Оставь надежду, всяк сюда попавший

      Все началось с бургера. Обычного такого, вкусно пахнущего, горячего бургера с котлетой, сочащейся жиром, который был для три дня пропустовавшего желудка все равно, что бутылка для алкоголика в похмелье. Если бы Морти только знал, как дорого придется заплатить за еду, которой угостил его на грязной улице Морти-тауна незнакомый Рик, он бы, он бы… Ничего бы он не сделал — деваться ему все равно было некуда. Жизнь с тех пор, как всю его семью убило Галактическое правительство, стала, мягко говоря, несладкой. Всего лишь один из многих, злобный маленький крысеныш, промышляющий хулиганством и мелкими кражами, чтобы выжить, любимая груша для битья у полицейских, раковая клетка в опухоли, что разъедала Цитадель изнутри… Но в этот день все изменилось. Тот Рик был мил, ласков и пообещал отвести Морти туда, где его всегда будут кормить, и он повелся, хотя более опытные и побитые жизнью его версии всегда говорили — Рикам доверять нельзя. Зря он их не слушал…

***

      В той комнате было темно и жарко, лишь небольшой красный светильник разгонял мрак. Два Рика — тот, что привел его сюда, и какой-то важный тип в костюме — сидели за столом и оживленно, но тихо о чем-то переговаривались. Парень слышал слова "свежий", "новенький", "прибыль", "хороший заработок", еще не понимая, что говорят они это все — про него. Про живой товар. На Морти ничего не было — лишь длинная нитка пластиковых бус на шее и джинсовые шорты, короткие настолько, что из них практически выпадали "булочки". Смущенно пыхтя, он попытался незаметно натянуть шорты так, чтобы хоть немного прикрыться, но именно в этот предательский момент оба Рика повернулись к нему. — О чем я и говорил… Прошептав это серьезной шишке, Рик, который привел его, широко улыбнулся Морти — только в этот раз эта улыбка показалась юноше натянутой и даже немного пугающей. — Подойди к нам, малыш… Он подошел, и в руках у него тут же оказался стакан апельсинового сока. — Мистер Санчез тебя угощает! Морти воспринял это с благодарностью — уж слишком ему было жарко, наверное, от волнения. В первые секунды после того, как прохладная горьковатая жидкость хлынула в горло, он испытал подлинное счастье — а потом что-то случилось. — Ох… У парня закружилась голова, и он чуть не упал. — Все в порядке? — спросил важный хрен, и Морти, потирая виски, попытался улыбнуться. — П-просто… немного устал… — Устал? Чужие пальцы медленно поползли вверх по его голой ноге. — А мы так хотели посмотреть, как ты станцуешь для нас, Морти…       Что-то глухо щелкнуло, и включился свет в углу комнаты, открывая небольшую сцену с железным шестом, уходящим в потолок. А с Морти начало твориться что-то странное. Его сердце бешено колотилось в груди, во рту пересохло, даже несмотря на то, что он только что выпил сок, в глазах мутилось, а прикосновение Рика вдруг начало вызывать толпу мурашек по коже… — Давай, покажи класс, — его отправили на сцену при помощи хлопка по заднице, от которого Морти еле сдержал стон. Он хотел еще. Хотел, чтобы Рик перегнул его через колено и отшлепал со всей силы, чтобы потом было не сесть, но ноги уже сами несли мальчика к шесту. Пот сбегал по коже каплями. Изнывая от непонятного жара, Морти дышал тяжело и постоянно облизывал губы — а Рики включили музыку. Шест был холодным. Он прижался к нему всем телом, пытаясь получить хоть каплю желанной прохлады, и даже провел языком по блестящему железу, и музыка, влезая в уши, невольно подчиняла его своему ритму… Морти извивался, будто змея. Ласкал собственные затвердевшие соски. Ему было уже все равно, смотрят на него Рики или нет. Чем дальше, тем становилось хуже, и в тумане похоти он не видел перед собой ничего, кроме желания срочно с кем-нибудь перепихнуться. В крохотных шортиках давно уже кое-что топорщилось. Встав спиной к шесту, Морти бесстыдно терся об эту палку задом, будто течная сука, и уже был готов заплакать от того, насколько сильно ему хотелось ощутить член внутри себя — как вдруг вкрадчивый голос поманил его. — Хватит, Морти. Иди сюда… От этого голоса захотелось кончить сильнее, чем от любого рукоблудия. Каждый шаг давался тяжело, будто ноги налились бетоном, но вот — крепкие руки подхватывают его, дыхание с запахом хорошего алкоголя бьет в лицо, и Морти, сидя на коленях у важного Рика, просто целуется с ним взасос… Этого он и хотел. К этому и стремился. Но, пробиваясь сквозь дурман, в голове отчаянно бились мысли: что со мной происходит? Почему я это делаю? Это ведь совсем не я! — Нееет… Простонав это, он пихнул Рика в грудь, пытаясь вылезти из его объятий, но сил на полноценное сопротивление у него явно не хватало. — Что значит "нет"? — засмеялся другой Рик, расстегивая пуговицу на его шортах. — Да ты посмотри на себя! Ты ведь хочешь десяток членов и прямо сейчас, не ври нам, паршивец! Да, так оно и было. Туман стал полностью непроглядным. Сразу четыре руки шарили по его обнаженному телу, и Морти, задыхаясь, просил еще и еще… — Не соврал, значит, старый плут, — промурлыкал высокопоставленный Рик, закидывая его ноги себе на плечи. — Все-таки смог достать девственника…       Потолок кружился перед глазами. Дышать было трудно теперь еще и из-за члена во рту. Они терзали Морти с разных сторон, как две собаки кусок мяса. Его бусы были намотаны на чужой кулак, будто поводок от ошейника, а задний проход разрывала до этого дня неведомая боль… Между ног потекло что-то липкое, оно же растеклось на языке. Еще не выйдя из помрачения полностью, но уже осознавая, что произошло что-то непоправимое, Морти лежал на кожаном диванчике без сил, растерянно оглядываясь по сторонам, и тут ему на живот и лицо с шелестом что-то упало. Небрежно выкинув из толстой пачки несколько купюр, важный Рик усмехнулся и сказал фразу, которая поставила для Морти жирную точку во всем, что только что произошло. — Добро пожаловать в новую жизнь, приятель...