Дотянуться до тебя.

Посвящено Laerta820 Представьте, что нет мира шинигами, нет демонов, графов и прочей нечисти, есть обыкновенный город, ливень за окном и клиника. Больница с самыми обыкновенными больными, медсестрами и людьми, которые спасают чужие жизни, врачами. Как-то в клинику поступил больной. Симпатичный красноволосый паренек с большими зелеными глазами, тонкий, как женщина, с узкими бедрами. Красивый такой, мило прекрасный. Паренек попал с сильными головными болями. Он рассказывал, что мучается ночами, видя кошмары с участием себя и какого-то мужчины. Высокого, статного, изысканного с холодными зелеными глазами, в которых бушевала вьюга. Красивого мужчины, которого, похоже любил там во снах. Сильно любил этого холодного зануду. Его замучили эти головные боли и он отправился в больницу на курс лечения. На улице сильнейший дождь, будто шторм на море, ветер, сдувает с ног. Колкие капли, будто лезвия режут тонкую кожу на щеках и шее. Небо плачет. Грелль пробирался сквозь стену дождя, держа капюшон, чуть не упав в лужу, но все таки дойдя до больницы. - я Сатклифф записывался на курс лечения, - он облокотился на стойку. - Да, да, пройдите. Прямо по коридору, палата номер двенадцать, - медсестра качнула головой в бок. - Спасибо, милая,- Грелль улыбнулся. Идя в палату он столкнулся с врачом, безумно похожим на того мужчину из сна. Такой же статный, красивый, холодный и безудержно прекрасный. В белом халате, с зачесанными назад волосами и глазами, как темные изумруды. Курс лечения начался с понедельника. С утра Грелль пропадал на процедурах, то в столовой, но чаще всего у психиатра. Лежа на твердой кушетке, он разговаривал с ним. Рассказывал, вспоминал, в уме сопоставляя того мужчину из сна и врача, увиденного накануне. Он увидел его, сидящего в кресле сведящим пальцы в кольцо и читая какой-то документ. Брови нахмурены. Губы в нитку. Все люди чем-то больны. У одних болезнь неизлечима, вроде ДЦП, кто-то не может ходить, видеть, слышать, а у кого-то болит душа, сердце. Иногда мы не знаем, может лечащий врач тоже чем-то болен. Раком, туберкулезом или опухолью, хуже если это будет рак и человек прекрасно знает, сколько ему осталось. И врач спасает чужие жизни. Отдает всего себя своим больным. Чтоб умереть с достоинством победителя, человека-героя. На неделе случается так что погода меняется. Выходит солнце, то опять идет дождь, иногда ветер или холодно до той степени, что сводит зубы. От перепадов температуры Грелль потерял сознание. Люди, зависящие от погоды, нередко падают в обмороками от перепадов. Ненадолго, но падают. Медсестра принесшая таблетки, позвала врача из соседнего кабинета. Он стоял у изголовья и приводил в чувство ваткой с нашатырем. Грелль чувствовал холодные пальцы на щеках, глазах, ладони несильно похлопывающие по щекам. Они были ласковыми и немного шершавыми. А пальцы пахли дымом, видимо врач много курил. Ладони и пальцы приятно холодили кожу, а голос, позвавший его, оказался бархатным и приятным на слух. Обладателя такого голоса хочется посадить в кресло перед камином, дать в руки книгу и заставить читать сказки. На ночь или просто скрашивая одиночество и скупость жизни. Рядом с таким как он человеком, хочется строить планы на совместное будущее, прекрасно зная, что его нет. У него, Грелля и этого врача не могло быть будущего. Грелль представляя будущее думал и противился в своих суждений: «Нет, у нас ничего не могло выйти… Но все равно, эти минуты рядом они всегда останутся у меня в воспоминаниях. Именно тогда я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Его запах дорогого одеколона с уникальным сочетанием приятной свежести, обольстительными восточно-древесными нотами и терпким ароматом изысканного коньяка. Рядом с ним ощущаешь себя защищенным, и забываешь обо всех проблемах. Рядом с ним для меня бы не существовало ничего. Рядом с ним я был бы одновременно свободен и в клетке. Я не мог бы без него жить, мне нужно было вдыхать его запах одеколона, смотреть в его глаза и ловить улыбку» Грелль потряс головой, медленно приходя в чувство и первое, что увидел, были глаза. Глаза с нотками холода, скрытые за стеной очков. Зеленые с красивой темно-зеленой радужкой и мелкими крапинками, если хорошо приглядеться. Взгляд был теплым и каким-то добрым. В эти глаза хочется смотреть и смотреть. Всегда и каждый день. Утром, завтракая вместе, в зеркале, когда он укладывает волосы, на прогулке, в машине, сквозь маленькое зеркало. Такого мужчину хочется заполучить в мужья, и счастья той женщине, заполучившей такого мужчину. От такого мужчины хочется иметь детей, чтоб он их строго воспитывал. Говорил с ними, учил и помогал. - Мистер Сатклифф, приходите в себя, давайте просыпайтесь. Не надо терять сознание,- Грелль просто влюбился в этот голос. В его глаза, в человека, понимая, что он нужен. Просто нужен. Как человек, как мужчина, как любовник, все равно. Не имеет смысла. Его хочется видеть каждый день, в любом виде. Взъерошенным утром, с мокрыми волосами после душа или бега, сонным, бодрым в обед или романтичным вечером, когда день закончился и хочется выпить вина, почитать или послушать книгу, положив голову на его колени, подремать на плече в автобусе или в машине, массировать ему спину, гладя ее теплыми пальцами. На такого мужчину хочется смотреть, как он курит. Стоит у окна в одних штанах, смотрит на ночь и курит, выпуская дым изо рта. Может держит в руке за изящную ножку бокал с виски, разбавленным лимоном. Как он потягивается утром, напоминая проснувшегося кота. Как готовит, стоя у плиты и тихо что-то насвистывая себе под нос. Ночами лежать на его груди, чувствовать на плече или на руке, сильную руку, чувствуя поддержку. Хочется целовать его. В шершавые губы, в глаза, в лоб, в шею, ласково проводя языком по жилкам вен, прикусывать мочки ушей и слушать сбивчивое дыхание и сердцебиение, участившиеся в момент. Хочется в него постоянно влюбляться, каждый раз по-новому. Открывая каждую грань его характера. Хочется видеть, как он кричит, злится, кидает дорогие вазы, бьет кулаками, разбивая костяшки в кровь об стены. Рычит и дергает за волосы, грубо, припечатывая к стене. Хочется вкушать его дыхание, смеяться над его шутками, слушать смех и запоминать улыбку, так редко проскакивающую на губах. Хочется кидаться в него подушками, заниматься любовью, путешествовать, делая фотографии. Обливать его водой, ерошить идеальную прическу. Любить его постоянно. Слушать его сбивчивый шепот, мягкий голос, слушать его рассказы о войне, которую он может быть прошел. - Да, а вы кто? - Я Уильям Т.Спирс, главный врач клиники, ваш курс кончается завтра. Всего доброго,- и он ушел, держа в руках папку и карандаш. Уходя из клиники, он подошел к Уильяму, поблагодарив его и сказав, что придет к нему через два месяца на проверку. Он пришел, прошел проверку, но не к нему. Его не стало. У Уильяма был рак.