Мы справимся

В ста милях от Канзаса - Прости… знаю, это личное, но мы женаты уже полгода, я ношу твоего ребенка. Думаю, я имею право знать о нем больше, - стройная шатенка отложила фотографию счастливо улыбающихся братьев в старую шкатулку. - Ты и так знаешь достаточно. Он ушел и это его выбор. Мне все равно, - Сэм хлопнул крышкой шкатулки и положил обратно в ящик. – И не надо копаться в моих вещах. - Знаю, твой брат поступил ужасно, но я же вижу, он до сих пор важен для тебя, - вздохнула Амелия. - Столько лет прошло, а ты все еще не отпустил. А это что-то, да значит. Так найдем его, поговори с ним, Сэмми. - Никогда не называй меня так, - Сэм повернулся к жене и повысил голос. - Да что с тобой? - удивилась Амелия. - Прости. Просто... Не называй меня так, хорошо? - выдохнул Сэм. Возможно, какая-то его часть до сих пор берегла "Сэмми" только для одного человека. - Хорошо, - Амелия приблизилась и обняла мужа со спины, - Милый, я всего лишь хочу, чтобы ты не жалел о прошлом, как жалею я. Мне уже ничего не исправить, а ты можешь. Или отпусти прошлое навсегда или посмотри ему в глаза. Третьего не дано, Сэм, нельзя жить прошлым и строить будущее. Поставь точку ради нас. Я злюсь на него, потому что мне приходится делить тебя с ним. С тем, кого я ни разу не видела, но который живет с нами, словно невидимый дух. Амелия злилась на Дина больше всего не за то, что он оставил больного брата одному преодолевать болезнь, а винила Дина за дыру в душе мужа, которую она не смогла заполнить. Каждый раз, когда речь шла о Дине, Амелия будто слушала рассказ о другом человеке - любящем брате, а не о монстре, который испугался ответственности, бросил и растоптал самого близкого человека. Она его ненавидела и не понимала. Но ее взгляды поменялись с ног на голову пару дней назад, когда пришла весть о потере старшего брата, с которым она рассорилась десять лет назад. Сердце заныло и так ничтожно не значимы оказались все ссоры и перепалки. Амелия только сейчас поняла, как любила брата всем сердцем, даже после той ужасной ссоры, которая разделила их на годы. И сейчас винила себя, что даже не попыталась найти путь к примирению, поговорить с глазу на глаз и расставить все точки над «и». Нельзя близким людям расставаться на эмоциях. - Идем, нам ехать всю ночь, - вышел из объятий жены Сэм. - Я тоже злилась и не желаю тебе того же, что чувствую сейчас. Это больно и разбивает мне сердце. Только когда Стив умер, я поняла, как ничтожна была наша ссора. Я должна была хотя бы попытаться найти путь к примирению. Старшие – они гордые, знаешь ли, и всегда такими будут. Мне мама рассказывала, что он всегда хотел встретиться, но никак не решался. Надо было хотя бы раз сунуть свою гордость подальше и как младшая сестра пойти навстречу. Я жалею, Сэм, что не успела, но уже слишком поздно. - Я не буду его искать и не собираюсь. Я доверял ему, а он плюнул в душу, - почти кричал Сэм. - Это не просто ссора, он выкинул меня как ненужный хлам. И не надо впутывать его в нашу жизнь, нам и так хорошо. У меня есть ты, будет ребенок. И это все, что мне нужно, - Сэм поцеловал жену и вышел из комнаты. - Неужели. Я же вижу, как ты скучаешь по нему, Сэм… - тихо проговорила вслед Амелия. Супруги сели в машину и поехали в Канзас – в родной город Амелии и Сэма на похороны Стива.

***

Канзас встретил супругов слепящим солнцем. Сэм вел машину чуть медленнее, чем обычно, чтобы лишний раз не беспокоить неровностями дороги беременную жену. Похороны закончились к обеду. Были слезы, прощальные слова и поминки. Сэм заметил, как жена осталась у могилы брата и просила прощения за слова обиды и упущенное время. Сэму тут же захотелось поднять трубку и обзвонить все старые номера брата, лишь бы знать, что он жив и здоров. Но мысли мигом улетучились, верх взяла гордость и не собиралась отпускать. Последние слова брата били в голову колокольным звоном: «Мне надоело, Сэм. Надоели твои перепады настроения. Мне надоела твоя болезнь. Все это – неправильно. Я так больше не могу. Прости, я не был готов, брат. Я ошибался. Мне нужна охота. Мне нужно держать в руках пистолет и избавлять мир от монстров. Делать хоть что-нибудь! Я не могу просто так сидеть и ждать. У меня душа горит, Сэм,понимаешь? Ты всегда хотел нормальной жизни. Так построй его себе, но без меня. Я не смогу так жить. Мне чертовски надоело быть как все. Я – охотник, Сэм. И мне нужна охота. А не вот это вот все… Просто отпусти меня, брат. У меня сейчас сердце разрывается, меня тошнит от себя, я поступаю как последний мудак. Но я так больше не могу, Сэм. Больше – нет. Знаю, я обещал защищать тебя, обещал отцу, себе. Черт! Но мы не можем так продолжать, это замкнутый круг, брат. Я и не надеюсь на прощение. Ты живи нормальной жизнью, как всегда хотел, а я охотник и всегда им был и буду. Прошу, не ищи. Нам не о чем будет говорить при встрече. Я возненавижу себя еще больше. Просто… не ищи. Нам лучше жить порознь, мы – разные. И ты это знаешь, всегда знал. Прости, брат, просто отпусти. Ты взрослый, уверен, сам сможешь о себе позаботиться. Уже пора бы. Я тебе больше не нужен.»

***

- Мам, мы уезжаем вечером. - Уже? Но ведь пару дней всего прошло. - Знаю, просто… работа, больные и все такое. Сэма тоже отпустили на три дня максимум. - Работа никуда не денется. Я не видела тебя уже почти год, малышка. - Ладно, задержимся еще на день. Люблю тебя, мам. Я так скучала… - Знаю… Он тоже скучал. Не вини себя, родная. - Боже… нужно было позвонить ему… Мама… мне так жаль. - Ничего. Он знал, малышка. Знал, что ты его любишь. И он тебя любил. Посмотри на меня. Не вини себя, родная.

***

Сэм собирал вещи, когда в комнату вошла Амелия. - Ты как? - Нормально. - Сэм, мама хочет, чтобы мы еще задержались на денек. Мы долго не виделись. Еще день. Если на работе проблемы, ты езжай. Меня папа отвезет. - Не проблема. Если хочешь, останемся еще на день. Ничего. Я могу и здесь поработать, ноут с собой. - Спасибо. - И раз уж у нас еще день. Я хотел показать тебе свой старый дом. - Неужели? Правда? - Да, тебе же интересно. - Не то слово. Горю любопытством. Я хочу узнать больше о тебе, мой загадочный принц. - Идем.

***

- Вот чееерт! - Что? - Я забыла прихватить воду. Витамины с собой, воды нет. А уже время. - Заедем в маркет. Может еды купим? Ты голодна? - Сэм, мы кушали час назад. Если я беременна, не значит, что я обжора. - Ну это как посмотреть. Ты кушаешь больше меня. - Ах, ты…

***

Сэм стоял у кассы, когда услышал через стойку до боли знакомый низкий голос. Нет, ему показалось. Этого не может быть. Боже! Его передернуло. Сэм расплатился наличными. А голос становился все ближе и ближе, кажется, говорил по телефону. Сэм улыбнулся, разговор был совсем обычный: голос спрашивал какую конфету купить, с феей в желтом платье, в синем или белом. - Тут нету красного, малышка. Они закончились. Может куплю белый? Хорошо, тогда желтый. Скоро буду, целую. Сэм грустно улыбнулся. Видимо, это был все же другой человек. Только с очень похожим голосом. Дин и феи никак не сходились. Он точно ошибся. Все эти похороны, уговоры Амелии по десять раз в день связаться с братом ударили ему в голову. Он точно свихнулся. Сэм заплатил и обернулся, чтобы выйти и ударился плечом с... ДИНОМ! - Черт, чувак, извини, - перед глазами Сэма стоял Дин, уронивший несколько конфет на пол. Сам Дин, мать его, Винчестер! ДИН! Боже… его брат. Какие к черту конфеты и феи! Сэм стоял словно вкопанный с разинутым ртом. - Эй, с тобой все в порядке? – Дин говорил с ним, как с обычным прохожим, как-будто не узнал вовсе. Даже голос не дрогнул, ни один мускул на лице. Сэм был растерян и смог выдавить только сдавленное "да". Когда Дин наклонился собрать конфеты, Сэм автоматически последовал за ним. – Дин? - Эмм… мы знакомы? – глаза Дина встретились с глазами Сэма. - Да… - «Какого черта ты это спрашиваешь! Знакомы ли МЫ? Да что с тобой?» хотелось накричать на брата, влепить по самодовольному лицу – Мы эмм… встречались… давно. - Эмм… Наверное. Как тебя? – Дин встал и протянул руку. - Сэм, - теперь Сэм абсолютно ничего не понимал. Какого, блин, черта! Тут тебе не цирк, Дин! Что за концерт в угадалки. Что за… Кто ты? - Сэм, спасибо, приятель, что помог собрать, - Дин поднялся, отложил уроненные конфеты в кассу, взял новые, расплатился и вышел. Сэм стоял как вкопанный и просто смотрел вслед. Как тогда в больнице снова наблюдал за уходящей спиной. Его брат был просто мастером вводить в ступор.

***

Что ж такое? Блин, голова болит просто жуть. Наверное, грипп. Или температура. Трещит просто адски. Стоп, что? Какого… Дин нажал на тормоза и крутанул руль вправо, посреди дороги стояла женщина в белом платье. Черт! Откуда она появилась? Дин вышел из машины, чтобы помочь женщине, взявшейся из неоткуда посреди шоссе. Мисс? Вокруг было пусто. Что за черт… Жуть, померещится же такое. Нужно выспаться. - Милая, я дома. - Привет, пап! – девочка прыгнула отцу в объятия. - Вот, держи. - Спасибо, - девочка чмокнула отца в щечку и убежала в комнату. - Пап, а что это у тебя? Она настоящая? - девочка уставилась на его живот. - Где? - Ну вот же, - девочка указала на пистолет, который выглядывал из-под куртки. Какого… Пистолет? Настоящий? Откуда она взялась? - Это... - Дин был в смятении и не знал, что ответить, - это игрушечный, - откуда он взялся? Как? Стоп! Он не помнил, как выходил из машины. - А зачем она тебе? - Все, не суй свой нос в чужие дела. Иди играть. Убедившись, что дочь не последует следом, Дин выбежал на улицу, открыл гараж. Что за чертовщина. Дверь в гараж была открытой. Может, Кэт заходила. Дин открыл багажник Импалы, к которой не прикасался уже много лет и заглянул внутрь, где должен был лежать этот самый пистолет. Вот же черт. Я точно схожу с ума...

***

- Нееет! Сээээм! Сэмми! - Дин! Дин! Проснись! Ну же, милый! Винчестер сел в постели, футболка промокла насквозь. - А ну отошла, тварь! – Дин вскочил с кровати, схватил нож из-под подушки и наставил ее на жену. - Дин… Дин! Откуда у тебя нож?! Дин, да что с тобой! С ума сошел?! - Заткнись, черноглазая тварь! - Дин, проснись! Это я, Кэт, твоя жена. Да приди в себя, уже! Ты меня пугаешь! - Что… - Дин помотал головой, его глаза были полны ужаса. И откуда взялся нож в его руках… боже… он угрожал им жене? - Пап, мам? Что такое? – на дверях стояла малышка с медвежонком в руках и сонно чесала волосы. Слава богу, она не увидела нож в руках отца, Дин как увидел малышку, выбросил его на пол. - Иди спать, милая! – чуть повысила голос Кэтрин. - А что случилось? - Иди я сказала!

***

Дин все утро избегал разговора с женой, да и она выглядела озадаченной и скорее испуганной. Он быстро оделся, сел в машину и поехал на работу, решил позавтракать по дороге и привести мысли в порядок. Что с ним творится… Пистолет. Нож. Глюки всякие. И этот сон. Такой настоящий. Он впервые запомнил свой сон. Его напарник. Он никак не мог рассмотреть его лицо. Дин помнил, как они с этим другом отправились на какую-то охоту. Он не знал на какую, но знал, что так надо. Дин держал в руках нож, у напарника был ствол. На них напали черноглазые твари, они стали защищаться, бить ножом и убивать. Какие-то непонятные слова, вроде на латинском. И лицо. Он вспомнил лицо. Это был тот парень в магазине. Кто он, черт возьми? И что с ним творится?