Глава 8.
31 марта 2018 г., 22:08
Дни тянулись медленно, а Джихун давно уже забыл, что помимо общежития, университета и совета студентов есть какие-либо другие места. Суматоха, происходившая вокруг него, давно стала привычной, да и после того разговора с Джисоном от него стала требоваться помощь почти постоянно.
Минхён, кажется, был везде: встречал утром, провожал после пар и вечно пытался куда-то позвать. Один раз Пак даже согласился, и счастливый Хван весь вечер носился около него волчком, пока они гуляли по городу. Дэхви, конечно, обижался, что его друг не гулял вместе с ним, но виду не подавал. Лишь скептически поднимал брови, стоило старшему появиться на горизонте.
— Я смотрю, вы влились в студенческую жизнь, — заметила Хиён и поблагодарила Джинёна, который подал ей кухонное полотенце.
— Это хорошо? — недоверчиво спросил Ли, параллельно втирая в кожу лица какой-то крем.
— Конечно, — вклинился в разговор Бэ и любезно поставил на стол тарелку с бутербродами. — Я так думаю.
Джихун понятливо кивнул и потянулся за едой. Экран телефона загорелся, уведомляя о переводе денег на банковский счёт. Недовольно скривив губы, Пак отложил гаджет в сторону.
— А мне интересно, — начал блондин, который заметил состояние друга, но решил в кои-то веки не лезть, — кто жил тут до нас?
— До вас мы жили около года втроём, — поделилась Ан, присаживаясь за стол. — Но когда я заселилась сюда с Цзинь, то тут уже жили две девушки и двое парней. Касательно последних, они те ещё дебоширы: одного из них выселили ещё в самом начале и подселили Джинёна. А Лиджон и Херин были королевами всего университета, хотя это они себя сами так называли. Первая продержалась ещё год, а потом залетела от кого-то и уехала со «счастливым» папашей в родной город. А Херин решила, что без подружки ей нечего делать в этом «загаженном помойнике», и уехала домой.
— А парень? — спросил Дэхви.
— Что? — не поняла вопроса Хиён, но тут же спохватилась. — А. Его тоже выселили полтора года назад: совсем не учился.
Бэ мучительно вздохнул и выдал что-то про то, что этот парень был самым нормальным в их блоке. Ан подтвердила его слова и призналась, что рада новым студентам, заехавшим к ним. Джихун подарил ей тёплую улыбку и печально осознал, что девушка не вызывает никаких чувств, кроме как дружеских. И стоило русоволосому вернуться к мысли о китайце, как на кухню ввалилась Цзинь в сопровождении брюнета. Тот шёл сзади, растрёпанный и сонный. Слишком безобидный.
— Привет, студенты, — поприветствовала находившихся на кухне блондинка и сладко потянулась.
Задравшаяся майка оголила плоский живот, а распущенные волосы неровно легли на неприкрытые плечи. Китаянка подмигнула подруге и взяла последний бутерброд, что не успел съесть Ли, с тарелки. Парень заметно поморщился, но решил промолчать и не делать из произошедшего трагедию вселенского масштаба. Пак недовольно отвёл глаза и посмотрел на копошившегося в холодильнике Гуаньлиня. Тот взял бутылку минералки и неторопливо пил, совсем не обращая внимания на ползущую вниз по подбородку каплю. А вот Джихун как раз таки обратил, невольно, но проследил за прозрачной жидкостью, спускающейся к вороту футболки.
Парню было жутко интересно, почему эти двое вышли на кухню вместе — неужели встречаются? Или это просто его паранойя, что совсем не к месту.
— Ладно, мы, наверное, пойдём, — неловко сказал Дэхви и, поправив одежду, утянул за собой друга.
Первокурсники помахали соседям на прощанье и вышли из блока. На улице было солнечно, однако ветер всё равно заставлял ёжиться: осень всё-таки. Хун обнял себя за плечи и поправил свисающий рюкзак. Когда блондин пододвинулся к нему вплотную и обратил изучающий взгляд, русоволосый выдохнул раздражённое «что?»
— Чувствуешь что-нибудь? — неожиданно спросил он и закинул худую руку на друга. Тот помотал головой, и тогда Ли продолжил: — А если бы на моём месте был Линь?
У каждого человека есть точка кипения. Свой предел имеет и Хун, поэтому, когда сосед вновь упомянул китайца в этом, неправильном, ключе, он закипел и оттолкнул парня от себя.
— Хватит! — сдувая чёлку, лезущую в глаза, вскрикнул парень. — Мне надоело! Почему ты так сильно хочешь доказать, что я гей? Может быть, ты сам им являешься?
Дэхви встрепенулся и вновь поправил одежду. Его брови нахмурились, а полные губы поджались. С минуту они стояли в тишине, а потом блондин, спрятав руки в карманы, нарушил её:
— У меня есть девушка, поэтому я, как минимум, бисексуал, — грозно выдал он и быстро зашагал в сторону университета.
Джихун удивился его решительности и проводил взглядом худую фигуру. Друг просто так взял и признался, что не отрицает симпатии к мужчинам. Не побоялся презрения или непонимания. Пак возвёл глаза к голубому небу и вдохнул, переводя взгляд на Дэхви, что недалеко ушёл. Нагнав блондина за считанные секунды, студент по-ребячески прыгнул на него и положил руку на плечо. Ли не обратил на это должного внимания: не засмеялся и не оттолкнул. Лишь начал говорить так, словно между ними не было неловкого момента минуту назад:
— Но я думаю, что нашим отношениям скоро придёт конец, — признался он. — Мы почти не видимся: она выпускница старшей школы, вовсю готовится к экзаменам, а я здесь.
— Она может после выпуска поступить в наш университет, — словно самый умный, посоветовал русоволосый.
Блондин загадочно улыбнулся и повертел головой, всё-таки убирая с себя чужую руку и покрепче перехватывая её в локте. Они почти дошли до здания вуза, около которого вовсю ходили молодые люди. Хун увидел скрывающихся в дверях двух своих однокурсников и симпатичную худую девушку в берете и кожаной юбке. Бедняга выронила папку с какими-то листами, отчего те разметались по всему асфальту. И русоволосый обязательно бы подбежал и помог ей, но к ней, как к магниту, уже неслись парни с разных курсов и потоков. Ещё чуть-чуть, и они бы точно устроили драку за то, чтобы протянуть любезно поднятый листочек красавице в руки. Первокурсник усмехнулся этой картине и благополучно прошёл мимо, вслушиваясь в то, о чём вещал его друг.
— Да и знаешь, — спустя некоторое время бросил он, — даже если она поступит к нам, я уже в любом случае, кажется, испытываю симпатию к другому человеку.
Джихун понимающе кивнул, и они вошли в двери университета. Он параллельно посмотрел на висящие настенные часы и удивился их с Дэхви пунктуальности. Время было без десяти девять, а это означало, что у них в запасе, как минимум, несколько минут.
Студенты зашли в забитую аудиторию и заняли свои места сзади. Их курс что-то оживлённо обсуждал, но это никак не касалось русоволосого. Он расслабленно смотрел в окно и не обращал на разговоры должного внимания, но, когда уловил, о чём шла речь, с интересом навострил уши. Из диалога двух своих однокурсниц он понял, что те с завистью обсуждали Сяо Цзинь. Они говорили обо всем: о её стрижке, манере поведения, одежде и, конечно же, интрижке с кем-то с первого курса. Пак хмыкнул: он-то знал с кем, и от этого на душе легче не становилось. Вскоре в кабинет зашёл Гуаньлинь, как всегда, угрюмый. Он осмотрел помещение на наличие свободных мест и, когда понял, что таких немного, уселся рядом с Хуном. Тот понимал, что сегодня его ждёт не один час рядом с китайцем, и внутренне поморщился. Но Лаю, кажется, было абсолютно всё равно, поэтому он сохранял равнодушие на протяжении всех пар. Пак был очень благодарен за это, ведь уже после первых часов ему хотелось стукнуть Ли чем-нибудь тяжёлым, так тот не отказывал себе в удовольствии «ненароком» толкнуть друга влево, тем самым сокращая и без того маленькое расстояние между ним и брюнетом. Да и Джихун вскоре сдался и не стал отодвигаться обратно, и он стал самобичеваться прямо в аудитории. Был миллион причин, почему русоволосый должен упрямо избегать и ненавидеть Линя, а не подсознательно тянуться к нему. И все эти причины он честно пытался вспомнить, но голова была забита совсем другим.
* * *
— Прекрати это делать, — недовольно корил товарища студент. — Думаешь, Гуаньлинь этого не замечает? — Делать что? — состроил недоумённое личико Дэхви. — Не накручивай себя. Русоволосый устало выдохнул и подошёл вместе с Ли к двери блока. Время близилось к вечеру, и сил было на минимуме. Хотелось расслабиться, отдохнуть и, как сказал сосед, не накручивать себя. «Пусть всё идёт своим чередом», — подумал парень и ввалился в помещение. И каково было его удивление, когда он увидел Минхёна, сидящего за их столом в окружении остальных. Заметив вошедших, парень широчайше улыбнулся и подарил Хуну самый что ни на есть тёплый взгляд, отчего тот неловко кивнул. Джинён поспешил радостно сообщить, что его друг зашёл к ним «на огонёк», и пригласил обоих за стол. Из-за того, что Паку пришлось задержаться с Хви в кафе, они пришли позже татуированного брюнета, что сейчас, в свою очередь, восседал на стуле. Мест было катастрофически мало, поэтому Хуну пришлось встать между Хиён и Хваном, который незаметно для остальных положил руку на чужую талию. Русоволосый нахмурился и попробовал убрать с себя ладонь старшего, активно сминающую его кофту, но безуспешно. Мин пришёл не один, а в компании целого ящика пива, которое некоторые уже успели взять. Парень расслабился и тоже потянулся за бутылкой, планируя выпить совсем немного. Но вскоре что-то пошло не так, и Джихун с недовольством наблюдал за тем, как Цзинь, уставшая стоять на ногах, нагло плюхнулась на колени Гуаньлиня. Хотя тот не был особо против — обхватил девушку за талию, ровно так же, как сделал это Минхён. Недобро сверкнув глазами и установив зрительный контакт с Лаем, Хун провокационно сел на чужие колени и поёрзал, пытаясь найти удобное положение. Хван удивлённо выдохнул прямо в раскрасневшееся ухо и сильнее сжал чужую талию. Всё набирало опасный оборот, сидевшие на кухне неловко переглянулись и пригубили алкоголь. — А вы близки? — хохотнула блондинка и подвинулась вперёд на чужих бёдрах. — А вы? — взял ситуацию под свой контроль брюнет и ослабил хватку. — Встречаетесь? И засмеялся, но не тепло и заразительно, как обычно, а как-то натянуто и показушно. За столом тут же повисла угнетающая тишина, и Пак начал проклинать себя за неосторожное поведение. Вот зачем ему приспичило сесть к Хвану на колени? Известно только богам. Лайлинь вновь посмотрел прямо в глаза растерянному парню и, нагло ухмыльнувшись, ответил: — Да. И, кажется, весь мир перевернулся с ног на голову, что отчаянно заболела. Сердце раненой птицей забилось в грудной клетке; Джихун недоумённо посмотрел сначала на Сяо, что была приятно удивлена, потом на брюнета, с вызовом глядевшего прямо на него. Пак загнанно дышал и поочерёдно наблюдал за каждым из друзей: Джинён открыл рот в попытке что-то сказать, но так и не сделал этого, заткнув себя же бутылкой пива; Хиён начала неловко хлопать, а Дэхви смотрел как-то странно. И сожалеюще, и укоризненно одновременно. Хун гордо расправил плечи и, выдержав паузу, саркастично произнёс: — Поздравляю, — и ударил горлышком по стоящей на столе бутылке Гуаньлиня. Теперь находиться в этом душном месте не хотелось, но если бы парень ушёл прямо сейчас, это навлекло бы ряд вопросов и догадок, поэтому, выждав минут десять, русоволосый всё-таки поднялся с чужих колен. Списав свой уход на головную боль, он покинул кухню, краем глаза замечая, как Дэхви тоже поднялся со своего места. Когда русоволосый зашёл в спальню, то подошёл к открытому окну и вдохнул промозглый вечерний воздух. «Как ребёнок, ей-богу», — устало подумал он и высунул голову на улицу. Сзади послышался хлопок двери. Пак знал, что Ли решил последовать за ним. Чтобы пресечь на корню долгий разговор, парень сходу подтвердил все догадки блондина: — Да-да, ты был прав, — не поворачиваясь, сказал первокурсник. — Надо было сразу признать, что этот мудак мне небезразличен. Студент вздохнул и запустил пятерню в мягкие волосы. — Может быть, я не глупил бы так сильно и не ухудшал положение, если бы сразу понял, что он мне нравится как мужчина. Чёрт возьми, «как мужчина», я всё ещё не могу поверить в это, Дэх… Джихун обернулся. И очень зря это сделал, потому что за его спиной стоял далеко не Дэхви. Ни он, ни Джинён, ни кто-либо иной, как «мудак», о котором, собственно, и шла речь. Брюнет стоял, облокотившись на дверь, и в этот раз на его лице не играла привычная ухмылка, на нём было полное недоумение. Впервые русоволосый видел соседа совершенно растерянным. И причиной этому был он.
