Цубамэ - ласточка

      Первым, что я увидела, очнувшись, было ночное небо. Такое загадочно-синее и глубокое, оно дарило спокойствие, укрывая меня от дневной суеты, а россыпь серебристых звёзд вокруг лика Богини Цукиеми зазывала в свои объятия.       Я вдохнула полной грудью прохладный мокрый воздух. Он был свеж и приятен, а запах травы дарил ощущение свободы. Боже, на секунду я задумалась, как же давно я не чувствовала себя так хорошо? Давно. Наверно, еще в прошлой жизни. С самого моего здесь появления, я куда-то стремилась, хотела стать сильней. А сейчас? Сейчас меня это почему-то не волновало. Не волновало то, что я не знаю, где нахожусь. Не волновало то, кто принес меня сюда. Главное — не враг, а живая я. Поэтому сейчас я позволила себе на секунду почувствовать свободу. — Ты очнулась, — скорее констатировал, чем спрашивал знакомый голос моего спасителя. — Как себя чувствуешь? — Да, спасибо, нормально, — флегматично ответила я, аккуратно приподнимаясь с лежбища и оглядываясь. — Что произошло, где я, господин Учиха?       Я оказалась на окраине небольшого ночного лагеря, где сейчас располагалось еще десять человек. Все занимались своим делом: кто-то готовил, кто-то ухаживал за снаряжением, кто-то тихо переговаривался над какой-то бумагой. Я лежала на небольшой, отдаленной поляне, что могло говорить о более высоком статусе того, кто меня спас и на чьем плаще я сейчас спала. — Мы возвращаемся, — как ни в чем не бывало ответил он мне, позволяя все это увидеть, но в его серьёзных глазах можно было прочитать намного больше — и то, что возвращаются в Коноху они, и то, что теперь с ними иду я. — Хорошо, Учиха-доно, — покорно кивнула я, принимая все положения, а затем и вовсе села на колени и глубоко склонилась. — Нижайше прошу простить меня за моё невежество. Я, Чиаса Юкари из страны Чая, от всей души благодарю вас, Учиха-доно, за своё спасение и приношу извинения за доставленные в связи с этим неудобства. — Я — Учиха Кишо — принимаю твою благодарность, — его темные глаза на секунду прикрылись — на секунду мне показалось, что они сверкнули шаринганом, — лишь намекая на поклон.       Ну что ж, формальности соблюдены. А теперь можно было поговорить и о более приземленном. — Учиха-сан, а сколько я проспала? И что случилось с теми бандитами?.. Если это не секрет… — стушевалась я в конце под его насмешливым взглядом. — Ну, почему же — не секрет. Большинство находятся у нас в свитках, а остальные — наши люди, — он кинул взгляд на группу шиноби у костра. Я сглотнула, осознавая, что в свитках можно хранить только не живые объекты, если, конечно, это не медсвитки анабиоза, но, думаю, для такой швали, как та банда, это было бы слишком расточительно.       Только сейчас, приглядевшись, среди них я узнала того самого Хьюгу, который был в составе моей погони. Он не испытывал никаких неудобств, а спокойно ел вместе с остальными бойцами. Значит, он был подсадным? И рядом с ним парень с коротким тёмным ежиком волос — его я тоже видела в банде. Хм, а этих треугольничков на щеках у него тогда не было, да и собак, что уплетали мясо рядом с ним, я не видела. Зачем призывать контракт просто так? Хм, а вон тот энергичный огненноволосый парень — скорее всего Узумаки — весело обсуждал с ними что-то, активно размахивая фляжкой.       От наблюдения чужой трапезы в моём животе появились крики протеста, которые услышал мой красноглазый спаситель. — Пойдем, тебе тоже следует поесть. Ты спала более пяти часов. — Извините, спасибо, — сколько бы я не была взрослой в душе, но предательский румянец поступил на лице.       Он улыбнулся глазами и, рывком подняв меня на руки, понес в сторону костра. Мне ничего не оставалось, кроме как схватиться за его шею и смирненько сидеть на его крепких руках. Как маленькую, ей богу. Надеюсь — лишь только надеюсь, — что эти шиноби так и считают.       Выйдя на общую поляну, мы на секунду привлекли всеобщее внимание. Но стоило командиру показать свободной рукой пару жестов, все резко заинтересовались своими делами, а сообразительный повар побежал к котелку. Мне даже ягод набрали для компота. Боже, и это суровые коноховсие ниндзя? Да, видимо, сейчас происходит действительно что-то необычное, а я в эпицентре такового…

***

      Уже около пары суток мы двигались в сторону Конохи. Мы — потому, что я рассказала часть правды о себе Кишо-саме — как он разрешил себя называть — о том, что я ребёнок-шиноби. Сначала я хотела скрыть свои способности, но, поняв, что чакру во мне уже почувствовали, решила не рисковать, а раскрыться. Иначе мои знания и поведения выглядели бы слишком подозрительными. Так что какое-то время я бежала вместе с ними. К сожалению, из-за малого резерва такое стремительное передвижение для меня очень затратно, и поэтому скакать, аки обезьянка, по веткам я могла от силы пару часов, после чего меня брали на руки и скакали дальше.       За это время я познакомилась почти со всеми шиноби. Так я, наконец, узнала о том типе с треугольниками на лице. Это оказался представитель сравнительно недавно появившегося в конохе клана Инузука, а тот пес оказался его нинкеном, что мне объяснили как смесь призыв-фамильяра и обычной собаки; на лице же оказалось изображено клановое тату символизирующее клыки. А помощником командира красноволосый — квартерион Узумаки — Тсуругами Дайске стал для меня достаточно терпеливым и чутким собеседником, который знал много интересных историй о ниндзя, что было удивительно и не характерно для его энергичного клана, и всячески пытался разрекламировать мне величие Конохи. А из-за его повышенной «аловолосой» выносливости, он нес меня чаще всех.       Кстати об Узумаки. Я узнала, что Деревни Скрытой Водоворотом давно нет, и испытала настоящий шок, когда узнала, что уже около 10 лет их остров представлял собой руины. Тысячи шиноби, огромный резерв, необъятное количество информации, что за секунду было возможно осознать, великие техники печатей, барьеров и знаменитая живучесть… Подумать только, самый опасный и могущественный, по мнению многих шиноби, клан канул в лету. Во всем мире осталось не больше пяти процентов от всей их численности, и то в большинстве своём лишь наполовину или на четверть относящиеся к клану, лишь несколько десятков человек, в числе которых осталась химе клана Узумаки Кушина, являлись носителями сильной* крови. Остатки красноволосово клана приняла к себе Коноха, как одна из основных дружественных деревень, и вот уже несколько лет служат им верой и правдой.       Я по-новому взглянула на Учиху. Весь увешан скрытым оружием и свитками. Не старый, но и не молодой мужчина, чёрные, но уже с седыми прядями волосы, длинной до лопаток, качественная одежда, примечательный шрам через левый глаз и смеющийся цепкий взгляд, пронзающий насквозь. Если подумать, то получалось, что он большая шишка, раз у него в отряде есть представитель исчезающего клана, да и вообще… Двое Инузука, Узумаки, Хьюга и двое Учиха… бесклановых здесь меньше половины. По-моему, отряд довольно слаженно работает — нет стычек, лишних слов и движений, каждый чётко знает и осознает свои права и обязанности. Это возможно лишь при хорошем руководстве, разъяснении задач, грамотных приказах и отношению. Не удивлюсь, если он из уважаемых командиров АНБУ. Интересно, какая у него маска?       За своими раздумьями я чуть не пропустила момент, когда к Учихе приблизился Инузука. Он что-то сказал ему, указывая на что-то свое. Лицо командира посерьезнело, и он начал подавать знаки для всех остальных:       «Засада. 1300 метров. Туман. 3-В, 4-С и 1-А ранг».             (забавно, что секретный язык жестов деревни почти не изменился).       Все кивнули, ведь план действий был уже давно согласован и отработан до мелочей. Только я оставалась не при делах и должна была просто заныкаться с одним из нинкенов и не отсвечивать.       В прошлый раз я очнулась уже в лагере, но в этот раз, хоть и из дали, но я смогла в полной мере насладиться качеством их работы. Слаженные действия, общение полунамеками, железобетонная уверенность друг в друге и в командире. Эх, а у меня в прошлом даже намека на такое не было — вечный одиночка. Я с затаенной завистью наблюдала за каждым их действием, за тактикой боя, за стилями бойцов и скоростью с которой они «упаковали» этих залетных нукенинов. — Шикарно, — я просто кайфовала, наблюдая за ними. — Грр.       Хай-хай. Буду тихой как мышка, грозный песик-сан.

***

— Позволь поздравить тебя с прибытием в Конохогакуре-но-Сато, мелкая! — широко улыбнувшись, похлопал меня по плечу не-Узумаки. — Моё имя Ю-ка-ри! — прошипела я.       Хоть до этого я и не замечала за собой такого комплекса, но постоянные «мелкая» из уст этого рыжего исчадия ада ужасно нервировали.       Итак, Коноха. Первым, что я увидела, были огромные, почти в десять метров в высоту и столько же в ширину, каменные ворота со ставнями цвета свежей зелени. На зеленом фоне ярко выделялись красные символ Деревни скрытого Листа, а также защитная хирагана, оставшаяся ещё со времён Хаширамы.       На посту у ворот сидят двое чунинов, по периметру стен тоже, скорее всего, под скрытом следят сторожилы. Все же время не совсем мирное.       Деревня была похожа на огромный муравейник. Множество причудливых светло-каменных зданий с красными, зелеными, коричневыми крышами, по которым то и дело скачу аки кузнечеки местные ниндзя. Тянущиеся на несколько сотен километров улицы и улочки, вечно-шумный рынок и множество небольших магазинчиков как для шиноби, так и открытых для обычного люда. Глаз постоянно цепляла скала Хокаге, на которой сейчас были высечены три лика — Хаширамы, Тобирамы и кого-то не знакомого мне. Под их тенью и находилась резиденция Хокаге — большое красное строение, возвышающееся над деревней, на самом верхнем этаже которого сидит нынешний, не известный мне «Тень Огня». И много-много зелени. То небольшие миленькие аллеи, то парки с сотнями раскидистых крон, то постоянно встречающиеся личные садики или клумбы местных жителей. И правда, деревня, скрытая листвой — деревня, утопающая в листве.       Командир на некоторое время отошёл к чунинам на проходной и, перекинувшись с ними парой слов, что-то черканул. Затем, раскивавшись с ними, повел группу дальше по деревне.       В конце неизвестного пути от нас осталась, дай бог, четверть. Большинство разбрелось по домам, а оставшиеся с огромной завистью и видом великомученников направились сдаваться в штаб. — Оп-па-па. А мы с тобой идём дальше, мелкая, — тормознул меня Дайске перед входом в местную Администрацию, куда зашли остальные. — Возрадуйся! — шутливо вскинул он руки вверх. — Ты с капитаном отправляешься на аудиенцию к самому Хокаге-саме!       Весело ему. А у меня мороз по коже от осознания пошел. Ведь Хокаге это не абы кто, а глава деревни. Стоит ему чем-то не понравиться - а ведь я не совсем обычная соплюшка, - и можно запросто угодить в подземные допросные. А на что готовы шиноби для получения нужной им, особенно в военное время, информации - я знаю не понаслышке. А может сбежать обратно в Чай? Брр... Дай мне хладнокровия, о Великий Синигами!