Тёмные закоулки

— Ого! Так много? — воскликнул парень, уставившись на огромную порцию гречки с мясом, — Стоп! А ты со мной есть не будешь? — Я уже поел, — сев в кресло, окинул юношу пронзительным взглядом. — Когда поел? Вот что ты врёшь? Ты же весь день со мной провозился, — строго посмотрев на брюнета, положил в рот кусочек мяса на вилке, после чего прошепелявил, — Аааа! Гаясё!!! — Осторожнее… Студи. А я, только что поел… — Оно гоясее! Как ты так быстло поел? — продолжал шепелявить кудрявый, после чего, прожевал и проглотил, — Очень вкусно! У тебя талантище в готовке! Я аж воспылал! — засиял от радости. — Спасибо, — скромно улыбнулся черноглазый и посмотрел на бинты, — Как нога? — Больно, но терпимо…– поджал губы и продолжил есть. На лице Макса ясно читалось сожаление о случившемся месяц назад. Чтобы отвлечься, парень включил телевизор. Алекс старался не обращать на него внимание, но чувствовал какую-то неловкость. Он видел, что Макс сожалеет о чём-то, но терзал его вопрос другой. О чём именно он сожалеет? О том, что собака покусала по его вине? Или о том, что привёл его к себе. Рыжеволосый даже и думать не мог о том, что сожалеть его спаситель может и абсолютно о другом. Точнее, он был уверен в том, что тот может думать именно о нём. — Макс…– спустя пару часов, нарушил тишину зеленоглазый, — А какое у тебя хобби? — задрав голову вверх, демонстративно поглаживает свой кадык, не скрывая своего восхищения этой выпирающей горкой на шее. В каком-то смысле это был его фетиш. Максу всё время приходилось сдерживать себя, когда мелкий тянул к нему свои пальцы, чтобы провести ими по изгибу. Наблюдая за тем, как рыжеволосый ласкает свою шею, Макс представлял себя. Представлял, как тонкие и длинные пальцы Алекса, вновь коснулся его шеи, со всей своей невинность… Ему нравились его касания, но в тоже время, они были пыткой. Ему хотелось коснуться его, но он не мог. Ведь это было неправильно. Он не считал себя педофилом, но так хотелось забрать его невинность. Но у Макса был ещё один повод не касаться его. Тим. Он, считал себя влюблённым в него и законной его половинкой, не мог позволить себе изменить любимому. К тому же, Алекса он пригласил именно с целью позлить Тима, но что-то пошло не так. — Моё хобби? — брюнет задумался на миг, — Драть шлюх по вечерам, — усмехнулся. — Ты сейчас пошутил? — внутри будто что-то сломалось. — Ничуть! — продолжил тянуть лыбу. — Вот как… Значит я мешаю? — прошептал, еле сдерживая дрожь. — Кому? Мне? — Ну… Как бы, это не я шлюх ебу по вечерам. А так, как уже ночь, то я тебе помешал… — Я не всегда этого хочу. — А как часто? — пытаясь скрыть волнение, накрыл лицо книгой. — А какая разница? — Нууу… Чтобы я, хоть приблизительно, знал, сколько раз за месяц я тебе помешал… И в какие моменты нужно уходить из дому, чтобы не мешать, — пожал плечами. — Я делаю это не дома… — А… Боишься водить их сюда из-за брата? — А тебе какое дело? Да и при чём тут мой брат? — Я видел тебя с ним… Это твоё хобби, спать с ним, пока нет Кирилла? — повернулся к спинке дивана лицом. В комнате воцарилась тишина. Даже телевизор выключился по истечению таймера. — Что ты видел? Когда? — Когда они поссорились и Кирилл ушёл… Ты думал, что я сплю и метнулся в комнату брата. Я пошёл за тобой, ибо страшно было одному… Я стоял у двери… Я слышал, как Тим плачет… Ты его начал утешать, а потом поцеловал… — Ну и что? Ничего же не было потом. — Почему ты врёшь мне? Вы же переспали… После того, ты каждую ночь, когда Кирилла не было, ходил к нему, чтоб потрахаться с ним… Тебе нравилось, как он входит в тебя. Ты любишь это… Даже сейчас вижу твоё желание. Ты снова хочешь к нему… Ты говорил, что любишь брать шлюх, а сам превратился в шлюху для него… Ради него… Ты даже терпел то, что он тебя Кириллом называл… Ты же понимаешь, что он любит его. Поэтому ты подсыпал ему что-то в воду… — унимая дрожь, Алекс продолжал рассказывать, что видел, не в силах сдерживать слёзы, — Ты одурманил его и обманул. Ты знаешь, что он бы не стал с тобой спать, потому что любит его… — А тебе какое дело? — прошептал, проглотив, подкативший к горлу, комок. — Да чего ты? — вытерев слёзы, повернулся на другой бок и улыбнулся, сделав вид, что всё впорядке, — Я просто люблю узнавать что-то новое... — Ну… Это же, вроде как, личное… — Значит тебе стыдно? — С чего вдруг, мне должно быть стыдно? — Ну о личном же говорим. Тебе либо стыдно, либо неловко от того, что я всё знаю… — Я, как бы, не люблю рассказывать о своей личной жизни. — Ладно. Тогда мне, наверное, лучше уйти. Не хочу, чтобы мной пользовались с целью вызвать ревность, — выпрямил ноги и принялся читать, размышляя над словами Макса, — «Хоть книгу дочитаю перед уходом. Тоже мне, нашёл личную жизнь… Это не личная, а публичная жизнь…» — Я, разве, выгоняю тебя? — передёрнуло. — Нет. Просто… Раз ты сам мне ничего не рассказываешь, значит считаешь меня посторонним просто, перед которым не обязан отчитываться за свои поступки… — Эм… Ну я тебя знаю всего ничего, да и маленький ты ещё для таких тем. — Раз я мелкий, — выглянул из-за книги, злобно посмотрев на Макса, — То не смей больше ко мне приставать или целовать меня! — вновь скрылся за книгой. — Ого! Неужели ревнуешь? — Считай, как хочешь… — фыркнул и поджал губы, — «И что меня так разозлило? Ревную? Да с чего бы?..» — Хорошо… Всё доел? — Ага. Спасибо, — шмыгнул носом. — Пожалуйста…– забрав посуду, ушёл на кухню, даже не посмотрев на мальчика. Он был в смятении. Безусловно, это была ревность. Когда этот мелкий успел влюбиться в него. Невозможна же ревность, без любви. И почему раньше не рассказал? Значит он знал уже давно, о предпочтениях Макса? Даже если и так, он всё равно не понимал, что Макс питает какие-то чувства и к Алексу, только не может ещё этого понять. Поэтому и стоит сейчас с каменным лицом, перед раковиной, полоская грязную посуду. — «Похоже, я слишком нагло веду себя с ним…» — выглянул из-за книги, размышляя про себя, — «Надо извиниться перед Максом… Всё таки я слишком резок был… Он обиделся, наверное.» — выдохнул и, встав с дивана, приковылял на кухню. Увидев, что парень моет посуду, подошёл к нему со спины и обнял, прошептав, — Прости… — За что же? — посмотрел на юношу через плечо. — За то, что наговорил тебе всякого…– чуть крепче сжал в объятиях, прижавшись всем телом, от чего по телу брюнета пробежала дрожь. — Да ничего. Я не злюсь…– домыв тарелку, вытер её и оставил, но рыжеволосый и не думал опускать руки, продолжая обнимать всё крепче, и тулиться щёчкой к спине, будто пытаясь сказать: «Ты только мой. Я никому тебя не отдам». По крайней мере так казалось Максу. — Я не должен вести себя так грубо с тобой. Ты же меня приютил, всё-таки… Да и ты неплохой человек…– Уткнулся в спину лбом и Макс почувствовал, как сквозь рубашку, на кожу стало попадать горячее дыхание юноши. — Так, — не выдержав натиска, повернулся лицом к Алексу и повёл в спальню, — Детям пора спать. — Я не маленький уже… К тому же, ещё рано…– прошептал, посмотрев в глаза. — Тебе нужно отдыхать, — сопротивляясь пронзительному взгляду зеленоглазого, продолжил черноволосый. — Я, вроде, и не напрягаюсь…– улыбнулся и провёл тонкими пальцами по кадыку парня, — У тебя есть фильмы какие-нибудь посмотреть? — Хм…– Там на полке посмотри, — проговорил, подавляя дрожь и юноша принялся рыться в куче дисков. — Много же их у тебя… А сам, какой посоветуешь? — Да не знаю… Почти все с эротикой, в основном… Тогда любой сойдёт, — взял первый попавшийся диск и протянул парню, — Включай! Будем фильм смотреть. — Оу…– посмотрев на обложку фильма, вставил диск и, включив телевизор, сел на диване с Алексом. — Эх… Попкорна не хватает и газировки, — рассмеялся и сел ближе к брюнету. — Тебе этого нельзя. — Почему? — Забыл уже, что говорил доктор? — Ну и что? — пробурчал, — Умру быстрее и не буду проблем доставлять. — Ещё раз такое услышу, придушу лично, — сжал скулы Алекса, от чего тот вздрогнул и напрягся. — Почему? — Я терпеть не могу подобные темы про смерть…– только лишь проговорил, как вдруг, рыжеволосый повернулся к нему спиной, закрыв лицо руками и расплакался, — Эй… Что случилось? — ласково приобнял за плечи рыжего. — Ты волнуешься за меня… Никто раньше не беспокоился обо мне…– повернулся лицом к черноглазому и крепко обнял его, продолжив плакаться в плечо и всхлипывать. — А реветь то чего? Ну…– приобнял, успокаивающе поглаживает по спине, — Успокойся. — Это от радости…– прошептал, сквозь всхлипывания. — Фильм уже начался… Давай успокаивайся и будем смотреть его вместе… — мягко улыбнувшись, поцеловал мальчонку в щёчку, чем окончательно его успокоил. — Угу, — краснея, от смущения, вытер слёзы и улыбнулся, положив голову парню на грудь. Оказалось, что фильм, который выбрал Алекс, порно. Постельная сцена началась довольно быстро, но Макса больше удивляло то, с каким невозмутимым лицом, смотрел это рыжеволосый. Будто это было не порно, а мультфильм «Том и Джерри». — О! Моя сестра так делала со своим хахалем! — прокомментировал юноша, тыкая пальцем в сторону экрана, — И стоны похожи, только это не она… — Хочешь так же? — усмехнулся. — Так же, как она? Это невозможно, — хихикнул. — Почему же? — изогнул бровь. — У меня пизды нет, — расхохотался. — Зато есть кое-что другое, — усмехнулся, погладив мальчишку по попе. — Ммм… Ну тоже, что и у тебя…– посмотрел в глаза, перестав улыбаться. — У тебя есть попка. — Представляешь? Она у всех людей есть, — жутко смутился, но не подаёт виду. — Ты прекрасно понял, что я имел ввиду, — усмехнулся. — Я не опытный в подобном, — покрылся румянцем до кончиков ушей, — В отличие от тебя. — А хочешь попробовать? — Это ты просто спрашиваешь или предлагаешь? –не отрывая глаз от экрана, обнял колени. — Спрашиваю. — Возможно, но не точно. — Могу устроить, — приобнял Алекса, поглаживая по талии. — Ах ты жулик! Я так и знал, что скажешь подобное! — слабо двинул коленом между ног, — А говорил, что просто спрашиваешь. Обманщик! — рассмеялся. — Ну так что? — притянув к себе юношу, взъерошил его волосы. — Хочешь, чтоб мне ногу ампутировали? — усмехнулся. — Обещаю, твою ногу я не трону. Честно! — И как ты себе это представляешь? — В смысле? — посмотрел на Алекса в недоумении. — Как ты представляешь сделать это не задев ногу и не заставив её напрягаться? «Что я несу?» — подумал про себя, посмотрев в глаза. — Что за бред? — рассмеялся, — Я то не задену… — Правда? — прошептал. — Ну да… — чуть приблизился к Алексу. — Наверное… Это фильм на меня так влияет…– продолжил шептать и, приподнявшись немного, приблизился к губам Макса, после чего, поцеловал его, прикрыв глаза. Как только Макс ответил на поцелуй, зеленоглазый закинул свои худенькие ручки на его плечи, углубившись и полностью закрыв глаза, — Ты же не причинишь мне боли? — прошептал, прервав процес обмена слюной. — Конечно причиню, — усмехнулся и обнял. — Не надо мне делать больно…– прижался вплотную, нежно поцеловав в скулу. — Жизнь не бывает без боли… — Но… Постараться меньше её причинять, можно? — Наверное можно… — Тогда, постарайся…– покраснел и отвёл взгляд, — «Я точно спятил… Наверное… Чёрт.» — То есть, ты согласен на секс? — изогнул бровь. — Рано или поздно, ты всё равно меня к нему принудишь. Я же вижу твою реакцию на мои касания… А не касаться тебя, я не могу… Так пусть мой первый раз будет по обоюдному согласию и с моей инициативы, — обвил руками шею парня, — Но при одном условии… — При каком? — прошептал, с трудом сдерживая себя. — Если намерен регулярно со мной спать, то больше не должен спать ни с кем другим… Ни с шлюхами, ни с братом, ни с кем-нибудь другим. Не хочу заразу какую-то подхватить. Ты согласен? — Хм… А ты сможешь мне заменить этих всех шлюх? — Я могу попробовать, если ты меня научишь… — Научить? Это можно. Но учти, я строгий учитель, усмехнулся. — Значит надо перестать вести себя, как ребёнок? — закусил губу. — Это не обязательно…– погладил по щеке, — Ты мне нравишься и таким… — Тогда, всё впорядке…– охватил губами адамово яблоко на шее Макса и оставил на кожице засос. Приподняв зеленоглазого за подбородок, брюнет, впился в губы юноши, параллельно раздевая его. Краснея и отвечая на ласки губ парня, сплетаясь с ним языками и закрыв глаза, Алекс, последовав его примеру и принялся раздевать Макса, который уже осторожно стянул с рыжеволосого брюки, не задев рану. — Я немного волнуюсь…– прошептав, облизнул губы, потеряв ровное дыхание. — Понимаю…– начал покрывать шею Алекса поцелуями, от чего тот судорожно выдохнул в плечо черноглазого, обжигая кожу горячим дыханием, еле сдержав стон. Когда Макс уложил мальчонку животом на диван, тот немного напрягся, сжав обивку дивана пальцами. — Только не сломай меня, — прошептал юноша парню, который, достав смазку, выдавил её себе на пальцы, — Что мне делать? — уткнулся лбом в костяшки рук. — Расслабься…– шепчет, коснувшись пальцами анала ребёнка. — Постараюсь… — прогнулся в спине, посмотрев на парня через плечо. А тот медленно вставил пальцы внутрь, от чего Алекс застонал на выдохе, отвернувшись и зажмурившись. Оказалось, что это не было так уж и больно. Или рыжий привык уже к боли. Но происходящее ему казалось, скорее непривычным, чем болезненным. Так, привыкнув к новым ощущениям, юноша едва заметил, как пальцы Макса проникали всё глубже. Парень всё делал настолько легко и без боли, что зеленоглазый уже подумал, будто парень дразнит его. Ему очень хотелось почувствовать его. — Это всё? — прошептал мальчик, прикрыв глаза. — Ты ещё не готов, — прошептал в шею и поцеловал в плечо, продолжив растягивать анал нетерпеливого. — Ладно… Продолжай…– шумно выдохнул и скользнул рукой к своему члену, начав, неторопливо, надрачивать его себе. Раздвинув стенки, Макс вытащил пальцы из парня, который продолжал ласкать свой член. Сняв джинсы, что не успела снять рыжая бестия, черноволосый приставил головку фаллоса к пятой точке и вошёл в юношу, но нога, Алекса спрыснула, когда тот хотел расставить ноги шире и, чтобы удержаться, подался назад, тем самым насадившись до самого основания на детородный орган. Вскрикнув, от неожиданности и, застонав, Алекс упёрся руками в быльце. Ощущая тупую боль и присутствие в себе члена Макса, который, в какой-то момент даже испугался от того, что так вышло, Алекс взял за руку брюнета и положил её себе на плечо. — Прижмись ко мне… Всем телом навались…– искусал свои губы, в ожидании, — Прижимайся ко мне так, чтоб я и пошевелить пальцем не мог…– прошептал, поддавшийся возбуждению, юноша. — Как скажешь, малыш…– поцеловал в плечо парнишку и, прижав его всем телом к дивану, не спеша задвигался в нём, вынудив портрета шумно выдыхать в такт с толчками Макса, и позволив ему прижать к себе руку актива. — Да…– в какой-то момент, вырвалось со стоном у рыжеволосого, — Ещё… Не останавливайся…– продолжил шептать ненасытный, — Мне не больно… Таким образом, их половой акт, что совершался по обоюдному согласию, стал актом выполнения капризов Алекса. Макс выполнял буквально всё, о чём просил юноша, дабы подарить ему самый лучший первый половой акт. Рыжеволосый просто извивался от удовольствия, восхищаясь опытностью своего партнёра, и не забывал отплачивать ему, доставляя не менее сладострастное наслаждение. В тот вечер дома никого не было, кроме них двоих, и это позволило капризному мальчишке и его спасителю, провести вместе незабываемую ночь, что положила начало новых отношений. Это были не просто любовные отношения. Их связь была табу, во всех смыслах, но им было всё равно. Теперь главной задачей было, чтоб никто об этом не узнал. Было решено скрывать это даже от Кирилла и Тима…