Не стоит прогибаться под изменчивый мир

У Джейсона натурально дрожали руки, и ему приходилось вцепляться в чехол всё сильнее, чтобы скрыть это. У него не случалось подобного мандража уже очень и очень давно. Страх не сковывал так, даже когда Джейсон был готов броситься практически без подготовки на ту банду в Нью-Йорке, когда ещё не существовало ни укреплённого костюма, ни устройств. Ничего не существовало, но тогда было лишь небольшое сомнение и адреналиновый подъём, сейчас же Джейсон натурально хотел сбежать. То есть это же даже не опасно! Не надо драться, не надо было рисковать жизнью, вообще ничьей жизнью, на кону не стояло спасение мира или хотя бы безопасность района... И, наверное, в этом и была проблема. Джейсон мог рвануть наперерез любому психу с оружием, а вот когда дело не касалось супергеройской борьбы, вот тогда Джейсон цепенел. А ведь всё, что ему требовалось, это открыть дверь, достать гитару и сыграть, не более. Да даже если он провалится, что случится? Ну не возьмут его, ну потыкают немного пальцем, да он и не стремился стать тут мистером популярность! Может, вообще ну его нафиг всё? Зачем оно ему? Позволять судить себя кучке незнакомцев, ждать их оценки, чтобы потом ещё большая кучка незнакомцев оценивала его таланты? Да ну нафиг! Он грёбанный супергерой! Он мир, блядь, спасает! Ну да, этот мир ещё как-то целиком спасти не было возможности, но это детали. А Стив... Стиву он сказал, что идёт на прослушивание. Перед Стивом же нельзя показаться трусом и сбежать? Стив поймёт, что у него просто духу не хватило, Стив всегда его раскусывал. Стив ждёт, что он будет играть в группе. А что если он провалится? Что тогда? Стив же... это же Стив, он грёбанный идеал, тогда как Джейсон постоянно пытался не ударить в грязь лицом перед ним. Что если Стив поймёт, что Джейсон не такой уж и потрясающий? Что он может проигрывать, что у него ноги дрожат перед долбанным прослушиванием долбанной любительской группы в долбанном колледже? Что если эта самая любительская группа решит, что Джейсон для них недостаточно хорош? Если он для группы недостаточно хорош, как он может быть хорош для Стивена Роджерса? Дилемму решили за него: дверь внезапно распахнулась. Не сама, конечно, а потому что её открыла миловидная симпатичная блондиночка – солистка группы. Кажется, её звали Синтия. Точно, Син, так её называли. – О, к нам на прослушивание? – спросила Синтия. В общем, бежать было уже поздно, чехол гитары выдавал с головой, так что Джейсону оставалось только кивнуть и пройти внутрь. – Как видишь, толпы у нас нет, – продолжила Синтия, провожая к сцене. – Ну, знаешь, нам совсем финансирование урезали, так что больше никаких стипендий, хорошо хоть зал ещё не отняли. Все в спорт свалили. Или спились, как Уолш. Так что, если ты надеялся на стипендию или какие-то поблажки, то извини. Ты же не надеялся? – Нет, – выдавил Джейсон. То есть вот эти ребята, эта миниатюрная Синтия, они не выглядели монстрами, не выглядели типичными противниками, да ладно, их зубочисткой можно заколоть! Но от этого Джейсон чувствовал, что его сковывает всё сильнее. Он понятия не имел, как общаться с нормальными людьми. Конечно, был Тим. Здешний Тим, а не новый Робин. Но Тим сам начал таскаться за Джейсоном, Тим таскался за ним после того, как Джейсон его спас, так что, в какой-то мере, с ним Джейсон начал общаться не совсем как гражданский, а как урезанная форма Робина. А вот этих людей надо поразить не своим умением пиздюли раздавать, не навыками Робина, а навыками Джейсона Тодда – всегда второго и незаметного мальчишки в тени Ричарда Грейсона. – Тогда располагайся, показывай, что умеешь. Хотя, если ты способен просто ритм выдержать, то уже хорошо. Нам разбрасываться кадрами не приходится. – Хорошо, что планка не опустилась до наличия двигающихся рук, – ну хоть съязвить удалось – уже победа. Джейсон, стараясь занять пальцы чем-нибудь, потянул за молнию на чехле и вытащил наружу новенькую, только купленную электрогитару и остальное содержимое. – Да, вообще-то, она именно такая, – буркнул Очень Хмурый Парень. Наверное, басист. Если верить, стереотипам, конечно. – Как видишь, никого больше тут нет. – Успокоил, – ответил Джейсон и кинул ему конец провода. – Будь солнышком, подключи, а? Всё ещё было страшно. У него так не холодело внутри, когда он один выходил против той банды в Нью-Йорке практически без подготовки и устройств, потому что надо было девушку спасти. Не холодело, когда он готов был ворваться к террористам, обвешанным оружием и взрывчаткой. А сейчас ему было именно что страшно. И ведь вся эта игра ничего не значит, никто не в опасности, мир не кончится, если он слажает или даже вообще не сможет сыграть. Мир продолжит существовать, люди продолжат жить. И, наверное, в этом и была проблема. Джейсон привык к опасности, привык к ситуациям «всё или ничего», привык, что от его действий зависит жизнь своя или чужая. И это отнюдь не парализовало, это подстёгивало, заставляло сделать шаг в пустоту. Да ладно, он без проблем мог шагнуть с крыши небоскрёба, полагаясь лишь на свою ловкость и самодельный тросомёт. Сейчас же... Джейсон вздохнул и представил, что от его игры зависит что-то важное. Что правильная последовательность струн может разминировать взрывчатку. А ошибёшься хоть один раз – и всё взлетит на воздух. Он сам умрёт, умрут эти ребята. И это было безумием, но от подобных мыслей стало легче, ушла дрожь, в голове образовалось ясность. Это было ненормально, то есть совсем. Нормальные люди реагируют наоборот, нормальные люди занижают цену ошибки, а не завышают её. Но ладно, какой он нормальный? Он был нормальным. Нормальным голодным ребёнком, который был настолько голодным, что приноровился мастерски снимать шины даже с Бэтмобиля и так же мастерски драпать даже от Бэтмена. А потом Бэтмен догнал его и сделал ненормальным. Точно, Брюс виноват. Брюс сделал его таким, Брюс извратил всё, что в нём было, не иначе. С этой мыслью Джейсон зажал первый аккорд, как наяву увидел таймер бомбы и ударил медиатором по струнам. Очередное спасение, если не мира, то его кусочка, только и всего. Летел в общагу Джейсон как окрылённый. У него получилось! Его взяли! Он не слажал! Он может быть нормальным, он может завести нормальные связи, может казаться своим человеком, может кому-то понравиться не только за навыки Робина! И теперь у него есть нормальное хобби! Джейсон свалился на свою кровать и прижал к себе гитару в чехле, надо отпраздновать, определённо. Сосед где-то шлялся, точнее, он всегда где-то шлялся, объявляясь раз в неделю или около того. Так что никто не был свидетелем его глупой улыбки по абсолютного глупому поводу. А потом прежний мир масок и сражений напомнил о себе. Джейсон даже не поверил, когда увидел такие знакомые, но странные здесь – в этом мире – жёлтые молнии. То есть, окей, Флэши всегда были с вибрациями на ты, а ещё с перемещениями сквозь время и пространство, но... правда что ли? Нашёл? Не только мир нашёл, но ещё и в общагу притопал? Ну хоть не стал устраивать сцену при ком-то ещё, и на том спасибо. – Привет, Флэш, – Джейсон отсалютовал показавшемуся спидстеру только что открытой бутылкой с пивом – хотел же отметить свою победу, пусть и сам с собой. Вокруг красного костюма ещё потрескивали золотистые молнии. Отсалютовал, хотя внутри аж кишки сжались. Джейсон понимал, что Флэш тут делает, не мог не понимать. Понимал и то, что противопоставить ему нечего, это же грёбанный Флэш. А Джейсон не подготовился, не думал, что надо готовиться. А надо было... Это может стоить многого. – Ты вселенной не ошибся? – Я пришёл за тобой, – объявил Флэш. – Не, я не заинтересован, – пожал плечами Джейсон. Будто ему больше дела было до послезавтрашней репетиции группы, чем до желаний Флэша. Нельзя показать страх, нужно играть, играть умело, показать, что расклад совсем не в пользу этого оппонента. Вспомнить всё, чему его учили. Вспомнить о преимуществах. Вспомнить о слабостях. Хорошо, что Флэш решил сначала поболтать, а не просто взять за шкирку и утащить, тогда бы вообще шансов не было. – Это не предложение, Джейсон. – Передай Бэтмену, чтобы он шёл нахрен, Ба... погоди, ты не Барри. Уолли, тебя повысили? – Барри погиб. – Сочувствую. Но всё равно иди нахрен. И ты, и Бэтс. – Ты не можешь просто взять, совершить преступление и остаться безнаказанным, – Уолли продолжал гнуть свою линию. Спасибо ему, что напомнил, какими раздражающими могут быть эти излишне правильные герои. Вон Стива тоже таким называли, но, в отличие от них, он хотя бы таким долбоебизмом не страдал. – Мне-то казалось, что между этими двумя вселенными нет договора об экстрадиции, так что в которой раз предлагаю свалить, – надавить на справедливость, на закон. И продолжать гнуть эту линию. – Я не позволю тебе избежать правосудия. Ты – убийца. – Так, – Джейсон отставил пиво и поднялся. И было приятно иметь возможность нависать над Флэшем. Вот и кульминация игры, задавить психологически, объяснить всё доходчиво, не оставить прорех в собственной логике. Разрушить святую уверенность Уолли в себе и своей правоте. Каждое слово должно бить в цель, иметь вес, служить цели. – Правосудие? Ты как себе это представляешь, а? Допустим, ты сейчас меня силой утащишь, дальше-то что? Все эпизоды произошли в Готэме, никто из тех мудил не был федеральным свидетелем или служащим, так что суд будет в Готэме. И ты правда думаешь, что найдутся двенадцать человек, которые меня осудят? Правда? В Готэме? Где практически или каждый сам пострадал, или пострадали его близкие, в том числе и от этой четвёрки? Я си-и-и-ильно в этом сомневаюсь. Более того, думаю, что и сторона так называемого обвинения это будет понимать. Так что, ну... мне очень быстро предложат сделку с парой условных лет. А возможно, прибегут и федералы, вообще иммунитет могут выбить с условием, что я буду работать на один из их новомодных отделов бихевиористики. Ну знаешь, которые маньяков ловят и иногда даже с разбушевавшимися мета разбираются. Мои навыки и знания им сильно пригодятся, раз уж вы мою личность сольёте. Им же надо как-то оправдывать своё правоохранительное положение, когда столько гражданских в костюмах бегает. И, кстати, на этой работе вполне себе сквозь пальцы смотрят, если ты будешь стрелять на поражение по преступнику, оказывающему сопротивление при аресте. А когда это наши любимые маньяки сдавались без боя? Так что мне будут даже платить за то, что вы так осуждаете. – Тебе не кажется, что ты преувеличиваешь свою возможную удачу? – Уолли сложил руки на груди, но уже не говорил так уверенно. – Хэй, ну я всегда могу подсластить сделку парочкой ваших имён, Уолли. – Ты не посмеешь! – о, а вот страх за себя начал уже конфликтовать с убеждениями. – Почему же? Я не любимый долбанутый на всю голову маньяк Бэтса, который всё воспринимает исключительно как личную битву. Воспринимал, пардон, – Джейсон фыркнул. – Мне есть что терять, у меня здесь есть жизнь, друзья, даже семья в какой-то мере. И если вы захотите всего этого меня лишить, то я не буду сдерживаться в ответных ударах. И единственным способом заткнуть мне рот будет меня убить. Но тогда вы же будете не лучше меня, да? Хотя будет интересно, насколько будут крепкими ваши принципы, когда страдают не абстрактные люди, а в опасности ваша личная жопа. Ну, или другой вариант: оставить меня нахрен в покое. Можешь даже не сам решать, а бежать утыкаться в плащик Бэтсу и рыдать о том, какой я плохой. – Мы ещё не закончили, – заявил Уолли и растворился в потоке молний. То есть вот всё? Прибежал, наговорил всякого и свалил? Ну, туда ему и дорога. А у Джейсона тут бутылка пива и партитура для репетиции. Хотя бравада бравадой, но колени подкосились. Справился. Победил. Остался здесь, дома, со Стивом. Не придётся вступать в войну с Бэтменом, не придётся выбирать между личностями (что, по сути, жизнями) друзей (бывших) и собственной свободой. Хватило бы духу открыть личность Брюса? Дика? Того пацана, преданно смотрящего в рот? Подставить и Альфреда? – Представляешь, тут ко мне Флэш забегал, – пробормотал Джейсон, удобнее устраиваясь на Стиве. Было приятно, что тот выкроил время и приехал, и они могли уединиться одном из мотелей средней паршивости в нескольких километрах от студгородка (в таких личность было легко скрыть бейсболкой и очками), а не ограничиваться скайпом. Приятно, что Стив выбрал в своё свободное время приехать к нему, а не отправиться на очередные поиски Баки. То есть обычно он или работал: мир спасал, всяких террористов обезвреживал; или мотался по свету с Сэмом, расследуя каждую зацепку. Но сейчас Стив был здесь, с ним. И сам Джейсон здесь, его не забрали, у него не отняли его новый дом, семью, Стива. – Кто? – Ну, такой чувак очень-очень быстрый из моего мира. – А как он попал сюда? Тони говорил, что это практически невозможно, да и риски при перемещении тех, кто не принадлежит двум мирам... – Это же Флэш, – Джейсон пожал плечами. – То есть он реально быстрый, прорывает своей скоростью ткань пространства и времени. И может вибрировать по-всякому, так что для него не проблема и оказаться здесь, и выжить. Он сам – сплошная вибрация. – А, – возможно Стив ничего и не понял, но решил дальше в вопрос не углубляться. – И как встреча? – Да никак, очередной мальчик на побегушках у Брюса. Подумал, что может меня силой вернуть домой в объятья любящего папочки, который отдаст меня под суд и посадит в тюрячку за убийство тех мудил. – И как ты его?.. – Не, я, конечно крут, но не настолько, чтобы без подготовки, устройств и плана победить парня, бегающего со скоростью света. Просто объяснил, что ни один суд присяжных меня за тех четверых не осудит. И что, скорее, ФБР ко мне прибежит и предложит работу, особенно если я назову парочку имён. Так что их жопы в куда большей опасности, чем моя. В итоге Флэш свалил жаловаться моему папочке, а там посмотрим. – Думаешь, сработало? – Посмотрим. Да и потом, по опыту, у Брюса стремление наказать стоит ниже в списке приоритетов, чем принцип «не убий» и «сохрани тайну личности». Так что думаю он ещё порычит и оставит меня в покое, знает же, что первой его личность пострадает. – И ты правда откроешь его имя? – а вот теперь Стив обвинял. Наверное. Обнимать, по крайней мере, не переставал. – Ну, его тайна личности уже пошатнётся, если он меня под суд отдаст. Вернувшийся из мёртвых воспитанник Брюса Уэйна – это вернувшийся из мёртвых Робин? Да и какого чёрта, он хочет отнять всё, что у меня есть, потому что я сделал то, на что он не способен! Я спас тысячи жизней в перспективе, а он только хлопал ушами! Иногда мне кажется, что сражения в качестве Бэтмена ему важнее, чем ограждение людей, собственно, от преступности. Мог бы хоть позвоночники им переломать, что ли, если так над святостью жизни трясётся... – Джейс, ты опять заводишься, – мягко осадил его Стив. – Сам тему поднял, – буркнул Джейсон. – И я не позволю забрать тебя у меня. – Ладно, прости, – Стиву почему-то всегда было легче извиниться, чем продолжать спор. В бытовых ситуациях. Это в идейных столкновениях он был готов рвать глотки до последнего, а сейчас вот сказал «прости» и зарылся пальцами в волосы у затылка, так волшебно массируя мышцы шеи, что и у Джейсона пропало всё желание спорить. Ну и да, у них же не так много времени на двоих, разговорами можно и в скайпе насладиться, а сейчас лучше заниматься тем, что сеть пока не научилась передавать. Тем более, что с такими перерывами аппетиты и потребности в сексе у них практически сравнивались, грех не пользоваться таким.