С другой планеты

      Транслятор издал лёгкий щелчок, оповещая о том, что устройство готово к работе. Надеясь, что на этот раз всё пройдёт успешно, Том поправил наушники и нажал на зелёную сенсорную кнопку с изображением звонка, которая тут же исчезла. На огромном экране, замерцавшем сотнями ярких вспышек, через четыре секунды появилось чёткое 3D-изображение. По ту сторону монитора ему улыбался обладатель выразительных серо-голубых глаз. Новый прибор переводил язык гуманоидов на самый удобный земной диалект и обратно. Предыдущее устройство оказалось бракованным, из-за чего пришлось обращаться в Центр межпланетного взаимодействия и ждать несколько дней, пока не починят или не изготовят новый.       Для Тома Каулитца этот срок оказался довольно долгим, так как он не мог общаться с представителями других планет без специального прибора. А деятельность Тома считалась на его планете одной из самых полезных, ведь он, совместно со своим братом-близнецом дарил всем существующим мирам прекрасную музыку, и все гуманоиды её очень ценили. До недавнего времени. Том идеально смешивал различные звучания, играя на различных инструментах, а также синтезируя некоторые треки на компьютере, а Билл оживлял музыку своим прекрасным голосом. Парни должны были отправить продюсеру готовую запись ещё два земных дня назад, но из-за поломки транслятора никак не могли установить с ним контакт. Наконец, эта проблема была решена. Том был очень рад — все деловые вопросы он взвалил на себя, оставляя брату больше времени на остальные занятия. Однако дата выхода нового альбома на этот раз не имела такого критического значения. К сожалению, популярность близнецов на родной планете резко упала из-за появления массы других творцов в более простых жанрах, которая пришлась жителям Твинсии по вкусу. А о братьях, отдавших половину своей жизни музыке, начали постепенно забывать. Официально они выступали уже двенадцать с лишним лет, а до этого были годы усердных репетиций и выступления в маленьких клубах. И так, наверное, продолжалось бы и по сей день, если бы не встреча с человеком, который стал их наставником. И то, что чаще всего их общение происходило не в реальном времени, не имело никакого значения во времена развитых технологий межпланетной связи. — Доброе утро, Дэвид! — начал Том. — Ты сейчас хорошо слышишь меня? — Да, вполне. Даже помех сегодня нет. А где Билл? Я думал, он выйдет сегодня на связь вместе с тобой. — Я вроде уже говорил, что сейчас он занимается своим сольным проектом, поэтому у него очень много дел. В студию с утра отправился, и пока я его не видел. — И почему бы вам не выпустить все эти песни вместе, как обычно? Они бы очень подошли к альбому и разнообразили его. Быть может, даже привлекли новых поклонников… Продюсер в очередной раз задавал этот вопрос, но у Тома не было ответа. Он лишь молча вглядывался в экран, куда-то за своего собеседника, в пустоту комнаты. — Я поговорю об этом с Биллом, когда он вернётся. — Ладно, сейчас это не самое важное. Ты не поверишь, но мне удалось договориться насчёт тура. И как назло, не мог дозвониться. Хотя, признаться, я не сильно надеялся. Ты же понимаешь, что сейчас на других планетах с музыкальным вкусом их обитателей ещё хуже, чем на Твинсии. Если уж и до вас это докатилось, то… что уж говорить об остальных. — Ох, Дэйв… Ты правда думаешь, что наш мир настолько особенный?       Том улыбнулся. Он бы никогда не ощущал себя частью чего-то прекрасного, если бы не его брат. Том уверен, что был бы обычным. — Да, я в этом не сомневаюсь. Только в таком чудесном мире часто рождаются близнецы. Да ещё и такие талантливые. В одиночку нельзя быть настолько счастливым и столько всего творить. — Ну, у нас с этим всё иначе, действительно. Насколько я знаю, людям для вдохновения нужны страдания, — заметил гуманоид. — Но ведь это так больно. Когда можешь создавать искусство только после того, как тебе хорошенько душу наизнанку вывернули. Вот и Билл хочет сочинить такую драму. Правда, я не уверен, что получится. Он не может быть несчастным… Не умеет. — Потому что у него есть ты, — продюсер знал секреты близнецов, как никто другой. — Так что там с туром, есть проблемы? — Я уже всё решил. Теперь нужно ваше согласие на посещение опасных зон и сканирование ДНК для подтверждения личности. — Опасные? Это ты про свою планету?       Том усмехнулся и посмотрел на время, отображающееся внизу монитора. Он совсем забыл, что на другой планете сейчас совсем не утро. Подтверждение личности — секундное дело в буквальном смысле этого слова. — Не только. Но да, Земля — не лучшее место для жизни, вы ведь понимаете. Я бы давно покинул её без сожалений. У меня больше никого не осталось, ты ведь знаешь…       Дэвид тяжело вздохнул, позволяя себе выдать Тому затаённую тоску. Он не любил жаловаться на своё одиночество, тем более, что близнецам было трудно это понять. Их изначально было двое. Они никогда не знали этого чувства всепоглощающей боли и душевной пустоты. — Так прилетай к нам, в чём проблема? — Не могу… У нас снова ввели закон о сохранении численности населения. Если бы только я знал, я бы подал все документы год назад. Но… тогда я надеялся, что мне есть ради кого остаться. — И что же в итоге? Это из-за него? — Том прекрасно знал, о ком шла речь, но предпочитал не называть имени. — Ничего. Всё в прошлом. — Ты ведь любишь его… — Давай не будем об этом, — отмахнулся продюсер. — Как скажешь. Наверное, это и правда уже не важно. — С Биллом когда можно будет связаться? — он быстро перевёл тему на более актуальную. — Связаться я могу хоть сейчас, но только мысленно. Для этого даже самые простые трансляторы не нужны, — музыкант улыбнулся. — А ещё… если у нас ДНК одинаковое, я могу два раза просканироваться? — Нет, Том, вы не можете быть настолько идентичны! Конечно, ты воспринимаешь Билла, как продолжение себя. Но всё же вас двое… Приборы стали намного точнее в последние годы, даже десятитысячные доли процента имеют значения.       Том недоумевал. Как это не могут? Если они практически одно целое. Сейчас было уже не принято считать, что у любого существа есть душа, но гуманоид определённо в это верил. И верил, что их душа — одна, только разделена на два одинаковых тела. Иначе как объяснить с физиологической точки зрения то, что они могут друг друга так остро чувствовать? Ведь близнецы ощущают абсолютно всё на двоих. Не было и дня, чтобы один неправильно понял другого. Том всегда знает, о чём Билл думает в данный момент, даже если они находятся не рядом…       …Любое, даже самое незначительное упоминание о Билле вызывало приятные ощущения во всем теле. Возможно, будь они соединены только братскими узами, их связь была бы не так прочна. Но их соединяло намного большее. Так неправильно для других миров и так правильно для них — они были безумно влюблены друг в друга. Вот и сейчас мысль об их идентичности мгновенно нарисовала в голове красочные картины прошлой ночи. Жаркие поцелуи — везде, куда только можно дотянуться, ласковые руки, касающиеся самых запретных мест… Неистовое желание и экстаз от единения друг с другом. Была у гуманоидов одна очень приятная особенность — любовью они могли заниматься очень долго, не уставая от этого, а наоборот — черпая силы для нового дня. И наоборот — чем дольше одинокий гуманоид (как правило, таких было совсем немного, но иногда это случалось) жил без любимого, тем слабее становился. Однако восполнение сил при единении действовало только в том случае, если партнёры любили друг друга по-настоящему. Бесчувственный секс не спасал — он приносил лишь физическое удовлетворение, но гуманоиды чувствовали себя после этого морально опустошёнными, а вскоре возвращалась и ещё большая слабость. Ни у каких других разумных существ не было такого свойства. Именно поэтому для жителей Твинсии верность была совершенно естественной…       Благодаря удвоенному блаженству бессонные ночи шли братьям только на пользу. Они сладко дремали лишь на рассвете, когда Малое Солнце уже пробивалось в окна их спальни, освещая любовное ложе нежно-розовыми лучами. Так, однажды утром, и появилась одна их самых близнецовых песен, неожиданно оказавшаяся непонятой фанатами с других планет — они придумали себе сотни и тысячи версий, что могло происходить между ними, но мало что их этого было действительно похоже на правду. На Твинсии же любовь была естественна в любом её проявлении. Не имел значения ни пол (тут природа не предусмотрела многообразия, зато подарила прекрасную возможность к безболезненной трансформации при необходимости), ни возраст (а жили гуманоиды при хороших условиях минимум пару веков), ни кровные связи. Всё стиралось, когда приходили чувства. И многие близнецы нисколько не стеснялись своих далеко не родственных отношений. Некоторые создавали союзы из двух или даже большего количества пар и жили дружной семьёй под одной крышей — это не осуждалось. Но Биллу и Тому было достаточно друг друга.       Прикрыв глаза на мгновение, Том сосредоточился и почувствовал своего брата, передавая ему информацию, что нужно срочно связаться с Дэвидом, а ещё — лучше поскорее вернуться домой. Это происходило без слов, лишь в мыслях. — Билл скоро появится. И согласие на опасные зоны тоже… — Я и не сомневался. — А вдруг бы мы отказались? — предположил Том. — Ты ведь наши действия предугадать не можешь. — Отказались бы они, как же! Билл ведь давно хотел побывать на нашей планете. И, возможно, даже пожить! Когда вы давали интервью общегалактическому порталу «Звезда», он столько всего рассказывал, что даже я удивился… Откуда Билл столько знает? Это ведь правда — то, что он говорил? Или вы опять хорошо всё спланировали? — Да, Билл отвечал честно, — признался Том.       Он часто забывал, что жители других планет ощущают мир совсем не так, как гуманоиды, поэтому испытывал трудности, когда приходилось объяснять словами чувства близнеца. И все же… кое-что оставалось неясным даже для него. — Мы живём в таком прекрасном месте, — продолжал Том. — У нас есть всё. Фанатов, правда, стало меньше, но ведь это не страшно, самые преданные всегда с нами! А Билл говорит, что ему постоянно хочется чего-то нового… А чего — сам не знает. Дэвид, я могу быть с тобой откровенен, я тебя знаю столько лет! Я боюсь его потерять… Он всё чаще проводит время отдельно от меня.       Изо всех сил стараясь, чтобы тревога не передавалась Биллу, он сосредоточился на своём собеседнике. — Том, ты зря накручиваешь себя. Он ведь просто проводит время за занятием, которое его увлекло. Я в молодости тоже вечно пропадал на репетициях со своей группой, это нормально. И ты ведь всё равно знаешь, что он делает в данный момент. — Но у тебя не было близнеца! — напомнил музыкант. — Ты жил один, знакомился с другими людьми, встречался с ними… — от мыслей, таких неправильных и неестественных, Тому становилось не по себе, но он быстро справлялся с этим — не хотел, чтобы Билл ощущал лишнее волнение. — Разве он давал тебе повод усомниться в его верности? — Нет, никогда! — Том побледнел. Такие эмоции невозможно было скрыть. От волнения и страха кожа гуманоидов становилась практически белой, а от радости — приобретала нежный и тёплый оттенок. И сейчас этот скачок был очень резким. — Билл только со мной, я это знаю. Я бы почувствовал, если бы он… заинтересовался кем-то. Я бы увидел… И я сразу сказал ему, что никого постороннего в наших отношениях не потерплю. Он бы не посмел. Я слишком ревнив. В нашем мире такое случается очень редко. Это у вас, на Земле, невесть что творится.       Дэвид прекрасно знал, что связь у его подопечных были не просто братской. Том никогда не скрывал этого. И, хоть это и выходило за рамки земных понятий, продюсер удивительно легко принял этот факт и пытался донести до поклонников с других планет, что нет ничего плохого в двух близнецах, которые связаны единой нитью любви. Пока ещё не весь мир был готов осознать то, что два существа, родных по крови, могут быть парой. Первыми это сделали именно гуманоиды, живущие на Твинсии.       Однако из-за своей личной жизни «Kaulitz Zwillinge» не могли выступать спокойно на любой понравившейся планете. Трудно было с Землёй. Эту планету населяли люди — самые застрявшие в устоях древних традиций существа. Но благодаря стараниям продюсера появилась возможность включить братьев в список музыкантов, приглашённых на этот важный планетарный праздник.       Том много слышал об этом дне — чаще всего от Билла. Во всём мире было принято отмечать его двадцать второго апреля, синхронизировано с земным календарём. Хотя не на всех планетах была принята такая система. На Твинсии, к примеру, не было своих времён года и месяцев, ведь погода всегда была практически одинаковой, поэтому они приняли общую систему за основу и не стали придумывать ещё одну. Конечно, иногда шли дожди. Снег выпадал всего раз за время жизни Билла и Тома, ещё когда они даже в школу не ходили. Это было настоящее веселье для маленьких близнецов — они кидались друг в друга бледно-голубыми холодными комками. А Билл даже умудрился наесться снежинок, задрав голову к небу и ловя их языком. Ох, и сильно же он тогда простудился! Однако больше от матери влетело Тому — за то, что не уследил за младшим. Хоть разница у них была всего десять минут, старший всегда ощущал свою ответственность за жизнь Билла. Наверное, единственное существенное различие у них было в любви и нелюбви к другой планете…       Праздновать День Земли начали ещё в те далёкие времена, когда человечество наивно считало себя единственной существующей во всей галактике разумной расой. Однако вместо того, чтобы заботиться о своей планете, люди всё больше губили её. Одной из главных проблем стала вырубка деревьев. Но один человек решил, что с этим нужно что-то делать и устроил своеобразный конкурс для жителей своего штата — приз должен был получить тот, кто высадит больше всего деревьев. И это сработало! Так появился первый официальный экологический праздник, который изначально назывался Днём Дерева.       Как выглядели земные растения в ту пору, Том, конечно, представлял смутно. Ведь о столь давнем прошлом сохранилось не так много информации, но на сегодняшний день деревьев на земле осталось очень мало и их всё больше заменяли искусственными генераторами кислорода, иначе люди просто не смогли бы дышать и погибли бы все до единого. Но тогда жители голубой планеты ещё не понимали, к чему их приводит массовое уничтожение лесов. А праздник остался и постепенно трансформировался в международный День Земли. Пару веков назад его утвердили как межпланетный — и представители других цивилизаций стали посещать Землю в этот день. Приглашались музыканты для выступления на большом благотворительном концерте, а все вырученные с этого мероприятия средства шли в фонд спасения планеты. Но многие существа смотрели на Землю с сочувствием и надеялись, что люди всё-таки одумаются и перестанут уничтожать место, где они живут, убивать и ненавидеть друг друга за что бы то ни было. Земля была, наверное, единственной известной на данный момент планетой, где ещё сохранились отголоски древности. Люди всё ещё были готовы в любой момент начать войну против кого бы то ни было. Изготовление смертоносного оружия официально было запрещено, но все равно существовали подпольные организации по его производству…       Билл ещё с детства очень сильно проникся жизнью и историей планеты, которую он посчитал очень несчастной. Из первого же полученного гонорара певец заплатил немалую сумму за новомодное исследование и узнал, что в прошлом у них с Томом на земле жили родственники. И, возможно, далёкие потомки тех самых людей имеют какую-то часть ДНК, схожую с ДНК Билла и Тома. И младшему пришла в голову одна мысль, которая и по сей день его не отпускала: он очень хотел познакомиться с ними. Однако Том не разделял таких желаний. Ему было хорошо в их с Биллом мире. Гуманоиды выросли в любящей семье, где все занимались творчеством. Отец был музыкантом, а мать — художницей. Это был просто рай для тех, кто мог творить, кто любил хотя бы один из видов искусства. Рождение близнецов стало для них настоящим счастьем. Близнецов отдали в школу с музыкальным уклоном, где они развили свои способности. Билл научился прекрасно петь, а Том — играть на гитаре, а после и на других инструментах. Но он быстро перешёл от простых устройств к электронным и стал не просто играть, а записывать музыку. Вместе с Биллом они образовали дуэт под названием Kaulitz Zwillinge. Парни проводили много времени за написанием текстов песен и практически никогда не расставались. Они быстро завоевали любовь поклонников на всей Твинсии. Название их планеты произошло от древнеанглийского слова twins, которое и обозначает «близнецы».       Легенда гласила, что когда-то в их мире гуманоиды обычно рождались только по двое, но после единственной случившейся на Твинсии климатической войны они жили в таких тяжелых условиях, вероятность рождения сразу двоих (и выживания) значительно сократилась — и чаще всего дети стали рождаться по одному. После этого гуманоиды по-новому взглянули на жизнь и начали ценить её. Шло время, планета восстанавливалась и залечивала раны, нанесённые её жителями. Постепенно количество близнецов стало увеличиваться. Билл и Том родились в самом начале этого периода, поэтому были чем-то необычным для своих сверстников. Но сейчас они все чаще встречали на улицах малышей, которые ходили по двое, крепко держась за руки. Улыбались и вспоминали себя в детстве.       В девять лет Каулитцы уже начали выступать сначала на школьных концертах, затем — на городских, а после прославились и на всю планету. Твинсия была одной из немногих планет, которая не была разделена на отдельные страны. Она была не такой уж большой, да и все гуманоиды говорили на одном языке, поэтому трудностей в понимании друг друга у них не возникало — так что покорение целого мира не было чем-то недостижимым. А уже в пятнадцать Том и Билл начали разъезжать по всей Твинсии с гастролями и дарить свою музыку поклонникам. На их планете большинство фанатов не мечтало иметь отношений со своими кумирами, им было достаточно их творчества. Попадались, конечно, иногда неадекватные существа — но чаще всего это были представители других цивилизаций или те, кто был рождён от родителей с разных планет. Такое тоже происходило, но довольно редко.       Чаще всего гуманоиды, не нашедшие своей любви на Твинсии, встречали свою половинку на соседней планете Скрим, где жили циммеры. Эти существа никогда не становились по-настоящему взрослыми, всю жизнь проживая в состоянии, которое у других существ являлось переходным возрастом. Они были очень вспыльчивы и импульсивны, часто становились одержимы каким-то увлечением, что переходило чуть ли не в помешательство — и это могло распространиться на что угодно и на кого угодно. Очень много циммеров специально отправлялось на Твинсию, чтобы встретиться с близнецами. Отчего-то и девушки, и парни, рожденные на Скриме, очень сильно тянулись к этим двоим и хотели их разделить. Они не видели близнецов единым целым и просто не могли понять, как такое возможно. Тяжело приходилось тем гуманоидам, которые выбирали себе в спутники жизни циммера. Ведь они не знали любви — лишь вечное помешательство. Везло лишь тем, кто сходил с ума друг от друга.       Тому нравилась жизнь на Твинсии — их музыку любили многие подростки, да и некоторые взрослые тоже восхищались их песнями. В начале карьеры парни на целый год оставили учёбу, чтобы заниматься только творчеством и исколесили всю планету. Но Биллу стало этого мало, он задумался о межпланетном взаимодействии, затянул старшего брата на космические курсы и начал усиленно готовиться к полётам. Гуманоиды были словно созданы для путешествий к другим цивилизациям: они легко переносили перемещения, а некоторые даже освоили телепортацию. У Тома хорошо получалось делать это, но он редко пользовался такой возможностью — ведь Билл, как ни странно, перемещаться без проблем не мог. Технологии обитателей Твинсии не стояли на месте, и с каждым днём появлялись всё новые и новые изобретения, но вот универсального средства для простого телепорта из одной точки в другую ещё не придумали.       Самая главная вещь, которая была очень нужна братьям, к счастью, была изобретена уже давно — это транслятор, который помогал связываться с существами других миров и общаться с ними без языковых барьеров, для этого не нужно было знать все существующие диалекты. Хоть братья и изучили несколько основных, абсолютно всё держать в своей голове было просто невозможно. Ведь если думать только о знаниях и их накоплении, куда же девать творческие идеи? Особенно сложно было с Землёй, но младший так сильно хотел побывать там, что очень быстро освоил два основных земных языка — немецкий и английский. Тому же пока ещё требовался транслятор для общения с продюсером. А с Биллом он мог общаться на любом известном языке, а ещё лучше — без слов…       Знакомство с Дэвидом было совершенно случайным — житель Земли по ошибке телепортировался на Твинсию вместо Скрима, где должен был выступать со своим концертом. Ведь продюсер был раньше и сам музыкантом. Ему, можно сказать, повезло, что он не попал туда, куда собирался изначально — выступление было сорвано, а фанаты — обижены до глубины души! Чтобы время не прошло впустую, Дэвид решил посетить какой-нибудь концерт на Твинсии и познакомиться с музыкой этой планеты. И по стечению обстоятельств оказалось выступление близнецов. Дэвид сразу заприметил двух прекрасных гуманоидов с выразительными чертами лица. И Том не мог не обратить внимания на человека, так удивлённо рассматривавшего его и брата: мало кто на заре их творческого пути действительно мог восхититься ими обоими, некоторые приглашали Билла выступать отдельно или в составе какой-нибудь подростковой группы-однодневки, но он всегда отказывался. Близнецы разговорились с продюсером после концерта. Билл поделился своей мечтой выступать не Земле, и Дэвид пообещал сделать всё возможное для братьев, чтобы они смогли побывать в любой точке галактики. Однако шанс посетить ту самую голубую планету выпал им впервые за долгие годы. И Том, вопреки ожиданиям брата, этому рад не был…       Билл очень спешил домой и появился словно из воздуха. Однако после телепортации у него всегда так сильно кружилась голова, что он легко мог упасть в обморок. Том кинулся к близнецу, подхватывая его и не давая упасть. — Не надо было так торопиться, родной. Ты же знаешь, как опасны для тебя такие перемещения!  — Я скучал, — нежно прошептав на ухо брату, старший провёл коснулся губами его щеки, сладко пахнущей новым парфюмом. — Знаю. Тебе не обязательно говорить… — младший улыбнулся и крепко обнял Тома. — Не волнуйся, всё в порядке, я почувствовал, как ты переживаешь! — Билл… Может, всё-таки не полетим туда? Телепортироваться ты не сможешь так далеко. Да и я, наверное, тоже. Придётся лететь несколько дней. Это очень далеко. Ты же знаешь. — Ты сам мне передал… что Дэвид записал нас на праздник… Так что… никаких отказов… — слабым голосом прошептал Билл. — Всё, больше никакой телепортации. Полетаем, раз так хочешь!       Их тела окутала привычная нежность, когда Том коснулся кончиками пальцев спины Билла. Они словно расцветали на глазах, стоило им только прикоснуться друг к другу. Гуманоидов было несложно отличить от представителей других планет. Обычно они имели заострённые черты лица, в их внешности всегда была какая-то утончённая лёгкость и невесомость. Но любящие друг друга партнёры в моменты своего единства словно становились мягче. Особенно это было заметно у близнецовых пар. Находясь по отдельности, они смотрели на мир холодными чёрными глазами, настоящий цвет которых распознать было невозможно. На зрение это не влияло, а вот на восприятие — ещё как. А когда партнёры были рядом, то их глаза становились светлее. У Билла и Тома в их обычном состоянии глаза были карие. В свете Малого Солнца даже были видны выступающие более светлые прожилки. А ещё у них менялась температура тела. Так было не у всех, но чем сильнее проявлялась связь, тем больше это чувствовалось. Поэтому близнецам всегда было тепло рядом друг с другом. — Так уж и быть… Только ради тебя мы отправимся на Землю. Ты знаешь — для тебя я сделаю всё.       Том постарался отбросить в сторону всю свою предвзятость по отношению к чужой планете и постараться найти что-то хорошее в этом. Если Билл что-то задумал, то это обязательно произойдет. Ведь и инициатором их отношений был именно он.       Близнецы очень рано поняли, что их тянет друг к другу, но не испугались этого. Любое проявление чувств на Твинсии было нормальным. Гуманоиды не придавали особого значения половым признакам, главным для них были чувства, которые вызывает партнёр. Это мог быть кто угодно, но Тому и Биллу повезло обрести друг друга и не испытать от этого никаких трудностей. Ведь родившись на другой планете, они были бы обречены жить в вечном страхе. Но почему же тогда брата так сильно тянуло туда, где опасней всего, туда, где их любовь непременно подверглась бы осуждению? Ведь это место не может быть их домом…