***
Финт. Пируэт. Удар. Блок. Снова финт. Арья сегодня двигалась будто бы даже быстрее, чем обычно. Как правило, их тренировки позволяли перебрасываться репликами, но сегодня дорогая тетушка словно решила окончательно загонять племянника, так что он не мог даже рта открыть. Рейегар быстро понял, что говорить Арья не хочет. Возможная причина этого пришла в голову немного позже - ведь кто-то должен был сказать отцу, чем они с Роббом занимаются за закрытой дверью... Сделав ещё парочку яростных атак, она отступила и опустила тренировочный меч. Рей громко выдохнул, смахивая пот со лба. - Похоже, мой дозор окончен, - мастер над шептунами усмехнулась. - Сегодня ты не пропустил ни одной атаки. Молодец, малыш. - Ты хочешь от меня избавиться? - принц нахмурился. - Я тебе настолько противен? - С чего ты взял? - Арья скрестила руки на груди. - Я не могу найти другой причины, почему ты могла рассказать отцу про меня и Робба. - Мне стоило предвидеть, что ты догадаешься, - она вздохнула. - Расслабься, малыш. Джон сам просил меня рассказать что-нибудь, чего он не знает. - И ты выбрала именно это?! Она лишь закрыла глаза и устало провела по ним пальцами. - Рейегар, - серьезно сказала она спустя минуту тяжелых раздумий. - Видят боги, я не хотела с тобой об этом говорить, но придется, больше некому, верно? Сядь, - он без особых раздумий выполнил команду и сел прямо на пол, она же устроилась напротив, подогнув под себя ноги. - Для начала проясню то, что по какой-то причине волнует тебя больше всего. Нет, я не чувствую к тебе отвращения. Принц облегченно выдохнул. - Робб его тоже не вызывает, как ты, возможно, понимаешь, - продолжила она тем временем. - Но у вас обоих есть недостатки, которые нужно искоренить, особенно если ты хочешь стать королем, - Рей поджал губы. - Ты умен, Рейегар. Ты способен манипулировать людьми и предсказывать их душевные порывы, а это те качества, которыми боги не наградили ни меня, ни твоего отца. - Тетушка... - Но ты слаб, - успешно проигнорировав его смущение, Арья продолжала свою речь. - Тебе не хватает воли. Ты боишься своего брата, если здесь требуется доказательство. Ты позволяешь ему так с собой поступать. Понимаешь, о чем я? Рейегар закусил губу и отвел глаза. Обычно бледное лицо было настолько красным, что могло сравниться с глазами. А потому, почувствовав, как оно горит, принц закрыл лицо руками. - Что я, по-твоему, должен был сделать? - дрожащим голосом произнес он. - Я ведь... Люблю его. - Я знаю, малыш, - сменив гнев на милость, Арья наклонилась к племяннику и погладила по голове. - Я знаю. - Тетушка, - он убрал руки с лица, когда оно чуть-чуть побледнело. - Что делают сильные люди, когда любят кого-то? - Делают так, чтобы отношения происходили так, как им нравится, - Арья едва заметно улыбнулась. - Спроси у сира Джейме. Или у своей матери. - Так, как им нравится... - задумчиво произнес он, вставая. Мастер над шептунами последовала за своим учеником, внутренне ликуя, ведь он начинал усваивать главный из уроков, которые она могла ему преподать. - И еще, малыш, - добавила она. - Прежде, чем ты уйдешь... - Да? - глаза цвета индиго загадочно блестели. - Тебе следует знать одну важную вещь, - серьезно проговорила она. - У Робба этой самой силы ненамного больше, чем у тебя. Учитывай это. - Я учту, - решительно кивнул принц.Глава 5
30 октября 2018 г., 19:25
Пройдя в смутно знакомые покои, Джон присел в первое попавшееся кресло и, дабы не смотреть на тихо спящее на кровати тело, направил свой взгляд на младшего сына, который в этот момент разливал вино. Король всегда недоумевал, как его сын умудряется сочетать эту паршивую надменность с потрясающим чувством такта, а уж от кого он унаследовал последнее, и вовсе было загадкой.
- Итак, - Рейегар вручил отцу бокал нарочито торжественным движением, вызывая желание хорошенько подправить ему лицо, но Джон собрал себя в кулак и столь же торжественным движением отпил, принимая игру. - В чем Ваша Милость изволит обвинить меня на этот раз? Недостойное поведение, инцест, мужеложство, опорочивание королевского имени - полный набор, достаточный для того, чтобы отправить меня на Стену, скажете нет?
- Прекрати паясничать и сядь, - Джон поморщился.
- Позволю себе не выполнить вторую часть приказа, - Рейегар пригубил свое вино и отвел глаза. - Сидеть будет больно, - пояснил он в пустоту.
- Хорошо, - о причинах этого Джон предпочел не уточнять. И не думать.
- Так все же? - Рейегар принял расслабленную, в чем-то даже беззащитную позу, но индиговые глаза, вновь обращенные на отца, горели красным. - Что меня ждет?
- Если тебя за все этих грехи отправить на стену, а твоего брата - нет, это будет нечестно. Наказать таким образом обоих я не могу, потому что тогда лишусь обоих сыновей, а это не входит в мои планы. Так что, - он наклонился вперед, - как я и сказал, прекрати паясничать.
- Прости, - Рейегар виновато опустил голову. - Больше не повторится.
Джон усмехнулся. Младший сын напоминал породистого благородного кота что самомнением, что изворотливостью, что категорическим неумением чувствовать вину за содеянное. Впрочем, последний недостаток он делил со старшим братом. Но вот это его "больше не повторится" нисколько изменилось с тех беззаботных детских лет, когда мальчишка с белой шевелюрой, стыдливо пряча за спиной очередное пирожное, украденное со стола уже не любившей его Арианны, обещал больше никогда так не делать. А затем его снова ловили с кремом на подбородке и руками, пахнущими лимоном...
- Я серьезно, Рейегар, - Джон взял бокал в обе руки, возвращаясь в реальность. - Я не собираюсь наказывать никого из вас. Я пришел поговорить. Понять, если смогу. Узнать больше о тебе. Чувство, что я совсем не знаю собственного сына... Угнетает.
Сын задумчиво отпил вина, и отец рефлекторно повторил его движение. Индиговые глаза слегка сощурились.
- Многие родители не понимают своих детей, - он слегка дернул плечом. - Почему тебя это так угнетает?
- Потому что я поклялся себе быть хорошим отцом, - признался Джон. - Вскоре после того, как... Как предыдущая клятва перестала иметь смысл.
- Предыдущая?
- Я был братом Ночного Дозора, - напомнил король. - В их клятве в том числе были слова "не буду отцом детям". Впрочем, - он вздохнул. - Никогда не иметь детей я обещал себе еще раньше.
Рейегар вздрогнул, но ничего не сказал, как бы приглашая продолжать.
- Я был бастардом, у которого было три законных брата, - продолжил Джон. - Мой ребенок был бы бастардом, как и я. Я никому не хотел такой участи. Но войны и зима перемешали все...
- Да, - тихо согласился Рей.
- Я благодарен судьбе за то, что мне дана возможность иметь сыновей, - три широких шага дались значительно труднее, чем хотелось бы, но Джон преодолел это препятствие и положил руку на плечо сына. - Поэтому... Поговори со мной. Пожалуйста.
- Отец, ты... - голос принца резко ослабел. - Значит, ты не ненавидишь меня... За то, что я...
- Значит, тебя волнует именно это? - прежде, чем голова успела что-то решить, руки обхватили худощавого парнишку и прижали к груди. - Нет, я тебя не ненавижу.
- Спасибо, - слабо прошептал Рей, пряча лицо в теплом мехе отцовского плаща.
- Ты и в детстве так делал, помнишь? - Джон положил руку на белую макушку. - Когда был напуган или ссорился с братом...
- С тех пор ничего не поменялось, - усмехнулся принц, медленно остраняясь и залпом допивая свое вино. - Мы оба все никак не повзрослеем... А сильные мира сего уже хотят нас переженить, - Рейегар глянул на Робба и вернул взгляд к отцу. - Если ты беспокоишься, смогу ли я исполнять супружеский долг - думаю, что смогу. Леди Джейни - прекрасная девушка, думаю, мы сможем найти общий язык... Особенно если кто-нибудь меня просветит, что нужно делать с девушками.
- И ты хочешь, чтобы это был я? - Джон не поверил своим ушам.
- Робба я об этом спрашивать не могу, - резонно ответил принц. - Лорд Тирион куда полезнее, когда не знает, что я уже согласен, а подобные вопросы определённо вызовут подозрения... Сира Джейме мне спрашивать неловко.
- Ты пытаешься перехитрить человека старше и умнее тебя, - заметил король.
- Да, - Рей передернул плечами. - Но быть его марионеткой я тоже не хочу. Иначе...
- Я и не говорил, что ты делаешь что-то неправильно, - Джон довольно улыбнулся - Арья определённо была права насчёт его возможностей в качестве короля.
Рейегар довольно улыбнулся. Джон сел обратно в кресло, попутно осознавая, что сын ему так и не открылся, а значит, он снова проиграл.
- Раз уж мы заговорили о девушках, - начал он относительно безопасную тему. - Есть у меня один козырь в рукаве. Ты ведь знаешь, как целоваться?