С другой планеты

      Телефон разрывался настойчивой трелью. Ну почему новые устройства настолько сложны, что нужно время, чтобы найти на них кнопку включения беззвучного режима? Стандартная мелодия резала слух. Дэвид нехотя взял трубку — номер был незнакомым. Но голос на том конце провода невозможно было не узнать. — Я соскучился.       И это после всего, что было. После громких скандалов, битой посуды, хлопнувших дверей — вот так просто: ни здравствуй тебе, ни до свидания. Соскучился. В этом был весь Билли — молодой певец, с которым Йост тесно работал на Земле. Когда-то парень выступал в группе «Берлинский рассвет», но не поладил с коллегами и принял решение уйти, даже несмотря на то, что ему это грозило серьёзными неустойками из-за разрыва контракта. Тогда его и взял под своё крыло известный продюсер. Вильгельм Вернер — а таким было полное имя парня до того, как он решил сменить его на псевдоним — любил шумиху вокруг себя, поэтому открыто о своих предпочтениях не заявлял и давал призрачную надежду поклонницам. Но на самом деле певец всегда предпочитал мужчин — как он признался Дэвиду позднее, уход из группы был из-за гитариста, Томаса Трюмпера. Их страстные поцелуи на сцене были не частью сценического образа. Билли был в него влюблён, но парень лишь играл с его чувствами, а потом решил жениться на девушке… И будто не было ничего, не было жарких ночей в номерах отеля, тайных взглядов и улыбок. Томас в последнем интервью заявил, что вообще никогда не имел отношений со своим полом. Билли от комментариев отказался. После его ухода группа пыталась найти нового вокалиста, но фанаты не приняли другого исполнителя, посчитав его лишь жалкой копией их любимой яркой звезды. «Берлинский рассвет» распался. Но Билли очень хотел петь и дальше.       С Дэвидом певец проводил много времени вместе по работе и вне её, и вскоре у них разгорелся бурный роман… Пока карьера музыканта находилась на пике, у них не было времени остановиться и подумать, что же будет дальше, когда утихнет обжигающаяся страсть? Билли оказался далеко не тем брошенным невинным ангелочком, каким он показался продюсеру в начале. Он был очень ревнивым — закатывал сцены, если ему казалось, что Дэвид слишком много времени уделяет другим подопечным, начинал видеть в этом нечто большее, чем просто рабочие отношения. Ревновал к старым друзьям, а уж какой крик поднимался, если вдруг Йост встречал где-то бывшего любовника — несмотря на то, что их связь давно была в прошлом. Почти у всех есть бывшие. Билли даже Томаса однажды встретил на фестивале, пока «Берлинский рассвет» ещё пытался существовать, но не удостоил и взглядом…       Во время перерыва в творчестве попытка влюблённой пары съехаться оказалась роковой ошибкой — в быту Билли оказался невыносимым. Они ругались каждый день, но расстаться окончательно не могли. Последней каплей стало то, что ревновать Вильгельм начал даже к музыкантам с другой планеты. К странным близнецам, выступающим всегда только вдвоем и никого не пускающим в свой мир. Нашёл кого подозревать в тайной связи с продюсером — они вообще годами общались на расстоянии, ещё в недавнем прошлом несоизмеримо далёком. Но ревнивца это не убедило. Парня очень напрягал тот факт, что Билл Каулитц с другой планеты чем-то напоминал его самого. Разрезом глаз, особенно когда они были подведены чёрным карандашом. Улыбкой в моменты спокойствия. Голосом в некоторых песнях… А Том, ранее носивший дурацкие, по мнению Вернера, дреды — вызывал у него ассоциации с бывшим, который был любителем рэперского стиля. Всё это неимоверно раздражало Билли. Пообщаться с близнецами и попытаться понять, что они вообще ни в чём не виноваты, он даже не подумал.       Наступил творческий кризис. Музыкой он хотел заниматься всё меньше, увлекся модой и начал работать над созданием своей коллекции одежды. Сменил стиль — длинные чёрные волосы с синими прядками коротко обрезал и выкрасился в блонд. Поклонники даже переставали узнавать на улицах. А Билли был и рад — ранее фанаты не давали проходу, а теперь он мог спокойно выходить из дома и всё меньше там бывал. Вскоре он уже организовывал свой показ в Америке, а потом и вовсе решил остаться там жить со своим новым любовником, который надолго в его жизни не задержался.       А Дэвид остался один… Он бы совсем перестал верить в любовь, если бы не братья по ту сторону экрана. Они своим примером показывали ему: настоящие чувства существуют… Любовь существует. Но в этом чувстве должно быть Двое.       Целый год прошёл с тех пор, как он общался с Билли в последний раз. Конечно, Йост знал, что происходит в жизни уже не его парня — видел его на экране телевизора. И уже даже простил за всё, списал все ошибки на молодость. Но не пытался больше связаться — боялся, что эта бездна отношений снова затянет его в свою пучину. Одиночество становилось привычным и естественным. Но ночной звонок нарушил это спокойствие.       «Я соскучился». Одна фраза, но сколько всего в ней. — И это всё, что ты хочешь мне сказать? — Дэвид пытался скрыть волнение, но дрожь в голосе его выдавала. Он тоже скучал. И ещё как. — Я завтра прилетаю в Берлин. Меня пригласили выступить на Дне Земли, и я согласился. В последний момент, правда. Встретимся? — У меня много дел. Каулитцы будут выступать — всё должно пройти на высшем уровне. — Я знаю, видел список. Думаю, ты сможешь оторваться от своих ненаглядных близнецов и уделить мне немного времени. Или им нужна твоя помощь не только с музыкой? — Нет, конечно! Ты и тогда зря ревновал… — продюсер смягчился. Конечно, ему хотелось встретиться, но он не был уверен, что это правильное решение. Но вдруг?.. — Да, я уже понял, что был не прав, извини! И это… я тут смотрел на старые тексты к невышедшему альбому. Они мне нравятся, но чего-то не хватает… Может, организуешь мне встречу с братцами? Мне действительно есть чему поучиться. — Совсем другой разговор. Если они согласятся, я не против. — Тогда до завтра, Дэйви…       Только он позволял себе такое обращение. Йост не любил раньше, когда его звали так — но Вильгельму было можно. Воспоминания нахлынули лавиной. Всё то, что он пытался забыть и вычеркнуть из сердца, всё то, что так долго желал отпустить, снова затягивало в свой водоворот. Он так скучал. По дерзкому, но когда-то совсем мальчишескому взгляду — на момент начала их работы Билли едва достиг совершеннолетия. По наглой, но такой обворожительной улыбке. По голосу, который мог быть таким сладким в песнях, что все фанатки сходили с ума и готовы были отдать за встречу с ним целое состояние. И этот же голос становился совсем другим, с нотками хрипотцы, когда Билли выстанывал его имя, предаваясь страсти. Или всё-таки любви?.. Что сейчас чувствовал парень, Дэвид, конечно не знал. Но вот он-то любил… Любит. До сих пор…       В такие моменты продюсер очень жалел, что не обладал такой эмпатией, как у инопланетных близнецов — вот уж кому повезло, во всех отношениях! Если бы он мог также чувствовать своего партнёра — то мог бы предотвращать и все скандалы. Мечта да и только. Тогда бы даже разница в возрасте не сказывалась. Подумаешь, всего-то шестнадцать лет… Если бы они жили на Твинсии, эта цифра вообще считалась бы незначительной. Да вообще ничего бы не имело значения, кроме любви. Гуманоиды вообще живут намного дольше — быть может, потому что они меньше страдают? Да, определённо… Но Земля до сих пор не избавилась окончательно от предрассудков и стереотипов. Сколько ещё веков должно пройти, прежде чем это случится? Если случится…       Ещё и это постановление правительства — сохранение численности населения! Вместо того чтобы дать людям шанс покинуть медленно, но верно умирающую планету, власти решили… что они решили? Обречь всех на верную смерть? Или не позволить простым смертным сбежать, а спастись самим? Но таких ли новых жителей ждали другие планеты? Уж точно на Твинсии не хотели бы видеть подобных существ. И если раньше Дэвид был уверен, что сможет покинуть родную планету без сожалений, то теперь засомневался. Разве он имеет право оставить Билли здесь — в ожидании конца? Быть может, Земля продержится еще с десяток лет при бережном отношении к ресурсам, но этот срок ничтожно мал для человеческой жизни. Да и не факт, что столько времени сумеет человечество продержаться… Но если Йост покинет Землю сейчас один — то уже не сможет вернуться, ведь он нарушит закон и будет причислен к ряду преступников. Ещё не хватало сидеть в тюрьме просто за то, что не хочешь умирать. Поражало не только это — отчего-то люди были спокойны, будто и не знали, что скоро праздновать им на родной планете будет нечего.       И тут мужчина закашлялся. Чёрт, как невовремя. Свои частые простуды он списывал на переутомление. Но на самом деле причина была в другом — воздух, и правда, становился всё более загрязнённым, а Дэвид, увы, был уже не так молод, вот и становилось тяжелей дышать. Не хотелось говорить Билли о своем неважном самочувствии. И близнецов расстраивать тоже не хотелось… Они все были дороги ему, каждый по-своему.       Йост решил отправиться спать пораньше. Завтра предстоял очень важный и долгий день. Перед сном он выпил лекарство. Таблетка была последней в упаковке. Так закрутился с этой организацией, что даже не успел купить ещё. Включив «Независимое Радио», вместо музыки он услышал механический голос диктора, предупреждающего о том, о чём он и так догадывался — этот миру приходит конец… Неужели об этом никто не думает? Неужели никто не слушает радио, а если и слышит сейчас эту запись, то просто не верит?       Утро явилось серым рассветом — в день Земли на неё проливался дождь, напитывающий почву влагой. Но в ней оставалось все меньше питательных веществ. Хлипкие деревца, недавно высаженные волонтёрами, ломались от ветра и падали замертво на аллеях между бетонных стен. Погода совсем не радовала — и настроения для праздника не было у многих — и у людей, и у инопланетных гостей. Близнецы тоже чувствовали себя так себе — спали они плохо, и снились им кошмары на двоих. Содержания сновидений они не запомнили, то осталось тяжёлое ощущение.       Дэвид же все-таки выспался — на удивление. Предвкушение встречи с дорогими сердцу существами придавало ему сил. Как обычно, одевшись совсем неприметно, он вышел из квартиры и спустился с тридцатого этажа на скоростном лифте. Завёл автомобиль — ещё старой модели, без лишних наворотов — и поехал на концертную площадку. Билл и Том уже были на месте и начали репетировать. Продюсер появился, когда они уже наполовину «прогнали» акустическую версию одной из любимых поклонниками песен — Darkside Of The Sun и просто стоял в дверях, заслушавшись. Вживую всегда звучало прекраснее, чем на записи. У песни была и немецкая версия, но фанаты больше любили английскую именно в этом случае. Хотя в других песнях предпочитали немецкоязычный вариант. Конечно, близнецам больше нравилось на своём родном, но для земного концерта они выбрали международные — так было проще и понятнее всем, кто хотел прикоснуться к их творчеству…       Ещё б вопросами о личном не доставали — и так всё ведь давно известно! Братья любят друг друга, какие могут быть ещё тут сомнения? Они могли бы развлечь публику страстными поцелуями на сцене, как это часто делали другие музыканты вне зависимости от своих сексуальных предпочтений. Могли бы, но не хотели устраивать из своих чувств шоу. Том и Билл верили, что людям всё-таки интересно их творчество, а не то, чем они занимаются в постели. Их близость дарила им вдохновение, которое они превращали в музыку и в слова. После выступления была запланирована встреча с фанатами. Предстояло ответить и на их вопросы. Каулитцы уже не боялись, что им зададут нечто неприятное и неудобное — всегда можно не отвечать, но все-таки им было бы приятно, если бы фанат спросил Тома о технических секретах нового альбома, а не о том, в какой позе он предпочитает спать с Биллом. Так он и скажет, как же! Да и если делиться всеми подробностями своей интимной жизни, не останется никакой тайны. На что людям воображение, если они им вообще не пользуются? Нужна картинка, как можно красочней и объёмнее. Чем дальше шёл технический прогресс, тем меньше человек вообще воспринимал текст…       Как было бы здорово, если бы поклонница не заявляла Биллу, что хочет родить от него детей, а поделилась бы историей, как познакомилась со своей второй половинкой благодаря увлечению группой. Такие случаи тоже бывали, но на многих планетах близнецов постоянно то слишком возвышали, приравнивая к божествам и сходя с ума, то наоборот, вполне открыто осуждали. Были планеты, на которых им вообще было запрещено выступать под предлогом того, что Каулитцы пропагандируют «нетрадиционные отношения». К счастью, Земля была не на самой низшей ступени. — Я даже не сразу узнал песню, так красиво! Ещё лучше, чем в оригинале было.       Близнецы одновременно обернулись на голос. С последней их реальной встречи с продюсером прошел уже не один год — это было во время их последнего межгалактического тура. Отложив инструменты, они кинулись к нему и крепко обняли. — Дэвид… мы так по тебе скучали! Может, и правда, переберешься насовсем? Работать удобней будет. А если кто-то будет возмущаться, мы тебя не выдадим и вообще, придумаем что-нибудь! — Билл снова тараторил без умолку. — Погодите, куда так торопиться? — Йост улыбнулся. — У меня ещё не все земные дела завершены. — И что же у тебя за дела такие, рассказывай скорее, — Том включился в разговор. — Мне вечером Билли звонил. Он будет выступать здесь сегодня. Хотел с вами увидеться даже. — И даже ревновать ко мне не будет? — Билл представил эту сцену в красках и засмеялся. — Надеюсь, что нет… Я бы хотел попробовать всё начать сначала. Как думаете, у меня есть шансы? — Конечно, — уверенно продолжил младший из близнецов. — Этот парень сам захотел встретиться с тобой, я уверен, ты ему не безразличен до сих пор… Всё получится, а если нет — мы ему устроим, мало не покажется. Ты никогда нас в обиду не давал, когда мы только начали, и мы поддержим всегда. — Спасибо! А можете ещё раз спеть? Или лучше уж сразу что-нибудь из нового? Я послушал те записи, что ты прислал, Том. Они прекрасны. Ты стал настоящим профи. Теперь сможешь сам работать с другими начинающими исполнителями. Нужно передавать им навыки, а то, и правда, стало мало хороших групп сейчас — все как под копирку. Или это я старею? — Ну, какая старость, ты что, на пенсию собрался так рано? А исполним с радостью новое, — Билл взялся за микрофон, а Том за гитару. Так хорошо… Наблюдаю за восходом солнца. Только голубые небеса. Мое сердце бьется в такт. Но мы с тобой знаем, Что скоро ночь покажет Затаившийся сумрачный свет. Наши души нуждаются В мире и гармонии. Мы теряемся в лунном свете. Когда все становится немного безумным, Отдохни со мной, малыш, Больше никаких проблем, Давай заниматься любовью всю ночь. Потому что я ловлю кайф от жизни В этом меланхоличном раю… Наши сердца широко открыты, Нам больно, мы плачем, Но в конце концов, это того стоит. Мы зашли слишком далеко, Чтобы отказаться от этого прямо сейчас. Я до смерти счастлив…       Как же это было красиво! Продюсер сразу представил в голове клип на новую композицию — близнецы, купающиеся в чистых, прозрачных водах реки, и всё это в лучах заката Малого Солнца. Совсем простое видео, но такое живое и настоящее. Они просто есть друг у друга. Они просто счастливы. А найдется ли Дэвиду место под тем Солнцем? Сможет ли он почувствовать себя таким же счастливым когда-нибудь в этой жизни? Ответ пришел сам собой — сможет, если Билли согласится улететь вместе с ним. Навсегда.