Здесь водятся чудовища

Клубящийся туман, пустая улица, желтый фонарь где-то в темноте. Грег пристально вглядывался в туман, пока тот не рассеялся, приоткрыв дождливую улицу, будто написанную маслом. Под зонтом горела вишнево-красная искра от зажженной сигареты. — Я же просил. — Ничего не могу с собой поделать. — Майкрофт Холмс собственной персоной: лживая улыбка и слишком безупречный костюм. Из его кармана выглянула изумрудно-зеленая лягушка, мигнула и исчезла. Грег не знал, что это значило, и ему было, в принципе, все равно. — Ты, черт возьми, мог бы… — Еще один случай, — легко перебил его Майкрофт, выдохнув слова вместе со струей дыма. Грег вытер лицо от влаги: пронизанный холодом, сыростью сон — вот, где он находился. — Было бы здорово, если бы ты сообщал о них заранее, — проворчал он. Майкрофт ухмыльнулся. — Я всего лишь магическая проекция. Магическая, абсолютно нереальная проекция самого опасного существа, которое он когда-либо встречал. — Ты не мог сказать мне об этом по телефону? — Ты бы не взял предложенный телефон. — Он нахмурился. — Я имел в виду, что ты можешь позвонить на мой. — Небезопасно. — Где ты? — спросил Грег, потому что иначе тот заявился бы сам или послал Антею. Она была более-менее нормальной, если, конечно, привыкнуть к тому, что она никогда не выпускала телефон из рук. Он мгновенно пожалел, что спросил. — Неважно. — Майкрофт снова выдохнул дым и сухо улыбнулся. — Хочешь затянуться? — Не притворяйся, что играешь по правилам, — отрезал Грег и отступил назад, отказавшись от элегантно протянутой сигареты. — Я ухожу. — Снова тот же самый почерк, как и в твоем незакрытом деле, — холодно сказал Майкрофт, вернувшись к их главной проблеме. Грега пронзила дрожь от холода, который не имел ничего общего с этим сном. — Кто-то попытался, не зная правил игры, сопротивляться и проиграл. — Держи моего брата подальше. — Свет исчез. Он остался совсем один, в темноте, наедине с запахом сигаретного дыма и голосом Майкрофта. — Чего бы это ни стоило. Его ждала тонкая грань между попыткой и поражением. ****** Шерлок Холмс обладал острым умом. При всех своих недостатках, — а их было хоть отбавляй, Грег свидетель — Шерлок всегда мог определить, что было реальным, а что нет. И это был единственный способ уберечь любимых, по мнению Грега. Мама научила его всегда быть начеку, видеть мерцающие грани реальностей, носить с собой железо и перед сном насыпать соль вдоль порога, быть осторожным с тем, на что он смотрел, и не пренебрегать тем, что видел. Она была красива. Даже сейчас, в свои семьдесят, или скорее особенно сейчас, когда годы смягчили резкие черты, обесцветили, сделав ее полупрозрачной и сверкающей — всю, кроме глаз, темных и глубоких, как колодцы, огромных, как ночное небо, и неподвластных времени. Глаза, ставшие ее проклятьем, которое затем передалось и Грегу. Майкрофт Холмс был не первым. Еще когда Грегу было семь, за живой изгородью дедушкиного дома появился странный не-ребенок. Дедушка, отец его отца, был доктором и не верил в суеверную чепуху, и поэтому почти потерял внука одной ясной лунной ночью после того, как вымел соль с порога. Первый раз, когда Грег прошел сквозь другую реальность. Первый раз, когда он увидел Лондон, выбравшись в настоящий мир где-то в переулке очень-очень далеко от дома. Он позвонил маме из полицейского участка, будучи там в безопасности, в окружении тех, кто никогда не спал, и кто носил при себе железо. Ему повезло, невероятно повезло, позже сказала ему мать. Он мог встретить кого-то намного хуже. Женщина с зубами. Тень, живущая в зеркалах. Грег ненавидел зеркала. Он не мог с точностью сказать, прячется ли она там до сих пор. Но Майкрофт Холмс превосходил их всех и, что еще хуже, был одержим идеей уберечь брата от себе подобных и даже не задумывался, что, возможно, Грег тоже хотел бы держаться подальше от таких, как он. Особенно от самого Майкрофта. А может, и задумывался, но ему было наплевать. Он был самым ужасным из всех, хуже теней, хуже зубов, жутких щупалец и холодных рук в темноте, хуже шепота, потому что Майкрофт был наполовину реальным, а это значило, что не существовало способа управлять им. В игре, где действовали магические правила, Майкрофт был человеком, а где вступали в силу человеческие законы — наоборот, магическим существом. А когда два этих мира сталкивались, что ж, он просто менял любые человеческие законы просто потому, что мог. И, конечно же, как и другие, он думал, что было бы неплохо иметь Грега под рукой, наплевав на то, что думал об этом сам Грег. ****** На допрос вызвали родителей. Рано утром в своей комнате была найдена четырнадцатилетняя девочка, сжимавшая в руках окровавленный нож из нержавеющей стали. Однако кровь была не ее, а того, чья ДНК принадлежала отчасти волку, крокодилу или даже ворону, и кого, естественно, не могло существовать в природе. И кого, конечно, в комнате не обнаружили. Кровоподтеки, порезы и царапины. Сломанные ребра. И также, как семь лет назад, кто-то выковырял жертве глаза. Существо явно переполняли гнев и желание наказать, Грег уже сталкивался с подобным из-за своих глаз, ибо «видящий бездну будет увиден бездной», это дар. Отказаться от дара — предательство высшего порядка. Родителей надолго не задержат. Это все, что Грег мог сделать для них. Его следующей обязанностью было не допустить к расследованию Шерлока, потому что полицейские все равно ничего не найдут. Нельзя арестовать монстров, если они не люди. Это было второй обязанностью Грега, неофициальной, которая грозилась стать проблемой, потому что к тому времени, как он вернулся в офис, Шерлок уже отправил ему смс. «Я нужен тебе. ШХ» — Ты последнее, что мне сейчас нужно, — сказал Грег своему телефону, заработав одобрительный взгляд от Донован. ****** Возле его дома был припаркован личный автомобиль Майкрофта. Грег еле удержался, чтобы не пнуть его и убежать, и крепче сжал ключи в кулаке. Дверь его дома уже наверняка открыта. Майкрофта в квартире не оказалось, зато на столе стояла чашка чая. Грег не стал ее трогать, так как избегал всего предложенного Майкрофтом, даже если это была всего лишь компенсация за вторжение. Он взял банку пива из холодильника и стал ждать. В дверном проеме кухни показалось легкое мерцание. — Я не люблю, когда в моем доме делают порталы, — сказал он, когда появился Майкрофт. — Они только для меня, — мягко произнес он. — О, думал, ты захочешь чай. Конечно, он хотел чай. Пока не понял, кто его сделал. Майкрофт повесил свой зонтик на спинку стула и сел, а Грег остался стоять, прислонившись к кухонному столу. — Твой брат не оставит это дело так просто. — Нет, не оставит. Не тогда, когда он уже видел бумаги. — Майкрофт отхлебнул чай и вздохнул. — Они объединили этот случай с твоим нераскрытым делом. — Что ты собираешься... — Грег замолчал, глядя перед собой, но в последний миг вспомнил, что задавать вопросы запрещено. — Я не думаю, что здесь еще можно что-то сделать. Я о Шерлоке. Майкрофт уставился в свою чашку. — Если ты будешь так любезен по-прежнему отказывать ему в доступе на любом основании по твоему выбору, то вскоре, уверен, я смогу найти, чем его занять. Если Шерлок влезет в расследование, он обязательно что-нибудь раскопает. А затем узнает все. И можно плюнуть на все тридцать лет, которые его брат потратил, чтобы держать его в безопасности. Шерлок погрузится в нереальный мир, из которого уже не сможет выбраться. — О да, будь добр, — произнес Грег, прикрыв глаза от одной только мысли. Внезапно Майкрофт коснулся его лица холодными руками. Грег попытался отстраниться, но уже упирался в стол, и бежать было некуда. — Я мог бы любить тебя, — прошептал Майкрофт, глядя Грегу в глаза, и очертил большими пальцами его скулы. Прикосновение было уверенным и холодным. — Я в этом уверен. Грег прикусил губу достаточно сильно, чтобы почувствовать вкус крови. — Я не хочу. — Не надо, — нахмурился Майкрофт и мягко коснулся его губ большим пальцем. Грег изумленно распахнул глаза, дыхание замерло в груди, и Майкрофт странно улыбнулся. Он провел пальцем по его губам еще раз, остановился и слегка надавил на след от укуса. — Позволь мне, — умоляюще произнес он, скользнув другой рукой к его затылку, и надавил, притягивая ближе, оказавшись с ним лицом к лицу. Теплое дыхание коснулось его губ, ладони приятно покалывало. Он хотел этого. Боже, как он этого хотел. — Нет, — простонал Грег, пытаясь вырваться, и Майкрофт отступил, хотя явно только из вежливости. — Ты отталкиваешь меня так сильно, — заметил он почти непринужденно. Губы Грега покалывало, но уже не так приятно. — Должен предупредить, я могу толкнуть в ответ. Грег бездумно облизнул губы и почувствовал головокружение от волны жара и пьянящего удовольствия, хлынувшего по венам. Черт, черт, черт подери, он прижал ко рту кольцо — железо, обрамленное золотом — и немного успокоился. — Грегори, — произнес Майкрофт, и вернувшийся жар заставил Грега задохнуться. Он нащупал рукой ящик, достал железный вертел и схватился над ручкой, возвращая себе немного контроля. — Выметайся, — приказал он низким и напряженным голосом. Майкрофт снова вздохнул. — Как ты все усложняешь. Стоило Майкрофту его отпустить, как Грег вздохнул спокойнее. — Вон отсюда, иди, отвлекай своего брата. У меня своих дел по горло. Однако желание не исчезло полностью, потому что отчасти было настоящим. Будь его вожделение мороком от начала и до конца, все могло пойти иначе. Не обязательно лучше, возможно и хуже. Грег не мог сказать точно, да это было и неважно. Важно было то, что он ничего не мог сделать для маленькой девочки, убитой монстром в своей комнате. Однако Шерлок был все еще жив, и Грег хотел, чтобы так дела и продолжались.