Ab altero expectes, alteri quod feceris

Голова раскалывалась. Тело будто налито свинцом, но это было меньшей проблемой. Майклсон с трудом разлепил глаза и, оглянувшись, громко застонал. Дежавю. Паршивое ощущение, когда ты распят на цепях, и точно знаешь, что это не элемент ролевых игр. Оставалось только надеяться, что остальная часть его семьи, вернее то, что от нее осталось, находится в относительной безопасности, хотя в это верилось с трудом. За последние пару дней он успел понять, что Фрея ни за что его не оставит, и им с Майклом только чудом удалось уговорить её находиться рядом с Деймоном Сальваторе под предлогом того, что тот в Новом Орлеане чужой, и его могут запросто убить. Коул носился вместе с Давиной по городу, и в отличии от Фреи, похоже, был рад, что должен присматривать за ведьмой. Впрочем, как украдкой намекнул Клаусу Майкл, скорее всего, им предстояло принять в семью еще одну ведьму, что, как ни странно, не вызвало у Никлауса никаких отрицательных эмоций. Прошло то время, когда он думал только о том, как бы лучше использовать ведьму, а затем хотел от нее избавиться. Сейчас он был рад, как за нее, так и за брата, ставшего намного спокойнее и уравновешенней. Если раньше Коул напоминал ему самого себя, то сейчас он был более похож на Элайджу, и, каждый раз, когда у Клауса намечался спор с кем-то из их команды, именно Коул несколькими словами остужал пыл. Клаус даже подумывал о том, что Коул таким был всю их жизнь, но этого никто не хотел замечать, так как брат всегда был готов на любые безумия, но, может, ему просто не давали показать себя таким, каким он был на самом деле? К сожалению, у Никлауса не было времени на то, чтобы искать ответы на вопросы, которые то и дело возникали в его голове. Они с Майклом уходили рано утром, и возвращались уже под утро. Все дело было в Марселе. Вампир казалось, вообще исчез из Нового Орлеана, и, что странно, вместе с ним исчезла добрая часть его последователей, а те кто остался, ничего не знали о местонахождении своего «короля». После двух дней беспрерывного поиска, Марсель сам навестил их. Клаус как раз на минуту заскочил в дом, чтобы привести себя в порядок после очередного допроса с пристрастием вампира, который, как всегда, ничего не знал. Майкл остался во французском квартале, наблюдая за домом Марселя, куда направилась одна из его многочисленных фавориток. Ее Клаус приметил еще в то время, когда считал, что вернулся к старому другу. Шанс был невелик, но Майкл решил последить за ней. Марсель возник на пороге неожиданно, и Клаус мысленно пожалел, что они так и не додумались переписать имущество на Фрею. Она могла бы дать приглашение войти в дом только своей семье, тем самым обезопасив их всех от незваных гостей. Впрочем, сейчас было не время размышлять об этом, так как его бывший друг выглядел, мягко говоря, паршиво. Его рубашка была разодрана, и покрыта пятнами крови разной давности, а на шее красовался явно не вампирский укус. Клаус повел носом, и поморщился. Крови было много, но лишь часть её принадлежала Марселю. Принадлежность некоторого количества крови он даже смог определить по запаху, с ее бывшими владельцами он встречался в свите Марселя. Укус же, явно был делом зубов оборотня, что заставило Клауса выругаться, и подхватить Марселя, не давая тому упасть. Времени, похоже, было мало, поэтому Майклсон не став медлить прокусил себе вены, и поднес руку к губам вампира, который сразу же с жадностью впился в его запястье. Через несколько секунд Никлаус, морщась, отвел руку в сторону. Марсель присосался к нему, как пиявка, и, казалось, что если самому его не остановить, то вампир выпьет его досуха. — Прости. — Прошло еще некоторое время пока Марсель, наконец, пришел в себя и смог говорить со своим создателем. — Я, кажется, увлекся. — Где ты был? — Клаус решил начать разговор издалека. Похоже, что его *другу* пришлось пережить не самое лучшее время, а значит, не стоило давать ему повод возненавидеть Майклсонов еще больше. Впрочем, возможно, что Никлаус ошибался, и состояние, в котором Марсель заявился в его дом, ни коим образом не было связанно с семьей Клауса. — Много где, но, в основном, там, где мне не следовало находиться. — Расскажешь поподробнее? — Клаус заинтересованно взглянул на Марселя, и кивнул в сторону гостиной, где налил полный стакан виски и, можно сказать, насильно сунул в руки вампиру. — Пей. Тебе это сейчас необходимо. — Давно я не замечал за тобой такой заботы. — Марсель усмехнулся, но стакан принял, и, не ожидая приглашения, уселся в кресло, где еще пару дней назад Деймон сидел в обнимку с бутылкой из личных запасов Клауса. — Откуда ты знаешь, что это забота, а не расчет? — Клаус усмехнулся в ответ. — Возможно, я просто хочу тебя напоить, и заставить раскрыть все твои тайные планы. На самом деле его план состоял как раз в этом, но, признавая очевидное, Клаус отводил от себя подозрения. Впрочем, Марсель знал его уже достаточно долго, чтобы поверить тому, что Клаус его ни в чем не подозревает, и не сбился с ног, разыскивая его по всему городу. — Для тебя нет никакой разницы. — Марсель залпом ополовинил стакан, и, вдруг о чем-то задумавшись, поставил его на стол. Клаус терпеливо ждал, решив не мешать вампиру собраться с мыслями и решить, что именно ему рассказать. — Ты давно видел своего брата? —Марсель поднял голову, и посмотрел ему прямо в глаза, желая подчеркнуть свою искренность. — Честно говоря, даже не помню. — Клаусу стоило большого труда, чтобы не наброситься на бывшего друга, и не вытрясти все, что его интересовало. Вместо этого он отвел взгляд, и подошел к окну, чтобы не смотреть на Марселя. — Как тебе известно, мы в последнее время не слишком ладим, и я не интересуюсь тем, где и с кем Элайджа проводит время. — А зря. — По голосу было слышно, что Марсель расслабился, и Клаус с трудом подавил ярость. — Не хочу быть тем, кто приносит плохие известия, но твои отношения с братом не просто стали шаткими. — Что ты хочешь этим сказать? — Клаус сложил руки на спине и, заставив себя успокоиться, обернулся к Марселю, и вопросительно вскинул бровь. — Ты задел своего брата, и он затаил злобу. — Марсель пожал плечами. — Ну, или чаша терпения Элайджи просто иссякла, и он решил убрать тебя с дороги. — Почему ты так считаешь? — Клаус заложил руки за спину, и покрепче сцепил пальцы. — Может ты не заметил, но твой брат уже несколько дней не появляется дома. — Откуда тебе это известно? — Никлаус решил немного надавить, и это возымело успех. Марсель, почувствовавший, что сумел заинтересовать Майклосна, продолжил говорить уже без всякой опаски, чем снова вызывал у Клауса порыв свернуть ему шею. — Вообще-то, я встречаюсь с твоей сестрой. — Марсель улыбнулся самой невинной и дружеской улыбкой, на какую только был способен. Ты дорог ей, и узнав о планах Элайджи уговорить оборотней принять его сторону, она обратилась ко мне. — Неужели? — Клаус поморщился. — Раз уж моя дорогая сестра так сильно дорожит нашими семейными узами, то почему она обратилась к тебе, а не пришла ко мне? — А ты бы поверил ей? После всего, что между вами происходило? — Марсель поддельно удивился. — Элайджа - единственный член семьи Майклсонов, которому ты прощал такие вещи, за которые любой другой член семьи поплатился бы сотней лет в гробу с кинжалом в груди. Она боялась, Никлаус, и я могу её понять. Именно поэтому, я согласился помочь ей добыть доказательства предательства твоего брата. — Но тебе, как я смотрю, помешали. — Клаус понадеялся, что ярость в его голосе Марсель спишет на то, что его друг в бешенстве от того, что старший брат посмел его предать. — Можно и так сказать. — Марсель опустил взгляд, а Клауса понемногу покидала бешенная злость. Марселя изрядно потрепали, но причина этого Майклсона интересовала меньше всего. — Нас раскрыли. Ребекка осталась, чтобы попытаться образумить твоего сорвавшегося с цепи брата, а я бежал. К сожалению, меня догнали, и мне чудом удалось уцелеть, но нам стоит поторопиться, так как я не знаю, как долго твоя сестра сможет заговаривать брату зубы, а нападение на твой дом должно начаться уже через несколько часов. Они хотят загнать тебя в ловушку, Никлаус. Я же хочу тебя из нее вытащить. — И как ты собираешься это сделать? — Клаус вопросительно выгнул бровь, старательно прикидывая, сколько времени пройдет до того момента пока вернутся остальные члены семьи. По всему выходило, что довольно долго. Оставалось только надеяться, что маяк, прикрепленный к каждому из них Фреей, наконец, окажется полезным. Пусть он позволит им найти его раньше, чем успеет произойти то, что уже нельзя будет исправить. В том, что что-то должно произойти Клаус не сомневался не на секунду. Марсель слишком старательно злил его. У него, так же как у Майклсона, было очень мало времени, и, хотя они оба этого не показывали, но им, каждому по своим причинам, нужно было спешить. Никлаусу оставалось лишь надеется на то, что ему, как всегда, повезет. *** «Повезет… Как же, повезет!» Клаус угрюмо оглянулся, и поджал губы. Если бы только он знал, какой дорогой его поведет Марсель, то никогда бы не согласился. Скорее он бы остался в доме, дожидаясь, пока вернется Майкл, но, похоже, что тот ошибся, посчитав его одним единственным умным среди дураков. Скорее уж он был из числа тех, у кого не было ума. Они вместе смогли бы припереть Марселя к стене, и вызволить Элайджу, но вместо этого Клаус, наплевав на то, что в семье Майклсонов плохой всегда именно он, отправился за врагом, как теленок на убой. Дверь тихо закрылась за их спинами. Вниз уходила каменная винтовая лестница, и Клаус отчетливо понимал, что обратного пути уже не будет. Вопреки здравому смыслу, он позволил увести себя из безопасного дома, отправившись за Марселем на кладбище, где в самой старой части находился склеп, который Майклсон никогда раньше не замечал. Впрочем, его это уже не удивляло. Если верить Колу, то стерты, скорее всего, были не только его воспоминания, обрушившиеся за последние несколько недель на Никлауса снежной лавиной, но и все, что могло нечаянно их вызвать. К сожалению, сейчас это уже не играло никакой роли. Он уже отлично знал, что его ждет в конце лестницы. Он позволил добровольно привести себя в свой собственный кошмар, который еще недавно считал лишь плодом своего безумия. — Куда ты меня ведешь? — Клаус перевел взгляд с лестницы, на Марселя отлично понимая, что его вопрос не имеет смысла. Правдивого ответа он не получит, а ложь уже изрядно поднадоела, но если бы он не спросил, то Марсель мог заподозрить, что-то неладное. К счастью, тот никогда не отличался особенной остротой ума, поэтому лишь раздраженно пожал плечами, и зашагал дальше по ступенькам вниз. — Я уже тебе сказал. — Голос Марселя как звучал как-то гулко и бесцветно. — Я нашел место, откуда они собираются начать свое наступление. У нас мало времени, если хотим опередить их. Ты сам все увидишь. — Не сомневаюсь. — Никлаус с трудом сдержал себя, чтобы не выругаться. Увидит, когда поздно будет уже что-либо предпринять для того, чтобы сбежать из того ада в который он направлялся, ведомый тем, кто некогда был его другом. *** Дальнейшее Клаус помнил с трудом. В голове стоял сплошной туман. Кажется, они спустились до самой двери, при виде которой, он почувствовал, как к горлу подступает тошнота, а затем почувствовал, как кожу на шее пронзает что-то, похожее на иглу. Он, конечно, не ожидал, что ему дадут хоть малейший шанс на побег, но, все же, это оказалось полной неожиданностью. Чистый концентрат вербены, попав внутрь, раскалил кровь, пустил бурлящую раскаленную магму по венам. Все происходящее в миг потеряло значение, окружающие его предметы расплывались, теряясь в сумраке сознания, Клаус пошатнулся, стараясь удержаться на ногах из последних сил, но все вокруг окончательно померкло и он провалился в спасительное забвение. На этом месте его воспоминания обрывались. Клаус пытался вспомнить хотя бы того, кто вколол ему эту дрянь, но разум отказывался выдавать картинку. Майклсон снова дернул цепи, стараясь высвободиться, но, то-ли его ослабила вербена, то-ли цепи были заколдованы, но все его попытки не возымели ровным счетом никакого эффекта. — Так спешишь нас покинуть? — Тихий, обманчиво ласковый голос за спиной заставил Клауса дернуться из всех сил, и тут же затихнуть. Это было до боли знакомо. Впрочем, чего он ожидал? Жизнь идет по спирали, и ему уже не раз приходилось в этом убеждаться лично, когда то или иное событие становилось отголоском из прошлого. Он знал, что так будет, и все, что у него оставалось, так это тянуть время в надежде на то, что их найдут раньше, чем успеет произойти непоправимое. Хотя о чем это он? Непоправимое произошло уже сотню лет назад, и сейчас следовало надеяться, что это не повторится. — Элайджа? — Клаус попытался оглянуться, но шея настолько затекла, что он лишь застонал от боли, и опустил голову, вглядываясь в каменный пол. — Что за шутки? Сначала ты со мной не разговариваешь неделями, потом исчезаешь, а теперь решил пойти по пятам нашего отца и попробовать меня убить? А ведь совсем недавно, ты хотел меня спасти от себя самого. — Ты сомневаешься в том, что я хочу тебе помочь? — Прикосновение ладони к шее обожгло кожу Клауса, и на мгновение ему показалось, что сейчас брат её сожмет, перекрывая доступ к кислороду, но рука брата исчезла, и за спиной послышались шаги. — Я не знаю, что ты там себе вбил в голову, но я никогда не собирался тебя спасать. Посмотри на меня, Ник. — Не помню, чтобы ты меня так называл. — Клаус послушно поднял голову, стараясь рассмотреть лицо стоящего перед ним вампира, но тот все время находился в тени. Или, возможно, что в помещение просто не хватало света? — Все течет и меняется. — Элайджа неопределенно пожал плечами, и, протянув руку, коснулся щеки брата. — Ты ведь понимаешь, что все в этом мире происходит так, как должно быть, и то, что ты сейчас здесь… — Не случайность. Просто у меня не хватало ума. Я подумал сердцем, а не головой и поплатился за это, так же как сделали бы девяносто девять людей из ста. — Клаус усмехнулся уголками губ, заканчивая фразу вместо Элайджи. — К чему дешевые спектакли? Я вполне отдаю себе отчет в том, почему нахожусь здесь, но я не могу сказать того же о тебе. —Ты наконец испугался? — В голосе Элайджи прозвучала издевка. — Неужели Никлаус Майклсон боится за свою шкуру? — Я боюсь за тебя, придурок. — Отчетливо отчеканил Клаус и поморщился от боли в затекающих конечностях. — Ты понимаешь, что делаешь? —Я полностью отдаю себе отчет, и должен тебе сказать, что настолько свободным я не чувствовал себя с того момента, как ты родился. — Элайджа на мгновение нахмурился и застыл, как будто борясь с самим собой, но это продлилось столь короткое мгновение, что могло ничего и не значить, но Клаус решил ухватиться за это мгновение как за спасительную соломинку. Терять ему было уже нечего, а на карту было поставлено слишком многое… — И, чтобы получить эту свободу, тебе потребовалось убить собственную сестру и взять в плен брата? — Клаус выгнул бровь. — Браво. Никогда в тебе не сомневался. Впустить в себя демона чтобы стать свободным… А я-то считал глупцом себя. — Заткнись… — Удар пришелся прямо в челюсть, и Клаус почувствовал, как рот наполняется кровью, но это лишь разозлило и раззадорило. Раз уж он оказался в подобной ситуации, то не стоило жалеть себя, и, если оставался хоть малейший шанс достучаться до того, что осталось от его брата, надо это сделать. — Что? Правда не нравится?— Клаус усмехнулся, не замечая, что из разбитой губы струйкой стекает кровь. — Или твое унижение было настолько болезненным, что ты спустя годы все же решился на мне отыграться? Так не стоит себя сдерживать. Вот он я, и никуда не денусь. — Я сказал тебе заткнуться. — Голос Элайджи прозвучал неожиданно спокойно. — Тебе стоило послушаться сразу же, возможно процесс был бы менее болезненным. Я все же не такой садист как ты, чтоб упиваться болью своей жертвы, но, похоже, что с тобой иначе нельзя. — Он сделал несколько шагов назад и, обернувшись, подошел к скрытому в темноте помещения столу. Впрочем, Клаусу не было необходимости задумываться о том, что на нем находится. Память услужливо подкинула картинку, от которой Майклсон внутренне содрогнулся. Оставалось только надеяться на то, что ассортимент за последнюю сотню лет хоть немного изменился, так как большую часть из того что там находилось даже он не посмел опробовать на Элайдже. Это заставляло задуматься над тем, что, возможно, когда он был одержим демоном, в нем сохранялась частичка его самого, и это не позволило пересечь границы вседозволенности. В любом случае, у него еще оставалась надежда на то, что тьма не полностью завладела старшим братом, и тот все еще старается вырваться, чтобы не позволить произойти тому, что намечалось. — Помнишь его? — Элайджа вернулся несколько минут спустя, держа в руке нож с причудливо изогнутым клинком, на котором виднелись бурые пятна. Вторую руку он пока что держал за спиной. — Конечно же, помнишь. Ты ведь помнишь все, и знаешь, чья кровь на клинке… Поиграем? — Он достал из-за спины то, что при ближайшем рассмотрении оказалось кляпом на кожаных ремешках. — В отличии от тебя, я не фанат громких криков. Предпочитаю молчаливые страдания. — Элайджа сделал несколько шагов к Никлаусу и провел лезвием по его обнаженной груди, заставив его застонать, и тут же прервал этот стон, нажав пальцами на челюсть, заставляя Клауса открыть рот, и через секунду на его затылке сомкнулись кожаные ремешки. — Теперь мы можем спокойно поговорить. — Вампир усмехнулся, обойдя вокруг распятого брата. — Люблю, когда ты молчишь, и не перебиваешь старших. *** — Где его черти носят? — Майкл раздраженно нажал на кнопку отбоя, и засунул мобильный телефон в карман куртки. — Похоже, что мальчишка занят, так что нам придется разбираться самым. — Он обвел пристальным взглядом собравшихся у входа в гробницу, на, которую их, наконец, смогла навести ведьма Беннет. — Надеюсь, что с ним все в порядке? — Фрея с сомнением взглянула на отца. — Это же Клаус. — Коул пожал плечами. — Наш брат может постоять за себя. — Не знаю… — Майкл нахмурился. — Будем надеяться, что он не натворит глупостей. — Впрочем, было заметно, что он не очень верит в правдивость собственных слов. — Давайте решать проблемы, по мере их поступления. — Деймон сделал шаг вперед, и с легкостью сломал крепкий на вид засов. — Сейчас наша главная задача — моя мать, а с тем чем занимается Клаус вместо того, чтобы спасать свою семью, мы разберемся потом. — Клаус не такой. — Фрея покачала головой. — Он не станет бросать свою семью в тот момент, когда может её лишиться. —Не хочу это признавать, но Фрея права. — Майкл кивнул. — Мальчишка не бежит от своих ошибок, но я не припомню, чтобы он старался их исправить. Как бы там не было, его стоит найти. Коул, возьми с собой Давину, и постарайтесь разузнать, куда мог подеваться твой брат. Не удивлюсь, если ему удалось напасть на след чертова вампира, и он просто не стал ставить никого из нас в известность. Если это так, то стоит опасаться худшего. — С него станется. — Коул вздохнул, но не стал спорить с отцом, который за несколько дней, успел взять под контроль все руководство их маленькой группировкой. — Я могу попробовать провести обряд поиска. — Давина задумчиво оглянулась, как будто опасаясь, что за ними могут следить. — Это не слишком сложное заклинание, но мне потребуется, что-то из личных вещей Клауса, или, же лучше его частица. — Думаю, что в доме должно найтись что-то такое, к чему мой брат прикасался чаще, чем раз в год. — Коул провел рукой по волосам. — Хорошо. — Давина кивнула. — В таком случае у нас не должно возникнуть проблем с тем, чтобы его отыскать, и привести сюда. — Если только он не угодил в ловушку, и все еще жив. — Деймон разглядывавший открывшийся перед ними проход, отвлекся от своего занятия, и оглянулся на присутствующих, чьи лица помрачнели при его словах. — Впрочем, мы же знаем, что не так-то просто убить первородного вампира, к тому же, я все еще жив, а так как происхожу из родословной Клауса, то можно, почти со стопроцентной уверенностью считать, что наш дорогой друг все еще жив, и возможно даже, что здоров. — Рад слышать, что тебе все еще присущи оптимизм и чувство юмора. — Майкл прервал тираду Дэймона. С одной стороны, он понимал, что Сальваторе прав, но с другой, его не покидало предчувствие, что они что-то упускают. Слишком уж просто Беннет удалось узнать место, где ведьма проводила свои магические ритуалы. Как будто их намеренно отвлекали от чего-то. Впрочем, у них не было другого выхода как лишь следовать по крошкам, добытым с таким трудом. — Тогда хватит разговоров. — Деймон кивнул, и, не дожидаясь ответа, исчез в дверном проеме. — Держите меня в курсе, и позвоните, как только что-то узнаете. — Майкл напоследок кивнул Колу, и последовал за неугомонным вампиром. Если бы он только мог, то отослал бы вместе с Коулом и остальных ведьм, но Беннет ни за что не бросила бы Сальваторе, и не стала бы оставаться в обществе Коула, а о Фреее и говорить не стоило. Она была такой же как и все остальные его дети — готовой на самые безрассудные поступки ради того, чтобы сохранить свою семью. К счастью, или, к сожалению, их поход длился совсем ничего. Через несколько десятков метров путь перекрывала основательная, железная дверь, которая никак не хотела поддаваться натиску Сальваторе, решившего, почему-то, что у них не должно возникнуть никаких сложностей. Майкл плечом оттолкнул молодого по его меркам вампира в сторону, и сам попробовал сорвать дверь с петель, но не добился даже того, чтобы та заскрипела. На миг он подумал, что возможно не стоило отсылать Коула, и, что втроем они, может быть, смогли бы её выломать, но сейчас уже не имело смысла возвращаться назад, и догонять парня. К тому же, ни одна дверь не смогла бы выстоять против силы первородного вампира, не будь она зачарованна, а так как они, все же, имели дело с ведьмой, то было верным предположить, что, скорее всего, та позаботилась о магической защите своих владений. — Есть идеи? — Майкл вопросительно оглянулся на застывших на месте ведьм. — Или, можем, поискать другой вход? — Сомневаюсь, что он существует. — Фрея покачала головой. — Но я чувствую, что нам необходимо как можно скорее попасть по ту сторону, иначе может произойти, что-то очень и очень плохое. — Желаю удачи. — Деймон угрюмо усмехнулся. — Если я достаточно хорошо узнал свою мать, то могу поклясться, что она сделала все возможное и невозможное, чтобы никто не помешал её планам. — Так уж и никто? — Фрея оценивающе прищурилась. — Нельзя предусмотреть всего, и я очень сомневаюсь, что она ждала в гости ведьм. — Вынуждена тебя огорчить. — Бонни поджала губы, разглядывая дверь, после чего перевела взгляд на ведьму Майклсонов. — Она, скорее всего, учла свой предыдущий опыт, когда моя бабушка разрушила её планы, и подстраховалась. — Значит, она подстраховалась от вашей магии, но никак не от той, что настолько, же древняя, как и первые вампиры. — Фрея подошла к двери, и коснулась её ладонью. — Сомневаюсь, что ей даже в страшном сне могло привидеться, на что способны ведьмы семьи Майклсон. — Сомневаюсь, что вообще кому-либо такое могло присниться. — Деймон вздрогнул, вспомнив про Эстер, и её заклинания, которыми она могла натворить все, что взбредет в голову, и о которых не слышала ни одна из ныне живущих ведьм. — Остается только надеяться, что ты была прилежной девочкой, и слушалась мамочку, впитывая её знания, а то у нас просто нет времени, чтобы сбегать за гримуаром Майклсонов. Да и сомневаюсь, что без помощи Клауса или Элайджи, мы сможем отыскать, где он находится. — В гостиной Клауса на столе, и я училась не у Эстер, а у своей тети Далии. — Фрея машинально пожала плечами. — А теперь будьте добры, помолчите несколько секунд. Мне нужно сосредоточиться. — Вот так бы сразу. — Деймон буркнул, скрестив руки на груди, и с интересом наблюдая за тем, как ведьма напряженно застыла, держа раскрытую ладонь на холодном металле двери, который стал менять цвет, и, через несколько напряженных минут, стал крошиться на мелкие кусочки. — Это было проще, чем казалось. — Фрея сделала шаг назад, победно глядя на Сальваторе, во взгляде которого, наконец-то, появилось уважение. — К сожалению, я не могу гарантировать, что наш приход все еще остается в тайне. — Это не имеет значения. — Майкл пожал плечами. — Рано или поздно нас бы все равно обнаружили. — И все же, было бы лучше, случись это позже. — Фрея вздохнула. — Кто пойдет первым? — Только не ты. — Майкл тряхнул головой, и, обогнув дочь, прошел в открывшийся за дверью проход, который вел в просторный, освещенный светом факелов зал. К огромному разочарованию, тот оказался пуст. Точнее не совсем так. На полу зала, везде, куда только мог упасть взгляд, были видны обугленные останки людей, или кем они там были при жизни. — Черт. — Деймон тихо выругался, проследовав за Майклом, и поднял руку раскрытой ладонью вверх, останавливая собравшихся последовать за ним девушек. — Вам не стоит сюда входить. — Согласен, что не стоит. — Майкл оглянулся, и кивнул. — Но, к сожалению, придется. — Может, хватит решать за нас? — Фрея переглянулась с Бонни и, не дожидаясь ответа, подошла к отцу в то же самое время, критическим взглядом оглядывая помещение. — Похоже, что Лили решила пойти другим путем и помочь демону собрать жертвы. — Это, каким же образом? — Беннет вопросительно взглянула на более опытную ведьму. — Предположительно связав между собой жертвы, и их деяния, если так можно выразиться. — Фрея подошла к одному из недостаточно обгоревших трупов, и пригляделась. — Я знаю его. Видела несколько раз в компании Марселя, и он был вампиром, а это значит, что, скорее всего, все остальные… — Тоже были вампирами… — Тихий, равнодушный голос с другой стороны зала заставил всех вздрогнуть от неожиданности. — Ребекка? — Первым пришел в себя Майкл, кинувшись через зал к сидящей на выступе камня дочери. — Ты жива? — Вроде бы. Хотя после всего, я не уверена. — Ребекка позволила Майклу обнять себя, и лишь после этого взглянула на остальных. — Вы должны его остановить. — Кого? — Фрея поджала губы, уже предчувствуя ответ, и не ошиблась в своей догадке. — Эла. — Ребекка перевела беспомощный взгляд на Деймона. — Ты был прав. Она снова сделала это, и не намерена останавливаться… — Где она? — Сальваторе сделал решительный шаг вперед, и застыл, когда Майклсон оглянулась куда-то за спину. — Он убил её, но пообещал, что за свою преданность, она будет вознаграждена, и что когда он до конца войдет в мир живых, то она вернется к нему, и они вместе сотворят на земле новый ад… Ребекка сделала шаг, назад открывая взгляду присутствующих лежащий на земле за её спиной кровавую кучу мяса, с которой была содрана кожа, и уже нельзя было понять, кто же это был.