Просто будь собой

Тсунаёши думала, что попала в ад, когда начала тренировки с Реборном? Сейчас она была близка к той стадии, чтобы извиниться перед мужчиной за нелицеприятное мнение, пусть и невысказанное. Учёба с Емитсу – вот где ад! Мужчина как-то хитро и незаметно мог вывернуть мозги собеседника наизнанку, чему учил и Тсуну… а поскольку такие вещи в теории изучать бесполезно, приходилось это девушке познавать на практике. На себе, да. Поначалу она даже не всегда успевала сообразить, как Внешний Советник подбивал её на какой-нибудь поступок или даже глупый спор. Причём, размышляя об этом вечером, она понимала, что выиграть у неё не было и шансов, и всё не могла сообразить, почему же, например, согласилась вместе с Хранителями поучаствовать в создании какой-нибудь гадости для Аркобалено Солнца? Она ведь знала же, что Реборн на ней за это отыграется! Так почему? Потом, с появлением некоторого опыта, Тсунаёши начала улавливать, в какой момент разговора Емитсу говорит что-то такое, что заставляет её менять мнение. Но как только она научилась справляться с этой проблемой, Внешний Советник тут же перешёл на новый уровень сложности: теперь он ставил её в такие ситуации, в которых, даже понимая, что это ловушка, Тсуна не могла отказаться, чтобы последствия не стали ещё хуже. При этом такие «невинные», на первый взгляд, беседы вообще-то считались как бы отдыхом и перемежались физическими тренировками с Реборном, призванными пробудить Пламя, и запихиванием в её несчастную голову кучу всякой «очень важной» информации с помощью Хром или Хаято, иногда выбирающегося из завалов срочных бумаг. Тсунаёши так выматывалась, что даже по ночам начинала видеть эти бесконечные строчки отчётов, какие-то сумасшедшие сражения с погонями и долгие беседы с двойным, тройным дном с членами Альянса, знакомых ей по фотографиям и досье. Эти сны тоже не приносили отдыха, и утро Тсуна встречала с головной болью и синяками под глазами. Поэтому очередной сбой в расписании был для неё полной неожиданностью и заставил насторожиться: в прошлый раз к ним приехал Емитсу, чем грозит этот? Как выяснилось, очередными проблемами. Вошедшая Хром сообщила, что в особняк приехала Вария, услышавшая о личности нового босса Вонголы, и почему-то не поверившая в официальную версию. И они настойчиво требовали право увидеть предполагаемую Одиннадцатую. К тому же, отношения с Варией были важны для Вонголы, а Реборн с Емитсу дружно решили, что беседа с ними будет неплохим экзаменом перед встречей с Альянсом. Поэтому они вмешиваться не собирались, предоставив девушке возможность самой разбираться с проблемами. Тсуна тяжело вздохнула. Спорить с её учителями (мучителями) было уже бесполезно. – Да вы меня за идиота держите, мусор?! – неслось по коридорам особняка, пока они шли к кабинету Хаято. – Или вы думаете, я не знаю, что ваш недобосс был единственным ребёнком в семье? – Не смей оскорблять Десятого, – тихо прошипел Гокудера, и Тсуна поняла, что Хранитель Урагана находится в крайней степени ярости. – А что он сделал, кроме того что сдох в бездарно организованном нападении? – А что же тогда, если нападение было такое бездарное, никто не только не смог помочь Десятому, но и не сумел позже вычислить истинных виновников? Даже независимый отряд Варии, взявший на себя такой труд ограничился тем, что нашёл подставных заказчиков и успокоился, – спокойно спросила девушка, видя, что Хаято вот-вот взорвётся. Может быть, даже не в переносном смысле, учитывая его специализацию. – Врой, это не наша работа! – возмутился молчавший до этого капитан Варии, пока Занзас Скайрини рассматривал вошедшую Тсунаёши оценивающим взглядом. – Но вы за неё взялись, – парировала девушка. – Выполнять задания на высшем уровне – разве не стандарт Варии? – Мусор, – процедил Занзас, подводя итог своим наблюдениям и прекращая спор между Савадой и Скуало. – Занзас Скайрини, – холодно кивнула девушка, копируя интонации собеседника. – Ку-фу-фу, – раздалось вдруг позади Тсуны, и на её плечи опустились руки в перчатках, – кажется, это становится нашей маленькой традицией, Тсунаёши-чан. Ты постоянно появляешься в самый напряжённый момент и делаешь его ещё напряжённей. Девушка даже не вздрогнула, привыкнув к тому, что Хранитель Тумана, подобно Чеширскому коту из сказки про Алису, возникает и появляется из воздуха, когда ему вздумается. А вот рука Занзаса потянулась к пистолетам, но остановилась на середине движения. – «Тсунаёши-чан», – повторил он со странной интонацией. – Мусор, очень надеюсь, что ты не будешь убеждать меня в том, что ты сестра этого… Савады. Потому что я, блядь, не поверю! Не после этой хрени! Сердце ёкнуло от чувства ностальгии. Объективно понимая всю опасность ситуации, если их отношения будут испорчены, Тсуна нисколько не боялась Занзаса, а его угрожающий тон вызывал только понимающую улыбку. – Значит, хочешь услышать правду? – поинтересовалась она, игнорируя взгляд Хаято, и, получив в ответ предупреждающий рык, просто сказала: – Хорошо. Я на самом деле дочь Савады Емитсу и Савады Наны. И на самом деле не сестра Савады Тсунаёши, Десятого босса Вонголы. – Яснее, мусор, мы не на собрании старых пердунов из Альянса! – но взгляд выдавал, что он уже понял, просто хочет услышать подтверждение своих догадок. – Кто ты? – Я его двойник из параллельного мира. Повисла тишина. Над ухом раздался довольный смешок Мукуро, что только заставило увериться Тсуну в правильности принятого решения. Иллюзионист знал что-то такое, что решил довериться Варии, несмотря на всю сложную историю их взаимоотношений с Вонголой в целом и Десятым поколением в частности. Гокудера обречённо прикрыл глаза. – Вро-ой! Да вы здесь все свихнулись! – возмутился Скуало. – Вы соображаете, чем это кончиться может, если кто-то узнает?! – Вот именно поэтому, мы и не собираемся больше никого посвящать в такие подробности, – огрызнулся Хаято. Тсунаёши сознательно отстранилась от спора двух заместителей боссов, ловя взгляд алых глаз. Занзас действительно был нужен ей, и девушка надеялась, что он поймёт и всё же предпочтёт сотрудничество. В конце концов, несмотря на его капризы и вздорный характер, все как один утверждали, что он предан Вонголе и будет заботиться о благополучии Семьи. Тсуна, воспитанная вне мафии, никогда этого не понимала: ведь Скайрини мог просто послать всех и был бы прав, на самом деле. Но интуиция шептала, что мужчина, как бы он не злился, поставит благо Вонголы выше собственного эго. – Так, мусор! – внезапно скомандовал босс Варии, – вышли все отсюда. – С какой стати… – Хаято осёкся под взглядом Тсунаёши. – Пожалуйста, ребята. Оставьте нас вдвоём. – Вы уверены, босс? – Уверена, – когда двери за недовольными Хранителям закрылись, Занзас открыл было рот, но Тсуна покачала головой: – Мукуро, вдвоём – это значит только я и только Занзас. Невидимый Хранитель Тумана всё равно считается за третьего. – Ку-фу-фу, – фыркнули ей в волосы, – рискуешь, Тсунаёши-чан. – Я через пару дней с Альянсом встречусь, вот где риск будет. А с Занзасом мы просто поговорим. – Ладно, – подумав, согласился Мукуро, – в конце концов, я буду рядом и успею вытащить тебя даже с того света. Прозвучало это угрожающе. Выждав ещё пару минут и сверившись с собственной интуицией, Тсуна кивнула: – Вот теперь всё в порядке. Но, честно говоря, только ты мог додуматься выставить из кабинета его хозяина. Мрачный взгляд стал ей ответом. – Поправь, если ошибаюсь, мусор: ты знала моего двойника. – Конечно. На самом деле, я хотела увидеть тебя, как только оказалась здесь, но это было бы подозрительно, учитывая, что ребята искали такого двойника, который бы не был связан с мафией. Я понимаю, что здесь мы незнакомы, а отношения с моим двойником у тебя сложились… странные. И всё-таки иррационально хочу тебе доверять. Мужчина фыркнул: – Идиотка. Если ты и дальше будешь направо и налево всем рассказывать о своих ожиданиях, проще тебя пристрелить. – Да у вас с Реборном много общего! – восхитилась Тсуна. – Он тоже постоянно угрожает меня убить. – Может быть, он даже прав, мусор, – отмахнулся босс Варии. – Как ты связана с моей Семьёй? – Ты спас мне жизнь. Серьёзно, – усмехнулась она в ответ на недоверчивый взгляд. – Так же, как и в этом мире, в моей реальности у дона Тимотео не осталось наследников, а тебя не приняло кольцо. Но, кроме пигалицы из Японии, был ещё один претендент, и там у него было куда больше шансов, чем здесь. Если бы не твоя забота, меня убили бы сразу, а так у меня было несколько лет. Правда, ты отказался помогать мне покинуть Италию, потому что тебе было выгодно, чтобы я оставалась под твоим присмотром. Занзас, впрочем, сразу вычленил для себя главное: – Ты уверена, что в нашем мире этот претендент тоже есть. И по приказу этого мусора пристрелили Саваду. – У меня нет доказательств, – развела руками девушка. – И я никак не могу их добыть. – Ты не доверяешь своим Хранителям? – вопроса в интонации почти не было. – Доверяю. Просто… не хочу, чтобы они думали, будто я их обманываю. Я действительно почти никак не связана с мафией… Фактически, я знаю только то, что ты сказал мне, описывая ситуацию, в которой я оказалась. А ты больше хотел припугнуть меня, чем что-то объяснить. Занзас фыркнул: – Сантименты! Точно как наш Савада: лепечешь глупости про верность и дружбу, а на меня хочешь скинуть грязную работу. Может, этот твой претендент получше окажется? – Твоему двойнику он не понравился. Впрочем, ты можешь не верить мне на слово. Только вот… в моём мире он был воспитан Семьёй его матери, тоже мафиози. И, заняв место Десятого Вонголы, принялся подыгрывать им, спуская в унитаз достижения всех прежних боссов. Это была цитата твоих слов, если что. Босс Варии ухмыльнулся сказанному и вдруг спросил: – Мусор, а в том мире я с тобой спал?