пока не замечает его сгорбленную узкую спину в зарослях травы. Не долго думая, он решает присоединиться к нему. Ричи смолит своими сигаретами, выдыхая сизый дым в вечерние сумерки, однако, когда к нему подходит Эдди, тут же тушит окурок об ботинок и выкидывает подальше. — Ты о чём-нибудь мечтаешь, Эдди-Спагетти? — спрашивает он, когда Эдди приземляется рядом с ним. Ричи неотрывно смотрит на закат и вся эта картина выглядит до жути лиричной. — О горячей ванне и еде, — пожимает плечами Эдди. Кожаная куртка непривычно сковывает его движения. — Нет, о чём-нибудь глобальном? Эдди задумывается. — Нет? — неуверенно тянет он. — Конечно, я мечтаю о мире во всем мире, о лекарстве от рака и все такое... Но о чём-то личном... Я не знаю, чего хочу от жизни. У меня и жизни-то толком нет. Ричи впервые за все время поворачивается к нему и заглядывает в глаза. Сейчас он так не похож на обычного себя: шумного, болтливого, отпускающего шутки про мамок; его глаза выражают грусть, а лицо — мудрость не по годам. Эдди думает, что они, вроде бы, одного возраста, но за восемнадцать лет Ричи научился и пережил столько, сколько Эдди не узнает за всю жизнь. — А о чем ты мечтаешь? — спрашивает он, стараясь нарушить повисшую тишину между ними. Ричи снова переводит взгляд на закат. — Я мечтаю стать крутым актером или радиоведущим. Знаешь, типа как Джеймс Дин или Роберт Фрэнсис. — Почему? Ричи выдает ответ сразу: — Ну это же круто, дарить людям разные эмоции, от радости до грусти, силой своего голоса или актерского мастерства. Перевоплощаться в разные личности. А еще за это платят дохера. Эдди кивает. Как такие ребята, пережившие жестокость улиц и общества, все еще умудряются мечтать о чём-то таком невинном и простом? — Это очень круто, Ричи, — говорит Эдди, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Я уверен, что однажды включу телек и увижу твою наглую физиономию на экране. Ричи усмехается: — Это что, тот самый момент, где ты в меня влюбляешься? Это он, да? Эдди закатывает глаза, снисходительно качает головой, но все же неуверенно хватает Ричи за отвороты куртки и касается его губ своими. Поцелуй выходит сумбурным, неловким, с привкусом Читоса, но от него по телу распространяются миллионы мелких электрических разрядов. Эдди никогда бы не подумал, что его первый поцелуй случится где-то посреди дороги между Портлендом и Дерри с наглым малолетним хулиганом, который ест чипсы с паприкой на ужин и шутит про мамок. Но судьба та еще шутница.

***

Эдди замечает небоскрёбы Портленда, выплывающие над горизонтом, еще когда они не успевают подъехать к городу. Беверли издает победный клич, а Бен вторит ей. Эдди старается не думать о грустном и не обращать внимания на странное щемящее чувство в груди, крепче сжимая их переплетенные с Ричи пальцы. Странно видеть большое количество людей и машин в одном месте, спустя столько времени в дороге. Они все как будто прибыли из другого мира. Эдди называет адрес отца, и спустя час, прибегнув к помощи прохожих и других водителей, ребятам удается отыскать нужный дом. Эдди пытается отвлечь себя мыслями о том, что это и было его изначальной целью, что там его ждут тепло и уют, но все равно от чего-то чертовски грустно. Фургон тормозит у ограды, и ребята высыпают на улицу, чтоб проводить его. — Без обид, приятель, — говорит ему Стэн. — И спасибо за футболку. — И прости за то, что вырубили тебя, — добавляет Майк. Билл сдержанно жмет ему руку, Бен хлопает по плечу, а Беверли целует в щеку. Все-таки за эти пару дней они успели здорово сдружиться. — Если будет кто-то обижать, или понадобится помощь — ты знаешь, где нас найти, — успевает сказать Стэн, прежде чем Беверли затаскивает их в фургон, чтобы дать Ричи попрощаться. — Вот и все? — спрашивает он, когда дверца фургона захлопывается, подходя ближе. — Наверное, — сдавленно говорит Эдди, сглатывая вставший в горле ком. — Спасибо. За все. — Пожалуйста, — криво усмехается Ричи. — Мамке привет передавай. Эдди легко смеется и привстает на носочки, чтобы поцеловать его в последний раз. Разорвав поцелуй, он быстрее отворачивается, прежде чем в глазах начинает предательски щипать. За спиной слышатся шаги Ричи, хлопок двери, заводящийся мотор фургона и тихий шелест отъезжающих колес. Эдди глубоко вздыхает, идет по направлению к двери и, неуверенно постучав, ждет ответа. Дверь открывается через тридцать две секунды. — Привет, пап.

***

Диван в гостиной отца узкий и жесткий, но это все лучше, чем кузов фургона, который приходилось делить пятью подростками. Вчера отец выглядел явно удивленным, когда на пороге его дома появился Эдди. Должно быть, мама его не предупредила. Весь ужин он задавал Эдди вопросы, пока тот запихивал в себя перегорелую жареную картошку, которую приготовила Лиззи — новая беременная жена папы. Готовила она, если честно, паршиво. Даже стряпня Бена была вкуснее раз в десять. Потом Эдди сразу же вырубился на узком диване в гостиной, а утром его разбудил крик отца, доносившийся со второго этажа. Эдди натягивает одеяло до носа и продолжает прислушиваться: — В каком смысле ты не можешь приехать за ним, Соня? — ... — Как нет? Я что, сам должен везти его в этот ваш Дерри? — ... — Ну нет, дорогая, это твое упущение. Ты бы видела, в каком виде он явился. Кожаная куртка, рваные джинсы... Да от него сигаретами несло! — ... — Я ничего не знаю. Лиззи должна вот-вот родить на днях, у меня есть дела поважнее! Эдди прикрывает глаза. Отец продолжает распинаться дальше, не заботясь о том, что его могут услышать. Господи, на что он надеялся? Последний раз Эдди видел отца, когда ему было шесть лет, и если этот человек не хотел видеть его предыдущие одиннадцать лет, с чего он вообще взял, что захочет сейчас? Эдди откидывает одеяло, поднимается на ноги и принимается искать свою одежду. В переднем кармане джинс он находит смятый клочок бумаги, который сунул ему в руки Билл, прежде чем они уехали, и на котором написан их новый адрес. Как так оказалось, что шайка малолетних преступников, с которыми он познакомился три дня назад, заботится о нем больше, чем собственные родители? Эдди быстро одевается, умывается и уже направляется к двери, когда его окликает Лиззи. — Эдди, ты куда? Он оборачивается. Лиззи стоит в своем розовом халате, из под которого выпирает ее огромный живот. Совсем скоро она родит Эдди братика или сестренку, но почему-то никаких братских чувств в нем это не вызывает. — Прогуляться. — Не позавтракав? — Ээ, да. Так ходить легче, знаешь. Лиззи недоверчиво кивает головой, но все же разворачивается и направляется обратно в кухню. Эдди облегченно вздыхает и выбегает из дома.

***

Трехчасовые поиски по всем окрестностям Портленда дают свой результат, и в итоге Эдди стоит перед огромным заброшенным бункером на окраине города. Он подходит к воротам, которые, судя по всему, играют роль главного входа, и стучит. Через пару секунд ворота со скрипом отворяются, и перед Эдди предстает заспанный Стэн. Он смотрит на Эдди пять секунд, после чего его взгляд проясняется. — Ребята, смотрите, кто к нам вернулся! — Стэн хватает Эдди за руку и затаскивает в бункер. — Майк, ты теперь должен мне пять баксов. — Вы что, поспорили, что я не вернусь? — возмущается Эдди. — Нет, мы поспорили на то, как скоро ты вернешься, — Стэн хитро улыбается и идет к Майку выбивать свой выигрыш. Эдди оглядывается вокруг. Этот бункер значительно удобнее и больше предыдущего, но не такой уютный. Возможно, это временно, пока ребята еще не обосновались. К нему подходят Билл, Майк и Бен, чтоб приветственно пожать руки, а Беверли кидается ему на шею. Едва она отходит от него, как позади слышатся шаги. Эдди резко оборачивается и тут же натыкается на темные глаза Ричи с ниспадающей на них кудрявой челкой. — Привет, — тихо выдыхает Эдди. — Привет, Эдди-Спагетти, — улыбается ему в ответ Ричи. — Полагаю, папуля был не очень рад? — Скажем так... У него слишком скучно и чисто. Ричи смеется и наконец наклоняется, чтобы поцеловать Эдди так крепко и отчаянно, словно они не виделись год как минимум. Эдди с удовольствием отвечает ему, привставая на носочки и путаясь пальцами в его волосах, пока их не прерывает Стэн: — Эй, Ромео, а предки-то тебя искать не будут? За него отвечает Ричи: — Мы что-нибудь придумаем. Эдди уверен, что так и будет. Его больше не дадут в обиду. Он снова тянется и завлекает Ричи в новый поцелуй.