Зарисовки из Зоны (ver. 2)

      В полутемном баре играла тихая, умиротворяющая музыка. Я сидел за барной стойкой, медленно цедя «Гиннесс». Бармен меланхолично протирал полотенцем и без того чистый стакан, словно пытаясь протереть дыру в стекле. Со стороны бильярдного зала то и дело доносился треск шаров, смех, возбужденные голоса.       Вдруг в кармане загудел телефон, чертыхаясь, я вытащил его из кармана. Оказалось, что мне пришло сообщение по приватному каналу специального чата от товарища, который сейчас находился в Зоне. Собственно, этот самый товарищ никогда ещё на моей памяти не покидал Зону, а я из солидарности не спрашиваю, почему.       В общем сообщение оказалось коротким, сразу по существу: «Привет, есть дело, заказчик хорошо башляет, нужна твоя помощь с Большой Земли.». Удивляться краткости сообщения не приходилось, связь с Большой Землей через интернет осуществляется через спутники такими лицами, как Сидорович или Бармен со «100 Рентген». Барыги дерут в три шкуры, ведь связь им самим вылетает в копеечку, оплата за «сеанс связи» берется едва ли не посекундно.       Я набрал ответ: «Даров. Какого рода помощь от меня нужна?». Ответа я ждал ровно два глотка из бокала. «Надо провести в Зону туристов. Больше никакой информации заказчик не дал, только наводку, через Сидоровича.». Я с трудом подавил желание начать ругаться в голос. «Туристы? Серьезно? Почему ты уверен, что я соглашусь на такое идиотское задание?».       На этот раз ответа я прождал довольно долго, успел осушить бокал. Расторопный бармен предложил повторить, но я отказался. Наконец, пришел ответ. «Я тебя не заставляю за этот заказ браться, твое дело. Подозреваю, что туристы непростые, иначе зачем за них такие бабки платят, сумма шестизначная!». Что? Шестизначная сумма? Другу что, контролер мозги повредил? «Шестизначная? Ты там не ебанулся часом? Ладно, беру задание, посмотрим, что эти туристы из себя представляют такое. Если что, так можно просто крюк по Кордону сделать, дать собачек посмотреть».       Вот так я и согласился на самое идиотское задание в своей сталкерской жизни, за что в будущем много раз себя корил, ловя ночами флешбеки и просыпаясь от снов в холодном поту. «Хорошо, передаю наводку…»

***

Спустя сутки.       Смеркалось. Горячий летний ветер нес по небу тяжелые грозовые облака, обещавшие пролиться мощным ливнем. Я сидел в кустах возле точки, на которую указывала наводка. Сидел, обливаясь потом в полной сталкерской выкладке, то бишь классическом комбинезоне «Заря» с обвесом. Автомат я пока закинул за спину, ну не пригодится мне он на Большой Земле.       «Да ну их в задницу, туристов этих!» — думал я. — «Ещё минут пятнадцать подожду и валю!» С нарастающим раздражением я в очередной раз посмотрел налево и направо вдоль дороги, у которой рос мой родной куст. По левую сторону от моей позиции дорога выходила из дачного поселка. В домиках потихоньку зажигался свет, ветер отчетливо нес запах шашлыка. Справа дорога убегала по равнине в иззубренную кромку леса, подкрашенную заходящим солнцем, проливающим оранжево-красный свет через просветы в грозовых тучах, стремительно затягивающих небо. «Ну давай, гроза, начнись ещё!» — Подумал я, переместив вес тела с затекшей ноги на другую.       Со стороны дачного поселка показалась черная «Газель». Наконец-то, я уже устал ждать клиентов. Автомобиль подкатил почти ровно к кусту, боковая дверь отъехала в сторону, оттуда выпрыгнуло двое в интересных комбинезонах. Дверь вернулась в закрытое состояние и «Газель» в прямом смысле слова укатила в закат. Мои клиенты растерянно топтались на дороге. Я не спешил выбираться из куста, внимательно рассматривал этих двоих. Комбинезоны у клиентов оказались совершенно одинаковые, они сделаны явно по образу «Севы», только ткань не камуфляжная, а совершенно нелепого темно-голубого цвета, такой же цвет имели и бронепластины на бронежилете. Лица нельзя было рассмотреть из-за того, что они скрывались за зеркальными забралами гермошлемов. Первый клиент имел порядочный рост, на глаз я его оценил, как мой собственный. Дылда (я так нарек первого клиента) имел при себе смутно знакомый ствол, в слабом свете я воспринял его как мутировавшую L85. Второй клиент имел относительно Дылды сосательный рост, поэтому я мысленно окрестил его Кузей. У Кузи на груди тупо болтался FN P90. Мда, странная парочка.       Я выломился из куста. — Опа, гоп-стоп! — Весело сказал я клиентам — Пошли. Пока мы добирались до забора Периметра окончательно стемнело. Вдобавок небо полностью затянулось тучами, наконец-то хлынул ливень с грозой. Назревал классический прорыв Периметра, на брюхе под дождем и пулеметами. Периметр представляет собой двойную защиту, от сталкеров, лезущих в Зону, и от тварей, прущих на Большую Землю. Хотя понятно, что по большей части Периметр выполняет только первую функцию, набеги тварей практически не случаются.       Устроен Периметр так. Высокая изгородь из сетки-рабицы с колючей проволокой поверх. За изгородью песчаная контрольно-следовая полоса. За полосой в два слоя спираль Бруно, в которой установлены ловушки в виде растяжек с сигнальными ракетами. В радиусе видимости друг друга располагаются вышки с прожекторами, снайперами, пулеметами, вдобавок время от времени с обеих сторон изгороди прохаживаются патрульные с собаками. Сейчас лил дождь, поэтому патрульных с собаками опасаться нечего, вояки не любят мокнуть под дождем. Главной проблемой является преодоление участка со спиралью, нужно проявлять предельное внимание, чтобы не наткнуться на растяжку.       Прежде чем прорезать дыру в заборе, я прочитал краткую лекцию по правилам пересечения периметра: слушаться беспрекословно, не делать лишних движений, в случае, если обнаружат и подстрелят, лежать и ждать, пока не подберут военные. Дылда и Кузя искаженными динамиками голосами сказали, что поняли. Я заранее натянул плотные перчатки из грубой кожи, так как вскоре предстояло резать острую спираль Бруно, отстегнул от пояса кусачки. Шугаясь от вспышек молний, я прорезал в сетке дыру, аккуратно отогнул вырезанный кусок на манер двери. Затем по-пластунски выбрался на мокрый песок следовой полосы. Дылда с Кузей повторили мой маневр. Следовую полосу преодолели без приключений, только один раз едва не попали под луч прожектора, неожиданно прошедший по земле в нашу сторону.       Теперь вспышки молний наоборот мне помогали. Я резал Спираль Бруно, внимательно присматриваясь, чтобы не наткнуться на канат растяжки. К счастью, мне повезло выбрать участок, где растяжки отсутствовали. Защищая лицо руками, я пролез в проделанную мной дыру. На обратной стороне я задержался, чтобы встретить лезущую за мной Дылду. Дылда успешно протиснулся между острыми лезвиями спирали. А вот на Кузе случались осечка. Выбираясь из дыры, Кузя всё-таки зацепился за острый край лезвия, дернулся, высвобождая ногу. Сквозь шум дождя послышалось характерное шипение взлетающей сигнальной ракеты, затем в воздухе с сухим хлопком расцвел красный цветок. — Блядь! — Выругался я. Звуки грозы и дождя перебил вой сигнала тревоги. В нашу сторону метнулись лучи прожекторов. Я подхватился сам, рывком поставил на ноги Кузю, Дылда сам вскочил. — Бегом, за мной! Вовремя я бросился в сторону, луч прожектора полоснул по дыре в заборе, по следам, второй ударил ровно туда, где мы секунду назад стояли. Залаял пулемет, пули вспороли землю точно позади нас, бегущих по плоской голой полосе теперь уже земли Зоны, отделявшей периметр от леска.       Под пулеметной стрельбой мы ввалились в лес. Зона оберегает дураков, а я дурак, что согласился на это задание. Чудо, что шальная пуля не попала мне в спину, в Дылду или в Кузю, а только чиркнула мне по плечу. Энергии по касательной задевшей меня пули хватило, чтобы я развернулся и повалился в траву. Кузя и Дылда зачем-то тоже повалились в мокрую траву, ну, а что им ещё было делать-то с моими инструкциями? Не обращая внимания на простреленную руку, я крикнул клиентам: — Лежите и не дергайтесь! Пулеметные очереди ещё какое-то время разрывали лесок, затем военным надоело изводить боеприпасы. Тревога прекратилась. По кромке леса прошли патрульные с фонарями, всё-таки вышли с собаками на дождь. Видимо, из-за дождя собаки не смогли взять след, патрульные без толку протопали туда-обратно и ушли. — Теперь можно вставать. — Простонал я. Рука болела неимоверно.       Зайдя как можно глубже в лесок, я осмелился использовать фонарик. Усевшись под раскидистым дубом на сухой почве, я занялся простреленной рукой, скинув бесполезные теперь перчатки. — Давай я тебе помогу. — Вызвался Кузя. Дылда же обессиленно рухнул рядом со мной. Я ничего не ответил. При помощи ножа я разрезал полностью пропитавшийся кровью рукав комбинезона. Ещё немного, и пуля раздробила бы мне кость, тогда моя авантюра закончилась, толком и не начавшись бы, пришлось в другой точке Периметра выбираться в прямом смысле безруким. Свинцовая дура выбила солидный кусок плоти, в сумасшедше кровенящей ране виднелась белая кость. Кузя профессиональным движением распаковал аптечку, вколол мне прямо через комбинезон в бедро противошоковый наркотический коктейль. — Хорошо тебя зацепило. Пока Кузя колдовал над моей рукой, подействовало лекарство, боль превратилась в неприятное подергивание где-то на дальнем плане, мир стал ярче и отчетливей, несмотря на темноту вокруг. — Вот, всё. — Кузя завязал бантиком концы бинта. Посидев ещё с минуту и немного передохнув, моя странная компания отправилась в путь в сторону Кордона.       Ближе к утру дождь прекратился. Перемазанные грязью, кровью и прочей гадостью, мы добрались до остатков старого Периметра. Проржавевший дырявый забор, покосившиеся вышки, бесполезная следовая полоса в виде полоски песка сигнализировали, что дальше уже начинается полноценная Зона. Несмотря на то, что действие наркотиков почти заканчивалось, я ощутил то, что сталкеры называют «приветственный поцелуй Зоны» — словно по моему телу прошёлся электрический разряд, заставив встать дыбом волосы на загривке. — Ну что, Зона? — Прошептал я сквозь зубы. — Вот и вернулся я, твой сын. — Ты что-то сказал? — Спросил Дылда. — Нет, ничего. Слушай, ты, как там тебя, — Я повернулся в сторону Кузи. — Вкати-ка мне ещё той хрени, что ты мне вколол в лесу. Получив вторую дозу, я подождал, пока она подействует, затем повел туристов дальше.