Программный сбой

Теперь их отношения больше напоминали сосуществование соседей, один из которых люто ненавидит второго. Тэхён стал ходить на работу намного чаще, чем это было необходимо. И всё ради того, чтобы меньше времени проводить дома. Чонгук же сильно переживал из-за всего этого. То ли из-за того, что он потерял преданность и любовь, которые были по умолчанию, то ли он действительно влюбился. О чувствах Тэхёна он говорить не мог, потому что тот закрылся от него. Но он точно знал, что от любви не осталось и следа. У Тэхёна и раньше иногда бывали вспышки агрессии, но они быстро заканчивались и вообще служили скорее средством перевоспитания Чонгука, чем реальным поведением. Но теперь он всё воспринимал в штыки, не живя с Чоном — существуя и напоминая ежедневно, что скоро он уйдёт. Чонгук смог прожить так всего несколько дней. Он пытался поговорить с Тэхёном и до этого, каждый день пытался, но тот всегда не давался. — Что мне делать, Ви? — спрашивал Чон, встречая приходившего за полночь соулмейта. От него пахло чужими людьми, и Чонгук, глотая подступающие слёзы ревности, спрашивал только:  — Пожалуйста, скажи, что я должен сделать? Я сделаю, только скажи. — Почитай в методичке, там должно быть, — огрызался Тэхён. — Я уже понял свою ошибку, клянусь — понял. Что ещё мне сделать? — Заткнуться, — обрывал его Тэ, утыкаясь в какую-нибудь книгу. Чтобы больше Ви не мог сбежать, однажды Чонгук пришёл к нему ночью. Ему даже было не жаль его разбудить. Потому что это было важно. Но Тэ не спал. Он сидел на кровати и негромко говорил с собой. — Дефективный, блин. Лучше бы я так и остался на заводе, выключенный, чем так. Зачем? Как, чёрт, как они умудрились сделать андроида с чувствами? Зачем это мне? Я не просил, я бы намного счастливее жил обычным роботом, не знающим страданий, слушающим только код. Если бы всё было так просто, как говорит Гуки, жизнь стала бы намного приятнее. Хотя мне просто было бы всё равно, мне не нужна была бы приятность, для меня всё было бы одинаково. После этого Тэхён стал сильно бить себя в грудь. — Чёртово сердце! Зачем тебя вообще сделали в теле робота? Будь ты проклято! Он бил себя остервенело, дико. Чонгук занервничал и, толкнув приоткрытую дверь, вошёл, хватая его руки, чтобы остановить. — Прекрати, ты можешь навредить себе. Тэхён выглядел растерянным, но ставшая привычной ненависть быстро завладела лицом. — Тебя мне тут ещё не хватало. Чего пришёл? Проваливай спать. — Я всё слышал, — Чонгук сел на кровать рядом и взял Ви за руку. — Можешь сходить к лору и засвидетельствовать прекрасный слух. — Давай поговорим. — Я наговорился. Отдам деньги и свалю сразу, как смогу. Если я тебе так мешаю — ладно, постараюсь вообще не ночевать тут. В редакции есть диван, буду спать там. А теперь проваливай, пока я не применил силу. Чонгук встал, чтобы исполнить слова, прозвучавшие как приказ, но потом сел обратно и крепко-крепко обнял Тэхёна за плечи. — Применяй. Не боюсь. Тэхён вздохнул, встал, скидывая с себя чужие руки, грубо взял Чонгука за локоть и выставил за дверь. Но Чонгук, прислоняясь лбом к двери, не спешил уходить. — Ты же сам говорил, что доволен тем, что я твой соулмейт, — напомнил он. — Это программа говорила, не я, — отрезал Тэхён, который тоже всё ещё стоял у двери. — Тэ, ты же так не думаешь. — А ты думаешь. Вот и закончим на этом. Послышались удаляющиеся тихие шаги и громкое «Проваливай уже», но Чонгук продолжал упрямо стоять. — Я глупый, знаю, — он сел на корточки и прислонился к двери. — И я правда думал, что взял тебя зря. Едва ты оказался дома — сразу стал жалеть, что сдался и пошёл на сделку с совестью. Я долго не понимал, зачем вообще мне такой соулмейт, которого я никогда не смогу считать своим… — Пока у тебя плохо получается меня переубедить, — заметил голос, который снова стал ближе. Дверь медленно стала открываться, и Чонгук отполз от неё. — Может, лучше уйдёшь, пока не сделал хуже? — Куда хуже? Я обидел тебя, — он быстро встал, снова заключая Тэ в объятья. — Прости меня за это. Теперь я понимаю, что нёс бред, — Чонгук опустился на колени, но Тэ взял его за локоть — на этот раз аккуратно, нежно — и поднял. — Я раскаиваюсь. — И что же станешь делать с тем, что я всего лишь андроид? — Для меня ты не андроид, — Чонгук снова обнял Тэ, и на этот раз он даже ответил, скользнув руками на талию. — Теперь я вижу это. — Я и сам не знаю, кто я. Но, если всё действительно так, как ты говоришь, — он выдохнул, — я рад, что ты понял меня. Ты же понял? Рука поднялась к подбородку Чонгука, поднимая его, чтобы заглянуть в глаза. Чон решительно кивнул, потянувшись за поцелуем. В ту секунду он был счастлив. Так счастлив, как никогда до этого. После всех переживаний последней недели, после многочисленных мыслей, попыток понять, что происходит и что будет дальше, он наконец чувствовал умиротворение. Даже когда его тело подхватили, как пушинку, неся к кровати, он был спокоен. Больше никакого страха, никакого отрицания, что Ким Тэхён — его соулмейт. Только благодарность за прощение.