улыбнись,

чонгук смеется, запрокинув голову назад — его волосы касаются лопаток мягкими волнами. он хлопает руками по коленкам, буквально задыхаясь, и просит хосока остановиться, чувствуя, что просто не переживет еще одну шутку. тэхен смотрит на него — такого придурочного — и мягко улыбается, совершенно не улавливая суть очередного прикола — в груди разливается приятное и совершенно привычные тепло, согревающее в этот холодный вечер лучше горячего чая, пахнущего тропическими фруктами на всю гостиную. тэхен опускает взгляд, сильнее сжимая желтую кружку, и жадно вдыхает, пытаясь успокоить бушующее сердце, требующее заявить о своих чувствах на весь мир. чонгук замечает чужую отвлеченность через минуту, будто бы теряя остальных парней из поля зрения. он хмурит брови, пытаясь понять, все ли в порядке, и расслабленно выдыхает, замечая, насколько ярко светится его парень. тэхен смотрит ему в глаза, забавляясь реакцией, и шепчет беззвучное «я тебя люблю», смешно надувая щеки после. чонгук облизывается, меняешь в лице, и встает с дивана, мягко целуя свое личное солнце в уголок губ. он трется носом о нос тэхена, жмурясь довольным котом, и усаживается на пол возле его длинных ног, утягивая его же ладонь с собой. он обнимает наизусть знакомые пальцы своими, касаясь тонкого серебряного кольца подушечкой большого, и едва ощутимо их сжимает, понимая, что теперь не в силах отпустить. никто в комнате не обращает на них внимания, ощущая происходящее слишком правильным, чтобы комментировать хоть как-то. тэхен улыбается шире. он счастлив.