Ржавые цепи

- Ты вернулась, Fräulein! Зигмунд вскакивает с места, хочет идти к ней, но остаётся стоять статуей, заметив перемену в лице дампира: она ускоряет шаги, за несколько секунд доходит до него и, резко схватив за горло, давит к стене, хочет удушить; немец задыхается выброшенной на берег рыбой. - Ты знал, да? – злится Рейн, надавливая сильнее. Чёртов предатель. Он использовал её точно так же, как и остальные. – Отвечай! Знал?! Полукровка разжимает пальцы, и немец падает, откашливаясь; вампиры хотят вмешаться, но слышат чужой голос в голове: Хедрокс предупреждает: не стоит. И они остаются свидетелями разборок двух молодых людей, сливаясь в тени; ариец и дампир слишком сильно сосредоточены друг на друге. Зигмунд, отдышавшись, медленно поднимается на ноги; скрывать больше нет смысла. Он выпрямляется, смотрит в её перекошенное злобой лицо и отвечает: - Да. Рейн пятится назад, как от удара. Зигмунд продолжает: - Всегда знал. Дампир кусает губу; её сердце разбивается множествами осколков. Она замахивается рукой, хочет ударить, но останавливается; она готова его убить, растоптать, уничтожить, но просто отступает; и, стараясь держать себя, идёт прочь, специально задевая его плечом. Его удар оказывается тяжелее всех. Ей нужно во многом разобраться. Особенно в себе. Зигмунд смотрит ей в след; его сердце разбито не меньше. Но он отпускает её, потому что знает, что она права. Потому что ему нужно обдумать всё дальше и принять, наконец, настоящее.