Milk Angel

- Кацуки, это что?! Тем же днём, после своей недолгой прогулки, Юри вернулся домой, потому что проголодался и устал окончательно. Всё-таки надо было отдохнуть сперва от работы, а потом уже идти. Впрочем, несмотря на это, Юри был очень рад своей покупке, что не выпустил её из рук даже когда сел за интернет, чтобы продолжить изучать рекомендации для беременных. Он даже не заметил, как наступил вечер, и Юра вернулся домой. - Ты про что? – не сразу въехав, что Юра имел в виду, Юри развернулся к нему, поправив очки. От того, насколько по-домашнему он сейчас выглядел, можно было зевать и смеяться: относительно толстый серый свитер (потому что отопление только-только должны были включить, а ветер дует, в квартире холодно), плюшевые носки и штаны от второго спортивного костюма, в руках игрушечная собака, чёлка в хвостик на резинке с вишенками – хоть прямо сейчас бери и обнимай вместо подушки. Однако взгляд Юры был устремлён не на вишенки и даже не на рекламу с видеозаписями родов, которая то и дело выскакивала на сайте, соответственно и на экране ноутбука. Юра даже глаза протёр, прежде чем приблизиться и нос к носу столкнуться с пахнущим чем-то китайским плюшевым недоразумением. Это Юра за глаза уже успел про себя так обозвать собаку, которую Юри слишком любовно прижимал к груди. - Госпожа его сожрёт, отвечаю. Она не любит собак, пусть даже плюшевых, – усмехнувшись и выпрямившись, Юра сначала посмотрел на Юри снисходительно, а затем нахмурился, - откуда он у тебя взялся? Юри уже успел испугаться за Пуф-чина, теснее прижав его к себе и оглянувшись в поисках кошки, которая, впрочем, валялась на подоконнике, и ей было вот абсолютно плевать на плюшевую собаку. Её больше волновали прыгающие за окном птички. - Мне захотелось прогуляться, я прошёлся вдоль улицы, а по пути увидел магазин с игрушками… - неловко улыбаясь, Юри опустил взгляд на собаку, - и не смог удержаться… - совсем тихо проговорил, тяжело вздохнув. После этого он посмотрел на Юру, который успел отойти от него и подойти к шкафу. Ещё в первые минуты Юри почувствовал, что что-то не то – Юра какой-то совсем странный: слишком спокойно реагирует, не выказывает негатива в адрес купленной игрушки, даже ругать не стал насчёт того, что он, Юри, вот так вот опрометчиво вышел в людное место. Как-то это всё подозрительно. Юри стал переживать, не случилось ли чего на работе, а может… это как-то связанно с тем парнем, с которым Юра переписывается?.. Будто бы услышав мысли омеги, Юра с задумчивым видом оглядел содержимое шкафа, присаживаясь на корточки, засучивая рукава, залезая ими вглубь, явно разыскивая какие-то вещи. - Я решил сходить с ним на выставку, - выглянув обратно, Юра вытащил штаны красного цвета, а к ним чёрную футболку с блестящей черепушкой, - ну, с Герычем. Послезавтра, - поднявшись, он положил футболку на штаны, а потом на полку повыше, закрыв дверцу. Когда-нибудь впечатлительность Юри доведёт его до инфаркта. Впрочем, не только она. Конечно, Юри уже успел нафантазировать себе всё самое худшее, что могло случиться с Юрой, и, конечно же, в виду того, что он тогда ещё болезненно принял его решение продолжать общение с этим альфой, сейчас новость обрушилась так, что Юри ощутил покалывание в груди слева. Сказать, что он растерялся – ничего не сказать – он до последнего надеялся, что парни просто пообщаются немного в интернете, ну и закончится всё на этом. Видимо Юри очень плохо знал Юру, а ещё он понял, что очень плохо разбирается в людях. - Ты всё-таки решил? – осторожно спрашивая, Юри незаметно крепче тиснул Пуф-чина в руках, чтобы не выдать эмоций. Он никогда не умел прятать свои чувства – всегда всё на лице прописывалось, но он надеялся, что хотя бы сейчас сможет сдержать себя. - Ага, - стянув с запястья резинку, Юра убрал волосы назад, подошёл к окну, забрал с него Госпожу, положил её себе на грудь, выслушал недовольное урчание, погладил между ушами, нашёл там заветную «кнопку», сменив звуки недовольства на мурчание, - Герыч реально прикольный, мне с ним легко общаться. Знаешь, он такой свойский, что я даже не замечаю разницы в возрасте. Кроме вас с Беком, я так-то больше ни с кем не общаюсь, разве что ребята на работе, но бля, Кацуки, мне девятнадцать лет, а я уже пережил такую жопу, что никому не пожелаешь. Я заебался, я просто хочу немного развеяться, побыть подростком, потусить, - зарывшись носом в мех кошки, Юра шумно выдохнул, прикрыл глаза, секунду помолчал, приподнял голову, взглянул прямо на Юри, - ты, наверное, на всю оставшуюся жизнь натусился. Юри даже рта раскрыть не успел, чтобы возразить или просто хотя бы слово вставить. Юра произнёс последнюю фразу, и он прикусил язык. Да, натусился, да так, что живот скоро видно будет… Юра не похож на человека, который даст себя обидеть или ещё чего хуже… К тому же он не глупый, не забывчивый. Это у кого-то другого ветер в голове шуршал, пока пальцы клали в рот одну таблетку вместо двух. Юри вообще не тот пример, на который стоит смотреть, который может, вообще имеет право что-то советовать, но всё же… Юра стал ему родным человеком за недолгие три недели, и Юри переживает, как бы ему в один миг шлея под хвост не попала, как бы он не поддался порыву послать всё. Юри был примером того, как не нужно делать, но, может, он слишком преувеличивает… примеряет чужую жизнь к своей… Вот этого он точно не в праве делать… Юри пошёл на сделку с совестью и совершил крайне рискованный шаг: - А тебе Отабек нравится? Резко перестав сюсюкать кошку, Юра аж обе брови выгнул, переключив внимание: - Бек? Нравится мне? Ну, логично предположить ответ, раз я всё ещё его не выгнал, - он усмехнулся, отпуская начавшую сопротивляться обниманию кошку. - Нет, не как друг… - Юри замялся, но уже было поздно затыкать себе рот, - как парень. Юра действительно не ожидал подобного вопроса, отчего выражение на его лице сделалось сложным. - По-моему, мы это обсуждали, нет? – он задумался, возведя глаза к потолку, - Ты интересуешься уже дважды. По-твоему, это было бы самым очевидным лишь потому, что мы живём вместе? – снова усмехнувшись, Юра вернул взгляд, залез в задний карман, достал брякнувший телефон, открыл вкладку, прочитал, - Реальная жизнь – это тебе не сериалы, да и знаешь, не всегда людьми движет инстинкт совокупиться, построить отношения. У нас другие отношения – все мы оказались в одной жопе. Я говорил уже и повторю ещё раз: Бек помог мне не сдохнуть в одиночестве. Он появился в тот момент, когда я был готов вскрыть себе вены. Мы помогли друг другу, и я считаю, что между нами настоящая дружба. Я вдоволь насмотрелся на псевдодрузей, в случае чего готовых подставить друг друга. Да и вообще, Кацуки, сколько тебя слушаю, никак въехать не могу, как тебя воспитывали родители? У тебя слишком «радужные» представления о жизни! Несмотря на шок от некоторых фраз Юры, Юри всё же смог не уйти с мыслями в себя. Он ощутил себя ужасно виноватым за свой вопрос. Он не должен был влезать в это, но Юра прав… Он сделал это только потому, что… представления о жизни… - Родители всю жизнь внушали мне, что я вырасту, выйду замуж и буду счастлив в своей тихой семейной гавани с детьми и бытом. Мне вселяли веру в светлое будущее, предостерегали не подпускать плохие мысли, потому что Вселенная всё видит и исполняет. И, как это не иронично, но я верю до сих пор… Может, то, что происходит сейчас со мной – это карма. У нас, японцев, с этим всё сложно… Наверное, ваш христианский бог вас тоже наказывает, если вы самовольно влияете на свою судьбу?.. - Ебать… Кацуки, ты как долбанные свидетели Иеговы… - от услышанного Юра буквально ощутил, как вытянулось его лицо, а уши завернулись в трубочку, - что за чушь ты несёшь? Ты реально веришь, что Бог или родители решают, как тебе следует жить? Ты овощ на грядке, что ли? Тебя хоть сейчас в горшок сажай и дальше удобряй этим дерьмом, ты ж и дальше будешь верить! – фыркнув, Юра почувствовал, как разозлился. Он подошёл ближе к вжавшемуся в спинку стула Юри, ткнув пальцем ему в грудь, - Не разочаровывай меня. Не заставляй думать, что ты безвольная половая тряпка. Ты уже один раз вырвался, да, теперь ты в полной жопе, но ты на свободе, и больше никто не принимает за тебя решения. Отвечай за свою жизнь и свои поступки сам! Нравится думать, что люди искренне могут любить друг друга? Думай, но не забывай при этом про себя… - выдохнув, он поджал губы, напряжённо посмотрел на Юри, а потом рывком поддался к нему и обнял, нахмурился, стиснул, - и это… если я вдруг начну творить какую-нибудь хуйню, ты меня одёрни, ладно? Ты хоть и балда, Кацуки, но тебе я доверяю, как самому себе… И будет пиздец, если ты меня предашь… Юри сидел, ошалело глядя в одну точку на стене перед собой, боясь не то, что пошевелиться – вдохнуть. Как-то их разговор ушёл совсем не в то русло, и как-то резко сменялись у Юры эмоции, хотя что уж говорить, Юри сам за эти несколько минут такой каламбур в душе испытал, что впору было доставать пить валидол. Боязливо высвободив одну руку, второй устраивая на коленях Пуф-чина, Юри высвободил и её, медленно и осторожно обнимая Юру в ответ, при этом делая минимальные глотки вдоха, не моргая. Наконец, обняв парня, он погладил его по спине, совсем едва улыбнувшись. - Не предам… - доверительно шепнув, Юри улыбнулся шире. Юра попыхтел что-то там, поворчал себе под нос, переступил с ноги на ногу и резко тиснул омегу, заставив пискнуть. - Вот чтоб не пиздел мне… Обнимашки продлились ровно до тех пор, пока у Юры снова не брякнул телефон. Лениво отстранившись и поглядев в экран, он хмыкнул, поправляя выпавшую прядь. - В общем, из омежьей солидарности Беку не разбазаривать мои планы. И не задавай ты мне больше эти вопросы про отношения, меня тошнит от одного этого слова! Как приду, расскажу тебе всё, а собака твоя, кстати, ничо, как у Виктора твоего на фото. Понятно всё с тобой, к чему ты мне эти розовые сопли заливал – втюрился ты, вот и всё! Вот и собака! Вот и пиздец! – усмехнувшись, Юра резко дёрнулся в сторону, потому что раскрасневшийся и жутко смутившийся Юри рванул на него, чтобы пристукнуть. Своим плюшевым недоразумением. – Хуясе ты резкий! - Ни в кого я не втюрился! - Омежья солидарность, Кацуки, я никому не скажу! - Юрио! - Эй! Не коверкай моё имя на свой японский лад! *** «За тобой заехать?)». «Да не, я сам. Мне не особо далеко пилить!». «Боишься, что отвезу куда-нибудь не туда?)». Юра пытался одновременно отвечать и подкрашивать глаза чёрным карандашом. Подробности о том, что он с матом уже третий раз перекрашивал один левый глаз, можно опустить. У него никак не получалась такая же ровная линия, как на правом! Стоящий рядом Юри, наконец, решил избавить Юру от страданий, забрал у него карандаш и нарисовал сам – наловчился уже макияж наносить за столько-то времени работая танцовщиком. Как удачно Отабека дома не было, хотя у него сегодня выходной, мужики с работы его позвали на типа «корпоративчик». Если проще, они его позвали побухать, причём в добровольно-принудительном порядке. С одной стороны Юра был этому рад, потому что не пришлось бы придумывать причину своего сваливания из квартиры, а с другой… он наставительно с грозным видом целых десять минут внушал Отабеку, что если он нажрётся, может вообще не приходить. Отабек сообщил, что не пьёт, просто идёт посидеть, раз уж позвали, но Юра потом всё равно вслед ему напомнил, что в его доме никаких алкоголиков, беременные ещё ладно – могут оставаться! После этого вздыхающего Юри попросили погладить те самые штаны с футболкой, пока сам Юра ходил в ванную намывать голову. Юри вообще не выспался сегодня, его тошнило ночью, а потом ему хотелось плакать, а потом смеяться, а ещё потом есть, в общем, ужас какой-то. Пока омега бегал, мучился, Госпожа приватизировала у него Пуф-чина и утащила на свою лежанку, решив, что это её котёнок. В виду плохого состоянии, Юри свою собаку пока отвоёвывать не решился, тем более, на кусочки её не порвали, а вылизали и уложили рядом с собой. Через полчаса Юре уже надо было выходить, а он всё у зеркала прихорашивался: сначала вещи натягивал, потом голову сушил, теперь вот подкрашивался. Юри наблюдал за всем этим и чувствовал себя родителем этого взбалмошного ребёнка, который впервые в жизни собирается на свидание. Юри честно не понимал, зачем Юра настолько тщательно приводит себя в порядок, они ведь с этим Герой всего лишь пообщаться вживую собрались, это не свидание. Ещё и Отабек ушёл… ну что за напасть… а ещё Юри чувствовал, что ночью всё не обошлось, и тошнить его будет весь день… - Так, если будешь совсем помирать - звони, - напоследок даже пшикнувшись какой-то туалетной водой, которая стояла на полке у зеркала, Юра развернулся, внимательно оглядев омегу. После этого он залез в телефон, прочитал сообщение, усмехнулся. «Вот ещё! Поворот влево, поворот вправо от центра города, и всё! Я в состоянии аффекта за себя не отвечаю, но гарантирую, что мы пересечём сплошную и вылетим на встречку!». И смайлик, который язык показывает. Юри согласно покивал и, кутаясь в свой свитер, стал медленно продвигаться в сторону туалета, предчувствуя неладное. Выглядел он при этом как опухший помидор. Юра засунул телефон в задний карман и проследил за омегой. - Беременность – это пиздец, - вполне резонно высказавшись, он потоптался немного на месте, глянул на часы, понял, что нервничает, но ещё десять минут. В принципе, похуй, он решил, что выйдет пораньше – голову остудит – сегодня как раз похолодало. Шапку он не наденет – он минут двадцать волосок к волоску укладывал. Втиснув ноги в кеды, себя в куртку, Юра переложил телефон в другой карман, ещё раз посмотрелся в зеркало, выругался про себя и повернулся в сторону туалета, за дверью которого должен был быть Юри. Свет же был включён. - Не выблюй там печень случайно, а то я уже за тебя волнуюсь! Юри что-то пробулькал в ответ. Юра внимательно выслушал, кинул: «покедова», и закрыл дверь. Ехать три станции. Юре как раз хватит времени, чтобы прийти в себя. Наверное. Нервничал он не просто пиздец, а пиздец как! При этом упорно уговаривая себя, что всё нормально, ведь это не свидание, это даже не встреча со старым другом – это просто увидеться с человеком, с которым прикольно обсуждать мемчики вконтактике. Ну зашибись. Уже у входа в метро Юра хотел развернуться обратно. Вспотевшая ладонь сжимала в кармане куртки телефон, который успел уже дважды брякнуть. - Ну блять, - насупившись, он всё же зашёл в подземку, доставая по пути карточку и телефон. Последний, чтобы ещё раз посмотреть, где им надо встретиться – у входа в сам магазин. Чудесненько. Там будет дохрена народу, так смысл переживать? Главное, решил Юра, вести себя естественно и поменьше ругаться матом… но там уж как пойдёт. Затолкавшись в вагон с остальными людьми, Юра всё-таки открыл браузер. «Моё предложение покататься по ночной Москве всё ещё в силе, и мы даже можем вылететь на встречку...)». Подмигивающий смайлик. Юра покусал губу, пряча экран от возможных посторонних глаз. «Чо, ментов не боишься, что ль?))». Юра был рад смене темы, шмыгая носом, проталкиваясь глубже в вагон, прислоняясь спиной к стене. «Нет, я вообще бесстрашный парень». Отписано это было так серьёзно, что Юра невольно край языка прокусил, зачертыхавшись про себя. Конечно, так он и поверил, бесстрашный, да понты это всё! Чуть что, то сразу законопослушный водитель, пф! Поезд верно приближался к нужной станции. Ощущения мандража Юру заебало. «А я уже подъезжаю. Метро – это тебе не МКАД с вечными пробками!». «Тогда я тебя жду)». «Ты чо, уже на месте?!». «Мастерство обхождения пробок не пропьёшь)». Юра чуть слюнями не подавился, повернул голову, откашлялся, сглотнул, поморщился. Блять. А он так надеялся быть там первым. Пиздец, аж пальцы дрожат. Ещё ж не поздно вернуться назад, просто выйти, перейти на другую сторону платформы и поехать обратно. Да ладно, чего это он, маленький, что ли, чтобы так зассать. Куда проще всяких беглых японцев с вокзала к себе домой тащить. По мнению Юры, поезд приехал слишком быстро, но пришлось выходить. Осталось только выйти на улицу, пройти пятьдесят метров, перейти дорогу и всё. Он прямо чувствует, что сейчас наделает какой-нибудь хуйни. Так всегда бывает. Юра даже морально подготовился к подобному раскладу, что его неожиданно успокоило. Как-то сразу полегчало. Собравшись с духом, Юра вышел из браузера, выключил телефон и засунул его в карман. Вместе с потоком людей он выдвинулся наружу, где осенняя прохлада встретила недружелюбным ветром. Юра огляделся, посмотрел время, забыл, ещё раз посмотрел. Какая разница, если они с Герой уже списались, и тот понял, что Юра на подходе? Всё. Всё, блять! Юра решительно двинулся к гипермаркету, пытаясь выглядеть при этом как можно более непринуждённо. Когда он уже подходил к пешеходному переходу, то глазами пытался найти машину с эмблемой Форда. Да тут дохрена машин на стоянке было! Фордов аж пять штук! Загорелся зелёный человечек, и Юра двинулся с места, прямо чувствуя, как страх сковывает органы. Под ложечкой засосало. Вот бы тошнить не начало, одного тошнившегося Кацуки хватит. Терять уже было нечего, да и сворачивать поздно. Юра медленно подошёл к лестнице порога, взобрался по ступеням, огляделся, но знакомого лица не нашёл, отчего ему мгновенно полегчало. Только вот, стоило встать в сторонке и развернуться, как взгляд наткнулся на очень даже вероятного кандидата в Геры Поповичи, который вынырнул откуда-то сбоку (как раз со стороны стоянки) и приближался точно к Юре, обворожительно при этом улыбаясь. Юре захотелось провалиться сквозь землю, но он буквально застыл на месте, едва ли не до скрежета сжимая телефон в кармане и выдавливая из себя улыбку. Всё. Теперь точно труба. - Привет ещё раз, - альфа подошёл, ещё поулыбался с высоты своего роста, а он был на целых двадцать сантиметров выше, чем Юра. Ну… когда первое слово уже сказано, оно как-то легче всё всегда… Юра отмер, склонив голову, дав чёлке упасть набок. В жизни Гера оказался, он же теперь Герыч, оказался прямо совсем ничо так… а ещё от него приятно пахло, да и, в общем, ауру он излучал доброжелательную. Юра расслабился на инстинктивном уровне. - Ага, салют, - ощутимо почувствовав себя свободнее, Юра подобрался, переступил с ноги на ногу, сделал шаг ближе, - если насмотрелся на меня, пошли смотреть кошек, - из-за накрывшей эйфории, после сошедшего напряжения, Юра совсем осмелел, разворачивая в сторону входа и делая шаг уже к нему, - мистер выпендрёжник! - Эй! – Георгий неправдоподобно изобразил возмущение, тут же дёрнувшись за Юрой, правда едва не наткнувшись на него, когда он чуть притормозил у автоматических дверей, - Ты можешь сам убедиться в том, что я отлично вожу и лихачу без вреда для пассажиров! После этого они оба зашли внутрь, и Юра поспешил расстегнуть куртку, да стянуть шарф, потому что сейчас они будут долго ходить, и будет жарко, к тому же… зря он, что ль, наряжался. - А я ещё не подумал, не дави на меня! - Я думал, ты только в социальных сетях такой вредный. - Тогда у меня для тебя плохие новости. - Ладно-ладно, так… сначала обещанная мороженка или кошки? Юра задумчиво нахмурился, прислушиваясь к собственным ощущениям, поглядывая то на парня, то на эскалатор на второй этаж. - Кошки. - Тогда нам на третий этаж, - Георгий тоже расстегнулся, повернулся к Юре и, как настоящий джентльмен, жестом руки предложил ему пройти первым. Юра состроил величественное выражение на лице и направился прямо к самодвижущейся лестнице. Хоть этот короткий быстрый диалог совсем расслабил его, сердце всё ещё неровно билось. Поболтав телефон в кармане, Юра крепко сжал-разжал его. «Бля, надо перестать так накручивать себя, а то стану впечатлительным, как Кацуки…».