Цубамэ - ласточка

— Вы как раз вовремя. — удовлетворенно кивнул Кишо-доно, выходя из кабинета Хокаге. Он оглядел меня, а после пристально посмотрел на Дайске. — Так, ты, — показал он пальцем на занервничавшего красновласика, — вниз, — Кишо-сама показал ему соответствующее направление пальцем, на что тот скомкано попрощался и, страдальчески вздохнув, удалился — а куда? — Так, ты, Юкари-чан, перед тем, как встретиться с главой деревни, должна быстренько пройти один маленький опрос в соседнем кабинете. — Меня подтолкнули к неприметной деревянной двери. — Маса-сан, откройте, пожалуйста, дверь, — обратился он к неприметному секретарю. — Эм… — а я просто не успевала за событиями и с широкими, как у филина, глазами была затолкана в маленькую темненькую комнату.       Надеюсь, убивать меня тут никто не будет. — Ом, извините, — наконец я собралась, — меня… — Чиаса Юкари, верно? — учтиво спросил меня бархатный голос из темноты. — Секунду.       Я услышала щелчок, и комнатка в мгновение осветилась. Правда, она была небольшой — это даже, скорее, закуток. Около двух метров. Стол, а по сторонам от него два стула. На столе лежали ручка и бланк с вопросами. Затем, подняв глаза, я разглядела говорившего со мной — это был светловолосый мужчина около двадцати пяти лет с уставшими мутно-голубыми глазами. Яманака был одет в темную футболку-сеточку и широкие темно-серые штаны с дополняющей картину жилеткой дзенина. — Не волнуйтесь. Это стандартная процедура допуска иностранных лиц к Каге деревни, — спокойным голосом произнес он и обратил мое внимание к бланку на столе. — Пожалуйста, прочитайте вопросы вслух, ответьте на вопрос и запишите свой ответ в бланк, — ни на грамм не проявив эмоций, будто машина, проговорил он уже заученный давно текст.       Какая интересная система контроля. Сначала ворота с легким опознаванием свой/чужой — уж не поверю, что стражи на посту не знают в лицо своих шиноби, — затем чтение тела спрятавшимися в стенах коридоров Резиденции АНБУ, теперь «полиграф» в лице представителя клана лучших Мозголомов. И все так не вычурно, лишь полунамеками, полувзглядами. Интриган. Этот Хокаге знает, как работать с психикой. Не удивлюсь, если и в кабинете Хокаге АНБУ больше, чем тараканов.       Знаете, мне нравится это. Это вселяет некую уверенность. Что меня вот так сразу никто не убьет, что меня никто не заподозрит, да и не заподозрил бы в моей невероятной истории. Ведь такое слишком невозможно, не так, как обычно бывает, не поддающееся анализу нечто новое. Я как жамевю* для этого мира.       С легкостью ответила на ожидаемые вопросы по типу имени, возраста, родной страны, принадлежности к шиноби, наличии злых намерений по отношению к Дайме/Хокаге/Конохе/Гражданам страны, солгала ли я в одном из вопросов или нет и прочее.       Заняло это в районе десяти минут, а затем, спокойно распрощавшись, я вернулась к ожидающему меня Учихе.       Кабинет Хокаге я запомнила мельком. Больше всего внимания привлек огромный полуовальный деревянный стол, полностью заставленный горами бумаг, и огромные окна позади него. За столом сидел опрятный невысокий мужчина, с узкими морщинами, спускающимися с глаз на щеки, что вкупе с проглядываемой сединой лишь добавляли возрасту измотанному человеку. По кабинету тянулась легкая табачная дымка, горечью оседавшая в легких. Да, война — дело нервное, вот и травит себя человек, лишь бы немного сохранить не восстанавливаемые клетки. Он очередной раз затянулся и прикрыл глаза. Тишину момента не позволил бы себе нарушить ни один шиноби. Выдох. Облачко дыма устремляется в сторону. Хокаге-сама открыл глаза и с добрым прищуром вгляделся в меня. — Значит, — новая, но уже более короткая затяжка, — это тебя подобрал Кишо в своем походе? — спокойный, слегка с хрипотцой голос отдавался эхом в тишине кабинета, а его темные глаза внимательно изучали мою мимику. — Не боишься? Стоять перед самим Хокаге? — немного любопытства в голосе и новая затяжка.       Я лишь молча смотрела на него. Слова сейчас были не нужны, ведь он легко находил ответы в моих глазах. — Похвально. Вижу, ты не простая гражданская, Юкари-чан. Твои родители были шиноби? — Кивок. — Но тогда почему ты здесь? И почему ты тогда была одна? Поведай уж старику, — с боку послышался тихий хмык Учихи, — как до того дошло, — он снова глубоко затянулся и посмотрел на меня. — Родители, — я слегка поморщилась. А вот это неприятная тема. Ладно, придется ответить. — Моя мать умерла вскоре после рождения меня. Отец получил сильную травму в одном из боев и потерял способности чакроносителя. Жили мы в небольшой деревне у реки. Примерно в пять лет во мне обнаружились способности к чакре, и я стала тренироваться. Когда в наши земли пришла война люди стали пропадать. Отец не хотел куда-либо уходить, потеря матери сломила его дух, он ..., - я не знала как выразить это - ... Наши пути с ним разошлись, когда я начала заниматься . Мы долгое время не общались и жили сами по себе . Со слов иногда забредавших в деревню путешественников я имела достаточное представление многое о мире и шиноби. Я поняла, что должна идти дальше и решила начать свой путь в одиночку если хочу выжить. Ушла из деревни с первыми путниками, когда он окончательно спился. – Пусть думают, что он умер. - Кочевничала, пристраивалась к караванам, подрабатывая там разной работой. Мне немного объяснили как можно использовать свои силы, что значительно помогало в дороге со взрослыми. Я знаю некоторые приемы борьбы, могу усилить себя чакрой, могу ходить по воде и кое-что еще.. -ну не буду же рассказывать, что я действительно умею.        Не должен ребенок в моем возрасте изъясняться сложными терминами и анализом. Я старалась подражать манере общения детей за которыми присматривала в путешествии. Мой рассказ занял не больше пары минут за которые больше описывал быт и местность нежели свои реальные похождения. — Несмотря на планирование и всю охрану, на нас тогда напали. Так я и встретилась с группой Учихой-самы, — я перевела благодарный взгляд на смотрящего Кишо, который взглядом обращался ко мне. — Хокаге-сама, — подтверждающе кивнул он. — Подробности этого, а также отчет по операции я предоставил вам на прочтение, — кивок на одну из отдельных стопок на столе.       Хокаге бросил грустный взгляд на нее, затем оглядел остальные горы и горько выдохнул облачко дыма, будто уставший дракон. Но эту усталость он показал лишь на мгновение, а затем его глаза вновь наполнились добрым любопытством. — Ты прошла долгий путь Юкари-чан. – немного помолчав сказал Хокаге с отеческой улыбкой. Интересно, скольких он отправил умирать за Дух Огня улыбаясь так же? – Думаю, теперь тебе не нужно бояться за свою жизнь. Коноха всегда защищала своих детей. — Но, я ведь не отсюда, — неуверенно ответила я. — Коноха – это дом, который защитит всех, кто приходит к ней с открытым сердцем. Тебе пришлось рано повзрослеть чтобы выжить. Деревня стала домом для многих одиноких людей, подарила им дом, друзей, мечту … Все они стали частью Конохи, всех нас связало как одну большую семью. Неужели ты думаешь, что семья не может бросить ребенка ? – он смотрел на меня ожидая ответа. — Если Коноха примет меня, для меня не будет большей радости.        В мире шиноби способны нормально жить лишь шиноби. А бессильные и часто, вопреки общим убеждениям, бесправны; обычные люди живут лишь до того момента, пока рядом не появится живущий с Синигами*. А те, кто имеют в этом рандеву свои секреты, так опасны. Поэтому нас боятся, поэтому уважают нашу силу и опыт друг друга, поэтому шиноби чаще всего могут жить только с шиноби. Так появились кланы, так началась Коноха.       Мой ответ понравился Хокаге. Хотя, может, это просто часть его актерской игры. Не удивлюсь, если это «собеседование» с какой-то левой девчонкой мужичек устроил для того, чтобы и отвлечься на некоторое время от бумаг и политики. — Хороший ответ, — он улыбнулся одними глазами и затянулся ароматом табака. — Вот мой указ! — он слегка прихлопнул свой стол ладонью, поднимая небольшое облачко осевшего от табака пепла. — Чиаса Юкари, с этого дня ты считаешься полноправным жителем Конохагакуре-но-Сато, а также, имея потенциал шиноби, зачисляешься в Академию Шиноби Конохогакуре-но-Сато. Чиаса Юкари из Деревни Скрытой в Листве, носи свое имя с гордостью! Деревня верит в тебя!       Пафос, пафос — море пафоса. Да, любит же нынешний Хокаге театральность. Хотя, это очень подходит такому оратору и — уверенна, что не ошибусь — интригану. А старик-то поступил очень хитро — и мне сделал одолжение, и себя обеспечил в будущем сильным — мы оба в этом не сомневаемся — шиноби, который был бы ему всем должен, хоть, в большей мере, это лишь беспочвенное самовнушение жертвы.       А я лишь так же воодушевленно смотрела на него и в сердцах радовалась, что в допросные меня никто не заберет.

***

      -Юкари-чан, сейчас ты должна пойти вот за этим господином с синей повязкой – как будто по команде дверь в кабинет приоткрыл невзрачный мужчина за тридцать и поклонился Хокаге. - Он тебе все объяснит. Так меня и отправили на круги канцелярского ада. В быту жителей Конохи имелось не мало документов сопровождающих их в течении все жизни. Меня измерили, кратко опросили, сфотографировали, дали какие-то талончики на первые нужды. Самым интересным было создание карточки жителя – Меня сфотографировали в полный рост, вписали мои данные и попросили влить немного чакры так как я умела ей пользоваться. Сказали, что так можно будет проще инфицировать ее подлинность. Дали список куда, когда и зачем подойти для дальнейшего обустройства и описав примерное направление отпустили на вольные хлеба.       Засунув выданное в карман, направилась в сторону ближайших деревьев, чтобы перевести дух в теньке. — И что же дальше? — вздохнув, спросила я сама у себя и улеглась в корнях раскидистой кроны.       Пронзительно-голубое небо пестрило золотом солнечных лучей. С краю неслись пара пушистых облаков, подгоняемых озорным ветром. И свежий аромат травы. Я расслабленно прикрыла глаза, представляя себя маленькой птичкой в объятиях лазурного свода, которая наслаждается, подхватывающими ее потоками…