5 раз, когда Натаниэль влипал в неприятности.

Натаниэль чихнул. За последней партой послышалось ерзание. Вообще-то, Кастиэль пытался заснуть. Учитель остановилась на середине предложения и посмотрела на блондина. – Ты в порядке? – спросила она. Нат кивнул. Преподаватель пожала плечами и вернулась к своей лекции о том, что «математика — великолепная наука» и «Кастиэль, ты меня слушаешь?», и еще «я знаю, что ты спишь там. Живо в кабинет директора». И Кастиэль пошел, внутренне ликуя, ведь ему не придется выслушивать оставшуюся часть урока насколько прекрасной может быть тригонометрия. Но он, конечно, не пошел к директору. Вместо этого он сел на лавочку во дворе, надел наушники, прислонился головой к дереву и закрыл глаза. Натаниэль его нашел. Кас только начал засыпать, как президент студсовета выдернул наушники из его ушей. Красноволосый раздраженно кашлянул два раза, смотря на старосту. – Ты должен быть у директора, – сказал Нат, возвращая свой взгляд «ненавижу-тебя-ублюдок». Его голос звучал гнусаво. – А, двор был ближе. Натаниэль раздраженно потер переносицу. – Ты невыносим. – Ты говоришь так, потому что хочешь меня. – Тебе лучше не цитировать песни Джастина Бибера при мне. – … Это случайно вышло. Натаниэль уже открыл рот, чтобы ответить, но вместо этого зашелся сухим кашлем, продлившимся около тридцати секунд. – Эй, не зарази меня, – сказал Кастиэль, отходя на шаг. Он нахмурился. – А, вообще-то, давай. Не буду ходить в школу. Староста покачал головой, снова кашляя. Он прочистил горло и только потом сказал: – Я не болен. – Ага, а небо зеленое. – Клянусь, я здоров, – сказал Натаниэль, вставая и уже собираясь уходить. – Просто… аллергия. – В середине зимы? – Я здоров. Тогда рука Каса оказалась у блондина на лице. Нат отпрянул назад, смотря на Кастиэля как на инопланетянина. – Что ты творишь? – Не здоров. У тебя температура. – Ладно, но я не пойду домой. Ты видел моего отца, – тихо сказал Натаниэль. Кас пожал плечами. – Как знаешь. Натаниэль собрался зайти к медсестре только на четвертом уроке. Он встал, чтобы сдать свою работу, и едва не потерял сознание. Кастиэль в это время снова заснул, поэтому учитель, конечно же, решила, что он будет идеальным кандидатом для сопровождения старосты в кабинет медсестры. – Сколько еще раз ты собираешься терять сознание, когда мы остаемся одни в коридоре? – проворчал Кас, пиная носком кеда пол. Блондин не услышал его – кровь приливала к ушам и голова просто раскалывалась. В глазах начало темнеть, и Натаниэль, нахмурившись, потер виски. Он споткнулся. Кас поймал его за плечи с удивленным «эй!» – Прости, – пробормотал Нат совсем тихо. Кастиэль снова попробовал его лоб и вздрогнул. – Золушка, это совсем не нормальная температура. Как ты все еще в сознании? – Не… – Нат не закончил мысль, смотря куда-то или, может, вникуда. Кастиэль приподнял брови. – Серьезно? Мы в двух шагах от кабинета медсестры, и ты делаешь это именно сейчас? Вздохнув, он взял Натаниэля за руки и потащил к медсестре. Только открыв дверь, он сделал вид, будто нес его осторожно, а не волочил по полу, как мешок. Медсестра недоуменно взглянула на школьного старосту. – Жар, – пояснил Кастиэль. Она подбежала, взяла Натаниэля у Каса и положила на одну из этих ужасных коек, покрытых клеенкой. Приложив датчик термометра к его виску, она нахмурилась, когда увидела результат. – Почти сорок градусов, – сказала она, смачивая несколько бумажных полотенец и прикладывая одно ко лбу Натаниэля, одно на шею и одно на глаза. – Он определенно точно отправляется домой, – пробормотала она. Кас напрягся. – Не очень хорошая идея. Его родители работают допоздна, а сегодня у них еще встреча назначена, – спокойно врал Кастиэль. Медсестра посмотрела на покрасневшее от высокой температуры лицо блондина. – Ты же свободен, – сказала она, обращаясь к Касу, – отведи его в больницу или типа того. Я поставлю учителей в известность, чтобы они не возмущались. Внутренне Кастиэль тяжело вздохнул. Внешне он только хмыкнул. Медсестра наверняка вызвала бы родителей старосты, если бы знала, что Кас на самом деле хочет придушить его. – Ты понял. Ну, по крайней мере, он прогуляет уроки. У Ната был какой-то грипп, но Касу было плевать, если честно. Он был уверен, что это ушная или еще какая-нибудь распространенная инфекция. Натаниэля напичкали антибиотиками и выписали через день. Но это не значит, что он пошел домой. По большей части это Кас заставил его остаться у себя в квартире, пока староста не наберется сил, чтобы самостоятельно дать отпор отцу. – Они будут так одержимы вопросом, где я был, что отец ничего мне не сделает за мое отсутствие, – вслух рассуждал Натаниэль, ложась на диван Кастиэля и прикрывая глаза. И он был прав. И Кас был рад этому.