Ныряльщик

Я ныряльщик. Вот только погружаюсь я не в пучину в поисках затонувших кладов или морского жемчуга, нет. Я привык получать адреналин, но получаю его не таким путём. Я ныряю во времени. Уж и не знаю, кто назвал перемещение в прошлое нырком, наверное, американцы, но правильнее слова и не подобрать, поскольку ощущения схожи. Начну по порядку. В наш две тысячи пятидесятый год никого машиной времени уже не удивишь. Она вышла из-под государственного контроля, когда было доказано, что никто не может изменить ленту прошлого. Время оказалось весьма капризным измерением, в том плане, что в нём всё оказалось просто до невозможности, и чему было суждено сбыться, то и сбывалось, как бы выходцы из будущего не пытались изменить ход истории. Первым это поняли те же американцы, которые двести пятьдесят шесть раз пытались спасти Линкольна от смерти. Казалось, они учли все малейшие факторы, влияющие на его ленту жизни, но, увы, что бы они не предпринимали, Президент умирал в тот же самый день и час, как это и было зафиксировано историками . И если не от пули, от которой они его спасали, так от естественных причин. Никто ничего не мог с этим поделать. Однажды его даже попытались вывести из ленты времени, переместив в наше, но и тут было полное фиаско. Линкольн впал в кому, из которой его никто не смог вывести, и лишь возвращение в своё время вернуло ему полную дееспособность. А потом, в двести пятьдесят седьмой раз у смертного одра величайшего героя Америки, поняв, что терять уже нечего, они транспортировали его в наше время, подменив искусственным дубликатом. И, о чудо! Медики смогли не только спасти ему жизнь, но и успешно вылечить и поставить на ноги. Лента жизни, оборванная для истории, продолжилась в наше время, правда смысла от этого было не очень много. Национальный герой Америки прожил ещё пятнадцать лет, удивляясь достижениям, и был ценен только для историков, сумевших заполнить белые пятна в истории того времени, но не более. От переселения в кибертело Линкольн наотрез отказался и был похоронен со всеми почестями Лидера нации. Ну вот подумайте сами, зачем в будущем выдающийся мозг прошлого, когда есть кибермозг, который гораздо эффективнее, и есть даже искусственный интеллект, способный заменить человеческий? Вот тогда и появилась профессия- ныряльщик, работа для киборгов. А с развитием процедуры копирования Призрака, снятием полной информации о личности со всеми её воспоминаниями и мыслями, по сути копирования души, надобность в транспортировке тел полностью отпала. Многие государства таким способом даровали своим выдающимся умам бессмертие, если они, конечно, соглашались. Многие ныряльщики разных стран не оставляли попыток предотвратить, и Первую мировую, и Вторую мировую, и Третью мировую войны, но, увы, абсолютно ничего не изменилось в наше время. Тогда попытались исследовать будущее…и тоже ничего. Нырок в будущее оказался физически невозможен, как будто кто-то специально сделал это. Единственное, что удалось учёным за эти двадцать лет эксплуатации изобретения, так это довести размер машины времени до размера спичечного коробка и синхронизировать её с работой кибертела, снабженного кибермозгом. Да, все современные ныряльщики - это искусственный организм с искусственным мозгом, сохранившем личность живого человека. С кибернизацией, по сути, человечество нашло путь к бессмертию, вот только оно стало не по карману многим из большинства живущих. Своё теперешнее тело я получил пять лет назад, выйдя «в отставку» из рядов наёмников. Убивать и участвовать в военных конфликтах, вспыхивающих то тут, то там на глобусе по имени Земля, зарабатывая немало денег ценой целостности собственной шкуры, мне просто надоело. Деньги всегда были для меня не целью, а всего лишь средством достижения цели. Целью, ведущей меня по жизни, всегда было приключение. Я, последний отпрыск третьего поколения военных семьи Хатаке, попавший по собственной глупости в аварию, когда мне было шестнадцать, и ставший инвалидом. Я, когда мне исполнилось восемнадцать, принявший решение перейти в полностью искусственное тело. Подписав контракт с государством, разыграть роль подопытного кролика в обмен на бессмертие. Я, ставший идеальным солдатом и сменивший не одно кибертело с тех пор и выполнивший бесчисленное количество различных заданий по «обкатке и проверке механических функций» этих тел, теперь отошёл в тень, принимая иллюзию свободы и понимая, что на пенсию мне не удастся выйти никогда. Имплантируя в своё новое тело машину времени, я всего лишь удлинял поводок, на который сам себя посадил. Но кто знает, может моё дело затеряется в архивах и я смогу зажить нормально, воспитывая своего сына или дочку, ведь биоматериал моего настоящего живого тела был сохранён в криокамере Первого Банка Биоматериалов Японии по настоянию моего отца. По сути, он и одобрил такой решительный шаг в моей жизни только после того, как необходимое количество спермы было заморожено как задел на будущее. И ещё из прошлого я оставил себе память - моё настоящее лицо с вертикальным шрамом через левый глаз, который появился в результате той самой аварии. Так что теперь, в этом теле, я ощущал себя полностью свободным от тех сорока лет, положенных служению во благо родной страны, и, по сути, начинал жить заново. Итак, получив разрешение на перемещение во времени и официально зарегистрировавшись как ныряльщик, я поселился в своём доме недалеко от Токио. Заказов, на удивление, было много. В основном это были миссии по сбору информации о том или ином промежутке времени. Многие богатые и высокопоставленные семьи поддались моде восстанавливать историю своей фамилии и платили немалые деньги за это, отдавая дань своим предкам, но, стараясь понапрасну не тревожить их духов. Другие просили привезти им Призраков их родных, считанных перед самой смертью, чтобы, купив новое пустое кибертело, перенести туда глубоко почитаемых родных. Мне же было очень интересно, переодевшись самураем без хозяина, кем, по сути, я и являлся, годами бродить по древней Японии, фиксируя жизнь одного отдельного человека, и потом возвращаться в ту же секунду, не теряя своего времени в своей реальности. И не говорите, что это скучно - собирать информацию. Иногда годы проматывались как на ускоренной киноплёнке, а оптический камуфляж позволял оставаться невидимым, пока кибернетический мозг фиксировал всё, останавливая ленту жизни в тот момент, когда оно было необходимо. А иногда приходилось и самому, участвовать в событиях, вступая в битвы в Феодальной Японии и порождая все те истории, что складывали потом о силе и умении самураев. Но и безопасной такую работу нельзя было назвать. Единственной опасностью, что реально грозила ныряльщику, было попасть в петлю времени. О ней говорили многие ныряльщики, но никто толком не мог рассказать, что это такое, потому, что некоторые совершали нырок и больше не возвращались, чтобы рассказать, что случилось с ними. Если кибернетическую конечность можно было восстановить, вернувшись, то, пожалуй, только отсечение головы или прямое попадание в блок машины времени оставляли ныряльщика в прошлом. И перед каждым нырком оставалось надеяться, что ты обязательно вернёшься, хотя в моём случае, меня никто не ждал, кроме заказчика. Очередное задание весьма отличалось от тех, которые обычно я выполнял. В семье Хатсугая издревле передавалась история о том, как их предок в далёком тысяча девятьсот одиннадцатом году в возрасте трёх лет чуть не попал под поезд. Он был спасён смелым молодым человеком, спрыгнувшим с платформы на рельсы и спасшем малыша, но не успевшим спастись самому. К сожалению никто так и не узнал имени этого героя и то, что его дух остался неуспокоенным, очень тяготило семью. Глава семьи, собрав необходимую сумму денег, решил нанять меня для того, чтобы я перенёс в наше время молодого человека, а если это не получится, то хотя бы узнал его имя для ритуала успокоения души. Поразмыслив немного, я согласился. Я нырнул за сутки до рокового двадцать шестого мая, решив разведать обстановку и запастись неопознанным трупом, на которого решил подменить парня, если всё получится. Включив термо -оптический камуфляж, я невидимый и незаметный прогулялся по трущобам города, ища нужное мне мёртвое тело. И только собаки лишь иногда облаивали меня, не обманываясь чувством зрения, а полностью доверяясь нюху. На моё счастье я стал свидетелем жестокой разборки между двумя бандами якудза. А когда победители ушли, оставив выживших корчится от боли в грязи улицы, я, подобрав одного свежеумершего, быстро направился в сторону вокзала. Ночь я провел у будки смотрителя, который матерился, проклиная жару и кучу насекомых, взявшихся из неоткуда и донимавших его свои жужжанием. Представляю, как бы он орал, увидев меня и мертвяка, сидящего рядом под плащом- невидимкой. На утро мы перебрались поближе к путям и я начал прорабатывать план замещения живого объекта на труп. Эх, знать бы ещё как этот юноша будет выглядеть…Нет, в газетах это событие освещалось, но пребывание под колёсами поезда сделало лицо молодого человека абсолютно непригодным к опознанию. Можно было нырнуть дважды и посмотреть на этого героя, но что-то не хотелось терять зря время. Стрелки неумолимо отсчитывали мгновения, а я всё раздумывал кто из пяти молодых людей, находившихся в толпе на платформе, мой клиент. Дворник? Нет, метлы не было найдено, да и фартука не было, значит, один отпадает. Франт в белом костюме, нервно смотрящий на карманные часы? Хммм, парень был в тёмном, значит тоже не он. Осталось трое. Парень с газетой, парень с собачкой и парень со шрамом на переносице, сидящий на скамейке. Все трое были в тёмном, а газета могла улететь, собака убежать, так что кто-то из них. Внимание привлекал парень на скамейке. Уж очень спокойное у него было выражение лица, как будто он не спешил встречать поезд, а просто сидел в саду камней, созерцая, и размышлял о жизни. Стрелки завершили круг, остановившись на мгновение, и мне показалось, что время потекло медленнее. Вот смотритель звонит в колокол, предупреждая о приближении поезда, молодой человек вздрагивает и осматривается вокруг, приходя в себя, малыш тянется за упавшей на рельсы игрушкой и, выскользнув из рук матери, бежит поднять свою вещь. Пар паровозного свистка вырывается наружу, а пар в поршнях толкает их, заставляя поезд тормозить изо всех сил, но парень со скамейки оказывается быстрее. Я уже стою на путях около ребёнка, ожидая героя этого дня, и он соскакивает ко мне с платформы. Раздаётся женский визг, перекрываемый визгом трущегося железа по железу. Парень поднимает ребёнка на руки и закрывает его от поезда своим телом, и вот тут я понимаю, что сейчас он вовсе не собирается кинуть его на платформу, как это было написано в хронике от 26 мая 1911 года. Дальше я действую на рефлексах. Сбрасывая тело с плеча, я накидываю на парня оптический камуфляж одной рукой и прижимаю его к себе, а другой вырываю ребёнка из его объятий и кидаю на платформу в сторону франта в белом костюме. Механизм машины времени срабатывает с точностью до десятой доли секунды и я, вернее мы, потому, что я так и не отпустил героя, оказываемся в моём доме и в моём времени вне досягаемости грохочущей махины. И вот тут до меня доходит, что я крупно попал. Петля времени нашла и меня.