Цубамэ - ласточка

      Себя я осознал… ла, когда мне исполнилось три года. В это раз меня звали Чиаса Юкари, и я была бесклановой почти сиротой. Почти, потому что мать умерла в прошлом году, а отец, бывший-чунин, — в запое уже год и даже не вспоминает о моём существовании.       Даже не знаю, плакать мне или смеяться. С одной стороны, третья жизнь, а нормальной семьи у меня ни в детстве, ни во взрослой жизни не было и, видимо, не будет. С другой — семья предполагает собой пристальное внимание, вопросы и подозрения, которые не нужны ветерану Войны Шиноби, пусть и в теле трехлетней соплюшки.       Все же отвык…ла отождествлять себя с женщиной, хоть и был…а ей однажды.       Мои воспоминания о прошлых жизнях как в старинной книжке — где-то стерты от времени, где-то все настолько непонятно, что невозможно прочесть, а что-то осталось лишь в виде картинок и схем. Но я благодарна Синигами даже за это. Ведь, не будь у меня этих крох знаний, то была бы я давно калекой минимум.       Из всего, что помню, есть урывки жизни женщиной, что управляла огромной железной птицей, а люди в том мире жили в огромных домах, что были выше любого дерева в сотни раз. Впрочем, более яркой была моя вторая жизнь мальчика Акацуки из клана Кохаку. Да, признаться, тогда мне приходилось трудно. Малый резерв никак не сочетался с острозубными техниками клана; пришлось фантазировать и переделывать, в чем хорошо помогали знания прошлой жизни. Много земляных техник тогда были за моим авторством, а в клане пошли легенды о таинственном гении, но никто не мог догадаться, что в теле опытного шиноби с рождения сидел настоящий книжный червь, дотошная и требовательная к себе и окружающим пилотесса, что сказывалось на его отношения с окружающими. Ни семьи, ни друзей он тогда не обрел. Одиночка. И вот, однажды, на одной из миссий, его решил убить собственный клан. Нехорошие воспоминания…       Так вот. Третья жизнь. Досталось мне слабенькое, худенькое даже для ребенка и множество синяков тело. Маленький рост, но длинные, в цвет ночного неба прямые волосы и такого же темного цвета глаза-бусинки. Пьяный родитель не гнушается поиздеваться на тушке бессильного ребенка. Радует, что хоть из-за старой травмы мой отец не может пользоваться чакрой, иначе такие побои стали бы фатальны. Приходилось избегать встреч и часто сбегать из дому.       Повезло мне в одном — рядом с нашей ветхой хибаркой был лес, поэтому с голоду мы не умирали, да и прятаться там намного удобней. В этом же лесу нашлась замечательная полянка для отработки классических упражнений для развития кейракукей и физических возможностей. Я решил…ла начинать сразу же, как подвернулась возможность, ведь именно в детском возрасте тело развивается и изменяется, следуя желаниям своего обладателя, а значит — чем раньше я начну, тем выше будут результаты. Растяжка, бег, прыжки, дыхательная гимнастика, чувство чакры*- все это постепенно помогало укреплять мое тело, делая меня более опасным противником - хоть это звучит смешно в отношении девочки ростом семидесяти сантиметров, но так оно и было.       Еще проблемой является мой пол. Да, баба-силовик в нашем мире вещь возможная, но трудно достижимая, а еще у меня рост маленький, хоть я и росту, но уже сейчас понимаю, что высокой мне не стать. Если же судить по легкости и подвижности суставов, то мне будет продуктивнее развиваться в сторону ловкости и скорости. Тайдзюцу? Нет. Тело в целом очень подвижное и пластичное, так что дорога в тай мне заказана. Но малую пробивную силу можно компенсировать техникой и металлом… Кендзюцу, сюрикены, сенбоны… Да, это то, что увеличит мою боевую мощь. Остается лишь определиться со склонностями. Возможно, у меня вообще «родства» с землей нет. Про призыв вообще молчу.       С местными я, к сожалению, не сходилась. Как бы глупы и наивны не были обычные люди, но большинство инстинктивно не доверяет или опасается шиноби. Я, в отличии от своего папки, попала как раз в это число, что довольно странно и недостижимо для моей логики. С детьми была та же история, но здесь больше сыграл эффект детской привычки копировать взрослых, чем от самих детей. Этим я охотно пользовалась, почти живя в лесу и не тратя время на бесполезные дела; я полностью посвятила себя саморазвитию.       Уже через полгода я спокойно превосходила сверстников, а еще через год могла не бояться толпы всякой шмали, с коими тусил и мой отец. В случае чего, я могла вырубить всех в мгновение — все же одолеть или поймать маленького верткого противника достаточно сложно, а в одурманенном состоянии - уж точно непосильная задача.       В этом мне помогают наработки из прошлого, а точнее — подсмотренный как-то плавный стиль боя Хъюг и молниеносный стиль Хагоромо, на базе которых я думаю создать наиболее подходящий мне стиль, ведь мощно-пробивающий моего клана мне не подходит.       Очень удачной пробой своих сил стало избиение мной местной шайки. Эти обрубки, обнаружив мое лесное убежище, решили сделать его своей базой, а меня пустить в расход, что мне, естественно, не понравилось, и в лесу на несколько холмиков стало больше.       Из разговоров местных я узнала, что наша деревушка находится в трех днях пути от портового города Рьючи, страны Чая. Она не имеет своих шиноби, но считается нейтральной территорией для других, хоть сейчас и идет война. Это относительно тихая и стабильная страна. Пока ее земли не захотят захватить другие страны — вот тогда здесь начнется мясорубка. Значит, если я хочу выжить, а лучше вовсе стать сильнее, то мне нужно выбираться из этого болота. Но я пока не спешу, ведь здесь я хоть какая-то угроза, а там будет совсем наоборот. Боюсь, все будет как в истории о всемогущей богине, однажды выбравшейся из своего мира, и, в итоге, оказавшейся простой лягушкой из колодца.