Студенты легкого поведения

      Гуаньлинь стеклянным взглядом проводил Цзинь, что поспешила скрыться в блоке, утирая слезы, и прислонился к стене. Сердце бешено стучало, и брюнет мысленно молился, чтобы это все оказалось розыгрышем. Вот только на шутку это было мало похоже. Лай вцепился в свои волосы: в голове была полная каша. Парню, как истинному трусу, хотелось собрать вещи и уехать далеко, на Тайвань, спрятаться за маминой юбкой и не показываться. Становиться отцом в девятнадцать лет? Он и член в штанах удержать не может, что уж говорить о воспитании ребёнка.       Китаец так и стоял у стены, не заметив вынырнувшего из-за угла Дэхви. Тот совсем не мялся, а, наоборот, был настроен решительно. Гуаньлинь внутренне вздрогнул, когда понял, что их разговор был подслушан другом его парня. Тот стремительно приближался, всем своим видом показывая, как зол на однокурсника. Подойдя ближе, Ли испытующе посмотрел на парня, не издавая не звука.       — Что? — первым не выдержал брюнет.       — Ты же расскажешь об этом Джихуну? — сложив руки на груди и слегка наклонив голову, спросил блондин. — Ведь не расскажешь ты — расскажу я.       — Почему ты лезешь? — сжав кулаки, спросил Лай.       Дэхви искренне удивился и округлил глаза.       — Потому что он мой друг, и я не хочу, чтобы ему было больно из-за такого мудака, как ты, — уверенно ответил Ли. — Я дам тебе день, и чем быстрее, тем лучше.       У Гуаньлиня от удивления открылся рот, и он, хлопая глазами, лишь молча смотрел на отдаляющуюся фигуру блондина. Сосед, впервые проявивший характер, был несомненно прав. Но Лай — эгоист. А Джихун был его. И поэтому китаец желал как можно скорее и незаметнее решить проблему с Цзинь и наслаждаться отношениями с Хуном, которые ещё могли иметь шанс на счастливое будущее.       В полном замешательстве Гуаньлинь вернулся в блок. Пробежавшись по кухне взглядом, он заметил, что Сяо не было, как и Хиён, которая наверняка пошла успокаивать плачущую подругу.       — Ну, похоже, ничего уже не будет, — резюмировал Джинён. Уперевшись ладонями в колени, он поднялся с дивана и ретировался в спальню.       Лай остался наедине с Дэхви, который успел выпустить колючки. Брюнет невольно поёжился под острым и осуждающим взглядом и нахмурился.       — Чего сидишь? — ядовито усмехнулся Гуаньлинь. — Почему не бежишь вслед за Джинёном, как верный пёс?       Ли шокированно округлил глаза. Он открыл было рот, чтобы ответить, но его перебили.       — А где все? — поинтересовался наивный голос откуда-то сзади.       Первокурсники одновременно повернули головы и увидели удивлённого Джихуна, крутящего телефон в руках. Линь вздрогнул, бросая мимолётный взгляд на Ли. Тот что-то буркнул и поспешно удалился с кухни, оставляя пару вдвоём. От Гуаньлиня не укрылось, что Пак стремительно покраснел, оставшись наедине с парнем. Линь улыбнулся, вспомнив, чем они занимались пару часов назад, и подошёл ближе.       — Они передумали играть, — ответил брюнет, всматриваясь в красивое лицо напротив.       В голове появилась навязчивая мысль, что ему хочется зацеловать и заобнимать Джихуна. Чтобы он вновь открывал рот в немом стоне и скулил под ним. Гуаньлинь хотел сделать Пака полностью своим. И эти желания слегка пугали его. Хун умильно улыбнулся и, схватив Лайлиня за ворот футболки, потянул на себя. Парень прижался мягкими губами к чужим, ощущая, как из лёгких выбивает воздух. А Лай мыслями был явно где-то не здесь. Он не мог сосредоточиться на нежном поцелуе, думая о ребёнке и той злосчастной ночи. Китаец был уверен, что Джихун не смирится с тем фактом, что его парень — отец. Да и сам Гуаньлинь никогда это не примет.       — Знаешь, — начал Пак, прерывая поцелуй и утыкаясь лицом в чужую грудь. — Сегодня… Мне было очень хорошо, и я ни в коем случае не жалею, что это случилось.       — Я тоже, — не задумываясь ответил китаец и запустил ладонь в мягкие русые волосы.       — Ещё бы ты жалел, — усмехнулся Хун, ластясь, как кот. — Я тут подумал…       Гуаньлинь вопросительно промычал и положил подбородок на чужую макушку.       — Может, нам сдвинуть кровати, ну…       Лай был уверен: первокурсник снова покраснел. Линь молча кивнул и устремил пустой взгляд куда-то в дверцу холодильника.

* * *

      Поспать брюнету удалось от силы час. Джихун давно сопел под боком, сильнее прижимаясь горячим телом. Дурные мысли крутились в голове и не давали покоя. «Я дам тебе день», — набатом звучал голос соседа, что сейчас мирно спал на соседней кровати.       Желая немного проветриться, Гуаньлинь аккуратно, чтобы не потревожить чужой сон, отодвинулся от русоволосого и в одних боксерах направился на кухню, замечая, что кровать Джинёна пустует.       Он ни капли не удивился, увидев старшего, сидящего за столом и тревожно попивающего чай.       — Тоже не спится? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс Бэ.       Гуаньлинь кивнул и, достав бутылку воды, сделал пару глотков. Не то чтобы брюнета мучила жажда, просто ему было необходимо как-то занять себя, чтобы окончательно не сойти с ума.       — Ну, садись, молодой папаша, — невесело усмехнулся шатен, хлопая ладонью по стулу рядом.       — Ты уже знаешь? — даже не удивившись, спросил Линь.       — Конечно, Цзинь — моя подруга. И, я надеюсь, ты не сделаешь ей больно.       Эта реплика напомнила Гуаньлиню слова Дэхви, произнесённые совсем недавно.       — Не сделаю больно ей, так сделаю Джихуну. Я этого не хочу.       Джинён отставил кружку с чаем и побарабанил пальцами по столу.       — Я до сих пор удивлён тем фактом, что ты гей.       — Я не гей, — возразил брюнет и, ловя флегматичный взгляд, выдохнул: — Просто мне нравится Джихун.       — Что мне делать? — простонал Гуаньлинь и упал на стол, стучась головой об него.       Джинён неодобрительно покачал головой, не находя слов поддержки, и вздохнул. Старший был убежден, что первокурсник должен решить проблему сам. Мудро или нет, главное — самостоятельно.       — А ты почему тут, хён? — всё-таки решил поинтересоваться младший.       — Потому же, почему и ты, — устало ответил Бэ.       Третьекурсник выглядел очень серьёзным и сосредоточенным, что было несвойственно ему. Лай недоумённо вскинул брови и придвинулся ближе, выдав глупое «от тебя тоже кто-то залетел?».       — Конечно, нет, — прыснул шатен. — Я знаю о предназначении контрацептивов, в отличие от тебя. Дело в другом…       — Секунду, — прервал брюнет.       Линь встал из-за стола и открыл холодильник, отодвигая какие-то банки на нижней полке и вытаскивая спрятанную бутылку пива.       — Заначка, — пояснил Лайлинь.       Парень выплеснул чай из кружки Бэ в раковину и налил туда холодный напиток, оставляя себе ровно половину.       — Теперь рассказывай.       — Нечего рассказывать, — потёр виски Джинён. — Вот представь ситуацию: к тебе, возможно, подбивает клинья один человек. Он не говорит тебе о своих чувствах, но при этом всё видно без слов.       — Ты про Дэхви? — в лоб спросил Гуаньлинь.       Джинён отпил из кружки. Лай прильнул губами к горлышку бутылки и тоже глотнул пива.       — А он тебе нравится?       — Я никогда не задумывался об этом, — признался Бэ. — Но он очень хороший друг, и я не хочу, чтобы он мне признавался.       Гуаньлинь выдохнул печальное «мне бы твои проблемы» и чокнулся о фарфоровую кружку старшего своей.

* * *

      Проснулся Линь от того, что кто-то очень сильно хлопнул дверью их комнаты. Разлепив один глаз, китаец сонно осмотрелся и, поняв, что они одни в комнате, вновь упал на подушку. Вчера после ночного разговора Лай вернулся в кровать к Джихуну и, крепко обняв его, быстро отрубился.       Сегодня выходной, а это значит, что никуда торопиться не нужно. Гуаньлинь повернулся к Хуну, что уткнулся ему в плечо, и улыбнулся. Он убрал с его лица мешающие пряди волос и погладил по мягкой щеке. Пак сонно простонал и приоткрыл глаза. Брюнет не выдержал и подвинулся ближе к Паку, целуя в уголок губ.       — М-м, — промычал русоволосый, отталкивая парня. — Не сейчас.       Но Гуаньлинь проигнорировал просьбу и начал целовать шею и ключицы, поглаживая кончиками пальцев бедро. Хун шутливо пытался убрать чужие руки от себя, но в итоге был схвачен за запястья. Лай усадил парня к себе на живот, и он восхищённо провёл ладонью по татуировкам и подался задницей назад. Брюнет шикнул, чувствуя нарастающее возбуждение, и впился пальцами в чужие бока.       — Ай! — завопил Джихун и ударил по рукам Лая. — Пошли умываться.       Гуаньлинь покорно кивнул и, одевшись, поплёлся за Хуном. Им повезло: очереди, на удивление, не было. Пак прошмыгнул в ванную, и Линь зашёл следом, закрывая дверь на щеколду.       Закончив водные процедуры, парни вышли в коридор, натыкаясь на зелёную Цзинь. Та растерянно посмотрела на парней и, оттолкнув Джихуна, забежала в комнату. Послышались не самые приятные звуки, и Пак удивлённо посмотрел на Гуаньлиня. Тот побледнел. Тряхнув головой, китаец взял русоволосого за руку и повёл обратно в блок.       Лайлинь заворожённо наблюдал за тем, как его парень готовит завтрак, и не упускал возможности ущипнуть его за мягкие места.       — Что с тобой сегодня? — спросил Пак между делом.       Позавтракав, они улеглись обратно на кровать и откровенно плевали в потолок. Гуаньлинь напрягся и скомканно ответил, что всё в порядке. Их безмолвную идиллию прервала протяжная трель звонка. Джихун нахмурился и посмотрел на дисплей телефона. Зачем-то объявив, что ему звонит Дэхви, Хун встал с кровати и взял трубку.       — Да?       «Один день», — вновь раздалось в голове Лая, и он, округлив глаза, подбежал к русоволосому. Брюнет выхватил телефон и отключил вызов.       — Т-ты чего? — шокированно спросил студент, таращась на загнанно дышащего Линя.       — Ничего, — потупил взгляд китаец. — Просто хотел провести с тобой выходные так, чтобы нам никто не мешал.       Парень медленно кивнул и, всё ещё находясь в изумлении, обнял Гуаньлиня. Тот положил чужой телефон к себе в карман и отодвинул от себя светловолосого. Он положил ладони ему на щёки и поинтересовался, хочет ли тот чего-нибудь.       — Принеси воды, — улыбнувшись, попросил Хун.       Лай искренне засветился от счастья и, чмокнув парня в губы, поспешил выполнить просьбу.       Скрывшись за дверью спальни, Гуаньлинь тяжело выдохнул. Он был на волоске. Выудив из кармана чужой телефон, он остервенело нажал на кнопку выключения и дождался, когда экран полностью потухнет. Он вошёл на кухню и тут же сжал зубы, жалея, что задал Джихуну тот дурацкий вопрос. На стуле сидела бледная Цзинь и мешала ложкой сахар в кружке. Линь подумал, что это неплохая возможность поговорить и расставить все точки над «i». Поэтому он, оперевшись задом о кухонную тумбу, сложил руки на груди и равнодушно посмотрел на девушку.       — Сделай аборт, я оплачу, — серьёзно выдал брюнет, заставив Сяо нахмуриться и покачать головой.       — А что, перспектива стать юным папашей тебя не устраивает? — скривила губы она.       Китаец разъярённо подлетел к столу и стукнул по нему кулаком, отчего блондинка вздрогнула и обратила взгляд на него.       — Я напомню, что это ты пришла ко мне в тот день и первая полезла целоваться. Ты это спланировала, да?       Девушка резко поднялась из-за стола, расплескав чай. Она сощурила накрашенные глаза и посмотрела в лицо напротив.       — Как ты там говорил? — Она театрально подняла глаза к потолку. — Ты просто трахнул меня? Так вот, лови последствия.       — А откуда мне знать, что ребёнок мой?       Раздался оглушительный звук пощёчины. Гуаньлинь, схватившись за горящую щёку, ошалело посмотрел на Цзинь, на лице которой читалось нескрываемое раздражение.       — Мне плевать, если ты любишь этого мальчишку. — Взгляд Сяо устремился куда-то за спину Линя. — Ты отец этого ребёнка, и аборт я делать не буду.       Лай, почуяв неладное, резко обернулся.       У входа на кухню стоял застывший Джихун и неверяще смотрел на Гуаньлиня.       Брюнет не успел сказать и слова — Пак пулей вылетел из блока, оглушительно хлопая дверью. Русоволосый сам не понял, как оказался этажом ниже. Он обессиленно опустился на лавочку и закрыл лицо ладонями. Сердце громко и быстро стучало, а дыхание стало тяжелым. Может быть, он не так всё понял? Но можно ли фразу «ты отец этого ребёнка» растолковать как-то иначе? Джихун усмехнулся своей глупости: не могло же быть всё так хорошо. Он не главная героиня какой-нибудь душещипательной драмы, но слёзы сдержать было очень трудно. Парень легонько ударил себя по раскрасневшимся щекам и глубоко вздохнул. Голова шла кругом, и в ней крутилась одна очень навязчивая мысль: всё кончено.       — О, привет, — раздался мягкий и глубокий голос совсем рядом. — А ты чего тут…       Пак повернул пунцовое лицо к знакомому и отчаянно выдохнул. Минхён. Тот, увидев состояние парня, удивился и сел рядом. Брюнет закинул руку на чужое плечо и заглянул в карие глаза. Русоволосый не стал отталкивать старшего и позволил отвести себя в его блок. Тот, на удивление, жил не как они, а всего лишь вдвоём с каким-то парнем, которого сейчас не было в комнате. Пак неловко помялся у двери.       — Садись, — схватив парня за запястье и потянув его на свою кровать, сказал Хван. — Что случилось?       Джихун растерянно уставился на чужое лицо и не смог выдавить ни слова, будто воды в рот набрал. Ему не очень-то хотелось рассказывать о таких личных вещах. Поэтому Хун, прикусив нижнюю губу, опустил голову.       — Помнишь, — Минхён придвинул парня за плечи вплотную к себе, — я сказал, что всегда поддержу тебя?       Джихун быстро закивал и дал волю эмоциям, которые так долго пытался контролировать. Он уткнулся в чужое плечо и зажмурил глаза. Пак корил себя за то, что так быстро привязался к Гуаньлиню и открылся ему полностью. Хун не хотел быть третьим лишним, а уж тем более лезть в отношения с ребёнком.       Русоволосый похлопал себя по карманам и осознал, что его телефон всё ещё у китайца. Шмыгнув носом, Пак посмотрел на старшего.       — Можно, пожалуйста, я позвоню с твоего сотового?

* * *

      Мысли Дэхви всё время отвлекались на ситуацию с Джихуном. Он надеялся, что с его другом всё в порядке и Гуаньлинь хоть раз подумает головой, а не членом. И что Пак поступит разумно, когда всё узнает, а не закатит истерику или ещё чего похуже. Блондин выдохнул и оглядел студенческое кафе. В конце концов, у него тоже была личная жизнь, с которой он так и не мог разобраться.       — О, хён, ты тоже здесь? — подошёл Ли к Джинёну, который сидел за самым дальним столиком.       Бэ удивлённо округлил глаза и кивнул. Блондин очаровательно улыбнулся и присел рядом, всем своим видом показывая, что не случайно оказался в том же кафе и в то же время, что и старший.       — Ждёшь кого-то? — надеясь на отрицательный ответ, спросил Хви.       Шатен помотал головой, мол, нет, и отпил заказанный кофе.       — Тогда можно я составлю тебе компанию?       — Конечно, — согласился Джинён и не сдержал улыбки. — Будешь что-нибудь?       Дэхви вежливо отказался и, дождавшись, пока студент допьёт свой кофе, ненастойчиво предложил:       — Хён, давай сходим куда-нибудь.       Бэ растерялся под выжидающим взглядом Ли, но в итоге согласно кивнул на предложение прогуляться в парке. Блондин довольно улыбнулся и, схватив вновь опешившего парня за руку, потащил его на выход. На самом деле первокурсник безумно волновался, чувствуя тот самый трепет и бабочек в животе.       Купив в одной из палаток сахарную вату, парни подошли к маленькому мостику на пруду. Вокруг сновали такие же студенты, как они, и мамы с детьми. Бэ мечтательно посмотрел на гладь воды и облокотился на парапет. Они так и стояли молча, пока Ли, уняв внутреннюю дрожь, не решился спросить:       — Хён, а тебе кто-нибудь нравится?       Джинён нахмурился, поняв, к чему ведёт младший. После вчерашнего разговора с Гуаньлинем он ещё долго не мог уснуть. Думал над этим вопросом и над тем, чувствует ли что-то такое к Дэхви. Вопрос был уже даже не в натуральности Джинёна, а в его отношении к Ли. Он очень не хотел, чтобы блондин портил их зарождающуюся дружбу признанием.       — Нет, — ответил Бэ правду и повернулся.       Он не успел издать ни звука. Блондин решительно налетел на него, тыкаясь сладкими от сахарной ваты губами в его. Купленное лакомство выпало из рук прямо на мост, и шатен отшатнулся назад. Младший не отступал, а продолжал целовать парня, не обращая внимания на прохожих. Джинён, не ожидав такого от самого себя, ответил на поцелуй и тут же испуганно отстранился. Он посмотрел на быстро дышащего парня и закрыл глаза, пережидая, когда бешено стучащее сердце уймётся.

* * *

      Джихун медленно складывал вещи в сумку, надеясь ничего не забыть. Он решил сам для себя, что ему будет лучше поехать домой, к родителям. Он не бросил учёбу, а просто решил взять академ, с чем ему помог Хван. Просто так взять академический отпуск было сложно, поэтому студенту пришлось соврать про плохое здоровье матери. Хоть та и вправду болела, сейчас её самочувствие было намного лучше. Минхён сначала противился, не отпускал и предлагал переехать к ним. Но эта идея была абсолютно бредовой, так как Пак не собирался спать на полу и уж тем более на кровати старшего. Идея русоволосого тоже была не самой здравой, ведь глупо было уезжать из города из-за каких-то несчастных отношений. Но тогда Джихун мало чего соображал, а сейчас, спустя пару часов, было поздно что-либо менять. Билеты были куплены, а мать — поставлена в известность. Никто не знал об отъезде Хуна, кроме Минхёна, родителей и ректора. Хотя, может, оно и к лучшему. Гуаньлиня Пак по возвращении в блок не видел и был этому несказанно рад.       — Боже, я сделал это, — неожиданно ворвался в комнату блондин.       Джихун вздрогнул и облегчённо выдохнул, поняв, что это просто-напросто его друг.       — Я поцеловал Джинёна, — возбуждённо заявил блондин, хватая русоволосого за плечи и начиная трясти.       — О, круто, — порадовался за соседа Пак.       Дэхви улыбнулся, и тут же его лицо изумлённо вытянулось, когда он увидел собранную сумку за спиной товарища. За секунду проанализировав ситуацию, Ли испуганно нахмурил брови и вновь встряхнул друга.       — Ты чего, ты правда собираешься из-за этого уехать? Да просто забудь этого мудака, вы встречались всего-ничего. Не совершай безрассудных поступков!       Джихун неверяще посмотрел на друга и невесело усмехнулся.       — Так ты знал и не рассказал мне всё сразу?       Хун принялся остервенело застёгивать сумку. Он повесил её на плечо и торопливо вышел из комнаты, слыша вдогонку:       — Джихун, ты дурак!       Пак яростно хлопнул дверью и поспешил выйти из блока. Но судьба, видимо, любила издеваться над ним, раз в дверях он столкнулся именно с Гуаньлинем. Сразу вспомнив про свой телефон, парень вытянул вперёд руку, ожидая, когда ему вернут его вещь.       — Ты куда? — ошарашенно спросил Линь. — Давай поговорим.       — Верни телефон, — потребовал светловолосый и, дождавшись, когда сотовый окажется в его руке, убрал его в карман.       Он хотел уйти прочь из этого общежития. Забыть на пару месяцев про Лая и вернуться, когда будет полностью равнодушен к этой ситуации. Но он не знал, сколько ему понадобится времени, чтобы отпустить парня. Именно из-за него он осознал, что, чёрт возьми, ему могут нравиться парни. И именно Линю он смог доверить своё тело и душу, как бы сопливо это ни звучало.       Джихун почувствовал, как чужие руки обняли его со спины и прижали к горячему даже через ткань футболки телу. Хун не оттолкнул парня и опустил взгляд, больно прикусив щёку изнутри.       — Не уходи, — мучительно попросил китаец и уткнулся носом в изгиб его шеи. — Пойми, что мне не нужен этот ребёнок. Да я сам ещё такой!       — Мне нужно к родителям, отпусти, — вырвался Джихун и оставил Гуаньлиня одного стоять в пустом коридоре и смотреть вслед удаляющемуся силуэту.