Слишком быстро

…И что мне делать с тобой такой… И.Тальков

***

      Утренняя не потревоженная человеком Коноха, нравилась Фугаку намного больше, чем вечерняя, уже успокоившаяся. Ещё не было поднятой за день пыли, воздух колючий и прозрачный, пока не пропитался тяжестью суеты.       После трудного совещания у Хокагэ, Учиха решил прогуляться, сбросить неприятные ощущения. Ему не хотелось тащить домой ментальный груз, и тем самым волновать Микото.        Деревня была удивительно тихой. Между разномастными домами, магазинчиками и детскими площадками петляли узкие улочки. Фугаку знал их достаточно хорошо, чтобы мохнатый туман помешал ему обойти главные проспекты, и добраться к дому лабиринтами переулков.        Он был злым и уставшим.        Хотелось всё оставить как есть, деревню, полицию, политику, инаугурацию, клан и на пару деньков отправиться с женой на горячие источники. Микото, хоть и делает вид, что всё нормально, но наверняка, устала. И свадебного путешествия у них не было…        Фугаку вздохнул. Такие мысли при его положении слишком опасные — желание всё бросить может пересилить.        Нужно со всем разобраться, а потом, если хватит времени, заняться чем-то помимо обязанностей.        Но, сначала долг.       В первую очередь необходимо расставить все точки над «і» касательно того мерзкого рапорта.       Он ещё раз прокрутил в голове текст свитка.       Два дня назад кто-то атаковал Деревню Скрытую за Водопадом. Нападающий — человек с красными горящими глазами и невероятно мощной чакрой — использовал в основном техники стихии огня. Он прорвался в военный архив и похитил какие-то сверхсекретные бумаги. Об их содержании глава Водопада ничего не говорил.       А ещё был бой, и деревню от полного разрушения спасла какая-то неназываемая техника, имитирующая кокон насекомого, и создающая вокруг селения защитный шар.       Фугаку много думал об этой технике, и о том, что преступник, возможно, хотел похитить Воду Героя, но не смог, и украл секрет её изготовления. Однако, вскоре эту версию пришлось отбросить — всё знаю, что Вода добывается из дерева, которое скрывает деревню, и сделать её можно только раз в сто лет. И кажется, это роковой раз будет не раньше, чем через полстолетия.       Искали что-то более важное, чем Вода. Но что?       Деревня Водопада всегда славилась высоким уровнем подготовки джоунинов, из-за этого Первый передал ей Семихвостого. Кто рискнёт нападать на селение, имеющее в своём арсенале такое оружие? Или в Такигакурэ есть ещё что-то?       Оказавшись перед своим домом Фугаку остановился. Ему хотелось и не хотелось входить одновременно.       Там тепло, уютно. Но Микото почувствует его тревогу, спросит всё ли в порядке, а он не будет знать, что ответить, ведь сам пока не разобрался в чём дело.       Ясно только одно. Красные глаза всплыли не случайно, и то, что, безосновательно, но подозревать, пока он не докажет обратное, будут его и клан.

***

      Микото спать так и не легла.       — Всё в порядке? — она протягивает к нему руки, помогает снять жилет. Плед с её плечей бесформенной грудой падает на пол, к ногам, но она не обращает внимание. Спрашивает, как всё прошло. Устал ли? Хочет ли он кофе, или чтобы взбодриться перед работой примет холодный душ?       Фугаку с благодарностью от всего отказывается, говорит, что только умоется. Он не устал. У него полно сил, и много работы.       Она понимающе кивает, подбирает с пола плед и уходит на кухню. Гремит посуда, слышится свист закипевшего чайника.       — У меня сегодня так много дел. Нужно забрать твоё кимоно, и зайти к флористу. — Фугаку понимает, что эти разговоры призваны заполнить тишину, не более. Ей, как и ему нет дела до кимоно и цветов. Не сейчас. — Ты волнуешься перед инаугурацией?       — Нет, — в его голосе сталь. — Я о ней, практически, не думал.       — Что-то поменялось?       — Само событие не имеет значения, важнее его последствия, ответственность, которая придёт.         — Но ты же её не боишься. — В тоне нет сомнений. Микото утверждала. Говорила, как всем известную истину, как само-собой разумеющееся. — У тебя всегда было много обязанностей.        Она права. Фугаку никогда не страшился будущего. Он был уверен, что справиться с любыми сложностями, устоит в грядущих ненастьях, выйдет победителем из любого сражения. Его сила велика, а дух несгибаем. Он много тренировался, учился, работал. Он знал, что не проиграет там, где дело зависит от него. Однако, относительно недавно, в его жизни появилась женщина. Та, за которую он несёт ответственность, которая понимает его, но остается для него загадкой.        Микото была настоящей, сильной, понимающей. И этим путала то, что казалось абсолютно понятным.         — Пожалуйста, подогрей бульон, прежде, чем его пить, — Фугаку бездумно наблюдает как его жена наливает жидкость в термос, и плотно закручивает крышку. — Я подхватила простуду, и не хочу, чтобы ты заразился от меня, а потом болел в самый важный день нашей жизни.

***

      Микото вежливо распрощалась со швеёй, и вышла на улицу.       Утро сковало лужи тонкой коркой льда, покрыло изморозью жухлую траву. Плывущие с запада облака, несли в себе мелкий колючий снег. Заморозки в этом году ударили раньше обычного — в октябре. И после затяжных ливней, деревня оказалась к ним не готова.       Микото вдохнула режущий воздух. Особенный, холодный, прекрасный своей влажностью и тягучестью.       «Лучше мороз, чем слякоть» — решила для себя девушка, живописно представляя как разодетые в шелка, высокопоставленные гости будут перепрыгивать лужи и стоять под проливным дождём, пока её муж входить в храм клана.       Разминувшись со стайкой спешивших в Академию детишек, Микото перешла на другую сторону улицы. Встреча с флористом была условлена на десять, и она могла позволить себе зайти в чайную, выпить чашечку горячего напитка.        Под навесом кафе, в которое направилась девушка сидели Има и Аоши.       В руках у Аоши была колода карт, в волосы она вплела какие-то перья и яркие бусины. Девушка разложила перед собой несколько карт, и, указывая на них, что-то спокойно говорила Име.       Микото подошла, поздоровалась с подругами, предложила на несколько минут зайти внутрь, поболтать.       Они отказались, сославшись на то, что через десять минут им нужно будет уходить.       — О боги! Вы снова за своё! — Микото опустилась на лавку и заглянула Аоши через плечо. — Взрослые женщины, а занимаетесь ерундой!       — Твоя ментальная близорукость, не дает тебе не морального, не этичного права нас осуждать. — Шиномори перетасовала колоду и спрятала её в рюкзак. — Но у меня дурное предчувствие.       Микото нахмурила тонкие брови. С подругой можно было соглашаться, спорить, даже драться, но никогда не подвергать сомнению её предчувствие. Оно много раз спасало их команду. И вот сейчас…       — Как идут дела? — будто не замечая хмурости Учихи, спросила Аоши. — Как Фугаку? Смерть его отца большая потеря для всех нас.       — Какая к чёрту разница, как Фугаку? — взревела Има. — Главное как наша подруга! Я видела её мужа и не раз. Знаешь, он вообще не изменился, как ходил с постной миной, так и ходит дальше. Ох эти легендарные прекрасные учиховские лица! Но, вот это всё, — она неопределенно взмахнула руками, — для нас, куда больший стресс, чем для него!       — Ты не права.       — Права! Посмотри, во что превратилась деревня! Полно людей, какие-то иностранные гости, и все, прошу заметить, важные шишки. И с ними, полно симпатичных телохранителей! У меня и так не хватало времени, а теперь с этой дурацкой миссией! А теперь ещё и эта дурацкая миссия!       — А как же Кохаку?       — Ой, я от него устала.       — Она надеться, что он приревнует, — меланхолично хмыкнула Аоши. — Так, как ты? Сколько новых обязанностей.       — Я справляюсь. И весьма неплохо, стоит признаться. Осталось ещё немножечко потерпеть и всё вернется на свои места. Отгремит инаугурация, все делегации отправятся восвояси, и мы снова будем сидеть в нашем любимом кафе, есть данго и сплетничать.       Аоши и Има быстро переглянулись, опустили глаза.       — Нам запретили распространяться об этой миссии, — с нажимом произнесла Аоши. — Особенно гражданским.       От такого заявления Има на несколько секунд потеряла дар речи, но быстро взяла себя в руки и безапелляционным тоном заявила:       — Это же Мико-чан! Она сколько раз вытаскивала наши задницы из передряг. И, в конце концов, какая она «гражданская»? Вот, посмотри в эти чудные глазки! Будто не знаешь, что там оружие поопасней наших с тобой кунаев, спрятано!       Шимори пристыжено вздохнула и опустила плечи.       — Мы отправляемся на границу со Страной Полей. Сегодня ночью наши отряды опять засекли чакру нескольких шиноби Камня. Конечно, мы не самая хорошая команда для подобного задания. — Има закатила глаза, мол, решение далеко не самое грамотное. — Сама знаешь, у нас другой профиль. Но остальные ниндзя заняты, и Третий дал нам это задание. Сказал, чтобы мы потерпели до инаугурации Учихи.        Микото поджала губы:       — Сначала Фугаку ходит темнее тучи, потом вас отправляют на задание, ранг которого ближе к «А», если и не «S», и ты Аоши со своими предчувствиями.       — Вот что сразу я? — возмутилась девушка. — Это карты.       Из-за угла показался Сакумо Хатаке, и Аоши с Имой поднялись со своих мест:       — На эту сиссию, он заменил Кохаку, на посту командира отряда. Наверное, с ним будет скучно.       — Но с ним будет безопасно,  — Учиха тоже встала, протянула руки, крепко прижала к себе подруг. — Берегите себя, а буду молиться, чтобы предчувствие Аоши её обмануло.       — Да что с нами будет? Мы же просто так, погуляем, полюбуемся пейзажами, подышим свежим воздухом.