Горячие пирожки и вкусные булочки

— Это будет лучшее пиво, что ты пробовал, потому что ты будешь так рад, что ты жив и пьёшь его, — цитирует Северайд, открывая дверь лейтенанской. Сидящий за разбором бумаг Кейси даже не поворачивается к вторженцу, только швыряет ручку на заполняемый журнал. — И ты, Северайд? — раздраженно восклицает он. Спасатель тут же меняется в лице и закрывает за собой дверь. Ребятам лучше не слышать, неуместное сочувствие только вышедшему с больничного Кейси ни к чему. — Достали, да? — негромко спрашивает Северайд и присаживается на край койки. Мэтт только вешает голову, устало выдыхая и опираясь на сложеные руки. — Они просто рады твоему возвращению. — Слишком много внимания, — ворчливо отзывается Кейси. Северайд фыркает против воли, а затем заставляет Мэтта откинуться в кресле и тянет за спинку к себе. — Они соскучились. — Почему ты вообще оправдываешь ребят с расчёта? — продолжает ворчать пожарный. Северайд натыкается взглядом на свежий шрам на шее, пусть тонкий и достаточно незаметный, и все мысли тут же вылетают из головы. Кроме одной: это было очень близко. — Не имею ни малейшего понятия, — отвечает Северайд, начиная руками разминать плечи Кейси. Чтобы не смотреть на шрам, Келли сосредотачивается на затылке Кейси, но это не помогает — Мэтт после операции постригся короче, дабы выровнять длину волос вместе с выбритым для вмешательства участком. Северайда снова поглощает мысль «А что если», и он не замечает, как пальцы начитают действовать отдельно от мозга, занятого возможными вариантами несостоявшегося будущего. — Сев, — слышит он мягкий голос Мэтта, и тот аккуратно накрывает его пальцы своими ладонями. Такое сокращение получается интимней, чем по имени, и Келли внезапно осознаёт, что пока задумался, машинально гладил шрам на шее. Северайд вздрагивает, отдергивает руки и отстраняется. — Прости, — он пытается сообразить, чем оправдаться, и внезапно для себя выпаливает: — Я тоже очень скучал. Повернувшийся к нему несколькими мгновениями раньше Кейси застывает, а затем тянется обнять. — Скажи мне, скучающий ты мой, из чьей постели я поднялся сегодня утром? — спрашивает он, и в его голосе удивительная смесь тепла, и безграничного терпения и необидной насмешки. — Это другое, — бурчит Северайд, крепко обнимая в ответ. У входа в спальни раздаётся преувеличенно громкий знакомый смех. — Шей — наш ангел-хранитель, — смеётся Келли. — Хотя могла продавать билеты на зрелище лейтенантских обнимашек. Кейси фыркает и прижимается ближе. — Давай просто опустим жалюзи. *** Помимо шестерки пива для Джереми Кейси приходится купить и бутылку белого рома — именно такую плату требует Шей за очередной предупреждающий сигнал. Но немного смазанную фотографию пересылает бесплатно.