Мечта

      Саске добрался до места задолго дотемна. И хотя Наруто ему только один раз показал дорогу, Саске довольно легко сумел её отыскать, будто его что-то вело. Возможно, поддавшись настроению, Саске счёл быстро найденный путь хорошим знаком, подтверждающим, что его решение верно. Теперь везде и всюду Саске чудились предзнаменования его скорой смерти, что совсем не пугало, поскольку он полностью себя истощил эмоционально и физически. Напротив, уход из жизни виделся исключительно как освобождение.       Однако, несмотря на такой настрой, Саске, поднимаясь по тропе, снова восторгался красотой леса, разглядывая всё вокруг с жадностью, словно хотел впечатать эти картины в свой разум навсегда. Наверное, потому он шёл неторопливо, ни о чём не думая, лишь глубоко вдыхал опьяняющий воздух. Впрочем, подъём всё равно не занял слишком много времени. Очутившись на площадке и взглянув на колышущиеся макушки деревьев и бескрайнее синее небо над головой, Саске сразу понял, что уйдёт легко. Даже не уйдёт – полетит. Пусть сначала вниз, но потом обязательно вверх, в бесконечность.       Сделав шаг к краю площадки, Саске остановился. Он решил в последний раз проводить солнце за горизонт. Потом следовало уничтожить фотографию Наруто, которую Саске решил сжечь, прихватив с собой зажигалку. Доставать заранее снимок Саске не стал, боясь, что снова нахлынут ненужные больше мысли и эмоции. Ему нравилось воцарившееся в нём опустошение, которое он называл свободой. Его совсем не смущало, что он выбрал для самоубийства дорогое для Наруто место, поскольку то уже успел испоганить. Именно здесь прозвучало манящее предложение встречаться, на которое Мари ответила согласием. После раскрытия обмана Наруто вряд ли бы нашёл здесь успокоение, напротив, он всюду замечал грязные следы, оставленные Саске. Однако думать об этом тоже не хотелось, и Учиха сосредоточился на алеющих небесах.       Солнце красиво закатилось за горизонт, будто нарочно хотело напоследок порадовать глаза Саске. Он с преувеличенным вниманием проводил последние всполохи, не отдавая себе отчёта. Больше Саске ничего не держало, и он достал снимок, не чувствуя никакого волнения. Всё сгорело с последними лучами солнца. Впрочем, стоило снова посмотреть на лицо любимого, как на Саске навалились боль и тоска, вынырнувшие из глубин сознания. Несколько минут он прощался с Наруто, не в силах отпустить, ощущая, как судорогой подергивает мимические мышцы. Слёзы, на удивление, не пролились, напротив, глаза оставались колюще-сухими. Саске больше не смущала собственная излишняя эмоциональность в критические моменты, ведь он натворил столько всего ужасного, что плаксивость и сентиментальность меркли на фоне прочих преступлений.       Прощание с любимым выдалось долгим и мучительным, однако Саске сумел преодолеть себя. Он издал отрывистый вздох и, чтобы больше не останавливаться, быстро достал зажигалку из кармана куртки. Он поднёс её к снимку и щёлкнул, и одновременно с этим звуком за его спиной раздался громкий хруст ветки. Саске стремительно обернулся и увидел… Наруто. От неожиданности Учиха вздрогнул всем телом и выронил зажигалку. Та, ударившись об камень, вдруг взорвалась с оглушительным хлопком, отчего Саске снова вздрогнул, отшатнувшись, и едва не упал, чудом удержав равновесие. Несколько секунд он растерянно смотрел на искорёженный металл, прежде чем опомнился. Саске резко вскинув голову и увидел, что Наруто смотрит на остатки зажигалки. Однако словно почувствовав на себя напуганный взгляд Саске, Узумаки поднял глаза.       Стояли и смотрели друг на друга, наверное, бесконечно долгое время. Саске испытывал что-то сродни с шоком, поскольку больше не надеялся увидеть Наруто. Он вообще отказывался понимать, что сейчас происходит, так как уверил себя, что потерял любимого, потому и жить незачем. Однако предмет его маниакальной любви стоял напротив, и Саске никак не мог сообразить, что Наруто здесь делает. О том, чтобы оценить состояние любовника, разговора не шло. Саске толком не осознавал собственные чувства, пожалуй, сейчас над ним главенствовали страх и растерянность. Он замер в бессилии, словно жертва перед хищником, сам того не подозревая. И, похоже, его не вполне адекватное состояние отразилось на лице, потому что Наруто заговорил первым:       - Привет, - в голосе не слышалось угрозы, интонации, скорее, звучали настороженные. – Я тебя искал: звонил в офис, приезжал на квартиру. Потом почему-то подумалось, что ты будешь здесь… - Наруто смерил Саске долгим взглядом, от которого хотелось спрятаться. – Как вижу, я прав. И знаешь что? Интуиция мне подсказывает, что ты пришёл сюда не полюбоваться пейзажем, - закончил он с откровенно сердитыми нотками, будто знал наверняка, ради чего Саске забрался на памятный уступ.       Учиха сглотнул, но промолчал. Он даже побоялся шелохнуться. Наруто перевёл взгляд на фотографию, которую Саске продолжал держать в руке. По всей видимости, ему удалось рассмотреть снимок. Он никак не стал комментировать «компромат», только взглянул на Саске, как показалось, обречённо.       - Зовут-то тебя как хоть? – спросил Узумаки усталым тоном.       - Са… - голос сорвался, - ске… Учиха Саске, - смог выдавить из себя Учиха. Его губы заметно подрагивали. Он чувствовал, как на него накатывает приступ паники и всеми силами пытался его подавить.       - Давай сядем, что ли, - нейтрально предложил Наруто и указал на ближайшую груду камней.       Ноги Саске, как оказалось, не держали, поэтому он сделал несколько неуверенных шагов и с облегчением даже не сел, а упал на огромный булыжник с неровной поверхностью. Он ударился об острый край камня, но совершенно не почувствовал боли. Наруто, если и обратил внимание, на неловкие движения Саске, ничего говорить не пожелал. Тот устроился на некотором отдалении полубоком к нему, вероятно, для того, чтобы его хорошо видеть, хотя жадного разглядывания Саске не ощущал. Сам он сидел, вжав голову в плечи, низко опустив её. Неосознанно вся его поза кричала о вине и покорности.       С минуту просидели молча. Саске совсем не хотел разговаривать. В голове билась тоскливая мысль: «Поскорее бы всё закончилось». Какую бы вину он не испытывал, объясняться с Наруто не хотелось, поскольку оправдаться было не чем. Ну, любил, сильно, страстно, так для себя же. Обманул подло, жестоко, чтобы добиться желаемого. Чистой воды эгоизм. Наруто на его месте так ни за что бы не поступил, тот умел быть бескорыстным. Вот и сейчас Наруто драться не полез, хотя Саске заслуживал самых жестоких мер, нет, со свойственной добротой попытался разобраться. Саске, определённо, не стоил такого хорошего отношения, оттого он решил с молчаливым терпением дожидаться своей участи, даже не попытавшись её облегчить.       - Я действительно круглый дурак, - совершенно невозмутимо и без всякого озлобления высказался Наруто, похоже, решивший, что на самом деле пора быстро закончить дело.       Саске никак не отреагировал на его признание, продолжая сидеть всё в той же зажатой позе. Однако Наруто, видимо, вовсе и не ожидал от него ответа. Возможно, ему не терпелось высказаться самому.       - Я ни разу не усомнился, что ты не девушка, - Саске уловил горькую усмешку, но не услышал обвинения. – Хотя, знаешь ли, стоило. Я никогда не понимал девушек, а тебя почти всегда, - пояснил он. – И я чувствовал, что и ты меня понимаешь. Мне было с тобой свободно и, пожалуй, легко, несмотря на всякие мелкие заморочки.       Саске подавил вздох, впервые за весь разговор полностью проникаясь словами Наруто. В них звучала тоскливая правда, обнажая все усилия Саске, направленные на то, чтобы понравиться. С такой точки зрения он всё сделал правильно. Но разве это имело сейчас значение?       - Одного в тебе я не могу понять: зачем ты устроил маскарад. Ты совсем не похож на трансвестита. И, гляжу, у тебя моя старая фотка. Выходит, ты знал меня заранее?..       Наруто утверждал вопрощающе. Тут только Саске обратил внимание, что продолжает держать снимок в руке. Он неловко замялся, не зная, как лучше поступить, но потом предпочёл поспешно спрятать фотографию обратно в бумажник. Наруто за ним терпеливо наблюдал, однако сразу чувствовалось, что он ждёт хоть каких-то объяснений. От этого Саске не мог отмахнуться, потому заставил себя кивнуть и признаться:       - Я хотел сменить пол, чтобы стать девушкой для тебя...       Сказал и пожалел. Саске вообще считал, что не стоит начинать диалог. Наруто был явно потрясён его словами, потому как на некоторое время воцарилась торжественная тишина.       - Совсем сдурел! Разве можно так?! – в голосе Наруто проступал суеверный ужас.       Саске хотелось ответить: «Нельзя», - но он снова зажался, отлично понимая, что теперь ни к чему его сожаления.       Опять воцарилась звенящая тишина, видимо, Наруто никак не мог прийти в себя от его шокирующего признания.       - В голове не укладывается, - пробормотал Наруто.       Саске рискнул скосить на него глаза, и увидел, что тот на него смотрит, как на какую-то диковинку.       - С ума сойти, - невнятно шептал Наруто, будто говоря сам с собой. – Ужас…       Саске охотно с этим согласился. Ведь он на самом деле сошёл с ума от любви. Но его любовь ни на что не имела права, только быть. Он снова опустил голову и поёжился от прохладного ветра. Уже порядочно стемнело, и у Саске закралась пугливая мысль, что, скорее всего, его полёт сегодня не состоится. Однако он никуда не собирался уходить, пока его не отпустит Наруто. А Узумаки, похоже, не никуда спешил, хотя едва ли не отстранёно заметил: «Темнеет».       - Да, уж, с тобой и самому недолго свихнуться, - подвёл итог Наруто после продолжительного раздумья. – Хотел тебя разыскать, если честно, сам до конца не понимая, что желаю услышать, - несколько отрешённо продолжил он, будто снова спрашивая у самого себя, что же им руководило. Саске опять скосил на Наруто глаза и ещё ниже опустил голову.       - Наверное, я злился, может быть, точно не знаю, - высказал свои сомнения Узумаки. – А вот сейчас сидим, болтаем, - слегка проиронизировал он, - и я чувствую, что совсем на тебя не сержусь, - в интонациях Наруто пропала всякая отрешённость. Теперь он казался удивлённым, словно сам не верил в собственные ощущения. От слов любимого Саске чуточку оживился. В голове даже успела промелькнуть обнадёживающая мысль, что Наруто со временем сможет его простить.       - А ещё я тебя узнаю или вижу. Понимай, как хочешь, - нескладно пояснил Наруто.       Саске долго думал, но ничего не понял. Он заинтересовался в разговоре настолько, что уже некоторое время бессознательно разглядывал Наруто, будто хотел прочесть все ответы на его лице, но ему мешали сгущающиеся сумерки, делающие лицо любимого размытым.       - Я как будто с Мари, - прозвучал приговор, мигом отрезвляя.       Если где-то в глубине разума Саске затеплилась надежда, она тут же была раздавлена, но не чувством вины, а отравляющим разочарованием. Это он «упокоил» Мари на свалке, состриг вместе с волосами, утопил в унитазе с гормональными препаратами, а для Наруто она оставалась жива. И «умрёт» ли Мари когда-нибудь на самом деле? Может быть, так и будет жить в памяти ненасытным паразитом или вечным укором.       Наруто в свою очередь разглядывал его, пристально, вдумчиво. Саске под этим прицельным взглядом нервно дёрнул плечом, чувствуя острое желание разреветься. Однако он не желал показаться ещё более ничтожным перед Наруто, потому и сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Хотя, наверное, и не стоило так сильно переживать по поводу того, как он выглядит в глазах Узумаки, потому как Саске упал и так, что ниже попросту некуда.       - Хочется тебя обнять, успокоить, чтобы ты не сидел здесь обречённый и несчастный, - сознался Наруто с поразительной наивностью, а, может, жестокостью.       Саске усиленно замотал головой, желая сказать «нет», но вместо этого всхлипнул и жалобно попросил:       - Отпусти меня, - а после разревелся.       Наруто тут же встал и попытался его обнять, но Саске, мотая головой, отстранился и сквозь всхлипы выдавил:       - Уйди…       Но Наруто остался. Он сел поближе к нему, однако больше не предпринимал попыток обнять и, к счастью, не стал что-либо говорить. Сейчас его даже самые добрые и ласковые слова могли только ранить Саске ещё больнее.       Саске ревел довольно долго, громко шмыгая носом. Наруто очень ненавязчиво подал ему свой носовой платок, который Саске принял машинально. Когда Учиха удалось хоть немного успокоиться, он обратился к Наруто с нескрываемой мукой в голосе:       - Я – не Мари. Я – Саске. Я пытался, честно пытался стать женщиной, но не смог. Потому что я – мужчина. И я люблю тебя, как мужчина. Хочу быть с тобой, как я. Хочу, чтобы ты любил меня. Как мужчину. Как Саске.       Саске взглянул на Наруто так, словно хотел открыть ему свою душу. Его глаза молили, любили до обожания и… отказывались. Саске страстно хотелось, чтобы Наруто, только взглянув на него, все понял и простил. Однако сейчас следовало поступить по-мужски, потому он твёрдо продолжил:       - Прости меня, я поступил подло. Я не имел права навязывать тебе свою любовь и мечты. Я очень сожалею, что даже любя тебя до безумия, я причинил тебе столько боли. Если сможешь, забудь обо мне. Так будет лучше для всех.