Ржавые цепи

Они пробираются на кухню, начинают искать там; Стренджер разбирает кухонные тумбы и другую мебель, а Светлана всё осматривается – ей кажется, что они попросту теряют время, пусть его здесь и нет в привычном понимании. Некра проходит вперёд, слыша, как напарник ищет уже в шкафах, кидает под ноги пыльные коробки, разбивает посуду… Люпеску хмыкает: Джошуа цепляется за невидимый спасательный круг, пытается найти что-то, чего… не существует? Дампир проходит чуть дальше и, копируя детектива, берётся за резные ручки настенного шкафчика и открывает его; на неё волной летит многолетняя пыль, и Светлана, отходя назад, мученически кашляет, протирает глаза. Стренджер отвлекается от своей идеи и идёт к ней. - Как ты? – спрашивает он: в его голосе всегда слышится безразличие, но чувствуется противоположное. Некра через несколько секунд (как бы ей показалось в реальном времени) приходит в себя. - Я в норме, - выдыхает она. Дампир отходит в сторону, позволяет Стренджеру самому во всём разобраться; мужчина сметает всё рукой, а затем показывает напарнице то, что она нашла: на полке стоят строем двадцать один глиняный кувшин, в семнадцати из которых что-то находится, остальные – пустуют. Люпеску даже не успевает что-то сообразить, как Джошуа, доставая один из них, разбивает крупными кусками о столешницу; на ботинки падает чёрно-белый порошок – человеческий прах. - Детский прах, - поправляет мысли Светланы Стренджер. В доказательство он достаёт мумифицированное тельце засушенного младенца – первая жертва. Всего двадцать один. Горшков заполненных – семнадцать. Кто оставшиеся четыре? Светлана прикрывает рот рукой – ей становится плохо, но она еле сдерживает себя от нахлынувших чувств. Стренджер совершенно спокойно продолжает разбивать урны: в них находится что-то ещё, помимо изуродованных младенцев: маленькие игрушки, лоскутки ткани, деревянные человечки… Тваны - кто без рук, кто без ног. И кукол изуродовал монстр. - Ты думаешь, что?.. – после продолжительной паузы решается задать вопрос Светлана, но её тут же перебивают. - Нам нужно скорее назад. Они бросаются врассыпную, начиная искать выход из временного парадокса быстрее, пока не стало слишком поздно.