Сквозь приключения

      Дорога обратно далась тяжело. Ногу тянуло болью, рана сочилась кровью, быстро пропитывая повязку, так что бинты скоро кончились, пришлось снова стягивать ремнем. Повезло еще, что по дороге не встретилось разбойников или какого заезжего патруля, я была совершенно не в том состоянии, чтобы что-то кому-то доказывать или сражаться. Радости не добавил и зарядивший ливень. Было мокро, холодно, дорогу размыло. То и дело оскальзываясь в грязи и ругаясь сквозь зубы, прокляла все на свете – что бы там Ангнейр и прочие мудрые старцы ни говорили про крепость организма и регенеративные способности драконорожденных, заживать рана не спешила. Правда и я не оставляла ее в покое. Шутка ли, тащиться двое суток под дождем до убежища.       Но, самое главное – я добралась. Последние часа полтора выпали из памяти, я даже не помнила, как завалилась в убежище, только чьи-то обеспокоенные голоса и мелькающие лица. Впрочем, сосредоточиться ни на ком конкретном не получалось, и я позволила себе отключиться.       Все тело горело, а мышцы выкручивало противной болью, голова ощущалась тяжелой, будто свинцовое ведро. Я попыталась открыть глаза и осмотреться. Ну, вокруг было темно, все. Впрочем, под спиной была кровать, сверху – одеяло, в помещении тихо и тепло. Бедро не болело, и тревожить рану мне вовсе не хотелось. А вот неприятная тяжесть и дрожь в руках раздражали. Видимо, прогулка под ливнем не прошла даром, меня лихорадило, а еще хотелось пить, и совершенно не хотелось шевелиться. Интересно, оставили мне тут что-нибудь?       С великой осторожностью приподнялась на руках, подтянула себя в сидячее положение и привалилась спиной к стене, с трудом переводя дыхание, сердце заходилось в груди заполошной птицей. Мда, совсем не хорошо. На пробу глубоко вздохнув, закашлялась, но боли в груди не было. И то удача.       Еще раз осмотревшись вокруг, заметила кувшин с водой возле кровати, кое-как дотянулась и жадно выпила половину. Живем! И тут я уловила маслянистый запах паслена. Ох ты ж!.. От страха откуда-то нашлись силы швырнуть кувшин в стену. Будто это помогло бы! Заторможенное паникой и высокой температурой сознание совершенно отказывалось находить выход из ситуации. И организм взял все в свои руки – рвотный спазм скрутил все внутренности, я едва успела отклониться в сторону с кровати. Жадно хватая ртом воздух, провела рукой по взмокшему лбу.       Повезло, сама бы я в таком состоянии не сообразила, что делать. Впрочем, расслабляться еще рано. Пришлось заставить себя встать. Бедро обожгло, но вполне терпимо, видно, рана успела поджить и не спешила открываться. Я с трудом доковыляла до выхода и буквально вывалилась в коридор в руки Назиру.       - Нардин! – Взволновано воскликнул он, подхватывая меня, чтоб не упала.       - Паслен. В воде. – Выдавила я едва слышно, уткнувшись в плечо мужчине.       - Не может быть! – Воскликнула рядом Бабетта и скользнула в комнату.       - Пойдем, уложу тебя, - попытался было вернуть меня в постель Назир, но я мотнула головой и схватилась дрожащей рукой за его локоть.       - К огню.       Нак'хал все понял без лишних слов, перекинул мою руку через плечо и подхватил за талию. Дорога до камина показалась такой же долгой, как и до убежища. Но когда меня бережно усадили в кресло у огня и укрыли одеялом, почувствовала себя почти умиротворенной и счастливой. Назир присел в соседнее кресло, наклонился вперед, уперев локти в колени и сцепив руки замком, внимательно вглядывался в мое лицо.       - Алъяра, что произошло?       Я глубоко вздохнула, собираясь с силами. Вот только горло саднило, и все еще ощущалась противная жажда.       - Дай воды.       Он молча поднялся, исчез из поля зрения на несколько мгновений и вернулся с полной кружкой. Я принюхалась, недоверчиво сделала пару глотков, и отставила ее в сторону – хватит, разок уже поторопилась. Назир горько усмехнулся на мое недоверие, но говорить ничего не стал, спасибо ему. Кто знает, как отравленная вода оказалась у меня в комнате, и только ли в ней?       - Астрид считает, у нас тут предатель. – В полголоса сообщила я первую и самую важную новость. Нак'хал нахмурился, стиснул кулаки и спросил, старательно скрывая недоверие:       - Вы уверены?       Я пожала плечами:       - Глава отправила меня выяснить все наверняка, только на месте ждала засада. Девять агентов Пенитус Окулатус, хотели взять меня живой. – Грустная улыбка сама по себе растянула губы. – Как думаешь, есть ли у меня сомнения после этого?       Назир передернул плечами и отвернулся. Верно, сомнений после подобного быть не могло. А еще я видела – ему тоже не нравятся самые очевидные выводы, к которым приводят размышления.       - Ты не думаешь, что это я могу оказаться предателем?       Могла бы – рассмеялась на такой вопрос. Но сил не было, как и веселья.       - Нет, я доверяю тебе. И Слышащая для тебя угрозой не является.       - Ты не можешь всерьез так думать! – Отозвался Назир, даже не пытаясь скрыть боль и горечь в голосе.       - Провал в Маркарте и казнь похожей на меня редгардки, засада агентов Окулатус и яд в воде. Я не хочу в это верить, не больше, чем ты, Назир. Только выбора остается все меньше. Я только надеюсь еще, что кто-то очень умело подставляет ее.       - Это может быть шут. – Севшим голосом, сам не веря, предположил Назир.       - Нет, - я покачала головой, - уж если бы он хотел меня убить, сделал бы это давно. Он же фанатик, Назир. Перерезал бы горло во сне, просто и незамысловато да с полной гарантией, а не вот эти все схемы с сомнительным результатом.       Нак'хал окончательно поник и замолчал, уставившись на свои руки. Сейчас он выглядел как никогда уставшим. Все еще не желая верить в открывающуюся правду, отрицать очевидное он не мог. Тишину разбила вошедшая на кухню Бабетта. Бессмертная девочка протянула небольшой пузырек зеленого стекла и сказала:       - Вот, лучше выпей, Алъяра, это нейтрализует остатки яда.       Видя, что я не тороплюсь брать из ее рук подозрительную микстуру, гневно топнула ногой и оскалила свои совсем не детские зубки:       - А ну не выделывайся! Сказано – пей! Мы не для того тебя выхаживали, чтоб убить так запросто!       Я невольно хмыкнула. И правда, уж Бабетта сварила бы что-нибудь убийственное с одной капли и на сто процентов.       - Спасибо.       Принятое зелье разлилось приятным теплом, унимая дрожь в руках и заставляя расслабиться. Я со вздохом откинулась на спинку кресла:       - Как давно я в отключке?       - Пару дней. – Отозвалась Бабетта, покосившись на отрешившегося от реальности Назира. – Тебя лихорадило, ну и переутомление сказалось, а вообще ничего опасного. Рану тебе мы обработали, так что через пару дней будешь, как новенькая. Расскажешь, что случилось?       - Если Назир сочтет нужным, он расскажет, - мотнула я головой. – Кто еще в убежище?       Девочка пожала плечами, мол, как скажешь, и ответила:       - Визара и Астрид на месте, Цицерон, куда ж мы без него, остальные на заданиях.       - Спасибо, Бабетта.       Я хотела спросить еще, как скоро вернуться остальные, и как отреагировали на мое возвращение Астрид и Визара, и что за яд был в воде, но прикрыла глаза всего на мгновение и тут же провалилась в сон.       Следующее пробуждение прошло гораздо легче и приятнее – ничего не болело, температура спала, сознание было вполне ясным, хоть в теле и ощущалась слабость после болезни. Но я решила, что хватит валяться, чай не помираю, поднялась с постели и оделась.       В убежище царила уже полюбившаяся всем атмосфера – всеобщее недовольство и стремление перегрызть друг другу глотки. Впрочем, в свете последних событий, это и не удивительно. Только в этот раз главными действующими лицами оказались бессменный Цицерон и, неожиданно, Назир. Сидящие с разных сторон от стола Бабетта и Визара участия в перепалке не принимали.       - … выкормыш бездны! Не смей даже думать приблизиться… - цедил Назир, с трудом сдерживая гнев. Бедовый Хранитель скалился, прикрыв глаза и сложив руки на груди, держался прямо и горделиво, но мне почему-то казалось, что ему до срыва в состояние «всех покрошу в капусту» оставалось совсем немного. Я поспешила вмешаться.       - Добрый день, или вечер. Которая пора сейчас, подскажете?       Ассассины дружно обернулись.       - Нардин! Как себя чувствуешь? – Первым отозвался Назир, стремительно подошел ко мне и оглядел с ног до головы.       - Спасибо, нак'хал, я в порядке. Так что у вас тут случилось?       Мужчина только рукой махнул и досадливо поморщился:       - Ничего такого, что стоит твоего внимания.       Я только хмыкнула в ответ. Не хочет рассказывать, ладно. Если что-то важное, то все равно узнаю. Назир подхватил меня под локоть, отвел в сторонку и, понизив голос, спросил:       - Ты собираешься уехать?       - Нет, - я мотнула головой. – Оставлять за спиной кого-то, кто покушается на мою жизнь, глупо. Так что останусь тут, пока все не разрешится.       Нак'хал кивнул, покосился на шута и снова нахмурился.       - Что у вас случилось? – Снова поинтересовалась я, но видя, что отвечать он не собирается, решила надавить на больное. – Пожалуйста, давай не будем сейчас плодить недосказанностей.       Назир вздохнул:       - Он посмел заикнуться об очищении, - многозначительно произнес нак'хал, но видя, что я не понимаю, о чем речь, пояснил. – Это значит вырезать всех под корень в убежище за одно только подозрение в предательстве.       - Предательстве? Он-то откуда узнал? Подожди, это что, всерьез?       - Все знают, что тебя отравили. Покушение на Слышащую, непростительно, все виновны, всех под нож, - Назир скривился. – Не знаю на счет серьезности, за оружие шут пока не хватался.       Удержаться от смешка не получилось, но я быстро взяла себя в руки. Было кое-что поважнее выходок Цицерона.       - Как Астрид?       Нак'хал поник и посмотрел в ответ совершенно больным взглядом:       - Молчит, делает вид, что ничего не случилось. Я не понимаю, если среди нас действительно предатель, то почему она не говорит ничего нам, неужели не доверяет? Неужели не понимает, как все это выглядит со стороны?       Что тут скажешь. Утешать его было бы глупо, ему не утешения нужны, а правда, которой я и сама не знала. Нужно было что-то делать, вот только и идей, как выйти из ситуации тоже не было.       - Что думаешь делать?       - Нам бы больше узнать о Пенитус Окулатус, - задумчиво протянул Назир. – Вот что. Нужно отправиться в Рифтен, там у меня есть один знакомый, он может добыть сведения, за определенную сумму.       - Хочешь, чтобы я это сделала?       - Не думаешь, что подвергнешь себя опасности?       Я фыркнула:       - Не больше, чем сидя тут. А чем быстрее мы разберемся в том, что происходит, тем скорее сможем вернуть все на круги своя.       Назир кивнул:       - Тогда решено. Что скажешь Астрид?       - Что у меня срочные дела. Я все еще довакин и тан Вайтрана, мне всегда есть, чем заняться.       - Хорошо. Собирайся, я подожду на выходе из убежища и провожу тебя до Фолкрита.       Вот так вот. Все, как всегда, не успела очухаться – езжай, геройствуй, спасай. И как-то так получается, что в большинстве случаев это в моих интересах. Что за жизнь, даже не позавтракала! Впрочем, после случившегося есть и пить что-то в убежище я не рискну, пока все не разрешится.       Сборы много времени не заняли, я давно привыкла к кочевому образу жизни, нигде надолго не задерживаясь. Исключением был дом в Вайтране. Даже в Озерном я не жила, и построено оно было лишь по указке ярла – негоже стоять земле не освоенной, так что это скорее дом Райи и ярла Сиддгейра. Не знаю, о чем он думал, награждая меня возможностью построить дом на его земле, зная, что селиться я там не буду. Но имеем то, что имеем, ярл приказал выделить землю и выстроить на ней поместье, приказ его был выполнен. Я провела под крышей Озерного от силы пару дней и уехала, а Райя осталась гонять местных бандитов и следить за жилищем. Не удивлюсь, если как-нибудь нагрянув туда, обнаружу, что все комнаты заняты, а о некой Алъяре там и слыхом не слыхивали. Даже лошадь там оставить, приезжая к убежищу, не получалось, топать до Озерного было почти как до той приснопамятной пещеры.       - Глава! – Заваливаясь в кабинет, позвала я. Астрид, мрачная и сосредоточенная, оторвалась от какого-то письма и посмотрела на меня.       - Куда-то собралась? – Прищурившись, спросила она.       - Да, нужно разобраться кое с чем. Глава, то задание… меня ждали. Это была ловушка.       Астрид поджала губы:       - Прости, Алъяра, мне нужно было догадаться, что так произойдет.       Я мотнула головой, подхватывая игру:       - Ты не могла знать. Но мне действительно пора, постараюсь вернуться как можно быстрее.       - Постарайся, - прикрыв глаза, бесцветно отозвалась Астрид и вернулась к чтению.       Я не стала задерживаться, на душе было гадко. Наше общение и так проходило через силу, сейчас же Астрид старательно развеивала последние сомнения в ее причастности к ловушке. И что делать с этим совершенно непонятно.       На выходе из убежища ждал Назир, обеспокоенно заглянул в глаза, глубоко вздохнул и пошел вперед.       - Мой знакомый, Делвин Меллори - найдешь его в Буйной фляге, - на мой вопросительный взгляд нак'хал покачал головой, - это в Крысиной норе. Вот, передашь ему это письмо, и скажи... скажи что пора вернуть должок. Будь осторожна.       - Буду. - Пообещала я, забрав письмо. Назир махнул на прощание и ушел. Ему оборачиваться было нельзя, чтобы беду не накликать, а вот я не удержалась и проводила взглядом. Надеюсь, он будет в порядке.       Солнце, недавно выглянувшее из-за верхушек деревьев, приятно припекало. Вообще скайримское лето напоминало зиму в моих родных краях, с той лишь разницей, что по ночам температура не падала настолько, что замерзала вода в кувшинах. И зелено вокруг было. И... да, не напоминало вообще ничем, просто я опять ударилась в ностальгию.       До провинции Рифт было три дня пути, а потом еще столько же до самого города, и по дороге - два поселка и одна таверна. Далеко, я одна, без отряда и довакинского доспеха. Да, давненько не чувствовала себя такой уязвимой. Так, нужно взять себя в руки, в конце-концов, пока за мной не охотится кто-то из ассасинов убежища, есть все шансы благополучно добраться до места и разобраться во всей этой мути. Я глубоко вздохнула. Видно, ранение и отравление не пошли на пользу моему душевному спокойствию. По крайней мере, у меня есть цель. Хуже неизвестности только бездействие.