Позови меня по имени

Система Фрирр, 35 ПБЯ Любое крупное скопление людей рано или поздно превращается в единый живой организм. Вот и флагман Первого ордена не был исключением. Командный центр, как мозг, рассылал сигналы по нейронам линий связи; офицеры, штурмовики и техническая обслуга, будто клетки крови, сновали по сосудам коридоров; ядерные двигатели, словно сердце, работали в глубине металлического корпуса гигантского корабля, наполняя его энергией и заставляя двигаться. «Финализатор» был могучим организмом, который дышал, функционировал и жил своей жизнью. Организмом, который обязательно должен был управляться либо слепым инстинктом, либо свободной волей. Потому что без них любое живое существо рано или поздно обречено на гибель. Когда Кайло, взвинченный собственными мыслями, наконец добрался до каюты, ему потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться и вспомнить пароль от командного модуля, к которому на борту «Финализатора» был доступ только у трёх человек — самого Кайло, Хакса и Фазмы. Сбросив плащ прямо на стол, Кайло стянул с рук перчатки и ввёл пароль на личном терминале, которым, надо признаться, пользовался довольно редко. Войдя в административную панель, Кайло ненадолго опешил от количества сообщений, извещений и сигналов, которые непрерывными лентами лились в открывшихся перед ним окнах. «Служба связи», «Дефлекторные щиты», «Интендантская служба и закупки», «Рапорты_Текущие», «Рапорты_Квартальные», «Кадры», «Докладные», «Списание оборудования», «Авиагруппа_Полётное расписание» — и ещё десятки десятков окон, которые было утомительно даже проматывать, не говоря уже о том, чтобы успеть прочитать. Он не знал, за что хвататься в первую очередь и где в этом бурлящем потоке информации искать следы сообщений от Хакса. Кайло сначала хотел вбить в поисковую строку идентификационную голоподпись, которой генерал заверял приказы, но потом понял, что внутренняя сеть «Финализатора» могла зависнуть от количества найденных файлов. Ведь Хакс непостижимым образом умудрялся следить за всей жизнью корабля и принимал в ней самое деятельное участие. Именно Хакс был тем импульсом, первичным нервным разрядом, который запускал и контролировал деятельность этой многотонной махины и десятков тысяч людей в её утробе. Воля всего нескольких человек, в числе которых был и сам Кайло, заставляла «Финализатор» жить и выполнять приказы, поэтому ошибка или досадное упущение в работе любого из них могла сказаться на деятельности всего организма. Кайло откинулся в кресле, расфокусированным взглядом следя за мигающими строчками всё новых и новых сообщений, всплывающих на экране, и попытался представить, куда Хакс мог так стремительно сбежать из ангара. На доклад к Сноуку? Вряд ли, Верховный лидер редко принимал генерала в одиночку, предпочитая или получать от него письменные отчёты, или назначать аудиенцию вместе с магистром Рен. На мостик? Тогда бы Кайло заметил долговязую фигуру на кадрах видеотрансляции, которая круглосуточно велась в командном пункте. Но там по-прежнему несла службу смена, которую сегодня утром принял Кайло. В собственную каюту? Хакс, конечно, был аккуратистом, но вряд ли поставил бы личную опрятность выше рабочих вопросов, которые наверняка накопились за неделю его отсутствия. К тому же во время краткого столкновения в ангаре Хакс выглядел привычно безупречно, если не считать смертельной бледности и странного поведения. Так куда же торопился генерал? На экране всплыло полупрозрачно извещение о том, что одна из секций медблока временно закрыта для спецобслуживания, и Кайло вдруг осенила догадка. Он вбил стандартный код доступа высшего командного состава и послал в медслужбу запрос, чтобы узнать, на чьё имя забронирована секция. «Отказано». Кайло запросил список врачей и меддроидов, вызванных на осмотр. «Отказано». Кайло нахмурился и ввёл в строку личный идентификационный код, который давал доступ ко всему на борту, кроме… «Отказано: информация заблокирована А. Хаксом». Красные значки ауребеша светились в окне запроса, и Кайло почувствовал, как его губы растягиваются в недоброй усмешке. — Попался, — пробормотал он, откидываясь на спинку кресла. Хакс был в медотсеке. Он лично закрыл доступ ко всем данным о проводимых процедурах, не желая, чтобы хоть что-то просочилось сквозь информационную защиту. И тем самым выдал себя с головой. Кайло пробежался пальцами по клавиатуре, вызывая на экран схему медблока — занятая секция подсвечивалась синим. Он не мог узнать, что именно случилось с Хаксом, но теперь по крайней мере знал, за чем именно нужно следить, чтобы рано или поздно это узнать. Поэтому он удобнее устроился в кресле и, приказав по комлинку доставить обед в каюту, принялся ждать. Прошёл час, потом второй, затем ещё несколько… Но ничего не происходило. Кайло с упрямством хищника, засевшего у норы изворотливой добычи, караулил у терминала, но всё без толку. Медотсек освободился уже к концу смены, поэтому, покинув его, Хакс вполне закономерно отправился спать. Кайло решил перехватить его утром по дороге на мостик, из-за чего даже встал раньше обычного. Но не тут-то было — явившись в командный пункт, он с досадой узнал, что Хакс заочно утвердил новую смену и разослал всем ответственным офицерам такой ворох распоряжений, что им даже по сторонам смотреть было некогда. Не то чтобы с опаской обходить стороной мрачного магистра Рен, угрожающе вплывшего в просторный зал. Силясь поймать неуловимого генерала, Кайло даже впервые за несколько месяцев решил посетить совещание, на котором, как он думал, Хакс был обязан появиться лично. Но тот снова ускользнул и от назойливого внимания Кайло, и от испуганного недоумения собственных офицеров — совещание проходило по голосвязи. Сидя во главе стола рядом с пустым креслом, в котором почти физически ощущалось отсутствие Хакса, Кайло смотрел на полупрозрачную фигуру генерала, парящую над передатчиком, и медленно наливался яростью. Складывалось впечатление, что Хакс издевался и нарочно водил его за нос. Будто он задумал какую-то подлость — некий трюк из тех, которые в ходу в высших кругах Первого ордена. Трюк, в результате которого обычно происходят глубинные, по-настоящему тектонические движения в далёких закрытых кабинетах. А потом летят головы, рушатся судьбы и гибнут карьеры. Хакс, со своей неуёмной жаждой власти и готовностью пойти ради неё на всё, был хорош в таких играх. Уж кому, как не Кайло, было об этом знать. Слушая напряжённый голос и наблюдая за невозмутимым лицом голопроекции Хакса, Кайло поклялся разобраться в ситуации, чего бы это ему ни стоило. В конце концов, если не будет другого выхода, он вломится в каюту к Хаксу и заставит его ответить на все накопившиеся вопросы. С этими мыслями Кайло вернулся в свои покои. Но не успел он переодеться, чтобы отправиться на тренировку и снять гудящее в позвоночнике напряжение, как его поймал вызов по комлинку. Это звонил Хакс, собственной персоной. Первой мыслью было проигнорировать звонок и заставить Хакса побегать за ним, как он сам бегал последние сутки, но благоразумие взяло вверх, поэтому Кайло принял вызов. — Слушаю. — Магистр Рен. — Генерал. — Я выслал на ваш датапад отчёт о миссии. В голосе Хакса звучало явное напряжение, как и на недавнем совещании. — Я прочитал. Короткий, всего на три страницы, отчёт был написан таким концентрированным канцелярским языком, что от него скулы сводило. Но всё же Кайло дочитал его утром, чтобы удостовериться, что там не было ничего интересного: внезапное столкновение в нейтральном секторе с группой кораблей Сопротивления, короткий бой, значительные потери со стороны врага, незначительные — со стороны сил Первого ордена. Всё предсказуемо. — Прекрасно, — Хакс запнулся, — значит, мы сможем поговорить, не… отвлекаясь на отчёт. — Поговорить? Кайло желчно усмехнулся и понадеялся, что комлинк передаст хотя бы часть яда, который он щедро добавил в тон: — Знаете, генерал, такое ощущение, что после возвращения на корабль вам приходится из личного жалования платить за каждое сказанное слово. Поэтому теперь вы с такой неохотой открываете рот, предпочитая молчать и прятаться по углам. К своему раздражению, Кайло понял, что это прозвучало скорее обиженно, чем саркастично. — Я… — голос Хакса звучал безэмоционально. — Магистр Рен, я приглашаю вас в мой кабинет за час до… отбоя. Чтобы поговорить. Кайло почему-то захотелось раздавить комлинк в кулаке. — Ладно, — пролаял он и прервал звонок, не дожидаясь ответной реплики. После отбоя он припрёт Хакса к стене — если нужно, то буквально, — и эта раздражающая ситуация наконец сойдёт на нет, и Кайло сможет вновь спокойно работать, больше не обращая внимания ни на Хакса, ни на его возможные интриги. Он будет выше этого. Ведь ещё три года назад выяснилось, что им лучше существовать по отдельности. Кивнув своим мыслям, Кайло снял мундир и на полдня заперся в тренажёрном зале, вымотав себя почти до изнеможения. Поэтому к концу смены, когда пришло время идти к Хаксу, он был достаточно невозмутим. Спустившись на пять уровней ниже, туда, где было ощутимо теплее от близости реакторов — Хакс вечно мёрз, а Кайло испытывал лёгкое отвращение от того, что помнил об этом, — он направился в сторону генеральских покоев. Кайло набрал идентификационный код на панели замка и, дождавшись подтверждения, с отстранённым интересом наблюдал, как серая матовая дверь плавно отъезжает в сторону, открывая доступ в каюты Хакса. В его святая святых — в личное пространство, куда никому не было ходу. До нынешнего момента. Шагнув через порог, Кайло с любопытством огляделся. Покои Хакса были меньше по площади, чем те, которые отвели магистру. Вместо личного тренировочного зала и небольшой комнаты для медитаций, генерал обзавёлся просторным кабинетом и чем-то, напоминающим вторую гардеробную. Кайло огляделся по сторонам, отмечая крайне аскетичную, почти скудную обстановку, несколько полок, заполненных книгами на датападах, большую абстрактную картину на одной из стен, покрытие на полу цвета примороженной травы и неожиданно мягкое освещение. В целом личное пространство Хакса выглядело как чисто прибранный номер дорогой гостиницы. Или как тщательно проработанный фасад, который должен был транслировать правильное впечатление о личности генерала Первого ордена. Но Кайло знал, что всё это было иллюзией. Потому что в этой комнате не было ничего, что хотя бы отдалённо отражало Хакса. Разве что картина на стене да модель «Старкиллера» из прозрачной стали, которая одиноко поблёскивала на пугающе пустом столе. Всё остальное было искусной ширмой. — Генерал, — поприветствовал Кайло Хакса, который стоял у стола спиной к двери. Тот даже не потрудился обернуться. — Проходите, магистр. Располагайтесь, — ровно, будто механически ответил он и тут же поинтересовался: — Виски? — Это лишнее. — А я… налью. Хакс неуклюже, слишком резко развернулся на пятках и, не выпуская датапад из рук, отошёл в сторону небольшого шкафчика, со стороны которого через мгновение донеслись звон стекла и бульканье жидкости. Кайло воспользовался предложением и уселся в жёсткое кресло, следя за тем, как Хакс резко осушил половину стакана. Он явно был взвинчен так, что из него едва искры не сыпались. Это было любопытно. Дождавшись, пока Хакс вернётся к столу и поставит стакан на стерильную столешницу, Кайло начал говорить: — Так за каким криффом вы меня позвали, генерал? Я прочитал отчёт о том, как вы превосходящими силами героически уничтожили жалкую группу врагов. Я следовал всем протоколам, пока вас не было на борту, хотя нет ничего более утомительного, чем слушать доклады ваших ручных питомцев, простите, офицеров. Я даже пытался узнать причины вашего странного поведения по возвращении на «Финализатор», но вы лишили меня этой возможности. Так что вам надо, а? Кайло призвал к себе спокойствие, которое обрёл во время тренировки. Но то, что Хакс до сих пор не соизволил даже обернуться к нему, по-прежнему стискивая планшет в руке, начинало выводить из себя. Хотелось уязвить оппонента, и побольнее. — Отчёт написан для… видимости, магистр, — тяжело, будто выталкивая из себя каждое слово, начал Хакс. — Я позвал вас, чтобы рассказать… правду. — Правду? Какую правду? — Что вы знаете об ИМП? Кайло нахмурился: — Ничего. — Ах да, как я мог… забыть, — в монотонном голосе Хакса прорезалось что-то, напоминающее привычный сарказм. — Вас же никогда не интересовали… технические разработки Ордена. — Ближе к делу, генерал. Хакс пробежался пальцами по датападу, и на Кайло хлынул поток информации: — ИМП, или индивидуальный модуль памяти — биочип, который позволяет расширять возможности долгосрочной памяти носителя, а также увеличивает объём хранения и скорость обработки больших объёмов данных. Технология разработана специалистами Первого ордена на базе био-чипов, которые вживляли клонам во времена Клонических войн, и предназначена для высшего командного состава армии, флота и гражданской администрации. Кайло замер в своём неудобном кресле. Так вот почему Хакс мог столько работать и, казалось, помнил обо всём на свете. Хакс сделал паузу, а затем продолжил: — В экстремальных случаях, например, при угрозе выдать секретную информацию врагу, носитель ИМП может активировать его и устранить проблему. — Что? — В экстренной ситуации ИМП стирает личность носителя. В каюте Хакса в один момент будто убавилось кислорода. — И у вас есть этот чип? — хрипло спросил Кайло. — Разумеется. Кайло силился осознать, что под этими тщательно уложенными рыжими волосами, под кожей, такой чувствительной к холоду и прикосновениям, под черепной коробкой, которую в моменты злости хотелось приложить о стену — под всем этим, в нежной мякоти мозга, сидит крошечный чип, способный убить своего хозяина. — Когда, — выдавил он из себя, — когда вам поставили его? Как он мог не знать? Как он мог не почувствовать за всё то время? — Когда я… вступил в должность генерала. Это было три года назад. Кайло возбуждённо вскочил из кресла: — Ну и зачем ты мне это рассказал? Хакс вздрогнул и ещё больше выпрямился. — У всякой технологии, магистр, есть побочные эффекты… Не все их можно выявить на стадии испытаний. Поэтому… некоторые особенности приходится узнавать во время… эксплуатации. Например, как поведёт себя чип… попав в зону действия новой, неизвестной ранее модели дефлекторного щита, которую начали использовать сопротивленцы… — Кончай эти хаттовы недомолвки! Кайло весь вибрировал от напряжения. Хакс, казалось, даже не шелохнулся: — Например, что конфигурация поля, используемая в новом щите, способна влиять на работу ИМП и заставить его послать сигнал, который отключит… какую-нибудь функцию мозга. Например… речевую. — Что ты несёшь, Хакс! Кайло не выдержал. Он броском преодолел расстояние до стола и схватил Хакса за предплечье, грубо разворачивая к себе: — Это всё звучит как идиотский розыгрыш! Ты издеваешься надо мной, а? Говори! — Самое смешное… магистр, что проблема как раз заключается в том, что я… больше не могу… говорить. Хакс впервые за вечер посмотрел прямо на него и широко улыбнулся. А Кайло с ужасом уставился на датапад, который Хакс всё это время сжимал в руках. На экране была отчётливо видна дорожка аудиофайла, которая подошла к концу. Дальше была тишина. И беззвучный смех Хакса.