There was a time...

Глава десятая

Времени нет, есть только мгновение

— Погоди-ка минуту. Ты сказал, вы пили чай? — Боунс так и замер над барной стойкой, усиленно выискивая во взгляде рядом сидящего Джима отблески сарказма. Но Джим был серьёзен. Он скрестил руки на груди и посмотрел на друга с явным неудовольствием. — То есть, из всего, о чём я рассказал тебе сейчас, единственное, что тебя смутило, это то, что я пил с ним чай? — делая акценты в нужных местах, проговорил Джим.— Как на счёт того, что мы в полной заднице, и у нас нет плана, как из неё вылезти, м? — он вздохнул и отвернулся к своему виски.— Подводя итог, мы были в космосе не больше пары дней, и за это время успели повстречать неизвестную туманность, которая хотела нас заживо сожрать, познакомились с «милым» ромуланцем-революционером, возомнившим себя богом, а ещё узнали, что сражаться нам придётся с неслабой частью Звёздного Флота, и, если в ближайшее время мы не справимся с последней проблемой, то, боюсь, пить виски больше будет негде! — Джим отсалютовал Боунсу пузатым стаканом и выпил одним махом все пятьдесят граммов. В голову тут же отдало, и он сморщился, надеясь, что все неудобства окупят пара-тройка тихих часов в своей старой комнате общежития после. Боунс повернулся к Джиму всем корпусом и задумчиво приподнял брови. Джиму захотелось спихнуть его с барного стула, потому что от этого жеста у него скоро начнёт дёргаться глаз. Или кулак. — Нет-нет, погоди, — начал Боунс с вдохновлённым придыханием.— То, что мы вечно встреваем в какую-нибудь историю, меня несильно удивляет. Я, вообще-то, не напрашивался на Энтерпрайз, меня туда назначили. И что меня привлекло в этом — так это возможность купить себе нормальную квартиру на заработанные со службы деньги. И не смотри на меня так. Я не тот человек, который ради полётов чёрт знает куда бросит всё и совьёт гнездо в каюте звездолёта. Мне не всё равно на войну, но, знаешь, она вообще-то уже семь лет длится, и ничего ещё не случилось. Я доктор, а не альтруист. Ты не можешь быть удивлён, честно, Джим. А вот я могу. Пьющий за компанию чай вулканец — это интересно. Неужели, то, что мне пришлось подписывать какую-то бумажонку посреди ночи, так ему польстило? Джим закатил глаза, подпирая щеку кулаком. В баре басила какая-то новая песня, раздражающая и без того утомлённое сознание Джима. Боунс же наоборот светился жизненной энергией, наконец оказавшись на устойчивой земле. — Ты не спал — это раз, — начал Джим, загибая пальцы.— Ты мой друг, а на друзей не обижаются — это два. И, в конце концов, Боунс, я не собираюсь обсуждать с тобой чаепитие, господи Иисусе! — Джим постарался вложить в свой взгляд всю убедительность, на какую был способен. Боунс ещё пару мгновений иронично рассматривал его подчёркнуто недовольный профиль, а затем фыркнул и отвернулся, вернувшись к своему полупустому стакану. — И всё же, это странно, — сказал он, пряча ухмылку. Джим быстро пожал плечами. — Спок спроектировал чёртов корабль, я не думаю, что знание такой земной традиции, как предложение попить чай гостю, должно вызывать подозрения, ведь так? — Джим задумчиво поднял взгляд на друга. Честно сказать, он мало что знал об особенностях расы Спока, но в общих чертах понимал, что что-то в его поведении всё же выходило за рамки стереотипов. — Ну, на самом деле, вулканцы так не делают, — ответил Боунс, повторяя позу Джима и подпирая щёку кулаком, глядя на него.— Стало быть, вы с ним нашли общий язык? — Не думаю, — Джим покачал головой, — Но, по крайней мере, он не хочет вырубить меня своим суперприёмом, как он сделал это в тот раз, на мостике. Вообще-то, мне кажется, было бы круто поладить с капитаном корабля, на котором ты служишь. Может, тебе в медотсеке и без того неплохо, но вечно ловить на себе его недовольный взгляд на мостике мне не хочется. К тому же, я отчасти понимаю, почему он всегда такой заведённый. Ну, ты меня понимаешь, насколько это вообще возможно. Его планета на грани уничтожения, а миссия идёт не лучшим образом. Энтерпрайз должны будут подлатать за пару дней, наладить какие-то настройки. А потом — кто знает. Может быть, и денег тебе за службу никто так и не заплатит, потому что будет уже поздно… Джим вздохнул, чувствуя, что от алкоголя его начинает тянуть в свои безрадостные мысли. Боунс что-то невнятно протянул себе под нос, а затем выпрямился на барном стуле и посмотрел на Джима в упор, положив руку тому на плечо. — Если хочешь знать моё мнение, то не нужно было вообще соглашаться вступать на Энтерпрайз. Ни тебе, ни мне. Когда нам предлагали место, никто не говорил о том, что мы будем атаковать корабль под командованием сумасшедшего ромуланца, и не один, а ещё и несколько наших впридачу. Парень, я лечу людей, а не калечу. И, кстати, помирать я пока не собираюсь, — Боунс встал со стула, и Джим поднял на него усталый взгляд.— У тебя завтра собрание, помнишь? — Я ведь сам сказал тебе о нём сегодня утром, — возмутился Джим, убирая от щеки руку. — Вот именно. Так что не переусердствуй, — Боунс красноречиво посмотрел на пустой стакан виски в пальцах друга. — Господи, Боунс, не шути так, мне больно, — Джим приложил ладонь к правой стороне груди, и МакКой сморщился, ткнув в другую половину. — Сердце тут, если что, — сказал он без тени иронии. — Теперь понимаешь? Это больно, — сакральным шёпотом произнёс Джим и громко рассмеялся. Боунс махнул на него рукой и направился к выходу из бара, предварительно кинув на стойку купюру. — Свяжись со мной после собрания. И, да, не заявляйся больше ко мне посреди ночи с чёртовыми бумажками! Джим усмехнулся и проводил Боунса взглядом до дверей. Затем снова развернулся к своему стакану и задумался. Да уж, вот его старая-добрая сказка. Неужели он действительно думал, что когда-нибудь будет искренне скучать по таким выходным? Нет, оторваться с Боунсом было здорово, особенно после такой тяжёлой недели, но, если бы не Энтерпрайз, всё, чем занялся бы Джим после, — это завалился на кровать в своей комнате общежития и проспал бы до второй половины дня, пропустив по ходу пары. Наверное, раньше ему просто не с чем было сравнивать. Сейчас, по крайней мере, у него есть тема, над которой следовало бы хорошенько подумать. И даже не одна. Это заставяло его чувствовать себя нужным. И, честно признаться, это было приятно. Что же касательно тем для размышлений, то, во-первых, Джим действительно был обеспокоен тем положением, в котором сейчас находилась Федерация в целом и Земля в частности. Оглянись на любого из бара, и кто знает, доживут ли они все до завтрашнего дня, и не решит ли Ренн сбросить на них несколько торпед в отместку тому, что сделала команда. Джим не был трусом, но не бояться назревающей катастрофы — просто глупо. Что уж точно было бы трусостью — так это просто закрывать на неё глаза. Джим начал понимать, насколько серьёзна опасность, только когда реально увидел её собственными глазами. Да, война длилась уже не один год, но она была для него чем-то очень далёким, неопасным, раз уж, как сказал Боунс, «ничего ещё не случилось». Так думали многие. Иногда по голографическим билбордам на улицах можно было увидеть новостную ленту об очередном нападении на Вулкан, но это было так редко и так незначительно для основного населения Сан-Франциско, что никто не воспринимал угрозу всерьёз. Сейчас всё стало иначе для Джима. Второе, о чём он вообще-то старался не думать, но всё равно думал, был Спок. Боунс верно подметил, что его поведение было несколько нетипичным для вулканца. Джим заметил это ещё во время первого полёта. Спок хоть и не обладал тем спектром эмоций, какой есть у человека, но всё же проявлял их в определённые моменты, что противоречило знанию Джима о его расе. Эти моменты длились секунды, не больше, но Джим успевал отметить и дрогнувшие руки, и сжатые в тонкую линию губы, и позеленевшие от недовольства уши, и чуть более твёрдый тон голоса, чем обычно. Сообщение от Пайка о природе этих «отклонений», было неожиданностью для Джима, и, тем не менее, это многое объясняло. Наверное, будь Спок на сто процентов вулканцем, Джим бы не начал испытывать к нему определённую симпатию. Ну, после того, как они разобрались в том маленьком недоразумении, когда Спок его вырубил. Отчего-то его хотелось понять. И задачу, естественно, сильно упрощало то, что Спок не был закрыт до конца. Джим хотел бы понять его лучше. Он правда допускал возможность дружбы между ними. Другое дело — нужно ли это Споку? Джим вздохнул и покрутил в руке пустой стакан. Он хотел бы верить в то, что им удастся наладить контакт. Вроде как — они в одной лодке, да? Джим невзначай бросил взгляд в сторону, туда, где сидел за барной стойкой молодой брюнет, слушавший речь милой девушки рядом. Он не был похож на Спока, но отчего-то ассоциировался с ним. Может быть, из-за бледной кожи, а, может, потому что выглядел слишком отдалённым от беседы. Джим подумал о том, что и ему не помешало бы найти компанию. Девушку или парня, чтобы хорошо провести вечер. В конце концов, он был уверен, что заслужил это. И ещё потому, что, на самом деле, возвращаться в общежитие ему очень не хотелось. Было такое чувство, словно придя туда, он сделает большой шаг назад. На краю сознания промелькнула мысль о том, как оторвался бы Спок в его ситуации. Если, конечно, термин «оторвался» можно было законно применять к вулканцам. Джим не был уверен. Мысли повели его в глухую степь. Джим пьяно усмехнулся и продолжил смотреть на парочку, но не видя их, он размышлял о предпочтениях Спока. Нравились ли капитану девушки или, может, всё же парни? Или на Вулкане был предварительно составленный список населения, и кто-то специально подбирал пары новорождённым вулканцам? Звучало ужасно даже у Джима в голове. На самом деле, сам Джим был бы не против узнать это. Наверное, ему стоило послушаться Боунса и пойти отсыпаться, а не начинать приставать к тому кареглазому брюнету, потому что закончилось всё разбитой губой.

***

В следующий раз Джим увидел Спока в хорошо освещённом зале собраний Штаба. Зал этот представлял собой обычное прямоугольное помещение с большим круглым столом и множеством стульев вокруг него. В углу был расположен голографический проектор, изображение с которого проецировалось прямо на середину стола при необходимости. Стены были белыми, с большими бронированными окнами, вид из которых по-настоящему захватывал дух с такой высоты. Джим занял место рядом со Споком, чья осанка невольно заставила его подумать, что Спок завтракает металлическими стержнями. Он немного неловко упал в своё кресло, всё ещё отходя от долгого и беспробудного сна всю вторую половину дня после попойки. Честное слово, он ещё никогда не чувствовал себя таким измотанным после столь длительного отдыха. Спок повернул к Джиму голову, с минуту изучая его измятое лицо с отросшей за ночь щетиной и примятой причёской. Да, по сравнению с ним, Спок выглядел просто пластмассовой игрушкой, с идеально уложенными волосами, фарфоровой кожей и стрелками на чёртовых брюках. Стрелками! — Вы успели разбить губу за неполный день вне службы. Это впечатляет, — сказал Спок, и Джим невольно подивился, что тот решил заговорить первым. Он откашлялся, наблюдая за медленно собирающимися в зале мужчинами. Все были одеты в строгие костюмы или форму Флота, Джим же немного пристыженно одёрнул неглаженые манжеты чёрной рубашки — единственное, что он нашёл в своём гардеробе из «официального». — Решил подкатить вчера в баре к одному парню, а он оказался помолвлен. Даже умудрился рассечь мне губу своим кольцом, представляешь какая ирония судьбы? — Джим постарался привести свои волосы в приличное состояние, запустив в них пальцы. Спок, всё ещё разглядывавший Джима, не выдал ни одной эмоции, оставаясь всё таким же равнодушным ко всему, как и всегда. Он поднял взгляд к волосам Джима, снова спустился к его разбитой губе и остановился на глазах. Его руки с длинными пальцами аккуратно лежали поверх планшета на столе с какими-то записями. Джим попытался рассмотреть, что именно было записано на бумаге, но не успел. Все наконец расселись по местам, и Джим окинул присутствующих взглядом, отмечая адмирала Пайка, сидящего по правую руку с адмиралом Маркусом. Спок чуть наклонился к Джиму и быстро произнёс: — Я справлюсь самостоятельно, если у них возникнут вопросы. Джим покосился на капитана, перефразировав это как «Помалкивай». Господи, когда он успел обзавестись хобби, переводить фразы с вулканского? И должен ли этот факт его напрягать? — Добрый вечер, — произнёс адмирал Маркус, присаживаясь последним.— Как вам известно, я созвал это собрание с целью обсудить вновь открывшиеся обстоятельства миссии ЮСС Энтерпрайз-1701 под командованием капитана Спока, — на этих словах Спок кивнул, а Джим позволил себе расслабиться в кресле и тихо вздохнуть. Он очень надеялся, что не уснёт прямо тут.— Мы получили сведения о том, что некоторые корабли Звёздного Флота совершили акт измены и перешли на сторону противника. Из ваших отчётов, мистер Спок, мы выяснили, что возглавляет военную операцию ромуланец под именем Ренн. Вы можете добавить что-то? Спок поднялся так резко, что Джим дёрнулся на стуле. — Информация точна, адмирал, — ответил Спок холодно и чётко. Джим с каким-то странным напряжением вглядывался в линию его челюсти со своего ракурса. Почему-то ему казалось, что Спок был вовсе не так равнодушен к обстоятельствам, как хотел бы продемонстрировать окружающим. Неужели он до сих пор чувствовал за собой вину за случившееся? Спок продолжил. — По разрешению адмирала Пайка я проверил сведения о данной личности в архивах Федерации, но не смог найти никакой информации в межгалактической базе данных. Могу также добавить, что оружие, которое применил враг против нас, не считая эффекта неожиданности в виде других кораблей Флота, нам широко известно. Это были обычные фотонные торпеды, сэр. Мистер Скотт должен был предоставить вам подробный отчёт по этому пункту. Адмирал Маркус кивнул и жестом указал Споку сесть на место. — Всё это нам известно, мистер Спок. Я хочу знать подробности вашей беседы с Ренном. Вы ведь были с ним на связи? Каковы его мотивы? Почему он не атаковал вас сразу? До этого ни одному кораблю не было предоставлено возможности связи, насколько нам известно. — Могу предположить, что подобной тактикой он пользовался и раньше, пытаясь переманить другие корабли Флота на свою сторону, — ответил Спок, присаживаясь на место.— Также вероятно, что причиной первого замешательства стал наш корабль. Я уловил в словах помощника капитана Ренна нечто, схожее с удивлением при сканировании нашего судна. Кроме того, из нашей небольшой беседы мне удалось выяснить, что Ренн считает ромуланцев высшей существующей расой, и его цель — очищение мира от скверны или порабощение «высшему разуму», как он изволил это преподнести. Адмирал Маркус сложил руки под подбородком и задумчиво окинул взглядом стол собрания. — Значит ли это, что он планирует атаковать другие планеты после порабощения Вулкана? — спросила присутствующая за столом глава безопасности миссис Морган, напряжённо слушавшая речь Спока. — Было бы логично прийти к такому выводу на основе известной нам информации, — подтвердил Спок, при этом ощутимо для Джима вздрогнув после слов о порабощении Вулкана. — В таком случае, я считаю, что нам стоит действовать незамедлительно, — сказал адмирал Маркус.— Эта война и так сильно затянулась. Теперь мы знаем причины этого промедления, и они никак не играют нам на руку. Нужно истребить Ренна и его последователей. По столу прошлись шепотки, и Джим поморщился, понимая, что вызвало взволнованность. Атаковать приспешников Ренна — означало атаковать офицеров Флота, пусть даже предателей. — Вы хотите провести открытую атаку, собрав необходимое количество кораблей? — уточнила миссис Морган, хмуря брови. — Мы больше не можем оттягивать неизбежное. Нам не удалось избежать войны за семь лет, значит, нам не удастся избежать её в дальнейшем. Я хочу, чтобы адмирал Пайк позаботился об этом и распорядился обеспечить необходимые военные суда для исполнения нового положения. — Но это безумие! — Джим резко подался к столу, укладывая на него локти и окидывая всех присутствующих недовольным взглядом. Спок напряжённо замер, покосившись в его сторону. — Вам есть что сказать, мистер Кирк? — перевёл на него взгляд Маркус, и они враждебно уставились друг на друга. — Есть, — отозвался Джим и услышал, как Спок рядом обречённо вздохнул.— Адмирал, вы помните, сколько кораблей успели отправить на эту миссию за семь лет, до того, как Спок закончил разрабатывать Энтерпрайз? Вы представляете, сколько их сейчас у Ренна? Не исключено, что некоторые из них ромуланцы решили разобрать на детали, а может, просто уничтожить, но, тем не менее, это были лучшие из лучших на то время. У нас нет таких сил сейчас, чтобы противостоять им в этой войне. Это как ткнуть пальцем в небо. А что, если не сработает? Кто тогда будет защищать Землю? — Вы предлагаете бездействовать? — сузил глаза Маркус. Джим фыркнул, встал со стула и опёрся ладонями о стол. — Послушайте, я знаю, что мы все здесь очень взволнованны этой ситуацией… — Джим, — с нажимом проговорил Пайк, глядя на него. — Нет, — тряхнул головой Джим, продолжая. Все присутствующие остановили на нём свои взгляды.— Мы не можем подвергнуть такому риску оставшуюся половину наших сил, адмирал Маркус. Но и бездействовать мы тоже не можем. Я понимаю, что включать в операцию членов Федерации других планет — небезопасно, но это было бы разумно… — Вы не понимаете, о чём говорите, коммандер Кирк, — произнёс Маркус подчёркнуто небрежно, откидываясь на спинку своего кресла.— В миссии против Ромула мы задействовали огромное количество вспомогательных сил, включая корабли других членов организации, и, если вам это неизвестно, то, прошу, ознакомьтесь для начала, с необходимой базой. Спок опустил голову, глядя на свои руки, и Джим сделал нервный вдох, чтобы затем решительно поднять взгляд прямо на адмирала. — Мы не задействовали Вулкан для этих целей, — сказа он чётко, и, казалось, что его слова рикошетом отразились от стен помещения. Повисла пауза, в которой тяжёлое дыхание Джима было особенно хорошо слышно. Его сонливость как рукой сняло. — Вулканцы — мирная нация, — тем не менее, начал пояснять Маркус, сделав такое лицо, словно говорил с ребёнком.— Как они могут помочь нам в атаке ромуланских кораблей? Джим посмотрел на Спока, и тот тоже поднял голову, встретившись с его взглядом. Кирк улыбнулся ему, видя, как во взгляде капитана — единственном из всех взглядов — проскользнуло понимание. — Вулканцы — самая развитая в научном плане раса, адмирал, — сказал Джим, при этом глядя на Спока.— Их корабли хоть и не были никогда использованы в качестве атакующей единицы, но оснащены достаточно, чтобы стать ей. Верно, капитан Спок? — Подтверждаю, — ответил тот без запинки. — А расположение планеты, — продолжил Кирк, оборачиваясь к присутствующим.— Это козырь для нас. Вулкан и Ромул находятся на одной частоте трансляций, поэтому заглушить сигналы с кораблей Вулкана не составит труда, даже находясь в километре от первых двух квадрантов территории Ромула. Если бы нам удалось договориться с Советом Вулкана, мы могли бы использовать их знания о наиболее удачных траекториях для внезапного нападения, чтобы предотвратить назревающую катастрофу. Нам даже не нужно будет тащить туда половину кораблей Флота. Мы просто нападём оттуда, откуда Ренн будет ожидать атаки меньше всего. — Адмирал, в этом есть логика, — подхватил Спок, выпрямляясь на своём стуле. Джим самодовольно улыбнулся. Вновь повисло тяжёлое молчание. Послышался шёпот. — Я прошу вас двоих, — Маркус посмотрел на Спока и Джима по очереди.— Оставить нас на десять минут. Джим напряжённо посмотрел на Пайка, который выглядел несколько обескураженным, но тем не менее, явно заинтересованным идеей, и постарался вложить в свой взгляд всё возможное упрямство. Даже миссис Морган теперь глядела вслед уходящим с любопытством. За ними закрылись металлические двери. Джим выдохнул, кажется, целый литр воздуха, привалившись спиной к холодной стене. Спок встал напротив него и тут же завалил вопросами. — Как давно вы обдумывали подобный шаг? Почему опять не сообщили мне, коммандер? Ваша дерзость по отношению к адмиралу Маркусу была намеренной? Вы считаете, что сможете надавить на него, что позволит ему принять вашу сторону? Я лично не думаю, что это возможно при его статусе и с его опытом, хотя, признаюсь, ваша идея… — Спок. Джим весело наблюдал за ним, глядя из-под пшеничных ресниц. — Коммандер. — Я придумал это, пока слушал их болтовню, ясно? — отозвался Джим, одёрнув свою рубашку. Спок сложил руки за спиной и посмотрел на Джима, приподняв брови.— Рад, что тебе понравилось. — Это было… — Спок помолчал, подбирая слова.— Пожалуй, это было невероятно оригинально. Джим фыркнул, и на мгновение ему показалось, что у Спока дрогнули губы в ответной улыбке. — Думаешь, они одобрят? — спросил Джим, скрещивая на груди руки. Спок доверительно подошёл чуть ближе к нему и кивнул. Он явно видел, как Джим нервничал. — Вероятность этого превышает, по моим расчётам, девяносто три процента. — Ого! Девяносто три, — Джим натянуто рассмеялся, а Спок вновь надел на себя непроницаемую маску, однако, его расслабленные плечи явно говорили о том, что он остался, по крайней мере, спокойным. — Это многое значит для меня, Джим, — наконец тихо сказал Спок.       Когда они выходили из зала собраний спустя полчаса рассмотрений доводов Джима, между ними всё ещё было то неосязаемое чувство взаимопонимания. Это грело Джиму душу. К тому же, его идею действительно одобрили. — Нам останется только уболтать твоих сородичей отдать нам их флот для того, чтобы надрать ромуланские задницы, — рассмеялся Джим с явным облегчением после всего, что ему пришлось выслушать касательно своего поведения в адрес адмирала Маркуса от Пайка, а затем и от Спока. — Это будет непросто, — ответил Спок весомо, и Джиму правда было невыносимо приятно, что в его голосе больше не было прежней отчуждённости. — Надеюсь, что с твоей планетой всё будет нормально, — прочистив горло, сказал Джим, глядя себе под ноги. — Я разделяю вашу надежду, — ответил Спок и посмотрел на него.— Вы чем-то обеспокоены? Джим вздрогнул и покачал головой, встретившись со взглядом Спока. Единственное, о чём он сейчас действительно беспокоился, так это о том, что его идея может провалиться. А точнее — ему было неприятно осознавать, что Спок может разочароваться в нём, если ничего не выйдет. У них вроде только начало получаться. Так или иначе, это покажет только время. А Джим просто не верил в плохие исходы.