Airplanes

      — Это ужасный сюрприз, — проворчал Лиам. Тео фыркнул, подталкивая его в прачечную.       — Это необходимо, — заявил он, опуская свою сумку на крышку стиральной машины и начиная бросать одежду из нее внутрь.       — Ты не собираешься разделить белое и цветное? — спросил Лиам.       — Они стирались вместе столько раз, что это уже не имеет значения, — ответил Тео, опуская одеяло в стиральную машину, стоящую сбоку от той, где оказалось все остальное.       — Но одеяло требует отдельной машины?       — Оно чувствительное, — напряженно сказал Тео. — И единственное, которое у нас есть, поэтому я не буду его портить.       Он вытащил из сумки пачку стирального порошка.       — Серьезно? Ты что, Мэри Поппинс? Почему у тебя есть даже…       — Заткнись и раздевайся, Лиам, — фыркнул Тео, бросая горсть порошка поверх одеяла и закрывая крышку.       — Подожди, что? — переспросил Лиам.       Тео установил одеяло на режим быстрой стирки, подождал, пока машина зашумит, запускаясь, и только потом соизволил снова посмотреть на Лиама.       — Ты слышал. Раздевайся.       — Но…       — Твоя одежда грязная, — раздраженно пояснил Тео, стягивая собственную футболку через голову и опуская ее в стиральную машину, как будто это было совершенно нормально — раздеваться в прачечной.       Лиам моргнул, уставившись на внезапно обнажившуюся грудь Тео, и во рту у него мигом пересохло. Его глаза скользнули по загорелой коже и рельефным мышцам, в то время как Тео скинул ботинки. Он наклонился, сдергивая носки, и бросил их туда же, куда и футболку. Взгляд Лиама остановился на пальцах его ног, выглядывающих из-под края джинсов, и ему показалось очень странным то, что он раньше никогда не видел Тео босиком.       — Серьезно? Ты в самом деле раздеваешься в… — начал Лиам.       — Да, мы в самом деле раздеваемся. Я не хочу, чтобы мой пикап и моя одежда провоняли из-за тебя еще сильнее, чем сейчас, — сказал Тео.       Услышав звук расстегивающейся молнии, Лиам отвел взгляд от его ног. Тео бесцеремонно дернул вниз свои джинсы и, заставив Лиама разинуть рот, остался в одних обтягивающих боксерах, спокойный как никогда. Раздался восхищенный свист, и Лиам оторвал взгляд от практически голого Тео, оборачиваясь к группе подростков, которые сидели в дальнем углу и с одобрением наблюдали за Тео.       — Давай, поторопись, — велел Тео.       Лиам заставил себя посмотреть на лицо Тео, а не на его грудь, бедра или босые ноги, из-за которых тот выглядел странно уязвимым. Босиком обычно ходят дома, где чувствуют себя в безопасности, а не стоят в случайной прачечной посреди Аризоны. Или, может быть, у Лиама просто было больше предубеждений о том, что значит носить обувь и носки, чем у Тео.       — Я не буду раздеваться, — твердо объявил Лиам, и Тео, бросив свои джинсы в стиральную машину, посмотрел на него с неприятным блеском в глазах.       — Или ты сделаешь это, или я свяжу тебя и сделаю это сам, — сказал он. Лиам засмеялся, и Тео приподнял бровь.       — Ты, должно быть, шутишь, — прошипел Лиам. Тео шагнул вперед, хватаясь пальцами за его футболку. — Ладно, ладно! — вскричал Лиам, отталкивая ощупывающие его руки прочь. — Ладно! Я сделаю это, остановись! — проворчал он, и Тео отступил, скрестив руки на груди и уставившись на него. — Ты собираешься стоять и смотреть на меня?       — Да, — резко ответил Тео.       Лиам переступил с ноги на ногу, прошмыгнув глазами по прачечной. Все здесь смотрели прямо на него, и Лиам почувствовал, как к его щекам приливает краска.       — Черт с ним, — буркнул он, стянул свою футболку через голову и бросил ее в открытую стиральную машину, игнорируя неприятное ощущение, появившееся у него, когда румянец начал переползать на его грудь. Он подцепил большими пальцами пояс своих тренировочных штанов, потянув их вниз, и Тео громко присвистнул. — Ненавижу тебя.       Когда Лиам подпрыгнул, пытаясь стянуть штаны, не снимая ботинок, люди в углу захихикали, и его затопил такой жар, что он почувствовал, будто вот-вот сгорит. У него не очень хорошо получалось, и Тео неожиданно толкнул его ладонью в грудь, заставив шлепнуться на одно из немногих сидений, имевшихся в прачечной. Лиам моргнул, когда Тео опустился перед ним и потянул пальцами за шнурки.       — Я сам могу это сделать! — возмущенно воскликнул Лиам, пытаясь отпихнуть его, но Тео просто схватил его за ногу, удерживая ее, и стащил с него ботинки, позволив им с грохотом свалиться на пол.       — Видимо, ты не мог. Обувь снимают раньше штанов, идиот, — проворчал Тео. — Ты нас смущал.       — А то, что ты снимаешь с меня штаны, нас не смущает? — зашипел Лиам.       Тео ничего не ответил, только сдернул тренировочные штаны через его лодыжки и бросил их в стиральную машину. Лиам опустился на свое место и закрыл руками красное, как свекла, лицо, когда Тео взялся за его носки.       — Я так тебя ненавижу, — застонал он.       — Хорошо, теперь боксеры.       Лиам вскрикнул, почувствовав пальцы Тео на своей талии.       — ЧТО! — завопил он, наконец сумев оттолкнуть Тео прочь. Тот споткнулся, отступив, и на его груди от тяжелого удара расплылось красное пятно, но он все равно расхохотался, откидывая голову назад, а его плечи затряслись.       — Твое сердцебиение… — хихикая, выдавил Тео, и Лиам прижал руку к своей груди, чувствуя, как смущающе быстро колотится сердце под ладонью.       — Ты такой мудак, — жестко сообщил Лиам, но Тео продолжал смеяться.       — Боже, у тебя чуть сердечный приступ не случился…       — Я сейчас ударю тебя, — зашипел Лиам.       Тео успокоился настолько, насколько мог, но, похоже, не слишком сильно — его плечи все еще дрожали от смеха, даже когда он отошел, чтобы запустить стирку. Потом Тео вернулся к нему, плюхаясь на соседнее сиденье, и на его лице все еще красовалась самодовольная ухмылка.       — Улыбнись, Лиам.       — Что…       Лиам услышал щелчок камеры на телефоне Тео и свирепо уставился на него. Тео фыркнул от смеха.       — Разве ты не знаешь, что на фотографиях нужно улыбаться? — издевательски спросил он, наклоняя телефон так, чтобы Лиам смог увидеть экран. Из всех фотографий на этой Тео выглядел, наверное, самым счастливым — его улыбка ослепляла, в то время как у Лиама, сидящего рядом, были красные щеки и разинутый рот. Виднелись их обнаженные плечи. — Я считаю, надо отправить ее твоей маме, — сказал Тео.       — Ты не смешной, — огрызнулся Лиам.       — Юмор избирательный, Лиам. Они думают, что я смешной, — заметил Тео, махнув в сторону тех самых подростков. Лиам быстро отвернулся, когда они посмотрели на него и улыбнулись.       — А как бы ты отреагировал, если бы я попытался стянуть с тебя боксеры? — буркнул Лиам.       — Если бы мы были в прачечной? Я бы, наверное, ударил тебя в лицо. Не хочу, чтобы меня арестовали за непристойное обнажение, — сказал Тео. — Пойдем заведем немного друзей.       — Что?       Тео не ответил, просто встал, подходя к группе подростков и уже открывая рот для приветствия. Лиам скрестил руки на груди, глядя на его удаляющуюся спину, и поудобнее устроился на сиденье. Он достал свой телефон из оставленной Тео сумки и открыл игру.       Прошел час, и Тео вернулся, чтобы бросить одеяло в сушилку. Одежда все еще стиралась, кружась внутри машины. Лиам поерзал и выдавил улыбку для стоящей напротив взрослой женщины, пялящейся на него, как на кусок мяса. Он вздрогнул, когда она подмигнула ему, и поспешил найти глазами Тео, который наклонился над сушилкой, засовывая внутрь их одеяло. По-видимому, он был совершенно счастлив стоять в одних боксерах посреди прачечной, общаясь с одним из подростков, парнем, который выглядел так, будто только что вышел из бой-бэнда, с прилизанными волосами, узкими джинсами и всем остальным.       — При… — послышался голос женщины, но Лиам вскочил и бросился к Тео прежде, чем она смогла закончить приветствие.       Тео проигнорировал то, что он подошел, в неопределенности остановившись рядом. Его внимание все еще было сконцентрировано на парне, похожем на Джо Джонаса, который говорил что-то о хостеле и пешем туризме.       — Тео, — выдохнул Лиам.       — Так что потом эта женщина, похоже, лет пятидесяти, пьяная в хлам, повисла на Джоше… — Он показал на одного из своих друзей в задней части магазина. — …А всего в пяти футах ее муж наблюдал и не делал…       — Тео, — прошипел Лиам, пихая Тео в открытый бок, но тот сразу оттолкнул его. Лиам пихнул его еще раз.       — Ну что? — вздохнул Тео, даже не посмотрев на него. Он приподнял брови, глядя на Джо Джонаса, и преувеличенно закатил глаза, как будто Лиам как всегда обломал ему весь кайф.       — Мы можем уйти? — спросил Лиам.       — Наши вещи постирались?       — Нет.       — Тогда нет.       — Но…       — Лиам.       — Она не перестает смотреть на меня! — зашипел Лиам.       Тео наконец обернулся, переведя взгляд на Лиама. Тот слегка кивнул себе за спину. Тео испустил раздраженный вздох, а потом, сузив глаза, посмотрел туда, где стояла женщина.       — Она выглядит так, будто хочет съесть тебя, — сказал он, поворачиваясь обратно с небольшой ухмылкой, словно ситуация была забавной.       — Я заметил, так что можем мы…       — Нет. Просто игнорируй ее, — велел Тео.       — Тео…       — Ты почти продал меня как шлюху, и я смирился с этим. Ты можешь еще двадцать минут потерпеть то, что тебя трахают глазами.       — Но…       — Лиам, — зарычал Тео. — Просто скажи ей отвалить от тебя, если тебе это не нравится.       — Я не могу просто взять и…       — Тогда сядь и заткнись.       Лиам сердито посмотрел на него, но встретил только еще более сердитый взгляд. Наконец он повернулся на пятках, побрел обратно к своему стулу и плюхнулся на него. Скрестил руки на груди, пытаясь спрятать от чужих глаз хоть часть своего тела, и уставился на свои ноги.       — Продолжай, — услышал он голос Тео.       — Ты сказал, что он почти продал тебя как…       — Это долгая история, — фыркнул Тео, и Лиам ухмыльнулся. — Так что случилось с пьяной чувихой?       — Да, точно. Итак, она висела на Джоше, и он пытался… Эй, ты знаешь, что нужно подождать, пока сушка закончится, прежде чем открывать…       — Подожди минуту, — буркнул Тео.       Лиам поднял голову, когда услышал его приближающиеся шаги. Тео, не отрываясь, смотрел на женщину таким взглядом, который напомнил ему о Тео времен Ужасных Докторов. О том парне, который был готов разорвать их всех на части, даже не вспотев. Каким-то образом этот взгляд не потерял ни капли своей силы, несмотря на то, что Тео держал в одной руке одеяло и был одет только в пару боксеров.       — Эй! — рыкнул Тео. — Подбери свою чертову челюсть и иди прими холодный душ.       Глаза Лиама расширились, заметавшись между шокированной леди, которая, наконец, отвела от него взгляд, и Тео.       — Извините? — выдохнула она.       — Ты слышала меня. У нас тут не «Город хищниц», а даже если бы это был он, ему шестнадцать, так что ты не хищница, а просто педофи…       — Как ты смеешь!       — Сказала шестидесятилетняя старуха, которая пялилась на шестнадцатилетнего, — усмехнулся Тео.       — Мне сорок ше…       — Мне плевать, — отрезал Тео. — Если ты снова посмотришь на него, я вырву тебе глаза.       Закончив свое заявление, Тео накинул одеяло на Лиама и поправлял его, пока оно не закрыло его от плеч до коленей. Потом плюхнулся на сиденье рядом с ним и скрестил руки, продолжая глазами прожигать в голове женщины дыры. Лиам приподнял бровь.       — Эм… Спасибо? — неуверенно сказал он, и Тео усмехнулся.       — Я чувствовал запах ее похоти оттуда, — проворчал он, кивая в сторону брата Джонаса и его друзей, которые с любопытством наблюдали за ними двумя. — Меня тошнило.       После этого Тео сидел тихо, стреляя взглядами в женщину и выстукивая ритм на своем бедре, в то время как Лиам покрепче завернулся в одеяло. Оно пахло неправильно — с него смылся запах Тео, и под сильным ароматом моющего средства остались только едва уловимые следы. Это было приятное моющее средство, но одеяло все-таки пахло не до конца правильно. Лиам был уверен, что даже не должен был заметить это, поскольку Тео сидел на расстоянии одного дюйма от него, но он заметил, и это заставило его захотеть придвинуться ближе, чтобы он смог заполнить свои легкие знакомым ароматом Тео, а не моющим средством и удушающей похотью женщины.       Живот Лиама издал громкое бурчание, и к его бедам добавился еще и голод. Тео вздохнул, хватая практически пустую сумку и начиная копаться в ней, а потом перед лицом Лиама повисли ключи от машины.       — Ты можешь подождать в пикапе, если хочешь, там в бардачке есть половина МакМаффина. — Губы Лиама скривились при мысли о том, чтобы съесть МакМаффин, провалявшийся в бардачке почти тринадцать часов. — Мы не можем пойти есть, пока не получим одежду, — раздраженно заметил Тео. — Но это может заткнуть твой желудок, пока мы не найдем где-нибудь дешевое место. — Лиам вздрогнул, когда ключи снова зазвенели перед его лицом. — Ты будешь подальше от нее.       — Отлично, — сказал Лиам, хватая ключи и оборачивая одеяло вокруг плеч как плащ, после чего сунул ноги обратно в ботинки и побрел прочь из прачечной.       Несмотря на свои мысли по поводу еды, Лиам довольно скоро схватил коричневый бумажный пакет, захлопнул бардачок и перебрался на заднее сиденье. Все еще заворачиваясь в одеяло, он плюхнулся спиной на подушку и разорвал пакет.       На половину порции ему потребовалось всего два укуса. Он подождал еще двадцать секунд, прежде чем схватил свой телефон с переднего сиденья, куда бросил его, и набрал номер Тео.       — Ты ушел меньше двух минут назад, Лиам, чего ты хочешь?       — Наши вещи почти готовы?       — Они только что закончили стираться, я засунул их в сушилку как раз перед тем, как ты решил стать нетерпеливым.       — Как долго они будут сохнуть?       — Полчаса, максимум час, — ответил Тео.       Лиам нахмурился, через окно всматриваясь в прачечную, находящуюся ниже по улице. Из нее вышла группа подростков, забросивших мешки с бельем себе на плечи, и вместе завалилась в побитый на вид фургон.       — Это долго, — вздохнул Лиам. — Что я должен делать все это время?       — Ты действительно позвонил мне, чтобы пожаловаться, что тебе стало скучно после двух минут пребывания в одиночестве? — спросил Тео, и Лиам практически услышал, как он ухмыльнулся.       — Я не жалуюсь, — возмутился Лиам. — Я просто… прошу твоего…       — Ты жалуешься. Просто… послушай радио, поиграй на своем телефоне, не знаю, — фыркнул Тео. — Не так уж это и долго, я уверен, ты справишься.       — Но… — Лиам обиделся, услышав длинный гудок. Он со вздохом плюхнулся обратно на заднее сиденье, устраиваясь поудобнее и закутываясь в одеяло. — Тео, ты меня слышишь? — уточнил он.       — Ты знаешь, что я повесил трубку по какой-то причине, да? — послышался через мгновение голос Тео, тихий и сочащийся раздражением.       — Я просто хотел сказать, что ты мудак, — заявил Лиам.       — О, а я просто случайно поставил одежду на медленный режим сушки. Похоже, мы пробудем здесь еще несколько часов.       Лиам зарычал, и Тео засмеялся.       — Козел, — тихо добавил Лиам.       — Вздремни, ворчун, — пробормотал Тео.       Лиам уткнулся лицом в подушку, ненавидя тот факт, что на самом деле это казалось хорошей идеей. Но что он ненавидел еще больше — так это то, как расслабились его мышцы, когда исходящий от подушки аромат Тео просочился в его легкие, маскируя прицепившийся к одеялу запах моющего средства.