Coldblooded

Giving you what you're begging for Я всегда дарила тебе то, чего ты просил, Giving you what you say I need Дарила тебе то, что по твоим словам нужно мне. I don't want any settled scores Я не хочу сводить счёты, I just want you to set me free Я просто хочу, чтобы ты дал мне свободу. Billie Eilish - Bored

Регулус не очень хорошо знал Люциуса Малфоя, но это ему было и ни к чему. Люциуса надо было бояться — он был помощником Лорда, он курировал юных Пожирателей в Хогвартсе. Он был главным для них, главным для Регулуса. И Регулус очень волновался, когда Люциус позвал его и Северуса куда-то в Хогсмид. Это была небольшая гостиница, в которой была небольшая комнатка. Чисто и уютно. На диване уже сидели Илекс Мальсибер, Герас Нотт и Чарльз Эйвери и над чем-то смеялись, когда вошли Регулус и Северус. На кресле сидел Люциус. Прилизанный и застегнутый до подбородка. Все в нем было идеально до тошноты. — О, мои дорогие друзья! Люциус встал им навстречу, но рук не пожал. Лишь пригласил сесть напротив в кресла. Регулус нервно поправил манжеты и сел. Северус же брезгливо оглядывал все вокруг. У него всегда был брезгливый взгляд и немного надменный. И почему-то это никого не смешило — все ценили Снейпа, даже Тёмный Лорд. Потому что несмотря на юный возраст, Северус был превосходным зельеваром. Хоть и имел склонность к рыженьким магглорожденным. Но это никого не волновало, пока Снейп делал свое дело, а делал он это исправно. А трахали грязнокровок все. Мальсибер говорил, что только для этого они и предназначены. Люциус всем улыбнулся. Он всегда был милым, но каждый посвящённый знал, что каждый чистокровный опасный, а Малфой опасен втройне. Особенно если был любимцем Лорда. Люциус налил в стакан виски и повертел его в руках. — Ну что ж… Как продвигаются дела? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь. Эйвери заерзал и подал голос: — Прекрасно. Юные Пожиратели готовятся и тренируются. Люциус хмыкнул и посмотрел на Регулуса. — Я так и не поздравил тебя. Поздравляю! — Малфой улыбнулся и пожал руку кузену своей жены. Блэк сухо улыбнулся. Знал бы ты, Малфой, зачем я сюда пришёл, не распинался бы так. — Благодарю. Как здоровье Нарциссы? В лице Люциуса что-то дернулось. — Прекрасно. Это слово уже резало уши. Потом началось обсуждение дел. Регулус лениво смотрел в окно. Мерлин, зачем он сюда пришёл! Он все взвесил. Он так долго мечтал о службе, с самого детства! И теперь, когда у него метка, когда в нем течет Его магия, когда он может достичь величия… Блэка окликнули, и Регулус лениво их всех оглядел. Рыжего Мальсибера с дурацкой бородкой, который выглядел уже как взрослый мужчина. Нотта, с крупными и пугающими чертами лица. Красавца Эйвери, главного соперника Сириуса в амурных делах. Как же Регулус им завидовал! Они все были хладнокровные и бессердечные. Малфой. Снейп. Пожалуй, только Снейп мог его более-менее понять. Остальные же такие спокойные, не знающие, что такое любовь. — Регулус, ты же уже убивал, да? — спросил Нотт. Регулус был Блэком. А потому посмотрел на Гераса как на кретина. — Да. Я бы мог получить метку, только благодаря своей фамилии, но… — он покрутил стакан с виски в руках. Жидкость янтарно блеснула в его глазах. — Я стремлюсь доказать Лорду преданность. Малфоя удовлетворил этот ответ. Нотт смутился. — Просто… ты бы смог убить кого-нибудь близкого к тебе? — спросил Герас. — Например, брата. Все замолчали. Регулус усмехнулся. — У меня нет брата. — А сестра? — весело спросил Эйвери. — Она такая… Все заулыбались. Регулус сжал стакан в руках. — Ну я бы её трахнул. И не раз. Мальсибер и Нотт рассмеялись. Это было их роковой ошибкой. — Трахай на здоровье, — с ласковой улыбкой произнес Регулус. — Но вряд ли обрадуется твоя невеста. Я слышал, ты помолвлен с Паркинсон? Эйвери побелел и сжал кулаки. Он ненавидел вспоминать эту толстую прыщавую девчонку. А Регулус довольно продолжал: — А ещё Сириус расстроится. Ты знаешь, он немного бешеный и за своих готов убить. Я бы не ставил против него. А ещё с ним его друзья. Нотт подтвердит. Герас сглотнул. Когда-то он что-то бросил в сторону друзей Сириуса, и потом пролежал неделю в Крыле. Люциус рассмеялся. — Ну все, все. Не будем трогать его сестру. Снейп скривил губы — ему были неприятны такие разговоры. Регулус улыбнулся. — Я думал, мы обсуждаем важные вещи. И ребята действительно продолжили обсуждать эти вещи. Издательства над грязнокровками, призвание других в свои ряды и тому подобное. Эйвери похвастался как на днях отравил какого-то парня. Тот уехал домой полумертвый. Они все обсуждали и смеялись, как было бы хорошо всех перерезать как свиней. Они бы визжали и просили бы о помощи. А их грязная кровь текла бы к ногам самого Дамблдора. А ещё Нотт пошутил, что надо оставить бы парочку маггл, для «развлечений». Регулусу было неважно это все. Ему хотелось чего-то действительно стоящего. Пришло время собираться. Все вышли, а Регулус остался в дверях. — Хочешь поговорить? — Малфой сощурил свои бледные глаза. Блэк кивнул. Люциус вновь указал ему на кресло и махнул палочкой. Дверь закрылась, и комната была под чарами Оглохни. — О чем же? Люциус сел напротив и теперь глядел на Блэка, как удав на кролика. Регулус вздохнул. — Я хочу взять перерыв. Брови Малфоя поползли вверх. — Ты, Блэк, который с малолетства мечтал о метке? Который сейчас получил её от Тёмного Лорда. Которому была оказана такая честь, которого приняли в ряды Пожирателей смерти… и вдруг мечтаешь уйти? Голос его сочился сарказмом, но было и ещё что-то. Скрытая угроза. Регулус ступил на опасную территорию. Но надо действовать несмотря ни на что, надо придумать свою игру и свои правила, если не можешь выиграть в игре противника. Надо быть более умным. А это Регулус умел. — Да, — он взял со стола стакан и пригубил виски. Алкоголь обжег ему пищевод и горло, но Блэк даже не поморщился. Люциус внимательно следил за его движениями. Надо быть на шаг впереди, решил Регулус. — На время, конечно же. Просто… не вижу смысла в этом. Я про Хогвартс. Звучит по-детски. Не моего полёта. Малфой рассмеялся. — Хочешь настоящих дел? Как тот концерт? Концерт. — Ты уже потерял, — выплюнула Селена. Регулус подумал и кивнул. — А пока что мне это не надо. Не думаю, что Темному Лорду вообще есть дело до того, что происходит в Хогвартсе. Люциус пожал плечами и откинулся на спинку. Регулус вдруг подумал, что внутри Малфоя нет ровным счётом ничего. Никаких эмоций и чувств. Лишь желание служить Лорду, эдакая идеально отточенная деталь в огромном механизме, призванном захватить мир и уничтожить грязнокровок. — Представь себе, есть. Регулус поднял брови. Неужели? Люциус кивнул и продолжил: — Да, есть. Понимаешь, рядом с Темным Лордом должны находиться подготовленные и проверенные люди. А этим занимаюсь я. А вы мои помощники. Мы строим огромную систему, свою армию, во главе которой стоит Лорд. И ты, Регулус Блэк, часть этой армии. Блэк пожевал губы. — Я всегда буду этой частью, но не в Хогвартсе. Мне это не интересно, Люциус, прости. Я уже говорил. Малфой хлопнул в ладоши. — Знаешь, что бывает, если ты захочешь выйти из игры? Регулус покачал головой. Люциус щелкнул пальцами, и из другой двери вошли двое людей в масках Пожирателей, которые держали за руки парня. Он мычал и вырывался. — Бросьте это, — поморщился Люциус и посмотрел на беднягу так… Так некоторые люди смотрят на пауков. Смесь страха и отвращения. Парень упал на пол и заплакал. Он был весь в крови, в порванной одежде. Регулус недоумевал. — Знаешь, кто это? Блэк покачал головой. — Это, мой друг, Генри Яксли. Благородная фамилия и род. Но выросла вот эта паршивая овца. Тебе ли об этом не знать. Три года назад, Тёмный Лорд оказал ему честь и поставил на этой мрази метку. А месяц назад мы узнали, что он испугался, что его убьют или посадят, и сбежал от нас. Он очень боялся мракоборцев — сейчас там свирепствует Крауч. Страшный человек, жестокий, будь он у нас… Ну, не важно. Генри недооценил нас. Его нашла твоя кузина Белла, ты её хорошо знаешь. Генри тоже с ней тесно познакомился. По нему до сих пор это заметно. Я хотел его показать вам всем, но раз уж выпала такая возможность, то… если говоришь, что все это детские шалости, может продолжишь его знакомить с Благородным домом Блэков? Люциус все это время плотоядно улыбался. Регулус вздрогнул и взял палочку в руки. — Почему его сразу не убить? Малфой постучал пальцами по подбородку. — Ты его убьешь, но не сразу. Просто покажи ему, что ты не трус. Что ты не выйдешь из игры. Регулусу стало жаль этого Яксли. Но… другого выхода не было. Поэтому Блэк покорно поднял палочку и тихо шепнул заклятие. Хорошо, что Генри только мычал, иначе бы Рег сам пустил в себя Аваду. Яксли извивался и мучался на полу. Круциатус его изворачивал наизнанку. Блэк старался не смотреть на это. А потом он не выдержал и коротко хлестнул палочкой. Кровь фонтаном брызнула из горла Яксли. Регулус зажмурился и отвернулся. Он проявил милосердие. Малфой хлопнул его по плечу. — Надеюсь, ты понял мой намёк. И лучше не говори об этом никому, договорились? Люциус заговорчески понизил голос и подмигнул. Глаза у него были как грязный лёд. Регулус себя почувствовал на месте этого Яксли. — Я понял, Люциус. Спасибо. Будут какие-либо указания? — голос у него был холодный и злой. Люциус хмыкнул. — Нет. Удачного дня. И я бы на твоем месте берег бы свою сестренку. Она у тебя правда красивая. Малфой говорил так, как будто все знал и понимал. Голос у него был противный и сладкий, как белое вино. Регулус улыбнулся и кивнул. Мерлин, помоги ему! Он ведь так любил Селену, так мечтал сделать её счастливой! Но она страдала, потому что они жили по разные стороны. Потому что он был Пожирателем. Он хотел уйти ради неё, сделать это ради неё. Но стоит только полюбить по-настоящему, поневоле причиняешь любимому зло, даже если хочешь сделать его счастливым. Селена знала пароль Слизерина, поэтому без труда прошла в гостиную и оттуда в спальню к Регулусу. Она его любила, чего уж греха таить. Любила и готова была принять Пожирателем. Они были как чертовы Ромео и Джульетта! По разные стороны. Враги влюбились друг в друга. Селена никогда не читала эту книгу и не знала, как все кончится. Да ей это было и не интересно. Она лишь хотела любить Регулуса и быть им любимой в ответ. Жить сейчас и сегодня. Блэк прыгнула на постель Регулуса и растянулась как кошка. Покрывало было шёлковое и очень-очень мягкое, а ещё в комнате было приятно прохладно. Селене нравилось в его комнате. Тут все было его и напоминало о нем. Он расцветал у нее в легких. Он был в ней полностью. Селена призналась самой себе, как она сильного любит Регулуса. Она влюбилась в него, она в нем утонула, а всплывать ей и не хотелось. Они оба тонули, и не было никого, кто бы их спас. Он Пожиратель, он её брат, но плевать. На все плевать. Блэк перевернулась и вдохнула запах блэковского одеколона. Это было волнующе. За дверью послышались шаги, и Селена вскинулась и спряталась под кроватью. Дверь открылась и вошёл Регулус. Он глубоко вздохнул и повесил мантию на стул. Он сел на кровать, чтобы снять рубашку и ботинки, но как только Рег нагнулся, чтобы стянуть ботинок, то его за щиколотку схватила бледная когтистая рука. Отточенные навыки ловца тут же сработали — Регулус резко ударил заклинанием под кровать. Послышался удар, а за ним — слабый стон. Блэк нахмурился и встал, держась палочку наготове. Кто-то закряхтел и послышалась возня. На кровать с другой стороны упала одна рука, за ней вторая, а потом и вовсе показалась голова Селены. Она морщилась и потирала шею. Регулус чуть палочку не выронил. — С-Селена? — Нет, блять, твой боггарт. Я! Ты вообще веселиться не умеешь. Блэк моргнул, а потом будто очнулся и подбежал к девушке. Он ласково и мягко взял её одной рукой за ладонь, а второй за талию, и помог подняться. — Прости, я не знал, что это ты. Он все еще держал её за руку и за талию. У него были нежные и холодные руки. Селена мягко высвободилась. — Теперь знаешь. Но не пуляйся заклинаниями вначале, а потом проверяй. Так делают мракоборцы, а не Пожиратели. Она усмехнулась и села на кровать. Регулус сел рядом и нахмурился. — Обыч… — он хотел сказать, что обычно так говорит Малфой, но передумал. О Малфое хотелось думать в самую последнюю очередь. — А ты много знаешь о Пожирателях? Селена рассмеялась и упала на кровать спиной. Регулус улыбнулся и сделал также. — О да, знаю. Девушка повернулась лицом к брату и взлохматила его волосы. Почему-то ей вспомнился папа, и комок подступил к горлу. Регулус перехватил её руку и поцеловал. Сухие горячие губы прижались к тёплой ладони. Селена открыла рот от удивления и чуть не ойкнула. Ей никогда не целовали руки вот так. Как будто ток запустили. Регулус посмотрел ей в глаза. Что-то мелькнуло или щелкнуло, Селена не помнила. Помнила лишь как наклонилась вперед и поцеловала брата. Поцелуй вышел слишком порывистым и горячим. Регулус сначала даже растерялся — его никогда не целовали вот так. А потом он схватил обеими руками сестру за талию и прижал к себе. Он почувствовал её ребра, он чувствовал горячую кожу и губы на своих губах. Они оба задыхались, но продолжали целоваться. Так страстно и горячо, что воздух вокруг них искрился. — Я люблю тебя, — шепнул Регулус, прикрыв глаза и целуя девушку в шею и в щеки. Селена улыбалась и тяжело дышала. Она мягко отодвинула юношу от себя и обняла ладонями его лицо, большими пальцами гладя его щеки. — Почему это с нами случилось? Регулус положил руки ей на бедра. — Я другого не желаю себе. Я хочу любить тебя, лишь тебя. Селена тепло улыбнулась и обняла брата, а он обнял её в ответ. Им другого не надо было, они — это все, что им нужно. Лишь они, сейчас и навсегда. Этой ночью Селена осталась у Регулуса. Ничего пошлого — они просто спали вместе. В обнимку, прижавшись друг к другу как котята. Им было тепло и уютно. Селена понимала, что это не как с Сириусом. Это по-другому. Сириуса можно было пнуть, они могли завалиться полуголые, она могла коленкой задеть его пах, а он мог во сне положить руку ей на грудь. С ним было свободнее, проще. С Регулусом это было нежнее и… интимнее. Селена боялась задеть его как-то не так, пнуть куда-то не туда, но это вовсе ничего не портило. Все равно с ним было очень приятно спать в одной постели. С утра Селена встала позже и пришла в ужас. Она понимала, что на голове у нее воронье гнездо, лицо помятое и с мешками под глазами, а изо рта вовсе не пахло розами. Боже, как хорошо, что Регулус был в душе. Ну, Селена думала, что он в душе. А где ему ещё быть в субботу с утра? Девушка пока откинулась на подушки. Тут было уютно и пахло Блэком. А в постели было тепло. Селена посмотрела на тумбочку и обнаружила конверт. Он лежал тут ещё со вчера, открытый. На самом деле, Селена никогда не любила куда-то лезть в чужие дела. Но это были не чужие дела, это были дела Рега. А печать была Блэков. Селена нахмурилась и взяла письмо из конверта. Вряд ли бы кто-то из Блэков стал бы писать Регулусу по мелочи. Это Блэки, это крупные и важные дела. И не всегда чистые. Этим себя утешила Блэк, перевернулась на живот и стала читать. Писала Вальбурга, спрашивала что-то про школьную мелочь, а потом… Селена резко выпрямилась, сев по-турецки. Она подумала, что ошиблась, или ошиблась Вальбурга, или это неправда, или… или… да что угодно, черт возьми! Только не то, что Регулус должен жениться на Клодетт Эйвери! Селена жадно перечитывала эти строчки. Вальбурга писала, что Клодетт дочь Пожирателя, что ее брат, как и сам Регулус, тоже станет Пожирателем, что это будет замечательно, и что уже подписан договор с ее родителями. Что, простите? Дочка Пожирателя? Селена положила письмо на кровать и прижала ладони к лицу. «Ну, а что ты ждала? Они должны выводить эту породу убийц и чистокровок.» Девушка вдруг разозлилась на весь мир. На Вальбургу — старую злобную каргу, на шлюшку Клодетт, на ее брата припезденного, на себя, потому что влюбилась в чертового Пожирателя, мать его, смерти! И на Регулуса. Ух, как она разозлилась. Он был Пожирателем, должен был жениться на Клодетт Эйвери и не сказал ей, хотя письмо прочёл. Охренеть можно. Да, он истинный Пожиратель. Хотя в глубине души, Селена знала, что дело-то вовсе не в геноциде и убийствах, которые проповедовали Пожиратели смерти (но и в них тоже), но дело было в обычной ревности. Всего-навсего ревность. Любимый человек должен жениться на другой. И как не ревновать? Селена странно усмехнулась, и на щеки закапали слезы. Она сидела и плакала и улыбалась, пока не вошёл Регулус. Селена повернулась к нему, держа в руке письмо. Регулус сразу побледнел. — Может объяснишь? — голос её дрожал. Рег сел на кровать и мягко взял письмо из её рук. — Ты не так все восприняла… — Блэк старался говорить мягко, не выдавая своего волнения, но Селена его перебила. — Да, блин, ладно? Супер! Что я не так поняла? Может то, что ты ничего не сказал мне об этом? Что ты должен жениться на этой шлюхе, что она дочка Пожирателя. Что не так? Она снова заплакала. Регулус попытался её обнять, но Селена его оттолкнула и утерла нос ладонью. — Да, все так. Но послушай… я не сказал, потому что не хотел расстроить тебя… Селена засмеялась и развела руками. — А сейчас я счастлива по-твоему? Регулус нетерпеливо поднял руку. — Послушай! Да, не хотел, и мне жаль, что ты так все узнала, но я же не обязан на ней жениться! Даже если и женюсь, то это формальность. Я всегда буду любить тебя. Блэк опустила голову и пробормотала: — Ты по шею увяз в этом пожирательском дерьме. Регулус не нашёл, что на это ответить. Ведь его сестра права. — Слышишь! Все! Ты потерян, убийца. Селена это выпалила это неожиданно и люто. Она была не злой, не в ярости, это была самая настоящая лють. Регулус удивлённо поднял брови и сам начал закипать. Он встал, а за ним встала Селена. — Ну уж прости, ты сама знала на что идёшь! — Я хотя бы тебе не изменяла! — он зло бросила в него треклятое письмо. Регулус отбил его куда-то в сторону и заорал: — Я никогда тебе не изменял и никогда не буду! Селена никогда не видела, как орет её брат. На пару секунд это выбило её из колеи. Но потом она снова пришла в себя, молча надела штаны, балетки и взяла сумку. Регулус смотрел на это, и лишь когда девушка подошла к двери, он спросил: — Подожди, ты куда? Селена повернулась к нему и равнодушно пожала плечами. Как все Блэки она умела притворяться равнодушной, когда тебя изнутри жрет боль. — Просто мы живём по разные стороны. Вот и вся шутка, Рег. Он торопливо взял её за руку. — Но все же было хорошо, до этого момента… Селена горько усмехнулась. — Нет! Ты… ты постоянно делал это! И продолжаешь. Ты причиняешь мне боль каждый день! Зачем? Регулус растерялся. Это было правдой. Такой неожиданной и в то же время… а разве это не так? Блэк мучал её, а Селена любила его. Да, он тоже любил ее, но в какой-то страшной и ужасной манере, а она просто любила его. Без боли и зла, неся лишь свет. — Я не знаю. Он правда не знал, однако вдруг понял, что Селена сама согласилась на это. Понял второй раз за это утро. Но все-таки это было несправедливо. И Селена это поняла, только сейчас до неё дошло. А ещё она поняла, что не нужна ему, — что такая девушка ему не нужна. Она обманула его с самого начала, позволив ему влюбиться в нее. Он думал, что найдёт в ней утешение. Селена положила ладонь на ручку двери. — Я ухожу из твоей жизни, потому что не хочу чувствовать себя в ней лишней. Регулус хотел было возразить, что никакая она не лишняя, и что не пустит её никуда, но не мог произнести ни слова. Он был ошарашен и морально убит. Только все наладилось, они были вместе и счастливы, но… Селена вдруг похлопала его по плечу: — Когда стоит выбор между мной и кем-то — не выбирай меня. А потом она ушла. Просто ушла из его жизни. На постели ещё остался её запах, тепло, волосы. Регулус прикрыл глаза, унял дрожь в руках и лег на кровать, зарывшись лицом в подушку, на которой спала Селена.