Маленькая история о большой тайне

      Последнюю неделю Саске странно себя вёл, вызывая у Наруто всё нарастающее беспокойство. Учиха то замирал на полуслове, то не сводил с Узумаки пристального взгляда, в котором мерещились отблески тоски или начинал ластиться, заигрывать, а потом неожиданно останавливался, прижимался всем телом и как-то горько вздыхал. По мелочам ещё многое набиралось, поэтому игнорировать очевидное Наруто больше никак не мог. С твёрдым намерением разобраться с бойфрендом и вытянуть из него всю правду, Узумаки направился прямо к Учиха.       Поход не занял и пяти минут, так как они жили по соседству, однако за это время Наруто успел многое передумать. Он не испытывал волнения от предстоящего разговора, только тревожился за Саске, гадая о причинах случившихся в том перемен. Невольно напрашивался вывод, что Учиха что-то от него скрывал, хотя это казалось по сути невозможным. Узумаки не сомневался, что всё знает о Саске, поскольку между ними не было никаких секретов фактически с момента их знакомства, состоявшегося шесть лет назад.       Соседний дом, выставленный на продажу после смерти хозяина, пустовал больше года, потому Наруто и привык считать, что заброшенный сад его территория. Он наведывался в него за яблоками ещё при жизни старика Данзо, пользуясь тем, что последний плохо видел и медленно передвигался. Тогда им руководил чисто спортивный интерес: нарвать яблок, не попавшись ворчливому соседу, однако после смерти Данзо в сад он забирался уже по привычке, и сам не заметил, как стал ухаживать за деревьями.       В одно ранее воскресное утро Наруто, не дождавшись завтрака, решил наведаться в соседский сад. Яблони только стали расцветать, и Узумаки хотел полюбоваться на первые цветы. Их пока было не очень много, но каждый пленительно-прекрасен. Наруто с зачарованным видом переходил от дерева к дереву, постепенно приближаясь к дому. Юное деревце, растущее прямо перед окном, в этом году зацвело впервые, и Узумаки с детской радостью рассматривал бело-розовые лепестки. Вдруг окно резко распахнулось, Наруто даже вздрогнул от неожиданности. Он моментально вскинул голову и увидел удивительно красивого мальчика одного с ним возраста. Красота незнакомца не просто потрясла – ослепила. Узумаки стоял, широко распахнув глаза, не дыша, без единой мысли в голове, совершенно не подозревая, что только что встретил свою судьбу.       Наруто влюбился в Саске с первого взгляда, но ему понадобился не один год, чтобы полностью осознать правду. Сначала они с Учиха подружились, быстро, без всяких затей, едва ли не сразу после того, как назвали другу другу свои имена. Так же удивительно скоро сдружились и их родители.       Семья Учиха, въехавшая в дом под покровом ночи, да так, что умудрилась никого не побеспокоить, многим соседям показалась таинственной и вызвала праздный интерес. Однако ничего сверхъестественного в новых жильцах не оказалось: вполне обычные люди с двумя сыновьями. Старший брат Саске – Итачи обучался за границей, и Наруто с ним познакомился только спустя полтора года после переезда Учиха. Впрочем, родственники Саске волновали Узумаки всегда в меньшей степени, нежели он сам. Саске же был очень нестандартной и неординарной личностью.       Учиха держался замкнуто, неприступно, но за этим вовсе не скрывались высокомерие и заносчивость, а элементарная осторожность, поскольку Саске, при его почти энциклопедических знаниях, оказался социально слабо подготовлен. Виной тому стала частная закрытая школа, в которой он обучался до двенадцати лет. Наруто предполагал, что они там здорово понатаскали друга по разным наукам, но зато не научили самым обычным житейским вещам. Восполнить эти пробелы взялся Узумаки. Нельзя сказать, что Учиха совершенно ничего не умел и не ориентировался в ситуациях, напротив, в теории он казался подготовленным ко всему, да вот на практике действовал всегда слишком нерешительно, даже с опаской, вероятно, не желая выглядеть глупым и бестолковым. Но Наруто его постоянно успокаивал широкой улыбкой и немым одобрением в глазах, наверное, именно поэтому Саске привык во всём на него полагаться.       Детство прошло бурно и весело, и, конечно же, не обошлось и без проделок. За всё время знакомства они ни разу не поссорились, не случалось даже незначительных размолвок и недопонимания, потому, возможно, переход на иные, более тесные и глубокие отношения был вполне закономерен.       В семнадцать лет они стали любовниками. Произошло это как-то обыденно и скучно. Родители Учиха уехали в очередной раз на пару дней, и Наруто, как водилось, отправился ночевать к Саске. Вечер протекал вполне заурядно, но за ужином Узумаки неожиданно проняло. В середине трапезы он, ни с того ни с сего, застыл и принялся внимательно наблюдать за другом. Через пять минут таких гляделок Учиха не выдержал и спросил:       - Чего?       Наруто, в этот момент пристально изучающий рот Саске, ответил первое, что пришло в голову:       - А давай поцелуемся.       Предложил и понял, что хочет именно этого, причём уже давно. Учиха не испугался, не разозлился, даже не удивился, только невзначай пожал плечами и сказал, как само собой разумеющееся:       - Ну, давай.       Сразу же и принялись целоваться, неловко сминая губы, цепляясь носами и пытаясь найти удобное положение. После столь незатейливого действа Саске машинально вытер рот салфеткой, но Узумаки на это не обратил ни малейшего внимания. Он просидел несколько секунд в полной прострации, а после с возмущением изрёк, ни к кому не обращаясь:       - Блин, ну как же это делается!       Ответ на этот вопрос они нашли уже в спальне Учиха, и хотя губы заметно припухли и немного саднили, они всё равно не остановились. Потому переход к сексу произошёл незаметно и естественно, будто его они целенаправленно запланировали на сегодняшнюю ночь.       Саске сам захотел быть снизу и даже в некоторой степени себя подготовил и уже в процессе направлял Наруто. Узумаки вовсе не смущала осведомлённость Учиха в таких вопросах, поскольку он давно привык считать, что Саске знает всё и обо всём. Секс обоим понравился настолько, что они повторили несколько раз. В порыве альтруизма, откровенно кривя душой, Наруто, неубедительно разыгрывая любопытство, предложил Учиха поменяться местами, но тот совершено спокойно отказал, прямо и искренне заявив, что ему очень нравится так, как есть. Однажды всё решив, они больше никогда не возвращались к данной теме.       Утром Узумаки забежал к себе домой переодеться и захватить запасное нижнее бельё. Родители Учиха должны были отсутствовать ещё сутки, и они с Саске не собирались тратить щедро предоставленное время впустую. Заскочив на кухню, Наруто схватил тост. Чмокнув мать в щёку, он объявил:       - Мы с Саске встречаемся!       Минато отложил газету, внимательно на него посмотрел, однако ничего говорить не стал. Зато Кушина, озорно подмигнув мужу, с самым невинным видом поинтересовалась у сына:       - И кто из вас девочка?       Уголок губ Минато дёрнулся, но он удержал улыбку. Очевидно, ему вспомнилось, что жена мечтала о дочери. Наруто тоже не забыл разговоры на эту тему, но он не повёлся на дешёвую провокацию и, строго взглянув на мать, ответил самым важным тоном:       - Мы оба – парни.       На что Кушина звонко рассмеялась.       Вопрос с родителями Наруто решил легко и быстро, впрочем, он и не ожидал, что те будут возражать, закатывая скандалы и истерики. Также с трудом верилось, что Учиха не позволят им встречаться и увезут Саске куда-нибудь от греха подальше. Узумаки не ошибся. Вернувшиеся на следующий день Микото и Фугаку отреагировали на новость крайне спокойно и сдержанно и продолжали относиться к Наруто по-прежнему с искренней теплотой.       На правах пары они теперь ночевали то у одного, то у другого, поговаривали после окончания школы съехать от родителей, но пока конкретно ничего не обсуждали. Между тем учебный год подходил к концу, и они усиленно занимались, готовясь не столько к выпускным, как вступительным экзаменам в Токийский Университет. Наруто не сомневался, что Саске обязательно должен учиться в самом престижном высшем учебном заведении страны, но сам в глубине души не рассчитывал туда поступить. Однако Учиха не подвёл и превосходно его подготовил, только поэтому Узумаки удалось прорваться. Впрочем, он настолько вымотался, что у него даже не осталось сил радоваться.       Как в тумане прошёл первый семестр. Наруто до конца так и не осознал, куда попал, а ещё почему Саске захотел изучать философию и искусство. Сам Узумаки не понимал ни того, ни другого, но продолжал послушно таскаться за бойфрендом на лекции. Они по-прежнему проживали с родителями, потому что так оказалось проще и удобней.       Летние каникулы пришли незаметно, и вот тут Наруто в полном объёме смог прочувствовать грандиозность события. Они с Учиха уже заранее договорились, что потратят целую неделю на небольшое путешествие. Планировали пешком обойти самые красивые места в окрестностях. Наруто предвкушал: ночь, палатка, костёр, гитара, и они только вдвоём… Красота! На деле всё вышло не так, как рисовало воображение Узумаки, хотя он соврал бы, если бы сказал, что жалеет.       В первый день всё шло почти по плану. Они забрались в горы, разбили лагерь, принялись готовить ужин. Саске правда с утра был немногословен, даже замкнут и немного рассеян. Ему будто что-то мешало, а что именно он не мог понять. За ужином ел больше, чем обычно и постоянно смотрел на Наруто загадочным взглядом, в котором всё отчётливее проступало желание. Ну а в палатке… Такого Учиха ещё никогда не вытворял. Казалось, что из лексикона Саске исчезли все слова, кроме «ещё». Они занимались сексом до тех пор, пока Узумаки не вырубился, однако отдохнуть, как следует, ему не дали. Саске растолкал его и потребовал продолжения, и они опять ублажали друг друга до полного изнеможения.       Весь следующий день они потратили только на секс, еду и короткий сон. На третьи сутки пришлось идти в ближайшую деревеньку за продуктами, так как Учиха умудрился слопать почти недельный запас продовольствия. Надо сказать, что Саске теперь постоянно что-то жевал, но почему-то никак не мог насытиться.       Поход в магазин занял куда больше времени, чем рассчитывали, поскольку Учиха дважды затаскивал Наруто в кусты. Пока делали покупки, Саске извёлся, сгорая от нетерпения. Он не сводил с Узумаки жалобного взгляда и томно вздыхал. Выглядело это несколько комично, поскольку в это время Учиха то грыз сухарик, то хрустел каким-нибудь фруктом. Он не переставал есть, и пока они, перегруженные пакетами, бежали вверх по тропе, пытаясь скорее найти уединённое место.       В лагерь вернулись уже затемно. Быстро окунулись в озере и принялись за готовку. Саске еле дождался, когда их нехитрое варево закипит. Глотал, не жуя, попутно стягивая с себя штаны. И до палатки они не дотерпели, сливаясь воедино бесчисленное количество раз, покуда оставались силы двигаться. Потом забывались недолгим сном, а, проснувшись, начинали по новой. Наруто не задумывался, как они выдерживали такой бешеный ритм, он тогда вообще ни во что не вникал, поскольку они по необъяснимым причинам буквально превратились в конченых нимфоманов, не способных мыслить ни о чём-либо другом кроме секса.       Однако к концу недели сексуальная активность Саске стала снижаться, приближаясь к обычной для них норме. Наруто не возражал, поскольку чувствовал, что дополнительные нагрузки больше не осилит. Они снова становились прежними собой, и уже понять не могли, что же на них до этого нашло.       Через семь дней вернулись домой, так ничего и не осмотрев. Снова вышли на подработку, и потянулась обычная жизнь. Саске ни в чём не изменился, если только по-прежнему много ел. Узумаки про себя удивлялся, как тот не толстеет, но у него и в мыслях не было попрекнуть на этот счёт бойфренда. Даже если бы Учиха набрал бы вес или, не дай бог, с ним приключилась бы какая-то другая беда, Наруто это не оттолкнуло бы, ведь он любил Саске таким, как есть.       В общем, больше месяца прошло тихо и мирно, а вот с неделю назад Учиха словно подменили. С ним явно что-то произошло, но он почему-то не доверился Узумаки. Наруто внезапно осознал, что скрытность любовника его обижает.       Узумаки всегда заходил в дом Учиха, как к себе, без стука. Скинув сандалии у порога, он прошёл в гостиную, откуда доносились неясные голоса. Наруто, подходя к дверям, открыл рот для приветствия, но замер прямо на пороге, огорошенный услышанным:       - Ты точно решил не возвращаться? – спросил Фугаку у Саске, а тот молча кивнул. Родители Учиха и неизвестно когда приехавший Итачи комментировать не стали. «Куда Саске не думает возвращаться?» - хотел спросить Наруто, но его перебили.       - У меня всё готово. Ты можешь переехать хоть сейчас, - отчитался Итачи, а потом осторожно поинтересовался: - Что планируешь сказать Наруто? Или уедешь, не попрощавшись?..       - Чего?!! – заорал Узумаки, мигом теряя самообладание. Его даже затрясло от потрясения. - Что значит уехать?!!       Учиха только сейчас поняли, что он всё слышал. Саске стремительно побледнел, меняясь в лице, но Наруто настолько испугался, что не собирался церемониться с любовником. Он подлетел к Учиха, схватил того за руку и потянул.       - А ну живо за мной! – рявкнул Наруто. – Я тебе покажу, как что-то затевать за моей спиной!       Не слушая никаких возражений, Узумаки тащил Саске за собой. В голове осталась лишь одна мысль: увести любимого и запереть где-нибудь, чтобы не сбежал. Родственники Учиха, переглянулись, но, к счастью, не стали вмешиваться. Саске тоже не сопротивлялся, торопясь за Наруто, словно понимая, что сейчас опасно перечить, поскольку казалось, ещё немного и Узумаки его ударит. Учиха и предположить не мог, насколько Наруто бывает горяч в гневе.       Быстро пройдя мимо оторопевших родителей, Узумаки затащил Саске в свою комнату и грубо толкнул того на кровать.       - Что ты творишь?! – заорал Наруто, сверля взглядом. – Неужели я для тебя ничего не значу, что ты решил меня бросить?!       - Это не так! – страстно возразил Учиха, но Узумаки его нетерпеливо перебил:       - А что тогда так?! Ты собирался тайком сбежать!..       - Ты не понимаешь! – в голосе Саске прозвучало отчаяние.       - Вот и объясни мне! – не сдавался Наруто. – Поди, не тупой, разберусь!       - Хорошо, - неожиданно спокойно сказал Учиха, усаживаясь на край кровати и складывая руки на животе. – Только перестань кричать.       Тут только Узумаки заметил, что Саске плачет. Это его сразу отрезвило, погасив пыл. Наруто до сих пор ни разу не доводилось видеть слёзы друга, и сейчас он с огорчением констатировал, что они Учиха совсем не идут. Гораздо лучше было, когда Саске улыбался, однако в сложившейся ситуации он мог винить в первую очередь себя. Наверное, поэтому Узумаки не кинулся его утешать. Тяжело вздохнув, Наруто опустил глаза. Взгляд упал на руки Саске, и Узумаки с неудовольствием увидел, что у того на запястье наливаются синяки. Острый приступ вины кольнул сердце. Наруто присел на корточки перед бойфредном и принялся ладонью вытирать мокрые дорожки на щеках любимого.       - Посмотри, до чего меня довёл, - с укором обратился он к Учиха. - Синяки вон тебе поставил…       - Прости, - повинился Саске, но Узумаки совсем не это хотел от него услышать.       - Лучше расскажи всё, как есть, - попросил он.       Учиха собирался силами несколько минут, прежде чем заговорить. Всё это время Наруто терпеливо дожидался, больше ничего не предпринимая.       - Наруто, - Саске громко сглотнул, пытаясь подавить дрожь в голосе, - на самом деле я – не мужчина. Я вообще не человек… - Учиха подавил желание зажмуриться, выкладывая последнее: - Я – керанец с планеты Керан – женская особь. И я…       Саске неловко замолчал, переводя встревоженный взгляд на Узумаки, но поняв, что его не собираются прерывать, быстро закончил:       - Я – беременный…       Наруто молчал долго, то рассеянно глядя на Учиха, то с неестественным вниманием рассматривая что-нибудь из предметов меблировки, дважды поправил футболку, почесал за ухом, ничего вокруг не замечая. Наконец, мысли кое-как уложились в голове, и он сказал:       - Н-да… Хотел бы соврать, придумал бы что-нибудь более убедительное. Но до меня пока так и не дошло, поэтому повтори тоже самое, только помедленней. Ты хочешь сказать, что ты девочка-инопланетянка, и у тебя будет ребёнок? Кстати, а чей он?..       - Идиот! – моментально вспыхнул Саске. – Твой, конечно!..       - Дура! То есть дурак! – не остался в долгу Узумаки. – С этого и надо было начинать! Так бы сразу и сказал, что ты ждёшь от меня ребёнка!       И на последнем слове Наруто наконец-то осенило.       - Ребёнка…       Он перевёл на Учиха потрясённо-взволнованный взгляд, несколько секунд всматривался в лицо Саске, а потом его губы растянула счастливая улыбка. Узумаки быстро сграбастал любовника в объятия.       - Ну, ты даёшь… - голос сильно дрожал, переполненный эмоциями, на глаза навернулись слёзы.       Через некоторое время Наруто немного успокоился. Он уселся рядом с Учиха, указал тому на живот и спросил:       - Он там?       - Да, - тихо ответил Саске, мимолётно улыбнувшись.       Узумаки тут же просунул руку под футболку любимого, пытаясь ладонью почувствовать малыша.       - И ты не хотел мне рассказывать, - упрекнул он, поглаживая живот Учиха.       - А тебе не противно? – вдруг спросил Саске, стараясь не выказывать тревоги и беспокойства.       - С чего бы? – искренне изумился Наруто. – Знаешь, для меня имеет значение только одно. Скажи, ты по-прежнему тот Саске, которого я знаю и люблю?       Учиха уткнулся ему в грудь, пытаясь удержать слёзы, сильно сжав плечо Узумаки, он честно ответил:       - Всегда.       Наруто притянул его за голову и нежно поцеловал. После поднялся, взял Саске за руки. Узумаки заглянул любовнику в глаза особенным, доселе никогда у него не виданным взглядом, в котором читалась зрелость.       - Всё, Саске иди домой, готовься, - распорядился он с видом человека, точно знающего, что делает. – Я минут через пятнадцать буду.       Учиха не решился уточнять, к чему он должен готовиться, смутно догадываясь о задумке любимого, поскольку уже успел осознать: Наруто его никуда не отпустит. Кивнув в знак согласия, Саске молча вышел, исподтишка кидая на любовника пытливые взгляды.       Когда Учиха ушёл, Наруто первым делом заскочил в душ, после достал парадный костюм. Быстро одевшись, Узумаки выбежал в сад и срезал самые красивые розы в цветнике. Родители, с любопытством наблюдавшие за ним из окна, пока не задавали вопросов, но Наруто не собирался их долго томить в неведении. Вернувшись в дом, он направился прямо в гостиную, посмотрел серьёзным взглядом поочередно на мать и отца. Очевидно, предчувствуя важность события, Кушина не пыталась острить, терпеливо дожидаясь объяснений. Минато сидел в кресле по-деловому, словно присутствовал на официальном мероприятии.       - В общем, так, семья, - уверенно начал Наруто, - я сейчас иду к Саске свататься. Вы тоже подходите.       Известие родители встретили гробовым молчанием, даже не сделали никакого жеста. Обнадёженный такой сдержанной реакцией, Узумаки продолжил:       - Там такое дело, - сказал он и осекся, потому что неожиданно понял, насколько абсурдно прозвучит признание. Поломав голову, как лучше объявить новость, Наруто обречёно качнул головой и твёрдо закончил:       - Говорю как есть. Саске – беременная от меня инопланетянка.       - Серьёзно? – деликатно уточнил Минато после небольшой паузы, но сын не взял на себя труд отвечать, уже подходя к двери.       - Так выходит, девочка – Саске, - раздался ему в спину полный веселья голос.       Не выдержав, Наруто громко фыркнул:       - Мама, у тебя сын. Смирись.       Саске не стал переодеваться, только умыл лицо, сидел напряжённый, всем своим видом выказывая мучительное ожидание, даже появление Наруто его нисколько не оживило. Семья Учиха выглядела спокойной и держалась нейтрально. Собственные родители, решившие лично посмотреть на представление, пока не проявляли признаков активности. Однако в данный момент Наруто, пожалуй, ничего не смогло бы смутить и сбить с намеченной цели. Твёрдо взглянув на Фугаку, Узумаки встал перед ним на колени и склонился в церемониальном поклоне.       - Я прошу руки вашего… - но тут Наруто неожиданно запнулся, не зная как продолжить. «Сказать сына или дочери? – лихорадочно соображал он. – Тогда лучше по имени «вашего Са…». Но он больше не их…» Узумаки глубоко вздохнул и уверенно заявил:       - Я прошу руки моего Саске.       Фугаку едва заметно улыбнулся и спокойно ответил:       - Мы не возражаем.       - Так всё на самом деле?! – не выдержала Кушина, но Наруто уже никого не слушал. Подойдя к «невесте» он неуклюже сунул тому цветы, ненароком вспоминая, что это первый случай, когда он преподносил любимому букет.       - Держи, - неловко обмолвился Узумаки, а после поманил Саске, – Пошли к тебе. Есть разговор, - и небрежно махнув в сторону родителей, вставил: - Без нас разберутся.       В спальне Учиха не нашлось вазы, и он отправился за ней на кухню. Наруто уселся на кровать и принялся с новым интересом разглядывать обстановку. Увы, но никаких невероятных вещей обнаружить не удалось, к некоторому его огорчению. Саске, зайдя в комнату, каким-то непостижимым образом догадался, о чём Узумаки думает в данный момент, потому и сказал:       - На Земле мы стараемся вести обычный для людей образ жизни безопасности ради, поэтому наши технологические разработки хорошо замаскированы.       «Зачем вы здесь?» - хотел спросить Наруто, но выпалил совершенно иное:       - Показывай!       - Тебе нужны доказательства, - по-своему интерпретировал его реплику Учиха. – Что ж, закономерно. Я сейчас тебе предоставлю мой информационный носитель…       - Да я не про то! – нетерпеливо перебил Узумаки. – Себя показывай. Хочу увидеть реального тебя. Ну, там, зелёные человечки… - и Наруто глупо захихикал.       Саске подавил желание закатить глаза и ответил совершенно серьёзно:       - Это и есть мой настоящий облик.       - Как так? – удивился Узумаки, на что ему Учиха продемонстрировал тонкую металлическую пластину маленького размера.       - Индивидуальный информационный носитель, - пояснил он. – Фактически это и компьютер, и телефон, и передатчик, в нём вообще находится много всего. Реагирует на мысленные приказы только своего владельца.       - Ух, ты! – восхитился Наруто и попросил: - Дай посмотреть.       Впрочем, при ближайшем рассмотрении пластины ничего занимательного не произошло, потому немного разочарованный Узумаки вернул её владельцу. Однако стоило носителю попасть в руки Саске, как в воздухе повисла голограмма зелёно-голубой планеты, чем-то похожей на Землю.       - Это Керан – моя родная планета, - прокомментировал Учиха. - Я могу объяснить, где она находится, но, не думаю, что ты поймёшь расчёты и схемы.       Саске увеличил изображение и сделал его подвижным. Теперь Наруто будто бы рассматривал чужой мир с высоты птичьего полёта. Его раннее впечатление о схожести двух планет оказалось ошибочным, что он понял сразу. В первую очередь бросилась в глаза разница в цвете, вот, вроде бы тот же голубой, а всё равно не такой.       Узумаки мог бы ещё долго любоваться пейзажами Керана, однако сейчас его интересовали более насущные вопросы, о чём Учиха понял без напоминания, меняя голограмму. Перед глазами Наруто промелькнули картинки городской жизни, но он совсем не обратил внимания на архитектуру, транспорт и прочее, поскольку его сразу же зацепил один факт: отсутствие женщин и детей, только одни мужчины, причём привычной человеку наружности. Догадываясь, что это неспроста, Узумаки поднял вопрошающий взгляд на Саске. Учиха ответил по-деловому собрано, будто сейчас выступал с докладом на лекции:       - Это керанцы, и, ты заметил, они выглядят так же, как и я. Я хочу сказать, что наша раса внешне однопола, и у нас нет распределения на гендерные роли.       Наруто долго соображал, а когда до него, наконец, дошло, всё, что он смог вымолвить:       - Обалдеть…       Саске слегка поджал губы и сухо добавил:       - Керанцы делятся на мужские и женские особи исключительно по внутренним половым органам…       - Как же вы друг друга тогда различаете? – Узумаки не сводил с Учиха потрясённого взгляда. Со стороны даже показалось, что эта новость шокировала его сильнее всего.       - По запаху, - коротко отчитался Саске. – Женские и мужские особи излучают совершенно разные феромоны.       - То-то на тебя парни больше девчонок западали, - недовольно буркнул Наруто, бог знает, на что обижаясь. Только теперь он запоздало понял, что ему всегда нравилось, как пахнет от Учиха.       Саске едва заметно снисходительно улыбнулся, осознавая: ему приятна такая детская ревность любовника. Спонтанно захотелось рассказать о своих чувствах, безграничной любви и верности, но он удержал этот порыв, боясь раскиснуть. Узумаки в первую очередь ждал пояснений, потому пришлось вернуться к прерванному разговору.       - Как видишь, на улицах немноголюдно, - продолжил Учиха, стараясь говорить без лишних эмоций. - На Керане обычно всегда так. Это и есть причина, по которой мы здесь.       Наруто никак не отреагировал, даже не оторвал взгляда от голограммы, поэтому Саске не останавливался:       - Наша раса никогда не отличалась плодовитостью, и естественный прирост народонаселения шёл очень медленным ходом. Но почти шестьсот лет назад в организмах керанцев произошёл необъяснимый генетический сбой, и стал выживать только один ребёнок, а при условии, что мы беременеем лишь единожды, нам грозило полное вымирание. Все попытки учёных исправить ситуацию не дали результатов, и тогда керанцы обратились к мудрости звёзд, однако прошло много времени, прежде чем мы смогли найти решение. Более двух сот лет назад керанцы случайно наткнулись на Землю…       - Стой! – опомнился Наруто. – Раз беременность одна и выживал только один, значит, их там несколько?! – Узумаки ошарашено тыкал Саске в живот.       Глаза Учиха заметно потеплели, и он ответил необычайно мягким тоном:       - Двое или трое. У нас два.       - Два… - машинально повторил Наруто и требовательно попросил: - Иди ко мне.       Саске, как показалось, с неохотой послушался. Узумаки крепко его обнял и усадил к себе на колени. Устроив ладонь на животе любимого, Наруто довольно сказал:       - Пускай чувствуют отцовскую руку, - поцеловав Учиха в щёку, он закончил голосом, полным счастливого веселья:       - Это же здорово, что сразу двое! Мама обзавидуется…       Саске знал это от самой Кушины, что роды Наруто протекали крайне тяжело, и врачи могли потерять и мать, и сына, но, к счастью, они выжили. Впрочем, без последствий не обошлось: Кушина больше не могла иметь детей. Внезапно представив, что любимый мог тогда умереть, Учиха испугался и с жадной ненасытностью обхватил Узумаки за шею, вжимая того в себя. Он всё ещё не закончил своё мучительное объяснение и пока не сознался в самом страшном, о том, что его тревожило изначально.       - Что дальше? – вернул Саске в реальность вопрос Наруто.       Учиха ответил спокойно, стараясь погасить все эмоции:       - Сначала мы поразились нашему внешнему сходству с человеческими мужчинами, но дело только этим не ограничилось. На проверку оказалось, что анатомия и физиология двух видов близкородственные, и генетически мы совместимы настолько, что можем свободно скрещиваться и иметь плодовитое потомство…       - Саске, не гони, - недовольно поморщился Узумаки, - давай по-простому.       Учиха укоризненно вздохнул, про себя ругая необразованность любовника, который сбивал ему деловой настрой.       - Керанцы и люди могут иметь общих детей, у которых тоже будут дети, - разжевал он элементарные вещи в несколько менторской манере. – Впрочем, я не вполне ясно выразился. Керанцы – мужские особи стерильны по отношению к земным женщинам и не способны иметь от них потомство. Только женские особи могут зачать от людей, и, говоря о совместимости, я имел в виду лишь сам факт рождения детей, поскольку керанская генетика доминирует над человеческой, и мы производим детей-керанцев от ваших мужчин.       - А какая разница? – беспечно отозвался Наруто на эту новость. – Всё равно вы как люди.       Саске при этих словах быстро отвёл в сторону глаза, но Узумаки ничего не заметил.       - Действительно различия у взрослых особей несущественны, - вставил Учиха после короткой паузы. – На лице и теле керанцев не растут волосы, - пояснил он.       Конечно, Наруто сам видел, что тело любовника совершенно безволосое, но на данный факт не обращал внимания, принимая всё как должное.       - Так это фигня, мелочи, - беззаботно ответил он, пропуская мимо ушей первую реплику Саске. – Двести лет вы у нас. Долго…       Учиха, пока не желая озвучивать кое-какие подробности, быстро ухватился за смену темы.       - Да, - вставил он, - хотя был период, когда мы не думали, что внедрение в человеческое общество будет таким активным. Видишь ли, в начале, несмотря на ошеломляющие результаты скрещивания двух видов, наша основная проблема казалась неразрешимой, поскольку по-прежнему выживал один ребёнок при единственной беременности. Тогда, скажу честно, даже самые оптимистично настроенные учёные впали в уныние, и всё чаще стали звучать разговоры, что мы обречены. Однако ситуацию исправило первое поколение керанцев, рождённое от людей. Их генетика неожиданно перестроилась, и они стали способны беременеть и вынашивать два, три, и даже четыре раза…       - Выходит, у нас ещё будут дети? – вмешался Узумаки.       - Да, - спокойно ответил Саске. – Во всяком случае, ещё одна беременность гарантированна со ста процентной вероятностью.       - Круто! Заселим всю планету Узумаки! – Наруто попытался издать зловещий хохот, и вышло настолько комично, что Учиха смеялся несколько минут. После этого не хотелось говорить о грустном, но Саске себя заставил.       - Именно многократная беременность спасла нашу расу, - Учиха намерено не стал акцентировать внимание на вполне очевидных деталях, но сегодня Наруто не блистал проницательностью и спокойно промолчал, потому Саске продолжил, не прерываясь:       - Собственно о причинах ты теперь знаешь, однако хочу тебя заверить, что в наши планы не входит захват человечества и геноцид людей…       - Саске, ты что, фантастики пересмотрелся? – откровенно засмеялся Узумаки. – Оправдываться вон начал. В жизни не поверю, что ты и твоя семья плохие. Кстати, а они кто?       - Оба керанцы. Отец – коренной, а мама родилась и выросла на Земле.       - Так, слушай, - вклинился Наруто, - раз тётушка Микото – мальчик, почему она тогда ходит в платье?       - Маскировка, - по существу ответил Учиха, слезая с колен любовника и усаживаясь рядом на кровать. Узумаки отпустил его без возражений, только недоумевающе посмотрел. Где-то в подсознании его кольнуло нехорошее предчувствие. Впрочем, Саске не выглядел нервным, сидел, потупив глаза, а когда заговорил, голос звучал совершено бесстрастно:       - У керанцев не только общий внешний вид, но психологический статус примерно одинаков и приближён к мужскому. Конечно, человеческая культура с их ярко выраженными гендерными ролями нас сильно удивила, и мы переняли из неё некоторые элементы, хотя это всё так и осталось лежать на поверхности. Однако человеческое общество далеко неоднозначно относится к однополым союзам, потому для лучшей интеграции в мир людей большинство женских особей предпочло маскироваться.       - Мимикрия, - пробормотал Наруто умное слово, неожиданно поразив Учиха своей осведомлённостью.       Посмотрев на него задумчивым взглядом, Саске добавил:       - Мы с братом тоже родились и выросли здесь, но поскольку Итачи – мужская особь, он решил жить на Керане, где у него больше шансов найти пару.       Учиха сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить:       - Позволь мне уточнить, некоторые детали, чтобы у тебя сложилась полная картина, - сказал он официальным тоном, расстроив тем самым Наруто. Узумаки терпеть не мог, когда любимый становился «казённым», поскольку знал, что на самом деле Саске прятал за этой маской страдания. Однако Наруто понимал, что в сложившейся ситуации лучше дать Учиха выговориться, поскольку молчание того обошлось бы ещё дороже.       - Видишь ли, несмотря на генетические изменения у керанцев, рождённых от людей, фундаментально проблему размножения нашей расы разрешить не удалось. - Саске всё больше и больше походил на скучного лектора из университета. – У нас по-прежнему выживает только один ребёнок, и от наших мужских особей мы беременеем лишь единожды. Керанцы во всём зависимы от людей: чтобы продолжать жить, мы должны скрещиваться с человеческими мужчинами. Высока вероятность нашей дальнейшей ассимиляции и того, что наша раса, в так называемом «чистом» виде перестанет существовать в ближайшем будущем.       Учиха резко замолчал, что дало Наруто возможность вставить слово.       - Я почти понял, что ты только что сказал, - начал он жалобным тоном. - Чего-то там про людей и про рождение… - Узумаки окончательно скис.       - Фугаку не мой биологический отец. Я родился от другого мужчины, потому что мама больше не могла иметь от него детей. Те, кто должны были родиться вместе с Итачи и вместе со мной умерли ещё в период внутриутробного развития. Выживает сильнейший.       В последних словах Учиха звучала неприкрытая горечь. Он сейчас трепетно обнимал живот, словно хотел уберечь своих малышей от всех существующих бед. И Наруто проняло. Весь ужас только что сказанных слов намертво отпечатался в разуме. Узумаки дико смотрел на Саске, отказываясь принимать правду. Видя его замешательство, Учиха заговорил сам:       - Долг каждой женской особи продолжить род и рожать столько раз, сколько позволит природа. Это веление разума и сердца, потому что мы должны нести жизнь, ради этого нас такими создали. Есть вероятность, что у мамы снова наступит период спаривания, и тогда она поступит, как должна.       Саске сказал сухо, скупо и как-то обыденно, словно говорил о сущих пустяках, и Наруто неожиданно почувствовал, что это его злит.       - Минутку, - властно остановил он Учиха, ощущая, как в нём закипает ярость. – Ты сейчас вот так запросто прямо мне в лицо заявляешь, что для вас путаться с разными мужиками не проблема?! То есть, если бы я тебя не поймал за руку, ты спокойно себе свалил бы, а потом, когда приспичило, вешался бы на шею другому?!!       - Прекрати! – резко осадил его Саске, вскакивая. – Не смей, слышишь! - Учиха трясло, он смотрел на Наруто глазами полными боли и гнева. – Ты и понятия не имеешь, о чём сказал. Наша раса похожа на смертельно больного человека, который с отчаянием считает часы до кончины, и понимает, что всё созданное им исчезнет бесследно, как и он сам. Ничего не останется, даже памяти, будто нас никогда и не существовало. Вот с чем мы живём уже не одну сотню лет, - голос Саске резал подобно ножу, Наруто слушал с обескураженным видом. – Но даже у умирающего есть надежда, что спасение придёт, потому он цепляется за любую возможность сделать хотя бы ещё один вздох. Мы хотим увидеть завтра и мечтаем о том, что оно обязательно настанет. Наше завтра – это дети, потому для керанца каждая жизнь священна!       Не в силах больше говорить, Учиха замолк.       - Прости, я дурак, - честно сознался Узумаки, быстро подходя и крепко обнимая любимого. – Не знаю, что на меня нашло.       Саске доверчиво уткнулся ему в плечо и с нескрываемой горечью ответил:       - И ты меня прости. Я слишком устал, потому и срываюсь. Это злободневный вопрос. На самом деле керанцы постоянны и верны, и выбирают пару на всю жизнь. Однако устоявшийся тысячелетиями уклад пришлось менять коренным образом. Теперь мы вынуждены соглашаться и мириться с противоречивыми, совершено нам несвойственными вещами. Это трудно и больно. – Учиха тяжело вздохнул. – Люди наше спасение, но оно такое ненадёжное.       - Почему? – не понял Наруто, бережно гладя Саске по голове. – Разве я ненадёжный?       - Ты не все, - прямо пояснил Учиха. – Человечество слишком сложно и подчас парадоксально. В вас много различий: половых, расовых, национальных, социокультурных и других. Под людей крайне трудно подстроится, поскольку, по сути, ваша общность сводится только к анатомии и физиологии. С трудом верится, что вы когда-либо сможете объединиться. Потому мы и скрываем наше присутствие на Земле, так как ни один человек не в состоянии нам дать какие-либо гарантии.       Узумаки тактично промолчал, не зная, что вставить, ведь Саске оказался прав. Наруто пока не обо всём был осведомлён, но уже понимал, что их историю с Учиха нужно держать от посторонних в строжайшем секрете. Словно чувствуя его настрой, Саске это подтвердил:       - Закон о неразглашении керанцы приняли вскоре, после попадания на Землю, поскольку им не представилось возможности вступить в конструктивный диалог с представителями власти. Для начала у человечества не существует единого правительства, к которому мы могли обратиться, и ещё, скажу честно, при детальном изучении вашего общества мы обнаружили, что люди, имеющие на Земле влияние, как правило, обуреваемы жаждой господства и наживы. Они никак не подходили на тех, кому можно открыться, а поскольку речь идёт о выживании керанцев, у нас не осталось выбора, как действовать тайно.       Учиха вдруг поднял голову и посмотрел на Наруто пронзающим взглядом.       - А ещё вы нас боитесь, - сказал он глухо. – Случалось, керанцы открывались своим партнёрам, в надежде создать семью, но их встречал ужас, ненависть и отвращение. Было и такое, что керанцев пытались продать на опыты, и не кто-нибудь, а те самые мужчины, которые, казалось бы, их сильно любили. Наша правда меняет до неузнаваемости ваши чувства и мысли…       Саске порывисто стиснул плечи Узумаки и горячо заговорил:       - Я этого не хотел, не хотел увидеть на твоём лице ненависть и страх… - из глаз Учиха покатились слёзы. – Я не выдержал бы, если бы ты стал мной брезговать, потому поступил так трусливо, решив молчать. И ребёнка я ни за что не смог бы оставить на воспитание, потому что это наш с тобой плод любви. Он моё бесценное сокровище…       - Они, - сказал Наруто так, что Учиха моментально перестал плакать. Простое слово обожгло, заставив сердце биться быстрее. Узумаки смотрел прямо в глаза завораживающим взглядом, заставляющим забыть обо всём на свете.       - Они, - твёрдо повторил Наруто. – Саске, выживут оба. Верь.       На лице Учиха отразилась болезненная гримаса, но Узумаки его быстро отвлёк ласковым поцелуем.       - Я здесь, рядом. Вместе мы справимся, - прошептал он нежно.       У Саске снова наворачивались слёзы, но любимый горячими поцелуями путал мысли, направляя их поток в иное русло, но когда руки Наруто проскользнули ему в штаны, Учиха предпринял слабую попытку проконтролировать ситуацию.       - Куда ты полез? – спросил он, не замечая, как подставляет напряжённое тело под ласки.       - Говорят, секс после ссоры – крутой, - весело отозвался Узумаки, стягивая с него одежду. – Мы сегодня впервые поссорились, так что самое время проверить.       Лично Саске ни о каких проверках думать не хотел, но именно сейчас, как никогда, он нуждался в близости, потому с его стороны не последовало возражений.       Секс действительно оказался крутой, а в ссоре ли было дело, Наруто решил не гадать. В любом случае выяснять отношения ему не понравилось, и он надеялся, что в такую ситуацию больше не попадёт, тем более самое главное он уже знал. Впрочем, оставались ещё кое-какие нерешённые вопросы, которые не давали покоя. Узумаки с любопытством принялся изучать узкое, тугое, хорошо опробованное отверстие на теле любовника.       - Рожать, через что будем? – спросил он озабоченно, боясь подключать воображение. Саске лёг на спину и спокойно ответил:       - Над линией лобка откроется родовая складка. Процесс родов занимает в среднем два часа, после чего складка бесследно срастается.       Пощупав любовника в указанном месте и не обнаружив там никаких странностей, Наруто задумчиво пробормотал:       - Ловко. И всё равно тело у тебя какое-то неприспособленное, что ли. Дырочка то одна, - пояснил он свои сомнения. – По любому забеременел ты через неё. Но почему именно так?       - А почему бы и нет? – ответил вопросом на вопрос Саске. – Не сравнивай меня с мужчиной, - стал поучать. – Анальный секс для землян вовсе не редкость и практикуют его оба пола. Что касается меня, то анатомия этого органа в первую очередь рассчитана на получение удовольствия, и если взять его за некий эквивалент, я получаю наслаждения при анальном половом акте примерно в три раза больше, чем люди.       На лице Узумаки промелькнуло непонимающее выражение, но Учиха устал разжёвывать буквально каждое слово, потому продолжил невозмутимым, деловым тоном:       - У меня рядом с прямой кишкой расположен орган зачатия и вынашивания. Когда наступает процесс спаривания, в нём начинает скапливаться специфическая жидкость, так называемая питательная среда, попав в которую, сперматозоиды растворяются, дав начало новой жизни.       Наруто обречённо вздохнул, но переспрашивать не стал, рассчитывая, что ответы в его голове появятся сами собой. Однако он нашёл к чему придраться, потому настойчиво высказался:       - А член тебе и сперма, как ни крути, ни к чему. Всё равно не пользуешься!       Здесь Узумаки ни в коем случае не преувеличивал, особенно касательно спермы. Её у Саске выделялось много, и была она не такой, как у него: белее, гуще и слаще на вкус. Во время одного полового акта сперма Учиха выплёскивалась маленькими порциями, и кончал он обильно и долго. Выходило, что всё это «добро» пропадало зазря. Нелогично. Наруто посмотрел на Саске, дожидаясь ответа, но увидев, что Учиха покрылся багровыми пятнами, а его глаза предательски забегали, понял, что попал в точку.       Попытавшись сделать бесстрастное лицо, Саске выдавил из себя:       - Это орган вскармливания, а мои выделения сравнимы с материнским молоком.       Через полминуты до Наруто дошло.       - Сиська! – заорал он не своим голосом. – Ты собираешься это совать в рот нашим детям?!       - И что? – моментально завёлся Учиха. Усевшись в кровати, он окинул любовника гордым взглядом.       - Во время секса мужчина гладит, целует и даже сосёт женскую грудь, - принялся холодно отчитывать он. – При этом не считается противоестественным давать ту же самую грудь ребёнку. Что же в моём случае не так?! Между прочим, для керанца вскармливание неприятно и несколько болезненно. Яички наливаются, увеличиваясь в два раза, принося женской особи сильный дискомфорт. Не стоит путать процесс вскармливания с половым возбуждением. Это совершенно иные вещи, не имеющие ничего общего.       Саске с сердитым видом отвернулся, Узумаки растеряно на него смотрел, понимая, что очередной раз за сегодня сделал глупость, хотя с другой стороны подкинутые фантазией картинки плохо укладывались в голове.       - Извини, - тихо попросил прощения Наруто, трогая Учиха за плечо.       Саске качнул головой и поцеловал любимого в ладонь.       - Не надо. Это моя вина, - возразил он. – Умом я отдаю себе отчёт, насколько дико звучат мои признания, но всё равно продолжаю слишком много от тебя требовать.       Без лишних раздумий Узумаки подмял Саске под себя и принялся его целовать и ласкать.       - Хватит на сегодня, - попросил Наруто. – Больше не хочу, чтобы ты нервничал. Тебе вредно.       Спустившись цепочкой поцелуев к груди, Узумаки задал последний вопрос:       - А соски зачем?       - Эрогенная зона, - ответил Учиха, издавая приглушённый стон.       - Как раз то, что надо, - довольно хмыкнул Наруто. – Я сейчас над тобой хорошо поработаю, чтобы ты окончательно расслабился и уснул, уставший от секса.       Но прежде чем Узумаки выполнил своё обещание, Саске порывисто притянул его за голову и, глядя прямо в глаза, сознался:       - Наруто, я тебя очень, очень и очень люблю!