ring the changes

Тэхен не видит Чонгука в течение нескольких дней, и часть его понимает, что, скорее всего, это не обычная случайность. Он может быть достаточно напористым, когда этого требуют обстоятельства, поэтому, не без помощи соседа Чонгука, он заявляется к нему в квартиру без приглашения с пиццей и пивом в руках. Прежде чем уйти на всю ночь, Югем похлопывает его по спине. - Ему нужно с кем-нибудь поговорить, - вздыхает Югем, стоя на пороге. – И он уже решил, что этим человеком буду не я. - В этом нет ничего личного, - уверяет Тэхен и отдает ему одну из шести банок пива. – Не думаю, что Чонгук вообще хорош в откровенных разговорах, - Тэхен сам решает, когда приходит время разрушить возведенные стены, и даже Чонгук не может его остановить. Хоть и пытается. - Я не хочу об этом говорить, - выдает Чонгук, как только Тэхен ставит пиццу на кофейный столик. – Я знаю, почему ты здесь, и я не хочу об этом говорить. - Полагаю, ты добрался до дома без происшествий, - начинает Тэхен обычный разговор, игнорируя младшего и открывая коробку. - Сокджин довез. Намджун назвал меня обломщиком, за то, что я им секс обломал, - Чонгук берет пиво и вскрывает банку с хмурым видом. Тэхен смотрит на него выжидающе. Чонгук тычет пальцем в его грудь. - Непредотвратимая сила, - затем тычет в себя, - непоколебимый объект. - Какой убогий способ начать разговор, - Тэхен откусывает кусочек пиццы и вытирает соус с запястья. – И как я должен узнать этот захватывающий рассказ на тему «какого хрена происходит»? - Никак, - Чонгук беспечно делает глоток из своей банки. - Юнги закрылся в себе, как только мы сели в машину и за все эти дни ни слова не сказал о произошедшем, - лениво отмечает Тэхен, потянувшись за собственным напитком. – И я подумал «эй, они, скорее всего, сами во всем разберутся». Но затем, следующим вечером после той вечеринки, Юнги сказал, что он поехал встретиться с тобой, однако, ты не позвонил мне, крича в трубку о своей подростковой влюбленности, – его губы растягиваются в приторной улыбочке, - даже знака не подал, а это уже что-то за гранью реальности. Так что, я начал строить теории. Чонгук глотает пиво немного громче, чем обычно. - Теории, - он приступает к пицце и пытается сохранять безучастное выражение на лице. - Поначалу, я подумал, может быть, Юнги стало некомфортно предпринимать какие-либо действия из-за того, что ты все еще учишься в колледже – просто останови меня, если я попаду в точку – но затем я спросил себя «а зачем им тогда вообще встречаться?», - Тэхен задумчиво хмыкает. – Да и ты бы уже миллион раз успел мне нажаловаться. - Неправда, - слабо протестует Чонгук, но уголки его губ напряжены. - Потом я подумал, возможно, проблема в том, что ты был слишком пьян той ночью, это бы объяснило, почему именно Юнги хотел с тобой поговорить. Но ты бы тогда сходил с ума от волнения, - Тэхен тянется за пультом, бесполезно лежащим на столике, и приглушает звук телевизора на заднем плане, потому что хочет услышать реакцию Чонгука, когда тот сломается. – Поэтому я начал думать о причинах, по которым ты так активно избегал разговоров со мной. Чонгук хмурится. - Я не обо всем с тобой разговариваю, Тэхен, - он закатывает глаза. – Просто потому, что мы были соседями, не означает, что я для тебя открытая книга. - О, но ты и есть открытая книга, - сообщает Тэхен. Со стороны Чонгука очень глупо было притворяться, будто это не так. – Значит, ты считаешь, что я чего-то не одобрю. Чонгук молчит, и это говорит о многом. - Обычно подобное бы означало, что кто-то из вас уже состоит в отношениях, - без колебаний продолжает Тэхен, его голос непринужденный, а пальцы жирные из-за пиццы. – Но я-то в курсе, что у вас никого нет. Мой мозг реально чуть не взорвался за последние несколько дней, но, кажется, я понял в чем тут дело. - Тэ… - Чонгук вздыхает. - Друзья с привилегиями, не так ли? Тэхен знает, что он прав, потому что атмосфера в комнате напряженная, а Чонгук даже не смотрит на него. - Ему сейчас не нужны отношения, - тихо признает Чонгук спустя пару мгновений. - Но он все равно слишком сильно тебе нравится, - нет ничего плохого в сексе без обязательств. Но Чонгук прежде всего думает своим сердцем, а потом уже телом, и ему никогда не удавалось возвести барьер между этими понятиями. А вот Юнги хорош в таких вещах, хотя при данных обстоятельствах это не имеет значения. И еще Юнги нравится Чонгук. Тэхен в этом уверен. - Это плохая идея. - Неважно, - твердо говорит Чонгук, делает глоток пива и ставит банку на стол. Он снова прибавляет звук на телевизоре. – Это уже происходит. Я взрослый человек и могу принимать самостоятельные решения. Тэхен это знает. И знает, что ему не удастся переубедить Чонгука. Но Тэхен не простит себя, если совсем ничего не скажет. - Я просто хочу, чтобы ты был осторожен. Чонгук поджимает губы. - Буду, - резко отвечает он, и Тэхен понимает, что уже проиграл. – Я не идиот и не ребенок, - он раздраженно берет еще один кусок пиццы, прежде чем нанести смертельный удар. – Я не собираюсь все проебать, как это сделали вы с Чимином. Несмотря на съеденную пиццу, Тэхен ощущает пустоту в своем желудке. - Ладно, - наконец, говорит он. Позднее, Чонгук болтает о менее значимых вещах, и у Тэхена получается притвориться, будто он не чувствует себя, как кусок дерьма. Он просто рад, что они сменили тему.

***

Трубку поднимают, едва начинают идти гудки. - Тэ? – слышится голос Чимина на другом конце линии. – Что случилось? Раньше Тэхен звонил ему постоянно. Он даже не смотрел на номер Чимина с прошлого декабря. Его сжигает изнутри из-за того, что Чимин сразу подумал о чем-то плохом, будто Тэхен может позвонить ему, только если что-то не так, но он прав. Поэтому на него нельзя злиться. - Мы все проебали? – спрашивает Тэхен опустошенно. На другом конце линии секундная тишина. - Что ты имеешь в виду? Тэхен сидит в коридоре перед квартирой Чонгука, рядом с ним лежит коробка с наполовину съеденной пиццей. - Это я так сильно проебался? – спрашивает он снова. – Мы больше никогда не станем прежними? Чимин делает глубокий вдох. - Я… ты не проебался, - в конце концов, отвечает он. Другой вопрос повисает в воздухе, но Тэхен и так знает ответ на него, так что, это не имеет значения. – Мы над этим работаем, верно? – голос Чимина очень мягкий. Такой голос он использует в критических ситуациях. Тэхен скучает по нему. – Ты не проебался. Тэхен чуть крепче обнимает собственные плечи. - Можно мне приехать? На другом конце линии снова тишина. Тэхен буквально слышит, как Чимин думает. - Вряд ли это хорошая идея, - звучит конечный ответ, и его голос действительно пропитан сожалением. Это хреново. Хреново для них обоих, потому что Тэхен нуждается в своем лучшем друге, а Чимин хочет помочь всем вокруг, но на их пути слишком много препятствий. В данной ситуации они должны идеально подходить друг другу, но этой ночью между ними стена, которую Тэхен не может разрушить. - Да, - он издает небольшой смешок, все еще опустошенный. Его голова слабо ударяется о стену позади. – Знаю, что это плохая идея. Хреново. Это плохая идея, потому что Тэхену захочется поцеловать его, а Чимин этого не хочет. И еще, потому что у Чимина есть парень. И потому что Тэхен постоянно все портит. - Может быть, вместо этого мы сможем пообедать завтра вместе? – мягко предлагает Чимин. Белый флаг, обычный знак перемирия. – И ты расскажешь мне, кому нужно надрать задницу за то, что ты так паршиво себя чувствуешь. Тэхен издает очередной смешок. Все настолько мутно. - Может быть. Чимин колеблется. Это уже стало какой-то привычкой. Но затем он, все же, обретает свой голос и говорит именно то, что Тэхену нужно услышать. - Я люблю тебя, Тэ. Сердце Тэхена разбивается вдребезги и собирается вновь. - Я тоже люблю тебя, Чимини. Все меняется, но только не это.

***

Спустя две недели Тэхена выпинывают в ночь из собственной квартиры. У Юнги намного лучше получается держать язык за зубами, чем у Чонгука, но после катастрофической попытки Тэхена вставить свои пять копеек, он самостоятельно перестает давить на кого-либо из них. Они делают все возможное, лишь бы не поднимать эту тему, когда оба находятся дома. Тэхен притворяется, будто не замечает, что комната Юнги все больше начинает пахнуть Чонгуком, или будто не видит новое мыло в душевой, или таинственное нижнее белье в корзине. И да, Тэхен немного раздражен тем, что его выгоняют из собственной квартиры, когда у него куча уроков, для которых нужно составить план, и такая же куча шоу на Нетфликс, нуждающихся в просмотре. Но он решает, что двое его трахающихся друзей не стоят этих нервов. Поэтому, когда Юнги говорит, что к нему приедет Чонгук и ему нужно свободное место, Тэхен награждает его острым взглядом и хватает свой ноутбук. - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - спокойно говорит он, собирая необходимые на ночь вещи. Ему нужно подыскать где-нибудь ночлег на случай, если Юнги забудет написать, когда возвращаться домой будет безопасно. Обычно Юнги никого не приводит к себе. Тэхен в его жизни относится к какой-то неизведанной группе людей. Юнги хмурится. - Ты последний человек, который должен давать советы по отношениям. Настроение начинает портиться, и Тэхену это не нравится. - Видимо, ты теперь тоже мудак, ага? – беспечно спрашивает он, но уголки его губ напряжены. Он хватает свою сумку. Юнги сдувается. - Прости, - скорее всего, ему действительно жаль. - Ну, что ж, - Тэхен направляется в коридор. – Если ты проебешься, то я на его стороне. Даже если он первым поведет себя как мудак. Он выходит за дверь, прежде чем Юнги успевает ответить, но он не уверен, что вообще можно было на это сказать. Он любит Юнги, но из всего происходящего нельзя вынести ничего, кроме ошибок и, возможно, удовлетворения физических потребностей. Ни Юнги, ни Чонгук не относятся к людям с подобным образом жизни. Тэхен достает телефон и звонит Намджуну. Он ждет до тех пор, пока вызов не сбрасывается автоматически и набирает снова. Намджуну всегда требуется как минимум одна попытка, чтобы найти свой сотовый или достать его из кармана. Со второго раза он все же отвечает. - Алло? Тэхен. - Меня выставили под предлогом секса, - угрюмо говорит Тэхен. – Пожалуйста, скажи, что ты дома и мне не придется бродить по улицам. - Кто это? – спрашивает Сокджин на заднем плане. - Тэхен! – чересчур громко отвечает Намджун. Тэхен на секунду морщится, перед тем как снова прижать телефон к уху. – Да, приходи. Чимин тоже здесь. - Оу, - неважно в отчаянии он или все же двигается дальше, сейчас этот факт все равно ничего не меняет. – Все в порядке. Еда есть? Намджун усмехается. - Есть ли еда? С таким парнем, как у меня? - Тогда прибереги ее для меня! Не позволяй им съесть все! – Тэхен смеется и направляется к метро. Когда он приезжает, они находятся на середине просматриваемого фильма, на столе перед ними стоит гигантская чаша с лапшой, которую атакует Сокджин. Чимин, скрючившись в ужасающей позе, сидит на диване с грязной тарелкой на коленях. Он весело смеется, когда Сокджин накладывает ему добавки, и присаживается удобней, чтобы ничего не вывалилось. Намджун был тем, кто отрыл дверь. От него пахнет дымом, а в комнате царит небольшой туман. - Готовил не я, - уверяет он. – Не переживай. Я пытался, все прошло ужасно. - Я нас всех спас, - говорит Сокджин, накладывая в тарелку больше еды, несмотря на протесты Чимина. – Можете не благодарить, - он смотрит на Намджуна. – Принеси еще одну тарелку. Чимин активно машет Намджуну и переводит взгляд на гору лапши. - Мы можем поесть из одной, - предлагает он, и Тэхен не в силах отказаться. - Тебе нужно есть больше, - ворчит Сокджин. – Ты ешь как птенчик. - А еще он ест раз семь в день, - отмечает Тэхен. – Или… - так было раньше. Чимин кивает. - Я придерживаюсь расписания приема пищи. Сейчас ужин. То, что следует после позднего обеда, - он мило потирает свой живот. - Последний прием пищи, - улыбается Тэхен. Он очень старается не выглядеть неловко и, кажется, у него получается, потому что он без колебаний подходит и плюхается на диван рядом с Чимином, поднимая палочки для еды. Чимин немного пододвигает тарелку, и Тэхен цепляет огромное количество лапши. Он стонет, показывает Сокджину большой палец и начинает набивать рот едой. Чимин фыркает. - Как горячо. Тэхен невинно ему улыбается с лапшой, свисающей у него изо рта до подбородка. - Спасибо, - отвечает он невнятно. Он ест и думает о том, что происходящее сейчас сильнее всего приближено к тому, как было раньше. Их колени соприкасаются, и никто не заостряет на этом внимания. Никто из них не пытается отодвинуться. Просто два парня, поедающие лапшу из одной тарелки. Так все и должно быть. Никто не обращает внимания на фильм. С тех пор, как Тэхен приехал, весь настрой растерялся, и Сокджин начал жаловаться на свою работу, Тэхен начал рассказывать истории про своих учеников и Намджун чуть не умер, подавившись едой. К концу вечера Чимин смеется настолько сильно, что у него из глаз катятся слезы, а телефон Тэхена грозит полностью разрядиться без единой весточки от Юнги. «дома уже безопасно?» - отправляет он сообщение перед тем как прибавить на сотовом звук и убрать его в карман. - Нужна помощь с уборкой? – спрашивает он Сокджина, по большей части, для того, чтобы потянуть время. Тэхен даже не уверен работает ли метро в это время ночи, но выдержка Юнги уже должна была закончиться к этому моменту. - Ты что, пытаешься чего-то избежать? – отвечает Сокджин, но все же протягивает ему полотенце для сушки. – Ты никогда не вызываешься помогать по хозяйству. - Потому что он ленивый, - пропевает Чимин из другой комнаты. - Я видел твою комнату в колледже, мистер, - отстреливается Тэхен. – Ни к чему эта критика, - если выбирать из них двоих, то Тэхен точно более чистоплотный. Он поднимает тарелку из раковины и начинает ее протирать. - Ну, теперь я чувствую, что должен помочь, - голова Чимина всовывается в кухню. Он уже надел толстовку, несмотря на то, что в квартире тепло, а на его пальцах висят ключи от машины. - Ты помогал готовить, - говорит Сокджин, посылая Намджуну многозначительный взгляд, а тот невинно насвистывает какую-то мелодию, помогая составлять тарелки. – Можешь уже езжать, если хочешь. Хорошенько поспи. - Вот бы и мне так, - Тэхен закатывает глаза. – Сделай это за меня. - У тебя какие-то дела? – спрашивает Чимин. - У моего соседа дела, и имя этим делам Чонгук, - Тэхен не планировал настолько агрессивно вырывать посуду из рук Сокджина, но его все равно окатывает водой. – Меня выгнали из собственной квартиры. Сокджин издает впечатленный свист. - Бро важнее цыпочек. - И не говори. - Чонгук – это сбивающее с толку исключение из правила, - вклинивается Намджун. – Учитывая, что он одновременно и бро, и цыпочка. - К сожалению, в этом есть смысл, - Тэхен трясет головой и подает ему сухую тарелку. Телефон оповещает его о принятом сообщении, и Тэхен с извинениями вытирает руки о полотенце, чтобы достать его из кармана. Юнги Нет. Тэхен кривится. - Гадость. - Ты можешь поехать ко мне, если хочешь, - предлагает Чимин, поправляя сумку на плече. Будто это нормально. Тэхен тупо моргает. - Что, прости? Щеки Чимина неумолимо краснеют, но он все равно настаивает. - У нас есть свободное место. Не стоит всю ночь ждать ответа, разве тебе завтра не на работу? В это время Тэхен уже обычно спит. С детьми трудно управиться, когда ты истощен. Он нерешительно откладывает телефон и снова берет полотенце. - А Хосок не будет против? – не так давно Чимин сказал, что прийти к нему было бы плохой идеей, но настал новый день, и Тэхен не находится на краю эмоциональной пропасти, поэтому, может быть, сейчас все по-другому. - Я напишу ему, - говорит Чимин, доставая сотовый. – Но нет, он не будет против. Он все понимает. Он все понимает. Тэхен вспоминает слова Хосока о том, что тот не видит в нем угрозу и думает «ага, конечно, он все понимает». - Тогда я согласен, - наконец, отвечает он. – Вероятно, я бы все равно не смог уснуть, зная, что Чонгук был голым в моей квартире. - Вот и хорошо, - Чимин с улыбкой проходит в кухню, оставляет сумку на полу и берет второе полотенце. – Тогда я подожду.

***

Хорошо, что Чимин предложил ему лишнюю кровать, потому что к тому времени, как они выходят метро уже точно закрыто, а Тэхену не очень понравилось бы идти до дома пешком. Они забираются в машину, и Тэхен включает попсовую радиостанцию, которую Чимину нравится слушать во время поездок. - У меня дежавю, - со смехом говорит Чимин, когда они выезжают на дорогу. – Только в моих воспоминаниях ты очень пьян и очень громко распеваешь Рианну. - Я не пьян, но все равно могу спеть для тебя, - смеется Тэхен, и в салоне повисает знакомая атмосфера. Тэхен рад, что не пришел ночью после того звонка. Он предпочитает что-то такое, что-то легкое, когда ему не нужно пытаться не выглядеть жалким. Это больше похоже на дружбу. В квартире у Чимина с Хосоком и не грязно, и не чисто. На столе стоит тарелка с недоеденным обедом, которую Чимин убирает в раковину, как только снимает обувь. На журнальном столике разложены учебники, усеянные заметками. - Я тут оставил небольшой беспорядок, - признает Чимин, потирая шею. Тэхен смеется. - Мне когда-нибудь было до этого дело? Чимин проходит дальше в единственную спальню и возвращается оттуда, вздыхая. - Похоже, Хосок все еще в студии, - как он сказал ранее, Хосок сейчас работает над каким-то проектом для большого танцевального фестиваля, который состоится через месяц. Задерживается допоздна. – Он скоро будет дома. Но, скорее всего, к этому времени мы уже уснем. Тэхену уже все равно не удастся выспаться, учитывая, что с утра нужно будет ехать домой, чтобы подготовиться к урокам. На данный момент, это кажется несущественным. Он поднимает одну из книг со стола. - «Искусство танца». Айседора Дункан. - У меня занятия по теории танцевальной композиции, - поясняет Чимин, аккуратно забирая книгу из его рук, и кривится из-за труднопроизносимой постановки предложения. – Я должен был изучать это где-то на втором курсе. Но, видимо, у меня были дела поважнее. - Настолько ужасный предмет? - Нет, - смеется Чимин. – Вообще-то, он мне нравится. Даже несмотря на то, что немножко раздражает сидеть там и, в основном, разговаривать о танцах. Это лучше, чем большинство моих предметов. - Проходишь полную программу? – Тэхен прислоняется к столу. Чимин пожимает плечами. - Я полностью пропустил последний год. Так что, я застрял тут как минимум на семестр… Возможно, весной получится пройти некоторые уроки онлайн. Возможно. Тэхен кладет свою сумку на пол и разминает шею. - Наверно, учеба угнетает после такого долгого путешествия. - Не знаю… - Чимин начинает прибирать свои учебники и тетради. На столе также лежит блокнот, исписанный странными символами. Нотации Лабана, иероглифы танцевального мира. Чимин жаловался на это на протяжении трех месяцев во время первого курса. Тэхен считал это забавным. – Длительные туры очень утомляют. Хосок их обожает, но они отнимают много сил. - Но это был хороший опыт? – очень важно, чтобы такое длительное отсутствие Чимина того стоило. Чимин улыбается. - Да. Хороший опыт. Это первый раз, когда они проводят ночь в одной квартире и не делят кровать на двоих, но Тэхен не может расстраиваться из-за этого, потому что сегодня было сделано десять шагов в верном направлении. По крайней мере, это то, что он чувствует.

***

Тэхен отправляется домой ранним утром на автобусе. Чимин пытается уговорить его позавтракать, затем Хосок пытается уговорить его позавтракать, но, в конечном итоге, Тэхену удается вежливо отказаться и удалиться. Он улыбается им обоим, и каждая из этих улыбок получается по-настоящему искренней. У него хорошее настроение, когда он возвращается домой. Насвистывая незамысловатую мелодию, он проходит внутрь, разувается и бросает свои ключи в блюдце. Юнги уже не спит, а потягивает кофе, сидя в своем кресле. Он поднимает не выражающий ничего взгляд на Тэхена, но это нормальное поведение для Юнги в такое раннее время. - Хорошая ночка? Тэхен закатывает глаза. - Ага, потрясающая, - он посмеивается. – Но, очевидно, не настолько потрясающая, как у тебя, - хотя Тэхен выглядит более счастливым и расслабленным. Юнги делает глоток кофе. - Точно. Хмыкая, Тэхен проходит в кухню. Юнги сварил целый чайник, а Чимин даже не подумал предложить ему кофе перед его уходом. В студенческие годы Тэхен вообще не притронулся бы к этому напитку, но он выработал в себе эту привычку и теперь спокойно может называть кофе своим другом. Теплым утренним другом, помогающим пережить день. - А где Чонгук? – спрашивает он, размешивая слишком большую дозу сахара и счастливо вздыхая. – Я не заметил его обувь в коридоре. Юнги поднимает ноги вверх и скрещивает их на стуле. - О, он ушел. Тэхен склоняет голову вбок. Это звучит не очень правильно. - Ты… - он кривит лицо в замешательстве. – Ты его выгнал? – Это тоже звучит неправильно. - Нет, - Юнги делает еще один медленный глоток. – Он просто ушел, пока я спал. - Ушел? – Тэхен хмурится. – Не похоже на него. – Чонгук для такого слишком вежлив. Юнги пожимает плечами, но то, как крепко он стискивает кружку, говорит о большем, чем его непроницаемое выражение лица. - Не похоже, - он на мгновение поджимает губы. – Я сам виноват. Это же я не хочу ничего серьезного. И это бы имело смысл, если бы не факт того, что Юнги вообще никого не приводил домой и ни о ком не говорил за все время их совместного проживания, но он пустил Чонгука в свою постель и теперь, возможно, разрушил все, так и не дав чему-то начаться. Однако, Тэхен считает, что они пришли к обоюдному согласию не вмешиваться в дерьмовую личную жизнь друг друга. - Просто… - он пытается подобрать правильные слова, но, возможно, таких нет. – Будь осторожен. - С чем? - фыркает Юнги. - Полагаю, с самим собой. Юнги хмыкает. - Ага. Они сидят и смотрят дурацкие утренние мультики, притворяясь, будто оба находятся именно там, где сейчас хотят быть.

***

Тэхен совершенно сбит с толку, когда просыпается в пять утра под звуки крякающих уток, но затем он понимает, что это всего лишь его телефон. Он решает сменить рингтон чуть позже, но понимает, что этого все равно не произойдет. Поднимая трубку, он даже не смотрит на экран. - Алло? – спрашивает он сонно. - …Тэ? Он резко садится в своей постели. - Чимин? - Тэ, - его голос такой мягкий. – Я тебя разбудил? - Вообще-то, да. Сучка, - никакой злобы в интонации. Чимин смеется. - Ну, мне не жаль, - ему жаль, как и всегда. – У меня всего лишь один вопрос. - У тебя есть Google и парень, и ни один из них не смог тебе помочь? – со смешком спрашивает он, и это немножко звучит как недовольство, но Тэхен надеется, что Чимин в курсе, что это не так. Никто не звонит Тэхену с целью получить дозу всепоглощающего чувства беспокойства. У него таких чувств пруд пруди, но, в конечном итоге, в ответ на неожиданные звонки он выдает только что-нибудь мягкое и легкое, словно небольшое отвлечение. - У Хосока я уже спросил, - Чимин смеется, но этот звук какой-то пустой. Усталый. Они оба притворяются, будто это всего лишь из-за позднего времени суток. – Google в таких вопросах бесполезен. - Ладно, - Тэхен принимает такое объяснение. – Тогда вперед. На мгновение наступает тишина, и Тэхен дает Чимину необходимое время. - Как понять, когда тебе нужно сохранить что-то, а когда тебе стоит это отпустить? Тэхен хмурится. - Ты что, хочешь бросить танцы? – он сам не понимает, почему это является его первой мыслью, но это просто ужасно. Чимин обожает танцы. - Нет! Нет, - Чимин смеется. – Подумай об этом гипотетически. Тэхен хмыкает, откидываясь назад на подушки. - Гипотетически… - он кусает губу в попытке понять, что хочет услышать Чимин. Если бы он хотел, чтобы ему сказали «никогда ничего не отпускай», он бы позвонил Чонгуку. Но он позвонил Тэхену. Так что, возможно, ему просто нужна правда. – Я считаю, если ты не можешь представить свою жизнь без этого, то должен за это держаться, - он слегка посмеивается. – Иногда у тебя просто нет выбора, понимаешь? - А если можешь? – спрашивает Чимин. – Что, если ты можешь представить жизнь без этого? - Тогда какой тебе представляется жизнь? – отвечает Тэхен. – Она лучше или хуже? - Ни то, ни другое, - он вздыхает. – Она просто другая. Тэхен ненадолго замолкает, обдумывает ответ и взвешивает свои слова. - Тогда, полагаю, зависит от того, чего тебе хочется. Голос Чимина словно тяжелеет на другом конце линии. - Вот и я пришел к такому же выводу, - он фыркает. – Этот вопрос уже посложнее, не так ли?

***

Чимин больше ни разу не заговаривает об этом телефонном звонке, а Тэхен не задает никаких вопросов, и все, кажется, в порядке.