Training with jounin (Тренировка с дзенином, Наравне с дзенином, Дзенинские игры выбирайте, что вам больше понравится)))

Тихо и мирно беседуя, Ирука и Какаши добрели до места собрания, и тут же попали в хаос. Хотя Ирука и не ждал меньшего. Это же были дзенины, а значит вести себя тихо на таком мероприятии они просто не могли. Причиной шума были три основные группы. Первой зачинщицей была Анко, которая требовала, чтобы все немедленно покинули Лес Смерти, нашли её любимое данго, а потом вернулись и принесли. Это не было большой проблемой, пока не оказалось, что никто не собирается подчиняться, и тут полетели кунаи. Конкурировал с Анко по громкости, но порождал гораздо меньше суеты громкий спор Генмы и Райдо. Какаши невозмутимо прервал размолвку любовников, чтобы потребовать с Райдо выигрыш. Ирука сделал вывод, что тот был зол оттого, что Генма так и не поддался ему и не был пойман за прошедший час. - Ты честно думал, что я поддамся и брошусь в твои объятия за этот час? Любой человек может продержаться без секса в течение часа! Неужели ты думаешь, что я такой озабоченный? - Да, потому, что я тебя знаю! При этом Генма весьма обольстительно посасывал свой сенбон, пытаясь соблазнить Райдо и намекая, что им обоим нужно скрыться в лесу и сбросить накопившееся напряжение. Но самое сильное волнение производил всё-таки «Тайный ниндзя». Он громко рыдал, заявляя, что не в состоянии дальше жить с таким позором. Он должен отречься от своей Благородной Семьи, не достоин воспитывать своих Любимых Учеников, он сделает тысячу одно отжимание на пальцах, дабы искупить свою вину! - Гай-сенсей не подписывался на это состязание, точно? – шепотом спросил Ирука Какаши. Он вдруг понял - ему очень повезло, что этот «Тайный ниндзя» был в его команде, ведь это значило, что он не тот, кто пригласил Ируку. - Он не подавал заявку, - глубокомысленно ответил Какаши, просматривая «Ича-Ича» том шестой. - Тогда может у него есть брат или кузен? - Не знаю. Так мы будем обедать? Ирука был озадачен резким уходом от темы, но решил, что это естественно для дзенинов, ведь они, видимо, не владеют навыками ведения диалогов. - Конечно, почему бы и нет? Таким образом, в то время как Анко завершала тренировку по метанию кунаев в движущиеся мишени, вся команда скрывающихся утешала «Тайного ниндзя». Генма с Райдо продолжали спорить, а не заниматься сексом (к этому времени Генма был уже близок к слезами, да и Райдо – почти в таком же состоянии). Какаши и Ирука направились в деревню, чтобы купить себе данго и рисовых шариков. … - Теперь я могу честно сказать вам, Какаши-сенсей, что ваша книжонка отвратительна, - сказал Ирука, когда они шли по деревне, загруженные коробочками с едой. - Так вы действительно были там? Я так и знал! И почему вам не нравится «Ича-Ича»? - Потому, что это плохо написанный мусор. - Вы думаете, что могли бы написать лучшую сексуальную сцену, Ирука-сенсей? - бросил вызов Какаши. - Я думаю, что смог бы. Это не трудно, - пробормотал Умино в ответ. - Не-ет, вы не сможете. Вы слишком невинны даже для учителя. - Могу! Вы думаете так только потому, что я преподаватель и не читаю порно при детях. Но я не скромник! Я не так невинен, как всем кажется, - ответил Ирука таинственным шепотом. - О? - только и сказал Какаши. Он начал смотреть по сторонам, явно теряя интерес к дальнейшему разговору. - Вы помните тот случай, когда кто-то пробрался в спальню к Цунаде и заменил весь её гардероб на старушечьи наряды, а зеркала в доме Хокаге на кривые, показывающие всех старыми и морщинистыми? - Да, помню. Она тогда так разозлилась, что снесла одним ударом три стены, а потом постановила, что кто бы не был ответственен за этот проступок, будет пойман и изгнан из Конохи до конца жизни. Ирука только улыбнулся. Какаши пару мгновений глядел на него.... - Так это был ТЫ? - Да, но это еще не всё, что я делал. Ирука начал перебирать самые величайшие триумфы своей карьеры хулигана, начиная с того, как он заменил сенбон Генмы на сделанный из сахара (который растворился во рту, и Ширануи целых три дня был уверен, что его слюна превратилась в кислоту). Закончил Умино рассказом о Грандиозной Проделке над Извращенцами Конохи, когда он распустил слух о дыре в стене женской бани, и все только потом узнали, что тогда там был День Престарелых Трансвеститов (Ирука воздержался от вопроса, попал ли Какаши в список пострадавших от той проделки). - Это очень неожиданно и весьма впечатляет, Ирука, но у меня другой стиль. Я предпочитаю более тонкий подход. И Какаши начал объяснять к каким средствам он прибегал, чтобы подшутить над добропорядочными гражданами Конохи. Каждый план был искусно спланирован так, что каждый поступок вызывал реакцию, которая, в свою очередь, вызывала отклик, приводящий к желаемому результату. Если бы он захотел отомстить Асуме, например, то вместо того, чтобы сделать что-то напрямую ему, он рассказал бы Команде Семь, что на самом деле Асума старый высохший старик, а выглядит молодым с помощью хенге. И чтобы снять с него эту иллюзию надо его уколоть. Сакура об этом тут же насплетничала бы Ино, а та подговорила бы свою команду преследовать Асуму и бросать в него острые предметы, пытаясь нарушить дзюцу. Асуме был бы очень несчастлив, а Какаши к этому вроде как не имел бы никакого отношения. К тому времени, как они закончили перебирать истории о своих шалостях, оба шиноби уже вернулись на поляну, где на них устроили засаду восемнадцать голодным ниндзя. Но Какаши и Ирука схватили свою еду и пробились сквозь толпу к счастливому, тихому уединению. Ирука нехотя был готов признать, что стал теплее относится к Какаши. Хатаке был умный, забавный, и силь… О, мой бог! Он действительно сейчас снимает маску? Мозг Ируки завис от перегрузки. Лицо Какаши… лицо Какаши… оно такое прекрасное! Такое бледное, хрупкое на вид, с сильными скулами и губами, изогнутыми в тонкой улыбке. Часть сознания Умино сейчас захлёбывалась слюной, другая часть сочиняла хайку, сравнивая это лицо с лепестком лотоса, а ещё одна часть мысленно терзала куклу вуду того, кто выбрал Какаши своим партнером на эту игру за то, что этот злодей забрал Какаши у Ируки. Губы Копирующего начали двигаться. «Он говорит! О, молви же еще, мудрый ангел!» - тут же откликнулась та часть сознания, которая сочиняла хайку. - Ты не собираешься есть, Ирука? У нас осталось только несколько минут. Ирука залился румянцем. - Конечно. Просто я удивился, что ты… - Ирука умолк и указал на его лицо. - Ну, я же не могу есть в маске, правильно? Тебя это напрягает? – Какаши продолжил жевать рисовый шарик. - Нет, нисколько. Просто я подумал, что ты можешь быть обеспокоен тем, что теперь я могу тебя шантажировать, ведь увидел лицо неуловимого Копирующего. - Ну, в этом я очень сомневаюсь. Ведь я знаю о твоих проделках, особенно о шутке над Хокаге. Уж если кто и должен волноваться - так это ты. Какаши и Ирука ели, перешучивались и подтрунивали друг над другом в течение заключительных минут перерыва. - Увидимся через несколько часов, - сказал Ирука прежде чем вернуться в своё укрытие. - Или несколько минут. Я знаю, что ты был в пределах слышимости, когда я читал, - самодовольно ответил Какаши. - Быть то был, но кто тебе сказал, что я там буду к тому моменту, как ты туда доберешься? Нэ? – Ирука унёсся в лес. … План определённо стоило изменить. Ирука не мог позволить себе больше прятаться. Он преодолел путь до своей кучи листьев с потрясающей скоростью. Вся его команда уже находилась в тюрьме, за исключением Генмы. Насколько он знал, дзенин так и не смог уломать Райдо на секс, поэтому сейчас мог сдаться в любой момент. Умино подошел к куче листьев, заскочил на неё, а потом прыгнул обратно на деревья, петляя по веткам и путая след. Он не был в состоянии просто продолжать скрываться, не с девятью дзенинами и чунином (которая была реальной угрозой; она знала о его сообразительности, о стиле боя, выработанном при помощи учебников, и знала как парировать его удары), ищущими исключительно его. Ирука нырнул в пруд ещё раз, чтобы смыть с себя любой запах, а потом забрался прямо на дерево. «Я должен буду рискнуть – устроить побег из тюрьмы, - подумал он. - Сейчас самое лучшее время, ведь они ещё не успели организованно сгруппироваться». Ирука глянул вниз и нашёл то, что искал. Это был открытый участок, заросший цветами (вероятно плотоядными или ядовитыми, судя по тому, что они росли в запрещенной зоне, но у учителя не было времени в этом разбираться). Он прыгнул прямо в середину, не касаясь веток и помогая себе чакрой, чтобы преодолеть это расстояние. Придётся избавляться от цветочного запаха, после того, как удастся освободить своих друзей по команде. Но, Ирука надеялся что, аромат собьет с толку и задержит ищущих на нужное время. Чакрой же он воспользовался как приманкой, чтобы дзенины, как стая росомах (хотя он не был уверен в том, что росомахи охотятся стаей, но полагал, что если бы они все-таки сбились в стаю, то походили бы на дзенинов), бросились на его поимку. Затем он сделал несколько своих теневых клонов и отправил их в разных направлениях. … Тюрьма ищеек была хорошо замаскирована, но Ирука сумел найти её без особого труда. В конце концов, задача по сокрытию следов не так легка, когда один дзенин ведет другого в плен через лес. Да и группу из восьми пленных шиноби практически невозможно заставить молчать. Когда чунин приблизился к тюрьме, он услышал, как Ибики, Ран и Асума печально пели куплет из песни «Никто не знает, какие беды я повидал», а «Тайный ниндзя» отсчитывал свои отжимания на пальцах, а другой дзенин громко заявлял, что они оскорблены тем, что их оставили только с одним охранником, и что если бы это было в реальности, то они бы сбежали еще несколько часов назад. Чунин ухмыльнулся. С одним охранником будет достаточно легко справиться. Ирука создал еще одного клона и отправил его через чащу так, чтобы он попал в поле зрения охранника (Эбису). Клон Ируки был почти невидим и неслышен и лишь раз позволил своему хитай-ате блеснуть, чтобы потом тут скрыться. Эбису вытянул шею, чтобы присмотреться, затем сделал несколько неуверенных шагов, споря сам с собой мысленно, стоит ли оставлять свой пост, чтобы захватить ускользнувшего сенсея. Наконец он, должно быть, решил, что стоит рискнуть, поэтому переместился в чащу вслед за клоном Умино. Ирука, не медля, выскочил из своего укрытия и ворвался в тюрьму. Дзенины приветствовали его с энтузиазмом, пока Ирука не шикнул на них, как на непослушных школьников. - Уходим, - сказал он. Шиноби кивнули и унеслись в разных направлениях. Лишь «Тайный ниндзя» остался, отсчитывая своё пятьдесят восьмое отжимание. - Вперёд, Благородный Ирука! Я уйду после того, как только моя Задача будет выполнена! - провозгласил он, блистая ослепительной улыбкой. Ирука решил, что это был один из тех моментов, когда единственное, что он мог сделать, это улыбаться, кивать и медленно отступать. Он был почти на полпути к пруду, чтобы смыть с себя цветочный запах, когда заметил Асуму, задержавшегося в тени около тюрьмы. Ирука быстро переместил себя к дзенину, который закурил сигарету и стоял, прислонившись к дереву. - Почему вы не скрылись, Асума? – сказал Ирука, стараясь, чтобы его вопрос не звучал, как вопрос к изгою класса, который не играет вместе с другими на переменке. Он ничего не мог с собой поделать, ведь не смотря на вид крутого парня, Асума сейчас казался откровенно несчастным. - Мы не сможем победить в этой игре, Ирука, - ответил ему дзенин. - Конечно сможем. Я освободил всех. Преимущество теперь на нашей стороне. - Нет, мы не сможем победить. Мы сможем выиграть, но не победить. Ирука уставился на него. Неужели и правда не существует ни ОДНОГО здравомыслящего дзенина? - Боюсь, я вас не понимаю. - Мне нравится Куренай. Я хочу быть с ней. Если я выиграю, смогу переспать с ней, но получилось бы, как будто я заставил её. Хочу, чтобы она сама сделала первый шаг, ведь я знаю, что она разделяет мои чувства. Именно поэтому она должна выиграть. Ирука покачал головой. С «Тайным ниндзя» и Асумой его собственная жизнь начинала казаться эпизодом из мыльной оперы «Полет куная». Он повернул голову и мельком увидел движение сзади. Кора дерева начала кружить, словно жидкость. - Значит, вы готовы проиграть ради неё? - спросил он лукаво. - Конечно. Я сделаю всё для Куренай, - ответил Асума, не зная, что предмет его любви возникает сейчас из гензюцу прямо за его спиной, пока две бледных руки не охватили его за плечи. - Всё? - медленно спросила она соблазнительно. - Тогда я хочу, чтобы ты и Ирука-кун пошли со мной. Но как только она назвала имя Ируки, она услышала хлопок. Клон, которого Ирука оставил, как только Куренай использовала своё гендзюцу, исчез. Она вздохнула. «Ну что же, один пленник тоже хорошо, - подумала она про себя, - тем более такой симпатичный». И она опутала запястья Асумы нитями чакры. - Следуй за мной, - сказала Куренай и, потянув за нить, пошла вперед, плавно покачивая бедрами. Асума быстро последовал за ней, не дав нити даже натянуться. Если Куренай всегда будет так ходить, то дзенин никогда от нее не отстанет, даже если она сама этого захочет. …. Когда Куренай появилась, Ирука понял, что пора уходить, и не только для того, чтобы Асума и Куренай смогли разобраться в своих чувствах, но и чтобы не быть пойманным, потому что тут с минуты на минуту могли появиться и другие дзенины. И у него не осталось времени для мытья в пруду. Вместо этого он вытащил взрывную печать и направил в неё немного чакры, чтобы та безобидно хлопнула. Теперь он пах дымом, а не цветами. Ирука подсчитал, что до заката оставалось еще часа три. Не смотря на то, что он сказал Асуме, будто шансы у них высоки, он начал беспокоится. Вся его команда, кроме Генмы, была уже один раз поймана, значит, они и снова могут быть пойманы так же легко. Асуму, как и «Тайного ниндзя», уже не стоило брать в расчет. Когда он продолжил свой бег, то услышал вдалеке стоны Генмы, которому вторил Райдо. А это значило, что Генму тоже можно было вычеркивать. Оставались только он, Ран, Ибики и ещё четверо дзенинов. Чунин решил идти на восток. Где он мог скрыться? Он пытался думать спокойно, но это было сложно, продираясь на полной скорости через густую листву и мысленно рассчитывая вероятность того, что станет призом неизвестного безумного шиноби. Случайно он наткнулся на Ибики, опутанного двумя змеями. Значит, Анко должна быть где-то поблизости. Он прислушался и определил, что она была рядом, но ещё не заметила его. Нужно было срочно бежать. Ирука почувствовал движение впереди. «Черт, я в ловушке!» - подумал он. Анко с одной стороны, Райдо позади, несколько дзенинов впереди. Вдруг в памяти всплыло лицо Наруто. «Я надеюсь, это сработает», - всё, что успел подумать Ирука. … Какаши бежал в сторону поляны, где Анко изловила Ибики, освобожденного из тюрьмы Ирукой. Когда он подобрался достаточно близко, чтобы услышать шум борьбы, то мимо его головы просвистел кунай. Хатаке увернулся, маленький нож воткнулся в дерево, а Какаши двинулся дальше. … У Ируки кружилась и болела голова от удара, когда он вернулся в свою нормальную форму. «Хорошо, возможно превращать себя в кунай, чтобы избежать поимки, было и не такой уж гениальной идеей, как я думал. Ну, по крайней мере, это сработало». Он помотал головой, чтобы в глазах прояснилось, и продолжил путь. Оставалось два с половиной часа… … Ветви дерева на поляне, где Анко в настоящее время связывала Ибики, зашелестели. Она даже не взглянула вверх, ведь только союзник мог наделать столько шума. - Чего надо, Какаши? – спросила она раздраженная тем, что мешают её веселью. Она туже затянула веревку вокруг запястий Ибики, но тот даже не поморщился. - Йоу. Нужна помощь? - лениво рассевшись на ветке, Какаши и пальцем не пошевелил, чтобы помочь. - Нет. У меня всё под контролем, - она вновь потянула за верёвку. Что нужно предпринять, чтобы вызвать хоть какую-то реакцию у мастера пыток? - Тогда чего ты кидаешься кунаями? Это так на тебя не похоже - тратить зазря оружие. - А? Я не бросала кунаи. Не знаю на счёт тебя, но мне не нужно никакого оружия, чтобы одолеть врага. Анко оглянулась к Какаши, чтобы хвастливо усмехнуться, но тот уже исчез. Ну и ладно. Она вновь вернулась к мучению Ибики. Она была уверена, что заставит его сломаться ещё до заката. Какаши отступил туда, где кунай, от которого он уклонился, должен был воткнуться в дерево. Конечно же там не было ни самого куная, ни зарубки в дереве, ни вообще никакого доказательства, что кунай вообще в него врезался. - Черт побери! Почему я не заметил этого раньше? Сейчас Ирука вновь исчез. Это точно был Ирука. Наруто наверняка рассказал ему историю о своей триумфальной победе над Забузой, (одну из версий, которая могла включать или не включать роль Саске, в зависимости оттого, что лисёныш испытывал к Учихе на момент рассказа), в которой он превращался в огромный сюрикен. Никто из дзенинов не догадался бы в данной ситуации применить эту технику, точно. «Я должен догнать этот кунай!» - сказал Какаши сам себе. К сожалению, эта мысль перешла в размышления о «кунае» Ируки и о том, что он будет делать с ним, когда поймает. Это напомнило Какаши о сценах из «Ича-Ича» том двенадцать (Ниндзя Ночи). Он мечтательно подпер руками голову, и его внутренний извращенец вырвался на свободу. А раздумья о двенадцатом томе «Ича-Ича» напомнили ему о томах с первого по одиннадцатый, которые вызывали еще более грязные мысли. Десятью минутами позже, Какаши наконец вернул ход своих мыслей к миссии (которая совершенно не имела отношения к «кунаю» Ируки, как твердо сказал себе Хатаке) и продолжил охоту. Он уже и забыл о риске, связанном с чтением Ича-Ича во время работы. Ах, какие тяжелые испытания! … Ирука понял, что получил большее преимущество, чем планировал. Его бешеные мысли успокаивались по мере того, как увеличивалось расстояние между ним и соперниками. Но ему нужен был план действия. Ищейки были повсюду. Оставались только два пути: вверх или вниз. Поднявшись, он мог бы скрываться в густой листве деревьев или пойти по их верхушкам. Он будет не виден с земли, но если вдруг окажется, что какой-то ниндзя посмотрит поверх деревьев, то бежать будет уже некуда. Нет, слишком рискованно. Он мог спуститься к уровню земли, или еще лучше – зарыться под землю. Ирука не был экспертом в таких дзюцу, но он мог вырыть тоннель. Наруто ведь это сделал, а значит и Ируке по плечу. В конце концов, ему просто необходимо было где-то пересидеть. До заката оставалось два с четвертью часа. … Через пятнадцать минут Ирука уже лежал на спине в прохладной земле на глубине около четырех футов. У него не было времени, чтобы закопаться немного глубже да еще и удостовериться, что он скрыт должным образом и имеет достаточно воздуха. Быть похороненным было бы не так уж и плохо, если бы можно было игнорировать насекомых, холод, темноту и страх задохнуться. Ладно, он готов был признать, что чувствует себя не особенно счастливым. У него всё чесалось от грязи, он замерз и устал. Но до заката оставались всего лишь два часа! Он собирается победить, а тогда уже не будет иметь значение, что за жуткий шиноби его пригласил в Игру. Если Ирука будет чувствовать себя хорошо, то ночью они просто устроят дружеский пикник с этим шиноби. А если Умино будет зол, или человек окажется кем-то невыносимым, тогда тому предстоит миссия по выдраиванию дома Ируки сверху донизу всю ночь напролёт. Да, сейчас он лежал на глубине четырех футов, и под его одежду заползали букашки, но жизнь была хороша. … Один час и сорок пять минут. Тишина начинала нервировать. Это было странно - ничего не слышать. Его жизнь состояла из шума: он был учителем, он заботился о Наруто, он раздавал миссии дзенинам. Гробовая тишина, как сейчас, была неестественна. Он начал вспоминать планы занятий и то, как ученики реагировали на его уроки. Он вспомнил, как Конохамару во время урока на тему «Как отвлечь противника» решил продемонстрировать свою версию Нарутовского секси-но-дзюцу. Мальчик был потрясен, узнав, что учитель за всё время, проведенное с Наруто, приобрёл стойкий иммунитет к этому дзюцу. В тот же день кабинет Ируки был заполнен родителями, которые хотели бы знать, где их сыновья научились превращаться в голых женщин, и почему их дочери, придя домой, спрашивали, когда у них вырастут такие же груди как у Конохамару. Один час и тридцать пять минут. Ирука почувствовал, что земля вокруг него дрогнула. Кто-то приземлился сейчас прямо над ним. Он ощущал шаги, пока этот кто-то ходил по поверхности его укрытия. Чунин лежал абсолютно неподвижно. Ниндзя над ним, вероятно, подозревал, что Ирука где-то тут, иначе не задержался бы так надолго. Умино сосредоточился на том, чтобы ничем себя не выдать. Мгновение спустя шаги прекратились. Ниндзя ушел или просто остановился? Ирука хотел обострить чувства с помощью дзюцу и узнать, кто же там наверху, но на таком расстоянии даже крошечное количество чакры, которое требовалось, чтобы увеличить его осязание, могло быть обнаружено. Две минуты прошло, потом три. Ирука немного расслабился. Находиться под землей и не знать, что происходит наверху – это делало его немного параноиком. «Может мне уже стоит перебраться на другое место?» Он решил сразу переместиться, как только придумает новый план. До заката оставались час и одна минута. Ирука лежал в полной тишине двадцать девять минут, так что звук прорвавшегося сквозь почву кулака прямо над его головой парализовал чунина на мгновение. И это было даже хорошо, потому что рука остановилась всего лишь в паре сантиметров от кончика его носа. Свет и звук проникали через тонкий слой почвы, отделяющий чунина от охотника. Ирука затаил дыхание. Хотя этого не следовало делать, ведь если ниндзя наверху не уйдет до того, как закончится воздух в легких, то Ирука начнет задыхаться и, безусловно, будет обнаружен. Тень прошла над ним, пока он неподвижно лежал в своём укрытии под землей. Надо было срочно выбираться. Охотник может и не догадываться, что сейчас его жертва была прямо под ним, но Ирука знал, что тот остановился потому, что чувствует - чунин где-то рядом. Сенсей завёл руки за спину и начал складывать печати. Любое дзюцу, которое он сейчас использует, выдаст дзенину его местоположение, но другого выбора нет. Он должен был действовать немедленно, если намеревался сбежать. Умино в последний раз тихо выдохнул и сложил финальную печать, раскрывая чакру. … Какаши знал, что Ирука где-то рядом с тем местом, где он стоял, Хатаке мог чувствовать его. Копирующий был несколько разочарован тем, что не поймал его, когда кулаком проломил землю. Наверное он почувствовал землеройку или что-то ещё. Он приготовился к новому земляному дзюцу, которое бы не нанесло вреда сенсею, а всего лишь слегка встряхнуло и выманило бы на поверхность. Какаши не использовал это дзюцу ни разу, но решил попробовать. И прежде, чем закончил формирование печатей, он почувствовал вспышку чакры прямо под собой. Земля разверзлась под ногами, и он упал бы в яму, если бы не среагировал молниеносно. Какаши быстро исследовал провал. Конечно же этот тоннель был наполнен запахом Ируки. Убедившись, что это точно был тоннель, уходивший вглубь, Хатаке не мог следовать за чунином, ведь Ирука завалит его, как только выберется на поверхность. Дзенин сформировал печати и направил чакру в ноги, начав топать со всей силы. Четыре фунта земли, что отделяли Ируку от поверхности, обрушились от таких мощных толчков, замуровывая пути отступления и выгоняя чунина наружу. Охота продолжалась. … К тому времени, как солнце начало тонуть в разноцветном закатном небе, Ирука вымотался настолько, что ему было не до красот природы. Он до сих пор был свободен и сделал всё, даже то, что было выше его сил. Сейчас, в эти последние мгновения, его чакра была почти полностью опустошена. Он был грязным, вспотевшим и готовым просто сдаться. Демон с левого плеча уговаривал его остановиться, шепча заманчивые вещи на ухо: - Ни один из этих жутких ниндзя не хочет спать с тобой, Ирука, - протянул он, - Какаши тот, кто пригласил тебя. Это он хотел, чтобы ты участвовал. - Он не мог, - пробормотал Ирука, оглядываясь назад. Сейчас он слишком устал, чтобы волноваться о том, что вслух разговаривает сам с собой, прыгая с ветки на ветку. Каждые несколько минут он оглядывался, тщетно пытаясь уйти от погони. - Он никогда не действует так прямолинейно. - Он дал тебе приглашение. У него пошла носом кровь, когда он увидел тебя голым. И он показал тебе своё лицо. - Ты не прав! - прошептал Ирука, но его усталому, хриплому от перенапряжения голосу не хватало убедительности. - Он искал тебя, чтобы провести с тобой время в перерыв. Он тот, кто отчаянно преследовал тебя, чтобы найти. - Вся команда хочет найти меня. Они все проиграют, если я не буду пойман. - Он тебя хочет. Остановись. Дай ему поймать тебя. Я знаю, что ты сам этого хочешь. Ирука замедлил бег. Было приятно даже думать о том, чтобы остановится. Просто остановить бег, воспользоваться душем, пусть Какаши решит, чем они будут заниматься... «НЕТ! Он не может быть тем, кто хочет меня! Я просто чунин, средний класс, скучный школьный учитель». Он подумал о своих учениках - таких невинных (он слишком устал, чтобы понимать, каких «демонов Ада» он ласково назвал невинными). Как он потом будет смотреть им в глаза, если сейчас все бросит и сдастся какому-то дзенину? И как он посмотрит в глаза своим друзьям чунинам, зная, что потерял шанс доказать, что они, чунины, могут быть такими же хорошими шиноби как дзенины? Ирука вновь почувствовал прилив сил. «Прости, Асума, - подумал он, - вы с Куренай как-нибудь сами разберётесь. Я не проиграю!» Воодушевившись таким образом, чунин почувствовав, как его преследователь приближается, и поэтому резко остановился. Какаши, двигаясь с такой скоростью, что походил на черно-серебристое пятно, пролетел мимо чунина по инерции. Ирука спрыгнул на землю. Он собрал остатки своей чакры и сумел сформировать нескольких клонов. Направил большую часть чакры в одного из них, будто это и был настоящий Умино. Все клоны вместе с окончательно опустошенным Ирукой бросились врассыпную. Ирука бежал, спотыкаясь о корни и путаясь в кустарнике. Когда он вышел на открытую местность, то увидел солнце. Оно опускалось всё ниже и ниже. И вот уже край ослепительного круга исчез за горизонтом. Он выиграл. Он продержался до заката. - Я победил! - крикнул Ирука, опускаясь на землю. Он сидел, ссутулившись и пытаясь отдышаться. Две руки обняли его, прижимая к твёрдой груди. - Попался, - прошептал Какаши на ухо удивившемуся чунину.