Неясные

Ресторатор неуверенно остановился напротив тяжёлой металлической двери. Обычно уверенный в себе мужчина сейчас сомневался, так как перед ним стоял невозможный выбор. С одной стороны была верность и долг компании, на которую он работал далеко не первый год, с другой — человек, который когда-то давно значил для него всё и даже немножко больше. С какой стороны не посмотри, а ситуация вырисовывалась крайне непростая. Тимарцев уже почти видел, как в его голове качаются чаши весов, которые всё никак не могли прийти в равновесие, склоняясь то в одну, то в другую сторону, настолько часто, что от этого уже болела голова. Но принимать решение всё-таки нужно. И надеяться, что из-за этого вся его жизнь не пойдёт под откос. Потерев лицо ладонями, словно пытаясь согнать с себя этот вязкий морок, мужчина наконец уверенно нажал на дверную ручку. Он сделал выбор. После ярко освещённого коридора тусклый свет допросной не давал сходу разглядеть все детали, однако человека, сидящего за единственным столом, Саша увидел сразу. «Денис Чудиновский, больше известный как Ден Чейни — главный организатор подпольной террористической организации „Слово СПБ“», — тут же всплыли в голове сухие строчки из одного старого отчёта. Ещё несколько лет назад, когда тот самый отчёт в первый раз оказался на его столе, мужчина понял, что когда-нибудь этот день наступит. Когда-нибудь ему придётся выбирать между своей работой и этим человеком. И малодушно, как мог, откладывал выбор на потом. Дооткладывался, что тут ещё можно сказать. Больше бежать было некуда. — Да ладно, неужели сам Ресторатор наконец решил почтить меня своим присутствием? — первым нарушил тишину Денис, едко улыбаясь разбитыми губами так, что тонкая корочка запёкшейся крови лопалась, расцветая новыми багровыми каплями. — Не ёрничай, — устало ответил Саша, присаживаясь напротив бывшего друга и окидывая его внимательным взглядом. Чейни был слегка помятым, но, по сравнению с остальными террористами, выглядел как огурчик. Уж Саня всеми правдами и неправдами добился того, чтобы к заключённому относились как можно мягче. Мужчина просто не смог бы себе простить, если бы Чудиновского превратили в то кровавое месиво, на которое сейчас походили его коллеги. Может быть, это и было в какой-то мере лицемерно, но Ресторатору плевать с высокой колокольни. Спросите его про двойные стандарты, и Сане, несомненно, будет, что вам рассказать. — Так зачем ты явился по мою душу? — Ден и не думал успокаиваться, продолжая всё так же дико улыбаться. Только потому, как он напряжённо выпрямился на стуле, можно было понять, насколько тот нервничает. — Я хочу поговорить, — мужчина внимательно посмотрел на человека напротив, стараясь отыскать в нём хотя бы намёки на того, кем он был раньше. Они были знакомы чуть ли не с первого класса и позволяли себе наивно верить, что их дружба переживёт все преграды и сложности. Долгое время так оно и было, но после окончания универа их пути всё-таки разошлись в диаметрально противоположные стороны. Саню взяли на работу в Корпорацию, тогда ещё только помощником секретаря, а Денис… Его друг уже в школе проявлял нездоровый интерес ко всевозможным движениям зелёных, хактивистам и прочим борцам за мир во всём мире, а после окончания учёбы эти увлечения достигли апогея фанатизма. Нет, Чейни не начал бегать по улицам с плакатами, выкрикивая различные лозунги. Он решил действовать кардинально. Собрав группу таких же двинутых единомышленников, он вламывался в зоопарки и научные лаборатории, устраивал поджоги компаний, которые, по его мнению, загрязняли окружающую среду, и ещё много всего. Об этом Тимарцев узнал только со слов их общих знакомых, потому что к тому моменту они уже разругались в пух и прах. Как только Денис узнал, что Ресторатора пригласили работать в Корпорацию и тот намерен согласиться, он устроил ему такой скандал, что дрожали стены. Они орали друг на друга несколько часов, выплёскивая всё то, что накопилось за долгие годы их знакомства, а когда слова закончились, в гневе разошлись, надеясь больше никогда не встретиться. И не встречались. До этого самого момента. Боже, как давно это было… — Ну так говори, — Ден фыркнул, выразительно глядя на мужчину, но всё-таки слегка расслабился. Он не знал, чего ожидать от своего бывшего друга, но, кажется, убивать его пока не собирались. — Я хочу вытащить тебя отсюда, — твёрдо произнёс Ресторатор, наблюдая, как резко расширяются карие глаза. — Тебя по голове случайно не били? — подозрительным тоном спросил Чейни. — А то ты сам не знаешь? — криво улыбнулся Саня, потерев ладонью обозначенную часть тела. — Не смешно! — крикнул Денис. — Что за бред ты вообще несёшь?! На мужчину эти эмоциональные возгласы не произвели ровным счётом никакого впечатления. Он лишь поставил локти на стол, сцепив ладони, и упёрся в них подбородком, не сводя внимательного взгляда с собеседника. — Тебе не хуже меня известно, где и в роли кого ты оказался, — с деланным спокойствием продолжил Ресторатор. — Останешься здесь подольше — с тобой сделают то же самое, что и с твоими товарищами. Здесь не настолько хорошая звукоизоляция, чтобы ты не понимал, что я имею в виду. Чейни вздрогнул, вспоминая все те нечеловеческие крики, которые доносились до него из соседних комнат. Ему было страшно даже представить, что именно там происходило, и он честно не хотел почувствовать всё это на своей шкуре. — Так что я не думаю, что ты хочешь здесь задерживаться, — между тем продолжил мужчина, отслеживая даже малейшие изменения на лице террориста. — Зачем тебе всё это? — как-то обречённо спросил Денис. — Мы с тобой больше не друзья, не любовники. Мы вообще теперь никто друг другу. Тимарцев болезненно поморщился от его слов, всего на пару мгновений отводя взгляд в сторону. Да, когда-то они были не только друзьями. Саня искренне любил этого взбалмошного придурка, и тот отвечал ему взаимностью. И всё это закончилось в тот же момент, когда и исчезла их дружба. Любовь прошла, но шрамы остались, время от времени давая о себе знать. Вот и сейчас они болезненно ныли где-то там внутри, багровыми полосами оплетая сердце. Потому что мужчина просто не мог взять и вычеркнуть из памяти все те трепетные чувства, что испытывал когда-то. Человек никогда не сможет забыть свою первую любовь, и отголоски её будут преследовать его всю жизнь. Ресторатор лишь надеялся, что этим поступком сможет сделать их не столь болезненными. Да и если быть совсем честным, он бы просто не смог поступить иначе. Но рассказывать об этом Чудиновскому он конечно же не собирался. — Тебе нет необходимости это знать, — холодно ответил Саша, надеясь, что его голос не дрогнет в самый неподходящий момент. — Чем вы вообще думали, когда решили напасть на это место? Ты всё-таки не настолько безумен, чтобы не понимать, что это был билет в один конец. Чейни замялся, опустив взгляд вниз, нервно заламывая пальцы. Он был выбит из колеи неожиданными словами и поступками Тимарцева, он устал после нескольких дней, что уже провёл в этой комнате, где нельзя было даже нормально поспать, он чисто по-человечески испуган всем тем, во что вляпался. Так что в какой-то момент Ден просто решил сдаться и сказать правду. Хуже от этого всё равно уже не будет. — Если бы я не пошёл с ними, они бы всё равно пошли одни. А если бы они пошли одни, то точно бы погибли, — негромко произнёс террорист. — Поэтому ты, как верный друг и товарищ, решил отправиться на смерть вместе с ними? — сарказм в голосе мужчины можно было потрогать. — Но они хотя бы живы! — резко вскинулся Денис, поднимая на собеседника взгляд, горящий какой-то отчаянной решимостью. — Ещё непонятно, что хуже, — фыркнул себе под нос Ресторатор. Он отлично знал своих работников и то, на что они способны. Так что, если бы ему не посчастливилось находиться с ними по разную сторону баррикад, оказаться у них в плену — это последнее, что Саня хотел бы сделать. — Этого бы не произошло, если бы твои бравые ребята не ворвались к нам и не перестреляли всех! — вспылил Чейни, вскакивая со своего места, громко звеня наручниками, которыми он был прикован к столу. — Как будто в первый раз, — удивлённо ответил Саня, поражённый такой реакцией. Их бойцы достаточно часто пытались прикончить друг друга с попеременным успехом, и это уже чуть ли не стало печальной нормой жизни, так что он искренне не понимал, почему его собеседник так взбудоражен. — Саша, там были ни в чём не повинные люди! Мирные граждане! А их просто изрешетили пулями, как куски мяса! — кричал Денис, нависая над своим собеседником. — Подожди, какие мирные люди?! — в шоке отпрянул от него Тимарцев. — Мы несколько раз всё проверили, прежде чем к вам тактиков отправлять. Как на той заброшке могли оказаться обычные люди?! — Я не про заброшку говорю, а про то кафе, которое вы разнесли на прошлой неделе, — зарычал террорист. — Вот теперь я вообще ничего не понимаю! Что за бред ты несёшь?! — вспылил от необоснованных наездов Ресторатор. — Ой, только не говори, что ты не в курсе, — едко выплюнул Чейни. — Так давай я тебе расскажу. Неделю назад, в кафе, где находилась одна из наших баз, ворвались два человека в масках и военной форме без опознавательных знаков и расстреляли всех, кто находился в помещении. Ничего не приходит на ум? — Да я вообще впервые об этом слышу! С чего ты вообще взял, что это мои люди, если они без шевронов были?! — Саше начало казаться, что либо Денис сошёл с ума, либо просто над ним издевается, потому что то, что он рассказывал, было какой-то откровенной дичью. — Потому что ещё не существует такой технологии, которая позволила бы правдоподобно подделать фонари, которые у твоих Солдат вместо глаз, — ядовито прошипел террорист прямо в лицо мужчине. Тимарцев шокировано замер, глядя куда-то сквозь своего собеседника, пытаясь осознать всё, что он только что услышал. Если всё, что сказал Денис, — правда, то это значило, что в Корпорации что-то происходило без его ведома. И это могло обернуться большими проблемами. — То, что ты сказал, это действительно так? — осторожно спросил мужчина, внимательно глядя на собеседника. Чейни долго вглядывался в его глаза, ища что-то на дне голубой радужки, а когда нашёл, обессиленно упал обратно на стул. — Так ты и правда не знал? — он выглядел потрясённым не меньше, чем Ресторатор, и, когда тот кивнул в ответ, мужчина словно сдулся. — Я вообще перестаю что-либо понимать. А Тимарцев всё ещё размышлял над полученной информацией, и чем больше он над этим думал, тем больше ему казалось, что кто-то их очень сильно наёбывает. Потому что все те маленькие несостыковки в деле, которое положило начало этой войне, теперь выглядели более подозрительно. Саше надо было срочно уточнить ещё пару вопросов. — Скажи, — неторопливо начал он, собираясь с мыслями. — Твои люди убили Кирилла Толмацкого? — Нет, — тут же твёрдо ответил Ден, ни на секунду не задумываясь. — Мы собирались, но кто-то нас опередил. — Но его убили из того оружия, каким вы закупались, — нахмурился Ресторатор. — Вы напали на нас с точно такими же стволами. И насколько нам стало известно, только вы их покупали. — Нам доставили на ящик меньше, чем мы заказывали, — задумчиво протянул Чейни. — Не нравится мне всё это, — недовольно произнёс мужчина. — В смысле? — террорист вопросительно взглянул на него. — Имеет место мнение, что вас подставили, — резко встав со своего места, отрывисто произнёс Саша и принялся снимать с Чудиновского наручники. — Тебя нужно срочно вытаскивать отсюда. — Что? Почему?! — Денис всё меньше понимал, что происходит, пока наблюдал за действиями собеседника. — Потому что иначе долго ты не проживёшь! — рявкнул Тимарцев, наконец справившись с наручниками, и схватил друга за руку, потянув его за собой к двери. — Стой, как ты собираешься меня выводить?! И что будет с моими людьми?! — неуклюже перебирая ногами, поспешил за ним Чейни. — Сейчас ночь, в здании почти никого нет, так что я смогу тебя вывести, — негромко ответил Ресторатор, осторожно выглядывая за дверь. — А на твоих людей мне честно похуй, мне важно, чтобы не прикончили конкретно тебя. Но я постараюсь проследить, чтобы с ними ничего не случилось.

***

Весь офис стоял на ушах. Посреди ночи из допросной магическим образом испарился глава Слова, и никто не знал, как ему это удалось. Вакуленко орал так, что слышно было ещё на нескольких этажах. Толку от этого, конечно, было так себе, его подчинённые давно привыкли, но чисто для профилактики надо. Мирону весь этот кордебалет с конями был не то чтобы побоку, но он отлично понимал, что сейчас это бы всё равно ничего не изменило. Из того, что он успел узнать о сбежавшем, было ясно, что скрываться тот умел мастерски, и им бы пришлось долго рыть землю носом, чтобы напасть на хоть какой-то его след. Верхушке военного отдела, видимо, это тоже известно, потому что, как только им удалось выскользнуть из кабинета начальства, никто не отправился в бессмысленную погоню в пустоту, а мужчины просто тихо расползлись по своим офисам, где каждый начал заниматься своими делами. Тактики терпеливо собирали и изучали те крупицы информации, что у них были, понимая, что рано или поздно Чейни всё равно где-нибудь всплывёт, надо только лишь подождать. Что до Солдатов… Они просто продолжали, как обычно, громить казармы и беспросветно пить. А что им ещё делать, пока на задания не отправляют? Однако от Мирона не скрылось, каким встревоженным и дёрганым стал Ресторатор после происшествия. Было в этом что-то странное, но что именно — понять мужчина не мог, так что решил не забивать себе голову всякой ерундой. Вот только странности на этом не закончились. Потому что не прошло и пары дней, как он заметил, что нервозность Тимарцева почему-то теперь передалась и шпионам. Стоило им просто столкнуться в коридоре, как Мирон тут же ощущал на себе взгляд внимательных глаз, которые неотрывно следили за каждым его движением. Мужчине уже начало казаться, что у него развивается паранойя, хотя и верить в собственное безумие не хотелось. Чтобы хоть как-то убедить себя, что он не начал сходить с ума, Окси решил пойти на отчаянные меры. Было очень сложно подобраться к Рудбою так, чтобы застать его врасплох, но, видимо, удача была на стороне Мирона, потому что ему это каким-то чудом всё-таки удалось. — Что происходит? — резко спросил он, разворачивая парня лицом к себе, хватая за запястье и наблюдая, как вытягивается его лицо от удивления, хотя тот достаточно быстро взял себя в руки. — О чём ты? — тактик удивлённо поднял брови, вот только взгляд его при этом стал таким же, как и у остальных. Внимательным и подозрительным. — Не делай вид, будто не понимаешь, о чём я, — Фёдоров нахмурился. Чувствовать на себе этот взгляд было как минимум неприятно. — Почему вы следите за Солдатами? — Тебе кажется, — ответил Охра, однако в голосе его скользнули едва заметные металлические нотки. Мирон бы их даже не заметил, если бы не так много общался с шпионом. — Рудбой, пожалуйста… — умоляюще протянул Окси. — Ты можешь мне верить, правда. Потому что я уже нихрена не понимаю, что происходит, и у меня от этого едет крыша. Шпион перевёл взгляд на кольцо из пальцев на своей руке и снова внимательно посмотрел на Мирона. Только теперь по нему было заметно, что он сомневается. — Мне нельзя тебе ничего рассказывать, — наконец устало произнёс он. — Если это узнают не те люди, всё может очень плохо кончиться. Для всех. Фёдоров оторопело замер. Значит, ему всё-таки не показалось. Теперь узнать правду стало ещё важнее. — Я обещаю никому ничего не рассказывать, — не отпуская парня, попытался заверить его Солдат. — Пожалуйста, расскажи мне, что происходит. Охра всё ещё сомневался, неуверенно переступая с ноги на ногу, однако, когда мужчина уже совсем отчаялся, он всё-таки заговорил: — Я думаю, ты понимаешь, что я с тобой сделаю, если ещё хоть кто-то об этом узнает, — Рудбой строго посмотрел на собеседника и, дождавшись согласного кивка, продолжил: — У нас есть некоторые причины полагать, что кто-то из Солдат работает на стороне. Мы не знаем, кто это, и у нас даже нет каких-то примет, чтобы за что-то зацепиться. Поэтому мы следим за всем вашим отделом в надежде, что наша крыса допустит ошибку и мы сможем её поймать. Это всё, что я могу тебе рассказать. — Значит, я тоже под подозрением? — после того, как переварил эту информацию, напряжённо спросил Мирон. — Под подозрением все без исключения. Однако, раз я тебе всё это рассказал, значит я тебе верю, — парень неожиданно как-то горько усмехнулся. — И если я ошибся, скорее всего, моя ошибка будет стоить мне жизни. Фёдоров удивлённо замер, потому что фактически парень только что доверил ему свою жизнь. От этого тепло разливалось в груди, и Солдат был готов приложить все усилия, чтобы не обмануть его ожидания. — Я тебя не подведу, — улыбнулся он уголками губ, неохотно отпуская запястье шпиона. Тот слабо улыбнулся в ответ, чуть нервно дёрнув плечом. Каким-то щемяще-доверчивым жестом он скользнул кончиками пальцев по руке Мирона и, словно одёрнув себя, круто развернулся, куда-то спеша. Хотя, не стоило сомневаться, у него теперь было много дел. Окси проводил его печальным взглядом и пошёл своей дорогой. Ему теперь явно было о чём подумать.