Milk Angel

- Эй, кореец, как тебя там! Ох уж эти ваши имена заковыристые, весь язык сломаешь! Буду звать тебя на нашенский, русский лад, Юшкой будешь! Юри так задумался за своим делом, что не сразу сообразил, что это его зовут. Более того, он едва не поправил мужчину, хотел крикнуть, что он японец, но вспомнил, что вообще-то соврал, поэтому и прикусил язык вовремя. Второе, что ввело его в ступор – было исковерканное имя. Юри даже про себя его повторить не смог. - Простите? – обернувшись с метлой в руках, он взглянул на подошедшего к нему дядю Васю, который был занят тем, что оглядывал проделанную работу. - Молодец, старательный, а то этих листьев столько налетело, что не успеваешь разгребать, - довольный результатом, мужчина забрал у парня метлу, - можешь шуровать домой на обед, потом приходи, все эти кучи фасовать по пакетам будем. Юри смущённо улыбнулся похвале и кивнул, поправив шарф. Мёл так усердно, что аж жарко стало, но капюшон снять не решился. Тоже оглядевшись, Юри решил, что он справился – сделал всё, как ему велели – за два часа почти весь двор вымел. Это было не сложнее, чем у шеста на каблуках крутиться. Тут никто на тебя не пялится, воздух свежий, никуда не надо торопиться, а то, что на ногах, так даже лучше, а то две с лишним недели только и делаешь, что сидишь – жирок на боках наращиваешь. Конечно, руки болели с непривычки, да нежная кожа на ладонях потёрлась, но это ничего – в следующий раз надо хорошо смазать кремом и надеть перчатки. Омега надеялся во второй раз услышать, как мужчина его обозвал, но так и не услышал, дядя Вася ушёл. Не страшно, подумал он, всё лучше, чем будет звучать его настоящее имя. Только бы привыкнуть к «новому» и откликаться на него. Поскольку работать пришлось в районе рядом с Юриным домом, Юри без труда нашёл его, только вот забыл, какой подъезд по счёту. Какое счастье, что с самого начала додумался сфотографировать дверь, не то пришлось бы под окнами Отабека кричать или звонить ему. Ключи для Юри сделать как-то забыли, поэтому сначала омега звонил в домофон, затем в дверь квартиры. - Я уже хотел идти за тобой, - Отабек пропустил парня в квартиру, - всё нормально? - Да, - улыбнувшись, Юри сначала разулся, потом размотал шарф и расстегнулся, - меня отпустили на обед, а потом пойду собирать листья в мешки. Надо бы Юре написать и поблагодарить его, он столько делает ради меня. Отабек молча несколько секунд смотрел на Юри, потом улыбнулся, меняясь в проёме коридора с ним местами: - Да, поблагодари его. За те два месяца, что я жил рядом с ним до тебя, ни разу не видел его более живым, чем сейчас. Тогда, когда я только встретил Юру, он был очень подавлен и морально исчерпан, - Отабек перестал улыбаться, вздохнув, - его дедушка умер всего пять месяцев назад. Я даже представить себе не могу, насколько ему было плохо, может, из-за этого он разрешил остаться у него, чтобы просто не быть одному, не сойти с ума в пустой квартире. Потом стало лучше, но как только появился ты со своей историей, я увидел Юру таким, каким он был до смерти дедушки. Он больше не вспоминает о прошлом, - тут Отабек замолчал, опустил взгляд, будто бы снова пропускал это всё через себя. Внезапно Юри осознал, понял, прочувствовал и также пропустил через себя слова Отабека. Он увидел этого отстранённого молчаливого альфу с другой стороны, с той, с какой, возможно, его не замечал Юра. Отабек искренне беспокоился за Юру, но держался на расстоянии, потому что боялся испортить их доверительные отношения. У альф тоже есть слабости, они тоже чего-то боятся. Отабеку нравится Юра. Нравится и как друг, и как возможный… От мысли об этом Юри почувствовал, как у него сжимается сердце. Потому что это больно. Приятно, страшно и невыносимо больно. Отабек замечательный альфа, только бы Юре это понять… Минута тянулась долго, но внезапно Отабек отмер, посмотрел на Юри и будто бы снова стал собой. - Я оставил тебе обед на столе, так что садись, а я пока схожу, надо сделать и тебе ключи. Если задержусь, просто захлопни. После этого парень быстро обулся, накинул куртку и вышел, а Юри чуть ориентацию не потерял, так как дверь хлопнула громко. Что-то он совсем рассеянный стал, надо бы перестать столько летать в облаках и чаще спускаться на землю. Подумав о том, какие в этой квартире творятся дела, Юри поправил очки и ушёл на кухню, а ещё он дал себе слово, что не будет Юре ни о чём рассказывать, потому что это не его тайна, и он не имеет права её выдавать. Однако, Юри очень болеет за Отабека, он верит, что всё у него получится и обязательно будет хорошо. *** В десять часов вечера домой вернулся Юра. Отабек в то время сидел в своей комнате, а Юри расположился на диване с ноутбуком, пересиливая себя и ища информацию о том, что ему делать со своей беременностью. После того, как он сегодня после обеда ушёл с дядей Васей собирать по мешкам листья, он много думал: сначала об Отабеке с Юрой, потом о себе. Он решил, что перестанет себя жалеть, именно поэтому в его блокноте появилась новая запись о дне зачатия, о прошедших симптомах, и теперь одна за другой появлялись рекомендации из интернета. Надеяться придётся только на себя, и чтобы ничего не случилось с ребёнком внутри, Юри должен заботиться в первую очередь о себе: перестать нервничать, нормально есть, нормально спать, делать упражнения, не перетруждаться. Проблемы омега видел лишь в том, что сбился цикл, а это значит, что из-за смещения во времени, течка у него начнётся на днях, но когда – неизвестно, он это лишь почувствует уже по факту. Стыдно было, что Отабека опять придётся просить пожить на работе, но с этим уже ничего не сделаешь. Впрочем, есть кое-что ещё более ужасное… ввиду беременности, во время течки, как написано в статьях, организм может сойти с ума, а это: незапланированная болезненная лактация, обмороки, сильная раздражительность, просто боль от ломки. Юри прочитал и с ужасом себе представил, что нечто подобное может случиться с ним. А ещё… фантомное ощущение запаха альфы. То есть, все эти дни, что Юри будет откровенно мучиться, он будет ощущать присутствие Виктора, его запах будет для него везде, потому что что-то там на уровне генетики и про тактильную память, и это учитывая, что Виктор его не метил. Юри подумал о том, что омегам в этом мире живётся гораздо тяжелее, чем альфам, хотя у тех порой случаются по весне и осени приступы гона. Нет, беременность и течки всё равно хуже. Застав Юри с удручённым выражением на лице, подсвеченного в полной темноте комнаты экраном ноутбука, Юра проворчал что-то о том, что и так зрение плохое, нечего ещё больше портить, и включил свет. - А? – закрыв последнюю вкладку, Юри снял очки и протёр глаза, взглянув на время, - Да я спать собирался, только засиделся что-то, - убрав ноутбук с колен, парень поднялся, чтобы вернуть свой блокнот на тумбочку. Юра тем временем переодевался в домашнее, выглядел он при этом задумчиво, но не похоже, что у него было плохое настроение. А ещё Юри заметил, что он через каждую снятую и надетую вещь проверяет телефон. Юри прямо одолело любопытство, но внаглую подходить и заглядывать через плечо он не стал. - Голодный? – положив очки на блокнот, омега зевнул и вернулся к дивану, чтобы его застелить, но перед этим выключить ноутбук и переставить его на стол. - Не, не хочу, я в Макдак по пути заглядывал. Что-то захотелось мне сожрать какой-нибудь вредной гадости, - усмехнувшись, Юра убрал волосы в хвост и засунул телефон в задний карман шорт, - ща я освежусь и приду, устал, замотался пиздец как! У меня руки, блин, отваливаются, и голова трещит! Задолбали эти придурки сегодня! Бек, привет! Отабек помахал рукой из своей комнаты, на миг оторвав взгляд от книги, которую читал. Юри разложил одеяла, выключил свет, выглянул, чтобы пожелать Отабеку спокойной ночи и завалился на свою сторону дивана, дожидаясь Юру. Тот явился немного позже, чем ожидалось, и снова уткнувшись в телефон. Юри к тому моменту готов был уже уснуть, но громкое пожелание Юры о сладких снах и хлопок двери заставили его дёрнуться и открыть глаза. Только после того, как Юра что-то напечатал и отправил в телефоне, он его выключил, бросил на кресло и плюхнулся носом в свою подушку, обнимая её, подтягивая ниже к себе под грудь, приподнимаясь и поворачивая голову к Юри, который смотрел на него с ожиданием. - Мне надо с тобой кое-что обсудить, - прошептав, Юра покусал внутреннюю сторону щеки, крепче тиснув подушку. Хотя Юри ощущал, как он на самом деле устал и хочет спать, тем не менее, он так же подобрался, перевернулся на живот, подмял подушку под грудь и внимательно посмотрел на Юру. Почему-то предчувствие подсказывало, что так просто этот день не закончится, сначала Отабек разоткровенничался, теперь Юра… - Ну, короче… Ещё Юри настораживало, что Юра ведёт себя непривычно: сначала пришёл весь такой странный, кому-то что-то писал, теперь мнётся и не знает, как начать. Всё это было очень подозрительно, что заставило Юри отмахнуться от сонливости и прислушаться. - Вчера ночью мне Вконтакте написал какой-то парень. Ну, я глянул на его страницу, он мне ещё в Инсте фотки полайкал. Я думал, очередной придурок, сейчас начнёт доёбываться и отмачивать тупые шутки из разряда «ябывдул», - наклонившись ещё ниже к лицу Юри, Юра хоть и шептал, но делал это достаточно громко, - но он сначала написал, что у меня аватарка клёвая, а потом начал про кошек заливать. Короче, я сам не въехал, но вроде норм парень оказался. И вот сегодня с самого утра мне писал, мы говорили о всякой ерунде, про детство там, про работу, про интересы. Бля, я, короче, не знаю, чо мне делать! – Юра неожиданно даже для себя повысил голос, но тут же хлопнул себя по губам, боязливо обернувшись на дверь, выждав несколько секунд и потом снова повернувшись к Юри. Юри сам вздрогнул от такой резкости и на мгновенье выпал из реальности, не понимая, что происходит и почему Юра озирается. В голове плюс ко всему всё ещё варилась каша из мыслей о предстоящей мучительной течке, поэтому пришлось напрячься и вспомнить, что Юра сказал вот буквально только что. Дошло не сразу, но когда дошло, Юри широко раскрыл глаза, в упор посмотрев на омегу, который сначала удручённо кусал губы, затем дёрнулся назад, приподнялся, дополз до края дивана, дотянулся до кресла, взял телефон и вернулся обратно. Включив телефон, Юра засветил им в темноте, включил Вконтакте и натыкал на страницу альфы, увеличил его фотку и приблизил к Юри. - Зовут Гера, ему двадцать пять, и он позвал меня сходить на кошачью выставку, хочет кота себе купить, а мне ну как бы за компанию сгонять, заодно лично пообщаться. - Эм… - вовсе сев, Юри потёр заболевшие от резкого света глаза, прищурился и взял телефон в руку, чтобы посмотреть поближе. Полистав фотографии и рассмотрев парня со всех ракурсов, он вернул телефон Юре, озадаченно посмотрев на него. – Он написал тебе с целью познакомиться? - Кацуки, не тупи, - цокнув, Юра тоже сел, закрывая браузер, выключая телефон и закидывая его под подушку. Юри нахмурился, потер лоб ладонью, пытаясь заставить свой мозг работать и соображать. Выходило так себе. Когда вновь стало темно, глазам стало легче. Более-менее расслабившись и проморгавшись, Юри вернул взгляд Юре, который смотрел на него с долей укоризны и явного нетерпения. - Но если он написал тебе вчера ночью, вы общались только лишь сутки, о какой встрече может идти речь? Он тебе, что, понравился?.. – последнюю мысль Юри выдал дрогнувшим голосом, но поскольку он тоже шептал, это вышло не так заметно. Сразу в мыслях всплыло сегодняшнее утро, когда Отабек, пусть не прямо, но признался в симпатии к Юре, а теперь тут выясняется такое… с Юрой пытается познакомиться кто-то, а ему самому даже в голову не приходит, что уже есть человек рядом с ним, на которого стоило бы обратить внимание. Юри не на шутку запаниковал. - Ну бля, я не знаю! Ты чо мне такие вопросы задаёшь?! Я даже не думал об этом! Мы тупо переписываемся обо всякой херне, он скидывает прикольные картинки, мы ржём! Это вообще первый парень, который нормально общается, а не скидывает мне фотки своего члена и не намекает на отсосать! – всплеснув руками, Юра фыркнул, тяжело вздыхая и заваливаясь обратно на подушку. Время ночь, он устал с работы, а всё равно энергия пёрла из него. Юра схватил, смял одеяло, сбил простынь ногами, надул губы и уставился на Юри. – Ну что ты смотришь на меня?! Я хотел его послать, потом думаю, ладно… ну потрещали мы! Конечно, бля, стрёмно, что он вот так сразу предложил, типа, почему бы нет, тем более, что не на свиданку зовёт, а просто. Выставка в людном месте, я могу и не соглашаться! Юри тяжело вздохнул, зарылся пальцами в волосы, взъерошил их. Он не знал, что ему делать, стоит ли что-то сказать, да и как на подобное реагировать? Учитывая, что Юра шепчет, пусть и так громко, он не хочет, чтобы Отабек услышал. Это плохо. Они друзья, но он, судя по всему, собирается подобное скрыть. Вопрос: зачем? Ответ напрашивается сам собой. Хотя, если так, можно ли тогда говорить, что раз Юра скрывает это, он может испытывать что-то к Отабеку, что-то большее, чем дружба, но пока не признаётся себе в этом, потому что не определился, а тут ещё какой-то другой альфа на горизонте показался? Юри потряс головой, про себя простонав. У него голова от себя-то болит, а тут ещё любовные треугольники, как раз то, чего не хватало, чтобы жизнь запуталась совсем. Юри хотелось удариться головой об стену, но он это сделал об свои ладони. Постаравшись взять себя в руки и натурально не застонать, омега поднял взгляд, окинув им Юру. - Может, не стоит торопиться? Пообщайся с ним пока через интернет… - он даже не знал, какой аргумент придумать так, чтобы не подставить Отабека и не подтолкнуть Юру к этому альфе, как там его звать. Юра обнял ногами одеяло, руками подушку, перекатился на спину и обратно, вытаскивая телефон, дотягиваясь и откладывая его на верхушку спинки дивана. - Если бы я вёлся на крутые тачки на аватарках и разговоры о котах, я бы не то, что согласился прогуляться, я бы ему уже дал, - буркнув, он перевернулся лицом к стенке и сжался, с шумом выдыхая, закрывая глаза, - пока он меня ничем не взбесил, мы просто общаемся. Посмотрим, как там будет дальше, может, уже завтра мы разругаемся, - сказал это и затих, упираясь лбом в шершавую спинку, - давай спать, я не могу больше думать об этом – голова пухнет. Юри был растерян, но не мог не согласиться. У него самого голова так распухла, что просто… а ещё сон, которого теперь ни в одном глазу не было. Юри так перенервничал, так запутался, что вряд ли бы ближайшие часы заснул, к тому же, ему захотелось есть. Рухнув в подушку, он накрыл голову руками. Вот только снова ему не хватало симптомов на нервной почве. Сначала хотелось есть, теперь вот тошнит… *** Спустя двое суток у Юри случилась течка. - Так, ну-ка встал и быстро в ванную! Я сейчас форточки везде открою! Закроешься внутри и не вздумай вылезать, пока Бек не уйдёт из квартиры! – весь взъерошенный и ещё немного сонный в пять-то часов утра, Юра, в обнимку с промокшим одеялом и простынёй пытался поднять и отвести ничего не соображающего Юри в ванную. Случилось всё внезапно и буквально полчаса назад, когда Юри проснулся в холодном поту от того, что сначала его сковало от ноющей боли, а потом от нестерпимого желания. У тела мигом поднялась температура, перед глазами поплыло, внизу запульсировало, между ног стало мокро. Своими стонами Юри разбудил сначала Юру, а потом уже Отабека, которому стоило лишь высунуться из комнаты, как пришлось затыкать нос. Хотя беременный омега в течку для «чужого» альфы не так привлекателен, феромоны всё равно стучат по вискам, пробуждая рецепторы. Благо, у Отабека была хорошая сила воли и прищепка. Он даже выходить не стал, плотно закрыл дверь, открыл форточку и спросонья принялся одеваться. Сейчас главное – покинуть квартиру – доспит на работе. Снаружи слышались шаги и крики Юры. Ему самому сегодня на работу, придётся запереть Юри снаружи, чтобы не вышел. Сам Юри ещё пытался сохранить здравый рассудок, но тот то и дело уплывал от него, заставляя омегу спотыкаться на ровном месте. Юри даже не понимал, что происходит, потому что тащить его в основном пришлось Юре, который матерился через каждое слово, бросив кулёк из смятого белья где-то на середине пути, иначе бы они вместе с ним там и пропахали полы. Не утро, а приключение сплошное. Путь до ванной показался бесконечным, пока из своей комнаты не вышел наспех одевающий свитер Отабек. Увидев, как Юра копается и пыхтит, он, вместо того, чтобы быстрее уйти, постарался абстрагироваться, поправил рукава и подошёл к омегам, забирая самого страдающего из них на руки, дотаскивая до ванной, оставляя там устойчиво сидеть на краю, после чего просто задерживал дыхание и поскорее удалился. - Не забудь дверь запереть, когда уйдёшь, - коротко бросив взгляд на Юру, Отабек обошёл его, ободряюще тронув за плечо. Юра, весь запыхавшийся и красный, как рак, будто это у него течка, немного резко и рассеянно кивнул, махнув рукой и обернувшись, бросил напоследок: - Я позвоню, как он очухается! Отабек кивнул, быстро при этом обуваясь и накидывая куртку. Чудом не забыв свои ключи, он покинул квартиру. Выдержка выдержкой, но даже мимолётный запах течного омеги так будоражит мозг, что телу потом сложно что-то доказать. Повезло, что возбуждение не успело разыграться – сходить будет не так болезненно. Тем временем в квартире Юра пытался сложить чёртов ком постельного белья, чтобы он не валялся в коридоре и не разносил запах. Забежав в ванную, Юра быстро затолкал всё в машинку, после чего обратил внимание на согнувшегося в три погибели Юри, который уже весь был мокрый и горячий. - Залезай нормально в ванну, я включу тебе прохладную воду! Юри соображал плохо, но, тем не менее, послушно развернулся, по одной перекинул ноги и буквально сполз вниз. Футболку с шортами снимать не стал, всё равно толку уже не было. Юра взял лейку душа и выкрутил краны, чтобы вода была не слишком ледяная, но помогла бы освежиться. Когда вода полилась, Юра торжественно вручил душ Юри. - Сиди тут и не вставай, просто поливай себя водой, окей? – более-менее уже успокоившись, Юра старался говорить медленно и чётко, чтобы Юри его понял и услышал, - Просто поливай, холоднее не делай, а то застудишься. Я пока схожу, открою форточки, проветрю. Мне надо будет уйти на работу сегодня, но я постараюсь быстро. Давай, ты взрослый сильный мальчик, я уверен, что ты справишься, - после этого Юра ушёл, оставив дверь в ванную приоткрытой. Юри, конечно, понятливо кивал, но лучше ему не становилось, а уговаривать своё тело он уже не мог. Вода действительно немного освежала, но не более. Единственное, что Юри волновало сильнее всего – когда ему станет совсем плохо, потому что течка только-только началась, а значит… после того, как он отложил лейку душа и снял ладонями с лица стекающие капли, мозг пробудил в теле рецепторы, отвечающие за ту самую тактильную память… Юри ощутил запах Виктора настолько сильно, будто альфа находился рядом с ним. Хуже и быть не могло. Обняв колени, Юри сжался в ком, пряча лицо и выдыхая через раз, судорожно втягивая носом воздух. По телу прошли мурашки, не отвлекал даже шум воды. Фантомный запах будоражил не хуже настоящего. Как, на зло, ещё мелькали красочные воспоминания о той ночи. Теперь шум воды стал раздражать. Юри кое-как привстал, потянулся вперёд, перенёс вес на колени, дополз, нащупал рукой кран сначала один, потом другой, выключил, развернулся и облокотился на бортик, растратив только на это всю свою энергию. Сейчас стыда не было, он будет потом. Стоны сдерживать ужасно тяжело, но Юри искусал губы и щёки практически в кровь, сполз ниже, до боли сжал колени, потом раздвинул, всхлипнул. Надо просто удовлетворить себя. Он уже делал это не раз. Всё просто, всё хорошо. Руками. Несмотря на то, что из головы не выходит воспоминания о члене Виктора. Он у него прямо как у порно-звезды, наверное… нет, точно, большой, тяжёлый… когда изнываешь от такого возбуждения, согласишься на любой размер… нет, даже мысленно нельзя так оскорблять Виктора… у него точно был большой член… Юри стало стыдно за такие мысли, но он не мог с собой ничего сделать. Юра уже не зайдёт, он прошёл мимо и тактично прикрыл дверь. Он и сам знает, как это хреново, и совершенно не представляет, насколько это хреново при беременности. Юра оставил на всякий случай на кухне снотворное. Так тоже будет правильно, если Юри захочет. Это надо просто пережить. Юри снова вспотел, хотя он даже не шевелился, если не считать жалких потугов сесть ровнее, лечь, сдвинуть-раздвинуть ноги. Облизав саднящие, потрескавшиеся от укусов губы, он всё же собрал остатки сил, зацепился пальцами за края ванной, напрягся, со стоном приподнялся, встал на колени, остановился, выдохнул. Обычно он делал это на полу, потому что больше места и удобнее, но вряд ли сейчас он сможет полноценно встать и перешагнуть через бортик. Поддавшись ниже, одной рукой упёрся в дно, прижался лбом, раздвинул ноги насколько это было возможно, вторую руку завёл назад, дрожащими пальцами стянул шорты с бельём. Мокрая ткань поддавалась тяжёло, пальцы не слушались. Коснувшись набухшего и покрасневшего кольца мышц, Юри вздрогнул, застонал, выгнулся. Член Виктора лучше даже не представлять, хотя и пальцы у него потрясающие. Юри помнил. Он надавил, легко вошёл, засунул сразу три до самого основания, принялся ими двигать. Честное словно, лучше бы его нашли и убили – сейчас бы не пришлось так мучиться. Юри мысленно дал себе пощёчину за это желание. Совсем ум за разум зашёл. Пальцы приносили хоть какое-то облегчение. Только бы кисть не вывихнуть. Юри стонал уже в руку, прикусив до боли кожу, зажмурив глаза, растрахивая себя. Когда у альфы гон – ему легче, он не сходит с ума, он просто сексуально активен, по его ауре это чувствуется. Ему передёргивать в этот период немногим чаще, да и пройдёт, а омеге ползай на карачках и мучайся. Соски набухли, но не болели, может, ещё повезёт и пронесёт – с лактацией будет ещё хуже. Всё дно ванны было в остатках воды вперемешку со смазкой. Задев внутри себя простату, Юри кончил, отчего голова стала немного яснее, но как же ему было мало… Колени дрожали и едва держали, так и хотелось сжать ягодицы… желательно на чём-нибудь твёрдом и горячем. Юри вытащил пальцы, поменял руки и снова проник внутрь, двинул вперёд-назад, поддался к ладони, сжался. Член отдавался ноющей болью, после оргазма он обмяк, но потом снова налился кровью, качнулся, шлёпнул по бедру. Юри уже дышать было больно, потому что лёгкие горели. Сейчас он трахнет себя, сменит позу, сядет и продолжит… и так, пока пальцы не потеряют гибкость. Второй раз он кончил не так быстро, выскользнул, провёл пальцами по члену, сжал яички. Несколько минут и снова это начнётся. Юри лишь надеялся, что его как можно раньше вырубит, только надо в этот момент оказаться в комнате, потому что если он уснёт здесь – простудится. Юри даже перестал слышать, что он бормотал в перерывах между стонами, хотя, какая разница, если его губы раз за разом складывали одно единственное имя, выпускали с придыханием звук, а сердце будто бы издевательски отбивало на азбуке Морзе: «Виктор».